Майя Малиновская.

Будущее Эл. Серия «Будущее Эл», книга 1



скачать книгу бесплатно

Эл убрала руки с пульта и скрестила их на груди.

«Думай Эл, думай, задавай себе вопросы, версии, догадки, глупые фантазии – все в пору», – подбадривала она себя.

Воспоминание о зове, который она, не то услышала, не то ощутила, заставило унять все мысли. Ей помог опыт экспедиции, когда беседы с обитателями Тобоса были похожи на разговор с самой собой.

Эл успокоилась, закрыла глаза и напряглась так, словно собиралась крикнуть. И крикнула, только про себя:

– Я здесь! Здесь!

Она твердила это много раз:

– Если кто-то жив, кто-нибудь! Отзовитесь! Я вас слышала!! Я здесь! Я – помощь!

Потом в ход пошли свет, который она представляла себе, музыку, звук, вибрацию – все, что пришло на ум как информация. Эл «шумела», как фантазия подсказывала.

Ответ пришел! Смутный образ. Борьба с «монстром» была напрасной, ее вожделенная цель была именно там, у громадного обломка.

Она снова включила двигатели, свернула работу систем, сделала вираж, и стала возвращаться туда, где в глубине, в темноте плавало каменно-металлическое тело. Она не сопротивлялась притяжению, тормозила, чтобы не набрать лишнюю скорость.

Толчок означал, что она приземлилась. И только теперь Эл осознала, что села на ощупь. Прожектора на костюме не горели, она их выключила, чтобы не создавали помех. В эти минуты полета, все будто бы «светилось» перед глазами. Она не соображала, что управляется без помощи системы.

У костюма была удивительная тактильная чувствительность идентичная человеческой. Эл знала, что датчики передают ее рукам и ногам внешние ощущения. Камень, шершавая в рытвинах поверхность. Она условно стояла на четвереньках. Эл оттолкнулась, притяжение медленно вернуло ее назад.

Эл включила двигатели на обратный ход и чуть повисла над поверхностью. Потом заняла вертикальное положение, настроив гравитацию в подошвах. Эл стала искать то самое, что было в ее видении. Восстановить картинку никак не удавалось, она начала уставать. Стило воспроизвести в воображении осколок, и свое местоположение, как «зов» повторился. Взаимодействие стало очень явным. Она знала не только, где искать, но и каким путем следовать.

То, что Эл нашла, походило на внушительный саркофаг-капсулу. Поверхность находки была черной, гладкой и матовой. Идеальный контейнер, чтобы что-то или кого-то спрятать. Началось первое исследование – обшаривание поверхности в поисках неровностей и изменений формы. Эта «штука» не выделяла энергию, но хорошо ее поглощала. Размеры были примерно таковы, что в него поместилось бы человек пять. Высотой, он был ниже ее роста, за то широкий. Остальное можно было узнать только на борту. Любопытство было основным и всепоглощающим чувством, которое владело Эл в первые минуты. Страсть к загадкам и тайнам была, одна из тех, которую Эл не могла обуздать. Вот и теперь она крутилась вокруг своей находки так и этак, искала любые детали, знаки, царапины, все, что могло дать отгадку. Она забыла о безопасности.

В эфире раздалось знакомое шуршание.

Эл сообразила, в чем дело, и радостно сказала:

– Борт «Дельта – 31», ответьте капитану.

– Система «Дельта – 31» на связи, капитан. Корабль у вас за спиной.

– Спустить гравитационную платформу и приготовить исследовательский отсек. Готовность принять груз на борт.

Только после этого Эл обернулась. Тонкие струйки бортовых огней зажглись – это единственное, что выдало присутствие корабля. Ее «Дельта» заботилась о своем секретном пребывании в незнакомом районе.

Судно застыло над ее головой через минуту. В свете прожекторов Эл, наконец, внятно рассмотрела находку. У саркофага—капсулы была неправильная обтекаемая форма не похожая на ту, которую она ощущала при тактильном осмотре. На вид такая же глыба как все вокруг. Внешность объекта не совпала с ощущениями. Маскировка.

Пришлось потрудиться, устанавливая саркофаг на платформу. Он соскальзывал с подъемника, Эл призвала на помощь два манипулятора, соорудила упоры, объект будто сопротивлялся погрузке. Чтобы удержать его потребовалось сильное поле. Эл с трудом находилась рядом с платформой, ощущала, как режет глаза и кровь стучит в висках. Скафандр не спасал от воздействия такого сильного воздействия. Это как нырять на большую глубину. Находка была погружена самым грубым образом. Когда платформа исчезла в брюхе корабля, Эл радостно вздохнула, теперь была ее очередь грузиться.

Оказавшись на борту Эл, задала вопрос:

– Что произошло во время взрыва?

– Никаких признаков аварии корабля не обнаружено. Источник сигнала не выявлен. Произошел взрыв астероида. Анализ показал, что обломки принадлежат одному небесному телу, которое было разрушено почти одновременно с тем, как был получен сигнал о помощи. Вся масса астероидного облака расположена в одной плоскости, что говорит об искусственном направленном взрыве.

Эл задавала наводящие вопросы, чтобы узнать, что «видит» «Дельта». Для системы катера не было источника сигнала. «Дельта» уловила сигнал о помощи в приемлемом формате и определила взрыв. Тот, кто бросил клич Эл обошел педантичную «Дельту», искусно скрыв присутствие.

– Достаточно. Какова площадь астероидного облака? – перебила Эл.

– Основная масса облака сосредоточена на площади тридцать девять квадратных километров.

– Локальный взрыв.

– Да, капитан.

– Надо исследовать находку, – сказала Эл.

– Работа в исследовательском отсеке началась, – заявил голос.

– Пробы брать только с поверхности, – приказала Эл.

– Да, капитан, – утвердительно ответил голос.

– Капсулу не вскрывать.

– Да, капитан.

Эл вздохнула и начала выбираться из скафандра. Ощущения изменились, притупились. Скафандр обладал особой сенсорной системой, час в костюме и мир вокруг кажется другим. Эл пошла в активаторную камеру, потом в душ. Голос заявил искусственно заботливым тоном:

– Капитан, вы не спали больше суток, организму нужен отдых. Вы утомлены.

– Дома отосплюсь, – раздраженно заявила Эл и направилась осматривать находку.

Она села напротив большого экрана, отделявшего ее от объекта, и стала наблюдать. В тесной камере «суетились» автоматы и пара роботов, об их присутствии на борту Эл и не вспоминала, до этого момента. Сейчас весь этот «консилиум» был занят своей непосредственной работой – исследованием. Изменения были видны невооруженным глазом, поверхность стала не камнем, а гладким сине—фиолетовым объектом обтекаемой формы, она перестала поглощать энергию, слабо пульсировала, становясь светлее. Вибрация разлагалась на разные частоты. Находка жила. Температура поверхности, размеры, вибрация, цвет, – все, что смог определить «консилиум», постоянно менялись. О содержимом ничего неизвестно, поскольку Эл не давала команды исследовать его внутри.

– Какова вероятность того, что это живое существо? – спросила Эл.

– Данных нет, – заявил голос.

Эл решила все-таки не заглядывать внутрь. Пускай ученые на базе разбираются.

– Через какое время будет встреча с «Центурионом»?

– Крейсер отозван.

Как гром среди ясного неба. Эл опешила.

– Как отозван?

– Сообщение пришло после того, как «Дельта – 31» покинула заданный курс.

– Причина?

– Район за границами зоны влияния нашей системы. Сигнал принят с территории, которую контролирует спасательный флот Галактиса.

– Ха! – зло усмехнулась Эл.

На крейсер у Эл была единственная надежда. Только там можно было толком разобраться, что именно Эл нашла. У нее не было сомнений, что находка уникальная. Пеленг и видения не были обманом.

– Какой курс задать кораблю, капитан? – задал вопрос голос.

Вот уже полчаса «Дельта – 31» висела на месте, над поверхностью большого обломка астероида. Озадаченная этим вопросом Эл посмотрела через прозрачную стену, отделявшую ее от саркофага.

– Сколько времени займет путь на базу?

– Мы пойдем по огибающей траектории с максимальной экономией энергии, с остановкой на Маяке-10. – Последовал ряд цифр и координат. – В общей сложности сто четырнадцать часов, шестнадцать минут, капитан. С учетом остановки на восстановление энергосистемы.

– Почти пять суток… Сколько времени потребуется, что бы долететь до границы Галактиса?

– Ближайшая точка контакта находиться в двадцати семи часах полета, но тогда корабль не сможет вернуться, по причине не хватки энергии, в районе нет источников пополнения энергии. Общее время для возвращения – тридцать шесть суток.

«Меня отчислят с базы», – подумала Эл с чувством весьма противоречивым. Она всегда чувствовала это противоречие, когда вставал выбор между ее внутренними ощущениями и требованиями человеческой логики, правил и норм.

Перспектива застрять в космосе Эл не прельщала. Эл все смотрела на капсулу, задавалась одним вопросом: «Что с ней делать?» Решение не было неожиданным, но она точно знала, что это сейчас решит ее судьбу.

– Мы идем на точку контакта с Галактисом.

– Да, капитан. Предупреждение! С этого момента вы несете полную ответственность за действия свои и системы! – торжественно произнес голос.

– Какая новость, – буркнула Эл.

– Через сорок минут мы покинем нейтральную зону.

– Мне нужна сводка сообщений с Плутона.

– … Вы не имеете права получать сводки.

И Эл поняла, что ей не просто попадет и увольнение будет желанным из зол. Она забыла о запросах, которые по инструкции положено посылать в экстренной ситуации. Надо было получить разрешение, как минимум, от старшего по званию. Стало ясно, почему крейсер остался в порту. Эл связалась с базой, не соблюдая правил. Сообщение послала, а получать разрешение не подумала. Координаты пеленга были почти на территории Галактиса, кораблей в округе не было, скорее всего, земляне решили предоставить право спасения самому Галактису и отозвали Эл дважды, а она ничего на этот счет не спрашивала у системы. «Свидание с инспектором и порция расспросов неизбежны», – подумала Эл.

Пока подобные мысли крутились у нее в голове, корабль уходил от астероидного облака и от правильного решения по кодексу.

Эл решила больше не трогать саркофаг, пусть в Галактисе разберутся сами. Один из неписаных законов гласил: «Почитай все, что вокруг тебя живет своей жизнью, и с тобой не случиться ничего дурного».

Была еще одна из причин, по которой Эл не вернулась назад. Она вдруг подумала, что земляне со своим непомерным любопытством навредят больше, чем смогут принести добра. Она припомнила свою жизнь, от возвращения с Тобоса и по сей день, когда эксперты, врачи, инспекторы и прочие «сочувствующие лица» не давали ей придти в себя. Не все отличались состраданием. В расследование гибели экспедиции Эл была единственным свидетелем. Лондеру, как проспавшему половину пути, долго пришлось приходить в себя. Все объяснения легли на ее плечи. Если бы не все тот же Ставинский, который помог ей удрать на Плутон, ее бы по сей день таскали бы по комиссиям. Любопытные проходу бы ей не давали. К счастью Эл была курсантом, и неумолимый режим курсантской жизни требовал продолжать учебу и практику. Эл перевели на дистанционное обучение, это помогло ей укрыться от проблем на Плутоне. Эл была благодарна за такую отсрочку. Однако Ставинский предупредил со всей присущей ему суровостью, что скоро она попадет в крупный скандал, кто-то уже копался в ее прошлом, а оно до момента поступления в Академию было сплошь фальшивкой.

Глава 5. Командор Ставинский

Через год после поступления в Академию Космофлота Эл попала на капитанский курс. Ее предыдущий наставник невесело сообщил, что командор сам отбирал себе курсантов.

По курсу дальней разведки Академия выпускала пять-семь человек в год. Командор не делал разницы между взрослым курсантом и новичком. Характер командора вызывал у курсантов душевный трепет.

Для Эл много лет оставалось секретом, по каким причинам командор ее выбрал и почему оставил на курсе. Они не ладили.

Эл иначе оценила Ставинского только после Тобоса. Он, авторитетное лицо в Академии, персона важная. Он вдруг бросился ей помогать.

Их встреча с командором на Марсе была короткой. Ставинский воспользовался отпуском не для отдыха, а полетел навестить ее. Эл тогда держали в реабилитационном центре, на Землю не пустили.

Ставинский бесшумно вырос в открытой двери ее бокса и спокойно ждал, когда Эл оправиться от удивления.

– Командор! Здравствуйте, – машинально сказала Эл.

Наступила пауза. Ставинский изучал ее пару минут. Он смотрел очень строго. Эл мысли не читала, но поняла, что бурной встречи не будет. К ее удивлению командор сказал:

– Прости, девочка, что я послал тебя туда.

Он никого не называл «девочка». Эл удивилась еще больше. По возрасту, он был стариком, но бодрый и очень активный, он никак не подходил к определению «старик». Эл давно не видела его, вот так, воочию, и только теперь рассмотрела его преклонный возраст. Он был мрачен и выглядел не таким строгим, каким она помнила его.

– Садитесь, – тихо сказала она и подала ему кресло.

Он сел и отвел взгляд. Он говорил, не глядя на нее.

– Я ненадолго. От нашего разговора и, особенно от его искренности зависит твое будущее, Эл.

Она не удивилась. И этот туда же. Ее терзали такими разговорами непрестанно. Ультиматум Ставинского ее не испугал, даже не обидел. Она рассудила, что командор готов вмешаться в ход событий. Он был строг с учениками, но защищал своих в случае сложных обстоятельств. Говорят давно он спас своего ученика от трибунала. С какой бы целью не прилетел Ставинский, он мог ей помочь. Терять его доверие и поддержку Эл не хотела.

– Я отвечу, если смогу.

– Я не о полете, Эл. Твои рапорты я смотрел. Меня другое волнует. Твое прошлое. От твоей искренности зависит, смогу ли я помочь.

Эл тяжело вздохнула. Она всегда знала, что когда-нибудь этот вопрос будет задан.

– Вы что-то обо мне узнали?

– В том то и дело, что ничего. Тебя до Академии, будто, не существовало. И я хочу знать, что было до того, и откуда ты взялась на мою голову, Эл? Название колонии в твоем деле указывает на давно ликвидированное поселение. Как ты попала на Землю? Этим тогда не интересовались. Ты была ребенком.

– Меня выгнали из Академии?

– Еще нет, и не за что. Ты теперь – герой. Ты не вовремя прославилась. Слава становится своеобразной. Ты выжила там, где не выживают. Я не первый, кто начал сомневаться, а будут другие. В отношении колонистов в Академии суровая политика, они возвращаются обратно. По документам ты сирота, у тебя есть официальный опекун. Я думал, к какому флоту тебя приписать по окончании. Хочешь остаться на Земле, придется сказать мне правду.

– Я не шпион, не инопланетянин, не плод искусственного рождения, – выпалила Эл.

– Этому я хочу верить, но мне нужен твой искренний рассказ.

– Для отчета? – спросила Эл и в голосе скользнула жесткость.

– Никто не знает, что я здесь, кроме врачей. Они безразличны к частным визитам. Я твой гость. Я хочу для тебя добра. Хочешь в дальнюю разведку – рассказывай. Ты выжила черти где. Я твой наставник. Горжусь. Но меня мучает одно обстоятельство. Экипаж не выжил, а ты цела и Лондера спасла. Его воспоминания противоречивее некуда. Он сказал, что заключение капитана «Тобоса» о тебе неверно. Но как вышло, что ты просчитала аварию? Курсант обставил специалистов? Весь экипаж? Лондер в недоумении от этих вопросов. Он рассказал, с каким рвением ты отстаивала свою правоту. До исступления. Я знаю, как ты себя ведешь, когда права. До драки.

– Вы готовы услышать версию, какой бы она не была? Даже абсурдной?

– Любую, – он снова стал строг, – только правду. Тогда я смогу и согласен тебе помочь. Положение твое пока, повторяю пока, не вызывает подозрений, но потом будет беда, если кто-нибудь захочет в этом копаться. Я должен знать первым.

Эл молчала. Где была гарантия, что он не лукавит. Старик скрыть цель визита. Риск был велик, однако, надо было кому-то довериться. Раз уж начинается переделка, следует запастись союзниками. Эл решилась. Командор был лучшим из зол.

– С чего мне начать? С аварии или с прошлого?

– А что, по-твоему, лучше объяснит, твое положение?

Эл подумала с минуту, взвешивая риск.

– Ладно. Сначала. Происхождение… Я не из вашего века, – как можно спокойнее сказала Эл. – Я из двадцатого. Я не лгу.

Ставинский молчал, вытянулся в струну, смотрел, молчал, ждал продолжения.

– Как? Служба времени? – наконец, спросил он недоверчиво.

Эл раньше лишь догадывалась, что такая служба существует.

«Ага, есть такая служба», – констатировала она про себя.

– Нет. Я сама. Это был прыжок.

Ставинский ожидал услышать что угодно, но известие оказалось не впечатляющим и потому в данный момент казалось правдоподобным.

– Сама… Сама… – повторил он несколько раз. – По этой причине ты выжила ТАМ?

– Нет, командор, вы же знаете из отчетов. Был контакт. Нас пытались спасти, но экипаж был глух к предупреждениям.

– Знаю. Знаю о твоем психозе. Истеричка. Я тебя плохо знал? Или мало воспитывал?

– Это был не психоз, это был контакт. Даже Лондер в это не верил, как все в экипаже не верили.

– Я прочел рапорт капитана «Тобоса» и тоже не поверил. Ты не из тех, кто впадает в истерику. Я сам тебя проверял. Был контакт. Верю. Ты молодец. Я знал, у тебя способности.

Эл улыбнулась. Услышать похвалу от Ставинского было невероятной редкостью.

– Спасибо, – отозвалась Эл. – Меня очень злило и злит, что мне не верят. Все считают, что я подросток.

– Страшно было?

– Да. Теперь страшнее. Мне хотелось их спасти, а я не смогла…

– Не думай об этом, не терзайся. Забудь пока про аварию. Давай о тебе поговорим. Из прошлого говоришь? Допустим, я тебе поверил. Как же тебе удалось пробраться в Академию? На мою голову.

– Я год готовилась. Изучала, расспрашивала, подделала документы. Училась. Я очень много училась. Мне помог один замечательный человек. Вопросов он не задавал. Он ничего не знает. Я очень, очень ему благодарна.

– Том Мисс. Он не знает кто ты?

– Нет. Но мое имя действительно Эл. Элли Светлова. Без обмана.

– Готовься. Элли Светлова. Что правда, что ложь скоро начнет проясняться.

– Все так серьезно?

– А ты думала просто! Вранье до добра не доводит! И как меня угораздило выбрать именно тебя!

– Я только скрыла, откуда я! Остальное – правда! – воскликнула Эл. – Кто скажет, что я была недостойна? Вы сами меня выбрали.

– Потому выбрал, что живучая. Медики определили, что твоя биологическая матрица устойчива к воздействиям. Редкий для землянина тип. Потому не было сомнений в твоем колониальном происхождении. И по характеру ты редкая… – Ставинский пропустил окончаний и вздохнул тяжело.

– А что тогда не так?

– Тебе не сказали. Ты вернулась из космоса, а твоей матрице специалисты не нашли следов перенесенной аварии. Как на Луну слетала. Двух лет словно не было. У Лондера есть, а у тебя нет. С одной стороны это прекрасно, тебе позволят дальше летать. Ты здорова. Даже гипотезу выдвинули, что твой подростковый организм неким уникальным образом справился с таким потрясением. Ну а с другой стороны, ты понимаешь…

– Поэтому меня на Землю не пускают? Они считают, что я не человек?

– Скорее ты человек больше, чем следует, Эл.

По тому молчанию, которое за этим последовало, Ставинский понял, что она не все о себе рассказала.

– Что мне, по-вашему, делать? – спросила Эл. – Заболеть?

– Побудь на Марсе. На Землю не рвись. Попадешь под обследование. Мало ли что там еще найдут. Я тебя сейчас вижу и уверен, что это та же Эл, которую я знал. Я подумаю, что могу сделать для тебя…

Они говорили еще час.

Он обещал и сделал. Через три недели по требованию Академии Эл отправили на станцию Плутон-6. Летать. Эл училась по видео-курсу и обязана была налетать на легких катерах в качестве пилота недостающие 2500 часов – год работы.

Впоследствии у Эл не было времени подумать о предостережениях командора. Предстоящее капитанское назначение не умалило Академическое начальство. Эл пришлось отчитаться за пропущенные годы учебы, сдать массу экзаменов по курсу дистанционного обучения.

Марс остался ближайшей планетой, на которую ее пустили. Ставинский уехал, после разговора, больше они к этой теме не возвращались. Все выглядело так, будто командор поверил ей на слово, без лишних объяснений. Эл не сразу поняла, что он рискует репутацией, защищая ее. Старик был скрытен, не потому что разгорался скандал, он всегда был таким.

В его характере было много противоречий. Например, он мог долгое время мог не сообщать истинного мнения о своих курсантах перед академическим советом. Зато ругал в лицо, называл шарлатанами, слабаками и тупицами. Он был беспощаден на словах и в практике. Терпеть его норов было частью обучения. Эл свыклась с этим, потому что всегда помнила о своей цели. Командор имел право на самые крутые оценки, на самые унизительные меры наказания. Все у него были плохими. Хорошее место после выпуска получали единицы. Строгость командора была на уровне жестокости. Возмущенному он обычно говорил:

– Гордись, ты будешь жить ближайшие пять лет, а потом пусть другие решают, что с тобой делать.

Вмешательство командора в ее судьбу Эл сочла знаком расположения с его стороны. Тех, кого он брал под крыло, считали счастливчиками. Цена за такое покровительство – откровенность.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10