Людмила Шилова.

Анапа, аллергия и любовь. Повесть и рассказы



скачать книгу бесплатно

© Людмила Викторовна Шилова, 2016


ISBN 978-5-4483-4019-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДОРОЖНЫЕ ИСТОРИИ
Повесть

Глава 1

Ключ зажигания вправо. Мотор сипло чихнул и загудел довольно ровно.

Раз ровно, значит правильно – решила женщина и нажала на педаль газа. Ничего не произошло.

Сцепление, кажется, в середине. Она придавила сцепление, не отпуская педаль газа. Машина дёрнулась и вновь замерла.

– Тихо-тихо, моя милая. Давай успокоимся и поговорим. Мне надо ехать. Срочно. Ты поняла? Твоей хозяйке нужна помощь, понятно? Поэтому, мы сейчас заведёмся и поедем! Всё, разговор окончен!

Женщина несколько минут сидела тихо, ровно дыша, с закрытыми глазами. Вспомнила свой чуть не единственный урок вождения, лет пятнадцать назад, когда её муж Семён учил её ездить на «УАЗике».

Одну педаль нажать и отпускать постепенно, а вторую тоже нажимать постепенно. Главное всё это делать синхронно. Кажется так. Она огляделась вокруг – нигде ни одной души. Это понятно, ведь ещё и шести часов утра нет.

Подождать? Нет. Проходящий автобус из Омска будет здесь только в семь сорок. Дома в Знаменском она будет часам к четырём, не раньше. А в Тевриз он прибудет часам к шести вечера. Это поздно. Женщине лекарство нужно уже днём. Автобус ждать никак нельзя. Да и потом, она обещала не бросать машину.

Да, ситуация. Надо было хоть документы на машину взять, да до того ли было? Этот идиотский приступ – камень в мочеточнике, как видно, не такая уж приятная вещь, раз взрослый мужик катался по полу от боли.

Сиди, не сиди – никто не поможет, надо ехать.

Она спокойно попробовала ещё раз. Машина завелась и, несколько раз дёрнувшись и чихнув, поехала. Вот и трасса. Решила прибавить скорость. Получилось. На спидометре пятьдесят километров в час. Не бог весть что, конечно, но если учесть, что она первый раз за рулём, решила, что это не плохо.

Страшно хотелась спать. Чтобы не заснуть за рулём, начала петь.

– Прости, за ради Христа, дядя Гоша, иначе засну.

Постепенно освоившись за рулём, внимательно следила за дорогой.

Интересное кино получается. Всю жизнь она мечтала о разных вещах, но никогда о том, чтобы самой сесть за руль. А сейчас она одна на трассе, в чужой машине, без документов, без прав и ехать ей ещё больше трёхсот вёрст.

Да, что-то перебор с романтикой. Хорошо ещё, что встречных машин нет, спят ещё все. Это хорошо. Внезапно до её слуха донёсся посторонний нарастающий звук. Глянула в зеркало, её догонял «Камаз».

Перепугалась. Заметалась по дороге, завиляла. Но вдруг подумала, «Вероятнее всего, ему тоже хочется жить, поэтому он мне вреда причинить не должен».

Успокоилась. Дальше ехала довольно ровно, максимально прижавшись к обочине.

В «КАМАЗе», похоже, сразу поняли, что за рулём плюгавенькой легковушки «чайник».

Проезжая мимо, грузовик не просто надменно обдал её сизым дымом, а сделал это весьма насмешливо. В подтверждение тому счастливая пьяная рожа в окне, улюлюкающая и что-то обидное орущая ей.

Она выставила в окно руку с оттопыренным средним пальцем. Стало легче. Расхохоталась.

– Становлюсь заправским водилой, скоро матом крыть начну!

Настроение улучшилось. И тут она увидела, что верхняя огромная коробка в кузове грузовика, подпрыгивая над каждой неровностью дороги, упрямо сдвигается в сторону, а по земле, рядом с колёсами, весело подпрыгивая, волочиться конец верёвки.

– Да что ж такое? Даже закрепить нормально не могут!

Она увеличила скорость, постепенно нагоняя грузовик. Долго сигналила. Наконец, обе машины остановились. Дверь «КАМАЗа» открылась и пьяный, неопрятного вида парень, весь какой-то подержанный, чуть не вывалился из машины:

– Что, красотка, покувыркаться захотелось? Айда к нам, скучать не будешь, я отвечаю…

Его тут же отстранил мужчина, сидевший за рулём.

– Что у Вас случилось?

– Да у меня-то всё нормально, а вот Вы скоро свой груз потеряете.

Мужчина взглянул наверх, угол коробки уже выступал за край борта.

– Твою дивизию! Ты же сказал, что закрепил конец верёвки.

– Да брось ты, Витёк, всё нормально. Тут ехать то осталось пару километров. Всё путём! Давай-ка сюда эту кралю, сама ведь лезет…

Водитель захлопнул дверь, прикрикнул на своего товарища. Ловко забрался наверх. Поправил коробку и обратился к стоявшей внизу женщине:

– А Вы мне не кинете верёвку?

Женщина забросила ему наверх болтающийся конец верёвки, подождала, когда он всё закрепит и спустится на землю.

– Все нормально?

– Да, спасибо Вам. Нам тут ехать совсем рядом. Теперь довезём. Спасибо, что остановили. В этой коробке сантехника для школы, если бы она свалилась, всё вдребезги. Спасибо. А вам далеко ехать?

Она махнула рукой прямо, вздохнула:

– Далеко, а главное, долго.

Она села в машину, пристегнулась. Отчаянно зевнула, вытерла слёзы. Машина несколько раз дёрнулась и поехала, постепенно набирая скорость. Он долго стоял и смотрел её в след.

– Странная, какая-то.

Легко забрался в «Камаз».

– Глянь, Витёк, что я добыл! – его племянник Толик доставал из новенького пакета какие-то коробочки с ампулами, перетянутые резинкой.

– Ты где это взял?

– Да у этой лохушки на заднем сиденье…

– У тебя что, совсем соображалка не работает? Она же тебя от статьи спасла, а ты её ограбил. Ну, ты и идиот! Сложи всё в пакет, дебил!

– Что ты орёшь, Витёк. Всё нормально. Продадим, расслабимся…

– Ты что, совсем мозги пропил? Ничего не понимаешь? Да она за рулём, скорее всего, первый раз, лекарство кому-то везёт. Уставшая вся, еле на ногах держится, а ты «расслабимся». Заткнись лучше.

– Да ты что взъелся? Да ты её видел первый и последний раз. Пока она до места дотелепается, пока поймёт, что пакетик-то тю-тю. Кто нас найдёт? Всё нормально, братан…

Виктор не выдержал. Остановился. Врезал со всей страстью в зубы своему дорогому племяннику. Собрал коробки, скидал их в пакет, положил рядом.

– Ещё хоть слово скажешь, все зубы выбью.

Сосед притих, вытирая кровь. Вернее старательно наматывая её на кулак. Минут через десять они свернули влево. Подкатили к аккуратному деревянному домику, когда хозяин выгонял на улицу рыжую комолую корову.

– Привет, Витюша. Что-то вы раненько. Толик же сказал, что будете только к вечеру.

– Здравствуй, дядь Вась. Извини, но у меня нет столько времени, как у твоего Толика. У тебя машина на ходу?

– Да. Мы сегодня с матерью хотели в район съездить.

– Заводи быстрей. Тёть Даша спит?

– Нет, молоко пошла цедить. А что случилось, Толя где?

Виктор почти бегом отправился в дом. Быстро скидал свои вещи в спортивную сумку, заглянул на кухню.

– Доброе утро, тёть Даш, я поехал.

– Ой, Витенька, вы уже приехали? А Толик где?

– А Толика вашего я прибью, если пить не бросит. Мы отъедем с дедом ненадолго. Он скоро вернётся. До свидания.

– Витя, что этот окаянный опять натворил? Витя? – она семенила вдогонку за мужчиной, на ходу вытирая мокрые руки.

Старик уже выгнал старый, видавший виды «москвич» и допрашивал своего нерадивого внука. Тот стоял, опустив голову, весь в крови, что-то мямлил:

– Короче, вот… А пока они там коробку цепляли я у неё пакет взял. Я думал, может у неё там что поесть, ну, или там выпить…

Подошедший Виктор забрал из грузовика пакет с лекарствами, сел в «москвич».

– Так тебе бедному на выпивку не хватает, ты по чужим машинам стал промышлять? Да, внучичек? Да, маленький? Не на что тебе, родимому, расслабиться?

Тётя Даша встряхнула старинное льняное полотенце, вышитое по краям, которым только – что вытирала мокрые руки. Аккуратно свернула его по ширине вдвое, затем ловко закрутила и свернула получившийся жгут вдвое по длине. Получилась довольно увесистая прочная плеть. Вот этой плетью она и стала охаживать вдоль спины своего нерадивого внука, загоняя его в дом.

– Ничего, пусть Данька потешиться. Приеду, добавлю. Надо с ним что-то делать, сколько можно мямлить.

Старик завёл машину.

Глава 2

Женщина ехала спокойно и довольно ровно. Показалась деревня. Навстречу, ловко щёлкая кнутом, конопатый мальчишка гнал несколько коров.

Не рассчитывая на такое препятствие, она посчитала нужным остановиться. Объезжать коров и соревноваться с ними в упрямстве, она не решилась. Постояв несколько минут и дождавшись, когда помехи, мыча, обогнут её машину и пойдут по своим коровьим делам, она вздохнула и повернула ключ зажигания. В это время, открылась дверка, и на соседнее сиденье плюхнулся знакомый мужчина.

– Привет.

– Привет. – Женщина удивлённо уставилась на вновь прибывшего.

– Ничего не потеряла по дороге?

– Да вроде нет. А что, ты что-то моё нашел?

– Твой пакет? – мужчина достал из сумки пакет и закинул её на заднее сиденье.

Она побледнела, схватила пакет, перебрала коробки. С облегчением вздохнула, положила его рядом.

– Как он у тебя оказался?

– Его мой товарищ спёр, пока мы с коробкой возились.

Она вздохнула с облегчением:

– Это одной женщине нужно, Она только-что родила, а у них в больнице этого лекарства нет. Муж её, владелец этой машины, как раз в городе был. Вот он купил лекарство и вёз домой.

– А ты тут причём?

– Я? Да не причём. Я просто попутчица. Он меня у кольца подобрал.

– А сам где?

– В Саргатке, в больнице. У него камень в почке зашевелился. Похоже, он хорошо сына обмыл накануне. Мы в больницу заехали, его сразу положили. А лекарство-то вести надо срочно. Вот я и поехала сама. Автобус ещё не скоро будет. Да и не успеть на автобусе, ей лекарство днём нужно.

– А куда ехать-то?

– В Тевриз.

Он присвистнул:

– Ничего себе!

Он долго с удивлением смотрел на неё. А она пыталась безуспешно завести машину.

– Что надо-то ей? Так славно ехали.

– Может, есть хочет?

– Может. В смысле?

– Ты заправлялась?

– Нет.

– Давай-ка пересаживайся. Нам всё равно по пути. Подвезёшь?

– Да придётся, наверное.

Он проверил бензин, сел в машину.

– Ничего, до заправки дотянем.

– Слушай, а у меня на бензин денег нет. Я с похорон еду, пока всю деревню поила-кормила, поиздержалась.

– Не переживай, заправимся.

– Если что, у меня кольцо есть, оно дорогое, с камушком. Поди, согласятся на бензин поменять, как думаешь?

– Слушай, ты откуда такая отчаянная взялась?

– Местные мы.

Он расхохотался. Какое-то время ехали молча.

– Меня Виктор зовут.

– Лиля.

– Очень приятно, Лиля. Интересное имя. Не часто встречается. Откуда?

– Видишь ли, у меня папа заикался сильно. А маму Лилией звали, а он только мамино имя и мог без запинки произносить. Чётко так говорил – Лилёк. Вот мама и решила меня Лилей назвать, чтобы он зря не мучился.. – Помолчала немного и добавила. – А он и не мучился совсем. Когда нас из роддома привезли, он на меня посмотрел: «-И-и-ишь ты! Е-е-ещё о-о-один Лилёк!» – И наутёк! Больше его в деревне никто не видел.

Виктор прыснул. Успокоившись, внимательно посмотрел на попутчицу.

– Ты сколько не спала?

– Ой, не спрашивай! – Она пристегнулась, села поудобнее, зевнула. – Представь, в деревне жило семь человек. Дядя Гоша, один дед, парализованный, и ещё пять старух. Так вот у них принято, видите ли, хоронить с соблюдением всех обычаев. Покойник должен провести в доме две ночи. Возле него должны бдить близкие родственники. А близкие родственники – это я. Ты представь, эти бабки все до одной торчали в доме всё это время и ещё парализованного как-то притащили! В девять вечера такой храп в доме стоял! Заняли все диваны, лавки. А я у гроба на табуреточке, как свеча на ветру…

Она с трудом сдержала зевоту, продолжила:

– Хорошо ещё, что на кашу пшена купила. Хорошее такое пшено, сорное. Половину первой ночи перебирала, считала, пока не ткнулась носом в стол и не проснулась. А тут уже и петухи запели, а за ними бабки заголосили. А всю вторую ночь салаты строгала. Вообще бабки интересные. Хитрые заразы. Я, как дурочка, рассказала им, что у нас готовят на поминальный стол. Они сначала осудили, дескать, это помины, а не гулянка. А потом, когда поняли, что я за всё плачу, посовещались и говорят мне: «Ты уж, детка, готовь, как у вас там делают, а то, чё мы старухи понимам, ещё сделам, чё не так». Что характерно, на похороны собралось человек сорок из соседних деревень. Все абсолютно близкие друзья… А могилу выкопать некому было. Кое-как в соседней деревне двух алкашей наняла. Но зато получила приглашение на все похороны в деревне. О датах обещали сообщить дополнительно.

Она отчаянно зевнула. Помолчала немного:

– Что-то измельчала Россея.

– Я так не думаю. Ты же есть. Вот везёшь лекарство какой-то бабёнке за тридевять земель. Ты их знаешь?

– Парень, мне кажется, знакомый. Они сейчас в Тевризе живут, а раньше был наш, Знаменский. То ли Левашов, то ли Иванцов… Я потом вспомню, когда высплюсь. Да это и не важно. Роддом в Тевризе только один, она ещё не выписалась. Я думаю, найдём без проблем. Лишь бы доехать нормально.

– Доедем, не переживай. У тебя права есть?

– Нет.

– А где водить училась?

– Нигде.

– В смысле? А как же?

– Несколько лет назад бывший муж показывал, как надо заводить машину.

Он, ошалело, смотрел вперёд.

– А найти кого нибудь?

– Кого кто потерял в пять утра? Я поспрашивала у больничного персонала: «Что Вы? Что Вы! Все спят, ждите автобус?» А когда ждать?

– Документы на машину взяла с собой?

– О чём ты говоришь! Этот парень чуть у меня на руках не помер. Его сразу на носилки и в хирургию.

– А как ты оказалась на кольце среди ночи?

– О, это отдельная история. Была я, как ты понял, в глухой деревушке в Полтавском районе. Оттуда добираться, сам понимаешь. Сначала до Полтавки на перекладных, затем автобусом до Омска, а потом уже домой. Можно через Исилькуль на электричке. А до него тоже надо добраться сначала. Так вот, в связи с тем, что мои бабульки, после поминок, прониклись ко мне необычайной любовью и сочувствием, они решили мне помочь. Нашли в соседней деревне старика, у которого зятя брат, собирался ехать в Омск. Договорились с ним. Взяли с него честное пионерское слово, что он меня посадит собственноручно на попутку, а только потом поедет по своим делам. На кольце были в четвёртом часу. Он, как и обещал, остановил попутку, записал номер, фамилию водителя, всё чин-чинарём… Перед бабульками-то надо будет отчитаться.

Долго ехали молча. Виктор обдумывал ситуацию. Первый встречный гаишник их задержит и будет прав. А ещё Тару надо проезжать. И ехать надо быстрее, вдруг женщине, действительно, срочно нужно лекарство. Он переключил скорость, нажал на газ.

Глава 3

– Стой! Стой! Остановись! Там ребёнок!

– Какой ребёнок?

– Стой! Тебе говорю! Там в кювете ребёнок!

Он притормозил.

– Успокойся, ты, наверное, задремала. Пересядь на заднее сиденье, поспи.

– Да остановись, тебе говорю! Не спала я.

Он нехотя остановился. Она выскочила из машины и побежала по обочине дороги в обратную сторону.

Виктор недовольно вздохнул и неохотно сдал назад.

Лиля бежала по обочине, внезапно споткнулась и упала. Поднялась и спустилась в кювет. Он остановился, вышел из машины.

– Лиля, успокойся, пожалуйста. Нет там никого… – и осёкся. В траве, на краю скошенного поля в пакете лежал младенец. Пакет был разорван, как видно лопнул при падении. Ребёнок еле слышно пищал и дрыгал ножками.

Лиля беззвучно рыдала, стоя на коленях над ним, закрыв рот руками. Но это неуместное проявление слабости продолжалось не больше минуты.

– Принеси мне чёрную сумку из багажника.

Когда он принёс сумку, она достала свитер, ночную сорочку и чёрную траурную кружевную косынку. Сняла с малыша замаранные ползунки, умелыми точными движениями укутала его сначала в сорочку, затем в свитер. Повязала на головку косынку.

– Всё, поехали дальше.

Ребёнок согрелся, затих. Лишь было слышно его хриплое дыхание со слабым свистом. Временами он принимался кашлять.

У женщины по щекам текли слёзы. Мужчина с трудом приходил в себя.

– Вить, у тебя есть что-нибудь пожевать?

– Нет.

– И у меня, кажется, ничего нету! До Большеречья ещё далеко. Поройся в моей сумочке, там, вроде, печенье валялось. И салфетки влажные достань, здесь в пакетике.

Она влажной салфеткой осторожно протёрла ребёнку личико, почистила носик – он заплакал, проснувшись. Лиля разжевала кусочек печенюшки и сунула эту капельку еды в рот. Он с жадностью принялся чмокать языком, рассасывая печенье.

– Вить, давай заедем в ближайшую деревню, попросим молока.

– Заедем, конечно. Через пару-тройку километров будет село. Ты только успокойся, пожалуйста. На тебя смотреть страшно.

– Как можно успокоиться? Как же они жить будут после этого? Как их земля носит? Блин!

– Что?

– Печенье проглотила.

– Не переживай, вот же ещё есть. Сейчас заедем, молочка добудем… – он мигнул фарами, выезжающему на шоссе трактористу. Махнул водителю рукой. Трактор остановился, из кабины высунулся заросший щетиной рябой парень.

– Слышь, мужик. Есть у вас в деревне детки маленькие, ну младенцы. Нам бутылочку с соской найти надо.

– Есть, а как же. Валька родила в том месяце. Третий дом от краю по левую руку. Главно, сама ребёнка не кормит, всё с бутылками носится. Фигуру берегёт. Дура дурой! Нужна мне её фигура! – парень захлопнул дверь и поехал дальше по своим делам.

Притормозив у нужного дома, Виктор вышел из машины.

– Вить, попроси, если можно будет, чтобы молочко наполовину кипячёной водой разбавили.

– Да знаю я всё, не волнуйся, я быстро.

Он постучался и прошёл в ворота. Через несколько минут вернулся.

– Вот, смотри, что у нас есть. Здесь молочко, а здесь смесь молочная для месячного ребёнка. Нашему сколько, как думаешь?

– Примерно столько же, не больше, – она только поднесла бутылочку, малыш схватил соску сразу и стал, с жадностью, есть.

– Ты смотри, серьёзный мужик. Там в пакете памперсы есть.

– Я думаю, пока незачем. Нечем их пачкать.

– Как думаешь, сколько он там пролежал?

– Не знаю. Простыл весь, вон как тяжело дышит и кашляет. Ночь то пролежал, это точно. Надо было пакет взять. Может быть, удастся эту курву найти. Отпечатки, или ещё что.

– В багажнике. Я прибрал.

– Да? Хорошо. Ишь ты, наелся. Хватит, хватит, мой хороший. Сразу много нельзя. Потом еще поедим. А сейчас поспи, моя деточка. – Она что-то мурлыкала себе под нос, укачивая малыша. Он несколько раз сладко зевнул и мирно засопел, засыпая.

– Ты посмотри, много ли человечку надо для счастья! Спи, моя крошечка.

Виктор сам понемногу успокаивался. Он не показывал вида, но это событие потрясло его до глубины души. Возмущение, растерянность и злость на родителей малыша, постепенно улеглись. Он время от времени поглядывал на женщину с ребёнком. Она еле слышно напевала незамысловатую колыбельную, прижавшись щекой к горячему лобику малыша. Неожиданно он понял, что всю жизнь ждал эту женщину. И это не важно, что они ничего не знали друг о друге. Ему почему-то показалось, что она убаюкивает их сына. Он улыбнулся. Всё не так плохо, оказывается. В душе поселилось какое-то спокойствие, будто он вернулся домой после долгой дороги.

– А ё…!

Этот возглас вернул его обратно в машину.

– Что случилось?

– Это что, кочка была?

– Да нет, ровно едем, дорога хорошая.

– Значит, я задремала.

– Лиль, давай-ка на заднее сиденье. И сама ляжешь, поспишь и ребёнка положишь. Я сейчас остановлюсь.

– Нет, нет, Витя, не надо. Не сейчас. Я столько не спала, что если засну, меня и пушкой не разбудишь. Доедем до Большеречья, сдадим его в больницу, а там видно будет. Надо будет в милицию сообщить.

– Поди, больница и сообщит. Хотя нет, нам самим нужно это сделать.

– Долго ещё?

– Километров двадцать. Устала?

– Я уже и не знаю. Этот сюрприз в пакете всю душу разбередил. – Она с нежностью глядела на спящего ребёнка, – ишь-ты, заснул. Знаешь, я читала однажды – есть теория, что мы не просто так рожаем своих детей. Это их души выбирают себе родителей и время появления на свет. Интересно, кого он себе выбрал в папы-мамы и зачем?

Она сладко, до слёз, зевнула.

– Ой, Витя, извини. Что-то я совсем обнаглела, зеваю при тебе без всякого стеснения.

– Ну и что тут такого?

– Как что? Я всё-таки приличная девушка.

– Я вас умоляю, – пытался сказать водитель, но не смог сдержаться и сам с удовольствием зевнул. Рассмеялись.

– Я спросить хотела, кто тебе этот парень.

– Толька? Брата двоюродного сын. Совсем, паразит, спился. Мы вчера в Саргатку поехали досок в школу напилить на ремонт, кое-что купить. Так вот, пока я на пилораме был, он успел набраться. А мне сегодня уезжать надо было, поэтому мы так рано и поднялись.

– А сам ты откуда, где живёшь?

– Местные мы, – пошутил мужчина, – я родом из соседней деревни. А живу сейчас в Новосибирске. Я военный. Вернее уже бывший. В отставку вышел. Приезжал в гости в родную деревню. Да как-то не радостно дома. Работы нет. Все пьют. Интереса к жизни у людей нет… – он оборвал свою речь на полуслове. – Вот они, родимые. И искать никого не надо.

На обочине дороги у поста ГИБДД была припаркована машина, а рядом, прислонившись к ней спиной, стоял нахохлившийся, невыспавшийся молоденький лейтенант. Его напарник дремал в салоне.

Виктор остановил машину неподалёку, вышел. Долго объяснять ему не пришлось. Услышав о найденном ребёнке, парни с удивлением переглянулись.

– Поехали.

В сопровождении спецмашины быстро добрались до районной больницы. Сдали ребёнка. Лиля с сожалением отдала маленького бедолагу – так захотелось оставить его себе. Виктор прекрасно понял её чувства, так как сам испытывал то же самое.

– Не переживай так. Мы потом обязательно приедем его навестить.

– Да, ты прав, некогда раскисать, ехать надо. – И, уже обращаясь к дежурному врачу, спросила, – скажите доктор, а от Вас можно позвонить в Саргатскую и Тевризскую больницы?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3