Идеальных нет,есть просто живые

Людмила Кузнецова

Идеальных нет,есть просто живые

Людмила Кузнецова

Идеальных нет, есть просто живые

О нас

Когда меня спрашивали, какого мужчину я хочу встретить и с кем хочу быть, я отвечала: «…Когда я буду смотреть в его глаза, хочу видеть, как его душа обнимает душу мою…» Пожалуй, это ключевое, с чего начинается наша история.

Мы встретились тогда, когда уже у каждого умерла последняя надежда. Мы жили, текли по течению, и никто из нас не думал, что это можно встретить в реальности. Куча разочарований, разбитые сердца, отпечаток личного опыта – многое, что запечатлелось в нас до встречи друг с другом. Нас познакомить решили общие друзья. От встречи я не ждала, что, увидев его бесконечный океан глаз, попаду в его плен, сдавшись на все свои воплощения.

Это буря, это вихрь страсти, эмоций, весь спектр чувств, приправленный магнетизмом, с которым бесполезно бороться. Это мгновенное узнавание на уровне души. Это ни с чем невозможно перепутать, когда души встретились и вся иллюзия мира рухнула, рассыпалась, как карточный домик, обнажая истину.

В наших телах звучала вся вселенная. Вибрировала в каждом атоме тела, мозг не понимал, он сходил с ума, и невозможно было друг от друга оторваться.

Встреча

Конец октября 2018 года. Стояла поздняя осень. Листья шуршали под ногами, и лучи солнца ещё играли с сухой листвой. Небо звенящего ярко-голубого цвета. Воздух уже слегка обжигал щёки и лёгкие, тем самым напоминая о неизбежности скорой зимы. Она была окутана в чёрное кашемировое пальто. Ветер раздувал её волосы. Все её мысли были где-то далеко.

Она думала о делах, какие ещё нужно успеть сегодня сделать перед завтрашним рабочим днём, и о своих женских ритуалах, которые приносили ей радость и возможность почувствовать себя женщиной. Внутри было спокойствие. Она уже давно ничего не ждала. Лишь одна мысль: как вырваться из круга, по которому она бесконечно ходит, чтобы жизнь изменилась и стала такой, какой она хочет? После сложного и утомительного развода она всё ещё выстраивала свою жизнь. Местами ей всё давалось легко, но были и тяжёлые моменты, с которыми приходилось справляться в одиночку.

И вот она шла, погружённая в свою рутину. Шаг… ещё один… дверь… и тёплый аромат кофе тёплой волной ударяет ей прямо в лицо. Терпкий аромат будоражит и обволакивает. Она глазами ищет его. Он встаёт и дает понять, где он расположился. Она садится за столик, и их взгляды впервые встречаются. И мир перестает существовать.

Их обоих пронзает током до самой глубины души и сердца. Это мощная волна растекается по их телам, вибрируя в каждой клеточке их тел. Она и всё её существо с первой секунды во власти мягкого тембра его голоса и утопающего взгляда. Волнение подступает комом к горлу, и она с трудом справляется с собой. Это вихрь эмоций и чувств, который захватил их обоих. Они стояли, поражённые этим касанием на уровне душ.

Никогда в жизни она никому не принадлежала, как ему. Никому в жизни она так не сдавалась. И никем в жизни она не была так покорена, как им. Потому что вселенная их глаз навсегда растворила всю иллюзию окружающего мира. И остались лишь истина, свет и любовь.

Они долго разговаривали о чём-то, наблюдая друг за другом. Вибрация спадала, и вместо неё приходило тепло, которое растекалось по телу. И всё уже было не важно – только долгожданная встреча. Их души ждали этого миллиарды лет. Его взгляд скользил по её телу, проникая в каждую клетку, раздевая её до самой глубины души.

Её душа была поражена. И она ещё не осознала до конца, что произошло. Но одно она знала точно: ничто уже не будет прежним.

Прошёл час или целая вечность. Они сидели, погружённые друг в друга. И каждый не мог поверить, что это произошло. Ничто вокруг не существовало – только они. С трудом оторвавшись друг от друга, они попрощались и договорились, что созвонятся. И каждый пошёл по своим делам, оба поражённые до самой глубины души. И нужно было время, чтобы осознать и познать, что между ними такое произошло.

Прошло несколько недель после встречи. Но чувство, которое её накрыло при знакомстве, не давало ей покоя. Она постоянно думала об этом и пыталась осознать, что такое произошло и как такое может быть. Ведь да, она всегда желала встретить своего мужчину, при взгляде на которого она будет видеть, как его душа обнимает её душу.

Почему сейчас? Почему не раньше? Ведь случилось это в тот момент, когда последняя надежда в ней умерла, и она просто жила на автомате, уже ничего не ожидая. При одной только мысли о нём тело начинало вибрировать, и волны мурашек раскатывались по всей её плоти.

Мир разделился на до и после. Её смущала тишина, которая повисла после их знакомства. Она никак не могла посмотреть его, в отличие от других людей. Он казался ей слепым пятном, недосягаемым для её силы. И это ещё больше вводило её в ступор и волнение. Как истинный исследователь по своей природе, в этом воплощении она очень хотела понять и осознать, что это такое было между ними. Любопытство брало вверх, и она была в ожидании, что же будет дальше.

Близость

Их первая близость. Они вошли в спальню, свет был приглушён, и волнение накрывало валунами страсти. И чувствовалось что-то непознанное и нераскрытое. Он постоянно что-то рассказывал, какие-то смешные истории. Она же молча слушала и понимала, что через бездну волнения первой придется прыгнуть ей. И она подошла к нему вплотную, смотря в бездну его зелёно-голубых глаз. Он посмотрел и замолчал. Её губы слились с его манящими устами. Он ответил более настойчиво, чем она. Его руки скользили по её телу, прижимая к себе. Желание и страсть вихрем разворачивались вокруг их пространства, которое вибрировало и дышало одним дыханием вместе с ними. И это всё было во власти их сакральной части душ, и ничто не могло их остановить.

Она расстегнула ремень и одним движением выдернула его из петличек джинсов. Этот её жест поразил его до самой глубины души. И он ещё не знал, что будет помнить это всю свою жизнь. Она сделала это так быстро и изящно, что он слегка опешил и отступил на шаг назад. Но уперевшись в стол, он понял, что отступать некуда. Она подошла к нему совсем близко и посмотрела прямо в глаза. Её белая блузка с сексуально расстёгнутыми пуговицами подчёркивала фигуру. А чёрный кружевной корсет, проступая сквозь тонкую ткань, манил и возбуждал сознание. Его руки обвили её стан. Их губы слились в страстно-нежном поцелуе.

Одежда слетала с их тел, падая небрежно и красиво, как снежинки за окном. И лишь тени от приглушённого света скользили по их обнажённым телам. Желание и страсть росли, вырываясь наружу и взывая: ещё ближе, ещё нежнее, ещё больше. Растекаясь и взрывая каждую клетку, отключая голову, раскрывая самые потаённые уголки души. Они пили из уст друг друга всю негу вселенной. А их тени вырывались наружу и танцевали этот безудержный танец страсти… танец душ… танец самой вселенной… тантрический танец бога и богини в сердце всего. И как это было опьяняюще вкусно – быть собой, истинным собой. Когда тебя видят таким, какой ты есть. И когда его душа обнимает душу её, сливаясь, сдаваясь бесконечно. Страстно и дерзко, нежно и томно. Снова и снова.

Его пальцы едва касались её спины… скользя вниз, губы трепетали по шее, спускаясь вниз по ложбинке между грудей. Он вкушал её грудь, слегка кусая соски, обводя по ореолу. И стон блаженства срывался с её губ. Её разгорячённое тело томилось в желании – в желании слиться с ним. Она прижималась к нему, скользила, как змея, очерчивая его линии. Лаская и вкушая каждую впадину, и атлетическое тело напрягалось от её ласк и растущего желания.

Она пила из его уст бесконечную негу. А их тела переплетались, как змеи. Изгибались в этом неистовом танце любви. Привнося вселенское наслаждение. Их энергии соединялись, и она приподнимала их вверх. Это было первое восхождение наверх на пути к источнику, куда они позднее зайдут.

И каждый отдавал другому себя без остатка. Это была их вечность, когда весь мир перестал существовать и существовали лишь они.

Он ласкал её до стонов, пока испарина не покрыла всё её тёплое тело, извивающееся от изнеможения. И их тела изгибались, сливаясь сильнее, откровеннее, чувственнее.

И первая волна оргазма раскатилась по её телу, а он продолжал любить её и ласкать.

Оргазмы раскатывались по её плоти один за другим, и каждый был сильнее предыдущего.

И невозможно было остановиться. Они дарили друг другу себя, пока не осталось сил, и тогда они обессиленные лежали на кровати, нежно обнимая и касаясь друг друга.

Никто из них ещё не знал, что им предстоит пройти. Какие раны вскрыть, какие маски снять, осознать чужие мысли и чужие ценности, очиститься от всего ненужного, пройти трансформации и измениться обоим, чтобы познать сакральную часть себя. И только тогда раскрыться друг перед другом и пойти в глубину через уязвимость, чтобы слиться ещё больше и познать бога и богиню в сердце всего сущего.

А потом была тишина. Первые дни ей казались вакуумными и тихими, только перед глазами мелькали картинки: губы… стон… пальцы… линии тел. Её мозг сходил с ума, и только душа знала, что ждала эту встречу миллионы лет. Жизнь текла в своем русле, дни сменялись калейдоскопом медленно и нудно. После их слияния всё казалось обыденным и параллельным. Было ощущение, что жизнь плывёт параллельно. А она находится в каком-то измерении, где только он и она. И больше никого. Всё важное вдруг перестало иметь такую ценность, иллюзия спала. Остался лишь стук его сердца и вибрация его тела. И именно это чувствование его она могла почувствовать даже за километр.

Прошло несколько дней или недель, и всё произошедшее казалось нереальным сном. Она вновь погрузилась в свою рутину. Предновогодняя суета и дедлайны на работе забирали последние силы и время, так что даже думать о чём-то не было времени. И лишь 30 декабря, накануне Нового года, когда она уже возвращалась с работы домой, пришло сообщение от него. Он поздравлял её с наступающим и желал кучу всего. Каждое его слово жгло сердце и душу, и волнами накатывали не понятные ранее чувства. Но она была настолько обессилена и выжата, что осознать это не было сил. Она лишь поздравила его тоже, пообещав себе вернуться и разобраться со всеми чувствами и эмоциями, которые вышли на поверхность, после отдыха на новогодних каникулах. Прошла неделя, и душа вошла в привычный ей режим автопилота. Дни стали похожими друг на друга, и новогодняя суета растворилась в привычном ритме нового цикла. И вдруг приходит от него сообщение: «Полетишь со мной в горы?» И она сказала: «Да»… А он: «Я хочу тебя видеть». И вихрь эмоций и чувств ворвался во всё её существо. И с этого момента ничего невозможно было остановить. Всё начало раскрываться для них обоих.

Горы

Sistries – в переводе «горы облитые молоком». Раннее утро и сборы. В зеркале невыспавшаясь, но с горящими глазами. Она с трудом смогла привести все свои мысли в порядок. А сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. В голове целая куча «а вдруг». Но одно знала точно: что хочет полететь с ним. Она кое-как позавтракала и оделась. Такси показалось внизу. Она вышла на морозный воздух, села в такси и поехала. Дорога занимала около сорока минут. Ехать было не долго, но ей казалось, что прошла целая вечность. Вылет был из Шереметьева. И ей пришлось ждать всех остальных – все опаздывали, и волнение ещё больше накрывало её с головы до ног.

И только когда все собрались вместе, сдали багаж и пошли на посадку – всё стало отступать назад. И её душа почувствовала, что они входят во что-то новое и неизведанное. Спокойствие и волны неведомого тепла растекались по её телу.

Они приземлились во Франции. Лететь с ним рядом было целым испытанием: его аромат кожи, тембр голоса, его обнажённые руки, бесконечная бездна голубых глаз – будоражили всё её существо. Мурашки волнами блуждали по её плоти. Она медленно томилась и сходила с ума по нему.

Их взгляды вскользь пересекались, и беседа шла непринуждённо. Но лишь тела томились в ожидании остаться наедине и слиться в единый поток.

Дорога из аэропорта Ниццы в горы была слегка утомительной из-за перепадов температуры. Особенно когда они проезжали по побережью через Монако, там было очень знойно и чувствовался перепад давления после московской зимней погоды. Пейзаж калейдоскопом сменялся своими красками. Зелень, скалы, море, солнце, пальмы. Потом снова холоднее, и в сами горы… а там мороз, и Альпы в своих белоснежных шапках раскидывались во всей своей красе, завораживая своей мощью и силой. Они спускались по серпантину, подъезжая всё ближе и ближе к Sistries.

И вот перед их взором раскинулась олимпийская деревушка с кучей отелей, пабов, ресторанов и spa.

Они быстро заселились в отель. А поужинать решили в ресторане самого отеля. Волнение и неведомое ей чувство как вихрь подхватывали её. И оставалось лишь довериться тому, куда её ведут и зачем.

Их первое утро в горах… тишина… и морозный воздух томился в пространстве их номера. Первое прикосновение его рук, пальцы скользили по её бедру, спускаясь ниже, до лодыжек. Она слегка вздрагивала от прикосновений сквозь сон. А его плоть томилась в желании. И он медленно будил своими ласками. Губы касались её спины, а пальцы блуждали по соскам, спускаясь по животу, ниже, по бедрам. И он ждал, пока волна утреннего желания охватит всё её сонное тело, пока первый стон сорвётся с её губ.

Дождавшись, пока она откроет глаза, его плоть томительно врезается в её лоно, вновь захватив всю её в свою власть. Они дарили друг другу наслаждение. Всё было настолько остро, тонко и запредельно, что оба сходили с ума от этого блаженства. Они не могли насытиться друг другом. И то, что они переживали и чувствовали, было чем-то за пределами ума и этих тел. Это было за гранью, где каждый представляет собой некую энергетическую субстанцию или скорее энергетическую волну, которая лишена формы, и ты сливаешься с любимым на уровне атомов и молекул. И ты уже не знаешь, где начинаешься ты, а где он. И эта инициация могла произойти только здесь. Ведь горы «облитые молоком» были близки Млечному Пути, к дороге вечности всех душ, порталом между мирами и измерениями. И именно это место послужило их инициацией в бога и богиню.

Они спустились к завтраку. Ночь и утро казались двумя разными галактиками. Их взгляды периодически пересекались. И лишь только стук сердец выдавал их волнение и трепет друг перед другом.

Все четверо строили планы на день. Одни шли за оборудованием, экипировкой и лыжами, другие высматривали рядом spa и другие женские развлечения. Казалось, что прошла ночь и ничего не изменилось, но душа всё ещё вибрировала от его прикосновений.

Пока он с другом катался на склонах, две подружки медленно прогуливались, наслаждаясь местным колоритом. Разглядывали витрины магазинчиков, пабы и ресторанчики, отели, пункты проката экипировки для лыж и всего, что для этого нужно. Место было специально сделано, так как именно здесь была Олимпиада.

Бродя по аутентичным улочкам деревушки, в которой расположился курорт, они рассматривали и впитывали весь местный колорит. Время в горах медленное, тягучее, словно мёд. Здесь невозможно не наслаждаться. А душа так чётко слышит другие и в синхроне звучит в едином пространстве вселенной.

Обойдя всё вокруг, они наткнулись на милый итальянский ресторан и решили пообедать, расположившись прямо на улице. Солнце отражалось от снега и пекло своими лучами.

Они полностью растворились в окружающей атмосфере. Еда казалась вкуснее и играла вкусами на языке. Насладившись, обе подружки не спеша пошли к месту, где договорились встретиться в три часа.

Они увидели их, сидящих за столиком, вокруг другие такие же отдыхающие лыжники, после катания на трассах. Солнце отражалось в глади отполированных гор, и казалось, что солнца ещё больше, чем есть на самом деле.

«Вон идёт моя шапка», – сказал он другу, увидев двух подружек, подходящих к их столику.

Они оба сидели на солнце, раздевшись до тонких маек с рукавом и в солнечных очках. Его ослепительная улыбка сводила её с ума. Кто-то катался на трассах, кто-то наслаждался музыкой, кто-то танцевал и пил вино, кто-то загорал, раскинувшись в кресле. Местный вайб наслаждения и неспешности располагал и расслаблял. И уже через небольшой промежуток времени ты вливаешься и чувствуешь себя единым потоком с толпой отдыхающих. Они сели все вместе и продолжили наслаждаться великолепием вокруг, строя план на вечер. Девушки рассказали, что нашли милый итальянский ресторан, где обедали. И параллельно просматривали ещё места, где можно было поужинать всем вместе. Хоть посёлок был небольшим, в нём было достаточно много разнообразных ресторанчиков и баров, где можно было приятно провести вечерний досуг. Определившись с выбором, в предвкушении вечера они продолжили впитывать местный вайб.

«Горы облитые молоком» – так переводится Sistries. Как вкусно и магически заманчиво звучит. Здесь её сила раскрывалась сильнее, чем где бы то ни было. И в этом сакральном месте они впервые встретились на уровне душ бога и богини в сердце всего. Они соединили своих золотых змей и поднимались в источник. И их накрывало невиданными чувствами и ощущениями. Вся мистерия переживаний тонких звуков, перетекание энергетических волн, пронзающие потоки пространств и миров – всё проникало в них здесь и сейчас, и в то же время во всех временных ипостасях… А мозг… мозг не мог поверить в происходящее, и они боялись признаться сами себе и друг другу, что что-то происходит между ними, нечто запредельное, лежащее за рамками разума. И это магическое, мощное, пронизывающее их обоих, связывает сильнее, чем они могли осознать. А души ликовали и праздновали встречу, смакуя в предвкушении того, что ждёт впереди.