Смерть милосердия

Людмила Соколова

Смерть милосердия

1

Меня зовут Вера, мне тридцать пять лет. Я работаю медицинской сестрой в городской поликлинике, в отделении функциональной диагностики. Почти пятнадцать лет я делаю ЭКГ сердца. Кто только не лежал на моей кушетке начиная от младенцев, заканчивая дряхлыми старичками. Иногда я задумываюсь о том, для чего все-таки мы живем. Рождаемся такими милыми красивыми пупсиками и умираем уже в старом сморщенном теле, где все болит. И как же сделать, чтобы жизнь твоя не прошла в пустую. Наверное, надо иметь какой – то план и успеть его воплотить. Тогда и не страшно умирать. Хорошо, что у меня он есть и мне конечно желательно подольше прожить.

Город наш небольшой, провинциальный, всего шестьдесят тысяч населения. Но иногда мне кажется все это население пришло ко мне на прием. Особенно когда идет призыв и диспансеризация. Призыв то ладно, смотришь на красивых молодых ребят, они еще стеснительные, но стараются быть наглыми и даже заигрывают. Смешно. Диспансеризация же наоборот в основном идут возрастные, по большей части больные люди. Бывают случаи пока у меня в кабинете раздеваются, потом одеваются после процедуры кому – то становится плохо, и они сразу уезжают на каталках в кардиологию.

Сейчас идет осенняя диспансеризация. Я пришла рано, пока переоделась в рабочий костюм, обработала кабинет, подготовила аппарат, уже девять утра. Первый пациент.

– Доброе утро! К Вам можно.

– Доброе, да заходите, раздевайтесь по пояс, освободите голени и ложитесь. Где Ваши документы?

– Вот.

Молодой человек положил черную папку на кушетку и сунул мне под нос удостоверение.

– Следственный отдел, капитан юстиции Чернов Андрей Петрович.

– А что случилось? Вы разве не на ЭКГ?

– Нет, я по работе. Скажите пожалуйста это один кабинет ЭКГ на всю больницу или есть еще.

– Есть еще в приемном покое, но там проходят только те, кто поступает в больницу на госпитализацию.

– Вчера Вы работали в этом кабинете.

– Да я. Жалобы есть?

– Проверьте пожалуйста Вы вчера принимали Туева Бориса Александровича?

Я стала листать журнал. Хоть можно конечно и через компьютер проверить, но он обязательно с утра зависнет, а я уже не хотела общаться с этим следователем. Что за сюрпризы в начале рабочего дня. Хорошо, что мы дублируем записи по старинке в журнале. Как назло, на странице журнала оторван край листа. Чернов этот смотрит внимательно, скажет, как неаккуратно относятся к документам.

– Да был такой, он после ранее перенесенного инфаркта, но результаты еще не пришли. На вид так здоровый, веселый был, хвастался, что молодожен в свои пятьдесят пять.

– Как хорошо Вы его запомнили. А поподробнее можно? Что еще говорил? Как ушел? Как себя чувствовал после ЭКГ.

– Да нормально ушел. Анекдот какой – то похабный успел рассказать. Не люблю я таких «молодоженов». Сидят на виагре, а потом на сердце все жалуются. Я все сделала как положено по инструкции, жалоб у него никаких не было. За результатом он должен прийти к врачу. Ко мне пациенты не возвращаются.

– Да он и до врача то теперь не дойдет. Он вчера умер, когда домой вернулся. Жену свою молодую перепугал, пришлось и ей потом скорую вызывать.

– Да что Вы говорите! Ужас какой! Жалко конечно, что тут скажешь.

А по факту не капли мне не жалко его. Отвратительный был тип. Все своей новой женой восхищался, а как спросила про детей, выяснилось в первом браке трое детей, два внука уже и еще тут надеется троих нарожать.

Нас с мамой также отец бросил в свое время. Встретил молодую, почти мою ровесницу. Мы кстати с ней в одной школе учились. Мама потом заболела раком и быстро умерла. Он даже на похороны не пришел. У него жена рожала. Увиделись с ним, когда я уже медсестрой работала. В этом кабинете ему ЭКГ делала. Та же история. Умер от инфаркта. Не вытерпело видимо сердце жизни молодого папаши. А я и не плакала. До сих пор не могу его простить.

– Распишитесь пожалуйста вот тут, я Вам повестку вручу и буду ждать у себя в кабинете завтра утром к десяти.

– А я-то тут при чем?

– Надо все зафиксировать официально понимаете. Так положено.

Даже не помню, как этот день прошел. Все время я думала про этого следователя, про этого Туева. Угораздило же его умереть.

2

Я пришла пораньше. Вообще не люблю опаздывать. Нашла кабинет Чернова Андрея Петровича и села ждать. Кабинет был закрыт. Через какое – то время пришла и рядом со мной села молодая женщина. Она была очень красивая. Только лицо все опухшее, как – будто всю ночь ревела. Натуральная блондинка, большие голубые глаза, пухлые розовые губы и на удивление темные длинные ресницы совсем без макияжа. Дорогой стильный черный костюм, маникюр, парфюм и сумка давали понять не нашего круга барышня. Из богатых. Я поджала свои пальцы на руках. Просто обрезанные ногти, никакого маникюра. А зачем? Мне так удобно, замуж я не собираюсь, чтобы проводить какие – то привлекательные маневры.

– Вы не знаете Чернов уже пришел на работу?

У нее и голос оказался красивым, нежным. Можно сказать, ангельский голосок.

– Нет не знаю, я пришла никого не было, дверь закрыта. Мне к десяти.

– А я просто пришла, потому что не знаю, что делать. У меня муж умер вчера, а больше у меня никого нет.

Она начала рыдать. Так и хотелось ее обнять, успокоить как ребенка, но что – то меня сдерживало.