скачать книгу бесплатно
Дом Пламени и Тени
Сара Дж. Маас
Город Полумесяца #3
Спасая Мидгард от смертельной опасности, Брайс Куинлан попадает в совершенно незнакомый мир. Почему портал привел не туда, куда она рассчитывала? Кто вокруг: друзья или враги? И как отсюда выбраться? Вопросов больше, чем ответов. Однако постепенно Брайс понимает: возможно, именно тут обнаружится ключ к победе над астериями, которые правят Мидгардом уже тысячи лет…
Падший ангел Хант Аталар, возлюбленный и помощник Брайс, вместе с соратниками томится в плену у астериев. Но больше, чем несвобода и пытки, Ханта тяготит то, что он ничего не знает о судьбе Брайс и бессилен помочь ей. Положение узников кажется безнадежным, и некоторые из них уже прощаются с жизнью…
В захватывающем продолжении серии «Город Полумесяца» история Мидгарда приближается к опасной черте. Чем придется пожертвовать Брайс и Ханту в борьбе за любовь и свободу?
Впервые на русском!
Сара Дж. Маас
Дом Пламени и Тени
Посвящается Слоан, которая своей улыбкой освещает всю Вселенную
Sarah J. Maas
HOUSE OF FLAME AND SHADOW
Copyright © Sarah J. Maas, 2024
This edition published by arrangement with Laura Dail Literary Agency, Inc and Synopsis Literary Agency
All rights reserved
© И. Б. Иванов, перевод, 2024
© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2024
Издательство Азбука
ЧЕТЫРЕ ДОМА МИДГАРДА,
о которых было объявлено в 33 году в. э. Имперским сенатом в Вечном Городе
ДОМ ЗЕМЛИ И КРОВИ
Оборотни, люди, ведьмы, обычные животные и множество других, к которым взывает Ктона, а также некоторые, избранные Луной.
ДОМ НЕБА И ДЫХАНИЯ
Малакимы (ангелы), фэйцы, элементали, спрайты[1 - Вследствие участия в Падении спрайты были изгнаны из своего Дома и ныне считаются низшими существами, хотя многие из них отказываются это признавать.] и те, кто благословлен Соласом, наряду с теми, к кому благоволит Луна.
ДОМ МНОГОВОДИЯ
Речные духи, русалки, водные звери, нимфы, келпи, никсы и другие, за которыми наблюдает Огенас.
ДОМ ПЛАМЕНИ И ТЕНИ
Демонаки, жнецы, призраки, вампиры, дракийцы, драконы, некроманты и множество злонамеренных и безымянных существ, которых сама Урда не в состоянии увидеть.
Пролог
Стоя на коленях перед своими бессмертными хозяевами, Лань воображала, что бы почувствовала, получи она возможность разорвать им горло.
Ее собственное горло холодило тяжелое серебряное ожерелье. Оно всегда оставалось холодным, и тепло кожи не могло его согреть. Словно загубленные ею жизни, которые символизировало это ожерелье, хотели, чтобы и она терпела ледяную хватку смерти.
Каждый серебряный дротик на форме волкожутней был наградой за мятежника, который больше никогда не ступит на землю Мидгарда. Лидия получила столько дротиков, что они уже не помещались на ее сером имперском мундире. В какой-то момент ей пришлось переплавить их на ожерелье.
Знал ли кто-то в этом зале, чем на самом деле оно являлось?
Ошейником с золотым поводком, другой конец которого вел к чудовищам, восседавшим перед ней.
И возникало ли у этих чудовищ хотя бы малейшее подозрение, что верная служительница, замершая у их ног, думала про состав и вкус их крови и как бы то и другое ощущалось у нее на языке и зубах?
Но сейчас она стояла на коленях – ей пока не позволили встать. И весь мир стоял и будет стоять на коленях до тех пор, пока шестеро астериев не выпьют из него все соки и не бросят труп гнить в пустоте пространства.
Хрустальный пол под коленями Лидии снова сверкал. Слуги Вечного Дворца дочиста отмыли его от крови. Ни малейшего ее привкуса не ощущалось в стерильном воздухе, ни одна случайная капелька не пачкала колонны, окаймляющие зал, словно и не было событий, произошедших всего два дня назад.
Но Лидия Сервос не позволяла себе задумываться о тех событиях. Особенно сейчас, в окружении врагов, когда рядом с ней на коленях стоял Поллукс, и одно из сверкающих крыльев касалось ее лодыжки. Будь на его месте кто-то другой, это можно было бы принять за знак поддержки и солидарности.
Поллукс – Молот – заявлял таким образом право собственности, и не более.
Усилием воли Лидия сделала глаза холодными, мертвыми. Усилием воли сделала таким же и сердце. Сейчас ее взгляд был сосредоточен на двух фэйских королях, которые тоже стояли на коленях и тряслись за собственные шкуры.
– Мой покойный сын действовал по собственной прихоти, – заявил Морвен, король авалленских фэйцев. Лицо у него было мертвенно-бледным. Высокий, темноволосый, он явился сюда во всем черном, однако не чувствовалось, что он убит горем. – Знай я о предательстве Кормака, я бы сам выдал его вам.
Лидия мельком взглянула на сборище паразитов, занимавших хрустальные троны.
Ригелус, как обычно, придал себе облик фэйского мальчишки-подростка. Он сидел, подперев кулаком тонкий подбородок.
– Помнится, ты держал сына на коротком поводке. Поэтому мне трудно поверить, будто ты ничего не знал о его действиях.
Над широкими плечами Морвена заклубились тени, скользя по его чешуйчатым доспехам.
– В детстве он был упрямым и своевольным. Но я думал, что давным-давно выбил из него все это.
– Получается, ты ошибался, – язвительно бросила королю Гесперус – Вечерняя Звезда. Она была в облике светловолосой нимфы. Длинные тонкие пальцы постукивали по сверкающему подлокотнику трона. – Мы можем лишь предполагать, что его вероломство уходило корнями в гнилую землю вашего королевского дома. И теперь эту гниль нужно безжалостно выжигать.
Лань знала короля Морвена не один десяток лет, но сейчас он впервые молчал, не отвечая на обвинение астерийки. Вчера его вызвали сюда, и он послушно явился. Однако ему явно не понравилось напоминание об иллюзорности его автономии. Даже на туманном острове Аваллене.
Где-то в глубине души Лань радовалась, видя, как этот речистый фэец, не закрывавший рта на имперских и прочих встречах, на всех собраниях и балах, сейчас тщательно взвешивает каждое слово, сознавая, что оно может оказаться последним.
– Я и понятия не имел о преступных деяниях моего сына и его трусливом сердце. Я клянусь золотистым серпом Луны. – В голосе Морвена зазвенела впечатляющая ярость. – Я решительно отвергаю все, что двигало мыслями и поступками Кормака. Его тело не удостоится ни могилы, ни погребения. Оно не поплывет на корабле к Землям Лета. Я позабочусь о том, чтобы его имя было полностью вычеркнуто из всех хроник нашего дома.
Лидия позволила себе каплю сожаления из-за смерти агента Офиона. Наследного принца Аваллена, отдавшего все ради уничтожения гнусных существ, перед которыми она стояла.
То же делала и она. Делала и будет делать.
Полярис – Северная Звезда, – избравшая себе облик темнокожей и белокрылой ангелицы, заметила Морвену, лениво растягивая слова:
– Ты бы при всем желании не смог отправить тело Кормака к Землям Лета, поскольку этот безрассудный парень сгорел дотла. И пытался сжечь нас. Как будто жалкий огонь способен это сделать.
Полярис негромко рассмеялась, и Лидии показалось, словно ей когтями раздирают кожу.
Морвен молчал. Он сказал все, что мог. Сама его коленопреклоненная поза показывала: если понадобится, он будет молить о пощаде. До этого вполне могло дойти, однако пока король Аваллена хоть и стоял на коленях, но головы не опускал.
Легенда утверждала, что даже астериям не под силу проникнуть сквозь туманы, окружающие Аваллен. Правда, Лидия не слышала, чтобы такие попытки предпринимались. Возможно, Морвен поспешил явиться сюда и по этой причине, дабы не давать астериям повода проверить истинность легенды.
Если некая древняя сила, окружавшая Аваллен, действительно могла заграждать доступ астериям, ради сохранения этой тайны стоило пресмыкаться и лебезить перед ними.
Ригелус закинул ногу на ногу. Непринужденная поза. Непринужденный голос. Таким голосом Светлая Рука отдавал распоряжения о казни целых семей.
– А ты, Эйнар? Что ты имеешь сказать о своем сыне?
– Дерьмо, – злобным шепотом произнес Поллукс, стоявший на коленях рядом с Лидией. – Предатель.
Его крыло по-прежнему касалось ее ноги, словно нога была его собственностью. И вся Лидия целиком.
Король Осени не обратил внимания на слова Молота. Он игнорировал всех, кроме Ригелуса.
– Рунн с рождения был необузданным, – сухо ответил он Ригелусу. – Я делал все, чтобы держать его в рамках. Почти не сомневаюсь, что он вляпался во все это из-за махинаций его сестры.
Лидия сдержала желание стиснуть кулаки. Усилием воли заставила сердце биться в привычном, замедленном ритме, чтобы ванирские уши ничего не заподозрили.
– Значит, ты готов уберечь одного своего ребенка, отказываясь от другого? – спросил Ригелус, губы которого сложились в легкую улыбку. – Что ж ты тогда за отец, Эйнар?
– Ни Брайс Куинлан, ни Рунн Данаан более не имеют права называться моими детьми.
Ригелус склонил голову набок. Его короткие темные волосы поблескивали в сиянии хрустального зала.
– Я думал, она взяла себе имя Брайс Данаан. Ты аннулировал ее статус принцессы?
На виске Короля Осени дрогнула жилка.
– Я еще решаю, какое подобающее наказание для нее избрать.
Поллукс зашелестел крыльями и, не поднимая головы, злобно заявил Королю Осени:
– Когда мои руки доберутся до этой поганой дырки между ног, называющейся твоей дочерью, ты будешь рад, что отрекся от нее. За то, что она сделала с Гарпией, я отплачу ей в десятикратном размере.
– Вначале тебе придется ее найти, – холодно сказал ему Король Осени.
По мнению Лидии, Эйнар Данаан был одним из немногих фэйцев Мидгарда, способным открыто перечить столь могущественному ангелу, как Молот. Янтарные глаза фэйского короля, такие же, как глаза его дочери, были устремлены на астериев.
– Ваши мистики уже установили ее местонахождение?
– Ты не желаешь узнать, где находится твой сын? – с лукавой улыбкой спросила Октартис – Южная Звезда.
– Я знаю, где находится Рунн, – невозмутимо ответил Король Осени. – Он заслужил то место. – Король повернулся в сторону Лидии и холодно на нее посмотрел. – Надеюсь, ты выжмешь из него все ответы до последнего.
Лидия выдержала его взгляд. Ее лицо было подобно камню, льду. Подобно смерти.
Взгляд Короля Осени скользнул по ее серебряному ожерелью. На губах появилась легкая одобрительная улыбка. Но его вопрос был адресован Ригелусу, а властный тон искренне восхитил Лидию.
– Где Брайс?
Ригелус вздохнул. Им владели скука и раздражение. Смертельно опасное сочетание.
– Она предпочла покинуть Мидгард.
– Вскоре мы исправим эту ошибку, – добавила Полярис.
Ригелус предостерегающе глянул на астерийку. Все пятеро были его подчиненными.
– Так, значит, Брайс нет в нашем мире? – слегка дрогнувшим голосом спросил Король Осени.
Морвен опасливо взглянул на него. Все знали, что единственное место на Мидгарде, откуда можно попасть в другой мир, – это Северный Разлом в Нене. Разлом был обнесен стеной, препятствующей незваным гостям из других миров попасть на Мидгард. А единственное место, куда можно попасть с Мидгарда, – это Хел. Значит, Брайс сейчас находилась там.
Лидии никогда не приходило в голову, что стена вокруг Северного Разлома служила и иной цели – удерживала обитателей Мидгарда от бегства с планеты.
Большинство обитателей Мидгарда.
– Этими сведениями нельзя делиться ни с кем, – напряженным тоном произнес Ригелус.
Об остальном можно было догадаться по его тону: под страхом смерти.
Лидия присутствовала при совещании астериев, требовавших ответа на вопрос: как Брайс Куинлан открыла врата в другой мир прямо из их дворца, буквально просочившись сквозь пальцы Светлой Руки? Недоверие и гнев правителей служили слабым утешением после случившегося. Оно и сейчас не давало Лидии покоя. Отзвуки событий того страшного дня не оставляли ее ни на мгновение.
Позади астерийских тронов зазвенел серебряный колокольчик – вежливое напоминание о другой запланированной встрече, которая должна начаться очень скоро.
– Наш разговор еще не закончен, – предупредил двух фэйских королей Ригелус. Костлявым пальцем он указал на открывшиеся двойные двери, за которыми находился коридор. – Только вздумайте сболтнуть о том, что вы слышали сегодня, – и на планете не останется ни одного уголка, где бы вы смогли укрыться от нашего гнева.
Фэйские короли поклонились, встали и молча удалились.
Давящие взгляды астериев переместились на Лидию, прожигая ей душу. Она выдерживала их, как выдерживала все ужасы своей жизни.
– Поднимайся, Лидия, – произнес Ригелус с намеком на участливость. – И ты поднимайся, мой Молот.
Лидия загнала поглубже желчь, обжигавшую внутренности, словно кислота, и встала. Поллукс тоже встал. Его белое крыло коснулось ее щеки. Мягкое прикосновение перьев никак не вязалось с его гнилой душой.
Снова прозвенел колокольчик, однако Ригелус поднял руку, подавая знак секретарю, стоявшему в тени ближайших колонн. Встреча немного подождет.
Ригелус развалился на троне.
– Как продвигаются допросы? – спросил он так, словно спрашивал о погоде.