Любомир Бескровный.

Вся Отечественная война 1812 года. Полное изложение



скачать книгу бесплатно

Резервные бригады имели неодинаковый состав. Запасные бригады имели одну батарейную и конную роты и, кроме того, четыре понтонные роты[188]188
  ПСЗ, т. XXIX, № 22252, 22545, 25036.


[Закрыть]
.

Тяжелые (батарейные) роты имели по 12 орудий: 4 полупудовых единорога, 4 двенадцатифунтовых пушки средней пропорции и 4 двенадцатифунтовых пушки малой пропорции. Кроме того, каждой бригаде придавалось 2 трехфунтовых единорога.

Легкие роты также имели по 12 орудий: 4 двенадцатифунтовых единорога и 8 шестифунтовых пушек[189]189
  ЦГВИА, ф. ВУА, № 16695, л. 45–46 (Положение об артиллерии); Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, стр. 27.


[Закрыть]
. Эти роты, как правило, придавались к пехотным полкам.

Конные роты имели по 6 двенадцатифунтовых единорогов и 6 шестифунтовых пушек[190]190
  ЦГВИА, ф. 5, оп. 76, св. 323, д. 1302, л. 2; Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, стр. 27.


[Закрыть]
.

Чтобы достичь большей маневренности и самостоятельности, каждая рота получила свой обоз для перевозки боеприпасов и полевую кузницу. На каждое орудие возилось по 120 зарядов (30 картечей, 10 брандскугелей и 80 ядер или гранат). Численность орудийной прислуги составляла 10 человек на легкое орудие и 13 – на тяжелое. Кроме того, на каждые два орудия было определено по одному офицеру.

К 1812 году полевая артиллерия имела 1620 орудий. В это число входило 60 орудий гвардейской артиллерии, 648 орудий батарейных, 648 орудий легких и 264 орудия конных. Осадная артиллерия насчитывала 180 орудий. Личный состав всей артиллерии состоял из 40 тыс. человек. В парках было сосредоточено 296 560 артиллерийских снарядов и 44 млн. патронов.

Произведенная реорганизация полностью отвечала основам тактики колонн и рассыпного строя. Теперь командующие армиями имели возможность группировать артиллерию и осуществлять маневр огнем и колесами.

Инженерные войска. К началу XIX в. в состав инженерных войск входили один пионерный (саперный) полк и две понтонные роты. Состав пионерного полка предусматривал в 1801 г. 2 минерные и 10 пионерных рот численностью в 150 человек каждая.

Полк имел 2354 солдата и 56 офицеров, а также 418 подъемных лошадей. Две понтонные роты имели 2076 строевых и нестроевых солдат при 8 офицерах, а также 320 строевых и подъемных лошадей[191]191
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 239 (табель).


[Закрыть]
. Каждая рота обслуживала восемь депо на 50 понтонов каждое.

Воинская комиссия 1801 г., рассмотрев состояние инженерных войск, пришла к выводу, что «в настоящем времени число инженерных рот по числу прочих войск и по надобности к исправлению разных соответственно их званию работ недостаточно»[192]192
  А. К. Баиов. Курс истории русского военного искусства, вып. VII, стр. 26.


[Закрыть]
. В 1803 г. был сформирован второй пионерный полк, и к началу кампании 1805 г. было уже два полка двухбатальонного состава (1354 рядовых и 57 офицеров в каждом) и две понтонные роты. Состав понтонных рот – 2118 человек, включая фурлейтов (возниц) и 682 подъемные лошади[193]193
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 239 (табель).


[Закрыть]
. Однако уже вскоре явилась необходимость теснее связать инженерные части с артиллерией. Поэтому при организации артиллерийских бригад в 1806 г. в их состав включалось по одной пионерной роте. В связи с этим пионерные полки стали составляться из трех батальонов. В 1812 году полки имели по 3 батальона четырехротного состава, число пионерных рот было увеличено до 24[194]194
  ЦГВИА, ф. 349, д. 881, л. 7; ПСЗ, т. XXII, № 25297.


[Закрыть]
. С этого времени и до конца заграничного похода пионерные роты действовали в составе артиллерии. Штат трехбатальонного пионерного полка был рассчитан на 2313 человек, из них строевых – 300 минеров, 300 саперов, и 1200 пионеров. Офицерский состав предусматривал 63 человека[195]195
  ПСЗ, т. XXVII, № 22071.


[Закрыть]
.

В 1804 г. был сформирован понтонный полк численностью в 2054 человека и 1385 лошадей[196]196
  ПСЗ, т. XXVII, № 24683. Книга штатов, т. XLIV, ч. I, отд. II, стр. 265.


[Закрыть]
. Полк состоял из двух батальонов четырехротного состава, имел по штату 16 депо на 50 понтонов каждое и 48 орудий (по шесть орудий на роту).

Обычно понтонные роты размещались по месту нахождения парков в крепостях. В 1809 г. в России насчитывалось 62 крепости, разделенных на три класса. Крепостей первого класса было 19, второго – 18, третьего – 25. Их обслуживал инженерный штат в 2977 человек. На каждую крепость полагалась одна артиллерийская рота (или полурота) и инженерная команда[197]197
  ЦГВИА, ф. 349, д. 881, л. 6 об, – 7.


[Закрыть]
.

Общая численность войск хотя и возрастала, но довольно медленно. Значительному увеличению армии препятствовала рекрутская система.

К 1801 г. численность русской армии составляла: в гвардии – 16 346 человек, в полевых и гарнизонных войсках – 348 764 человека, а с иррегулярными войсками – 446 059 человек. Воинская комиссия 1801 г. сочла нужным довести численность армии до 479 380 человек. Из них в гвардии – 13 078, в полевых и гарнизонных войсках – 366 902 человека, в иррегулярных войсках – 100 400 человек. В 1806 г. армия увеличилась до 582 945 человек, из них в гвардии – 14 344 человека, в полевых и гарнизонных войсках – 461 274 человека и иррегулярных – 107 327 человек. Войны со Швецией и Турцией вынуждали держать численность войск примерно на том же уровне.

К началу 1812 года русская армия насчитывала 597 тыс. человек (гвардия – 20 тыс., полевые и гарнизонные войска – 460 тыс., иррегулярные войска – 117 тыс. человек)[198]198
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 239 и 379 (табели).


[Закрыть]
.

Высшие соединения. Переход к тактике колонн и рассыпного строя и к стратегии системы сражений поставил на очередь дня вопрос о пересмотре состава высших соединений. Линейная тактика исходила из того, что низшей тактической единицей был батальон, а высшей – полк. Сама армия действовала в бою монолитно, по общей команде как один большой батальон.

Новая тактика потребовала расчленения боевого порядка; изменился и характер боя. Теперь войска действовали по диспозиции, при этом каждый элемент боевого порядка решал свою самостоятельную задачу. В связи с этим батальон и даже полк оказывались слишком слабыми единицами, не способными ни противостоять наступлению крупных масс противника, ни вести наступление своими силами. Назрел вопрос о создании более мощных соединений. Однако решен он был не сразу.

В начале XIX в. полевая армия разделялась на 14 инспекций[199]199
  Петербургскую, Финляндскую, Московскую, Лифляндскую, Смоленскую, Литовскую, Брестскую, Киевскую, Украинскую, Днестровскую, Крымскую, Кавказскую, Оренбургскую и Сибирскую.


[Закрыть]
, каждая из которых представляла собой территориальный округ. В случае войны из войск, входивших в инспекцию, формировалась армия (корпус) различного состава (от 10 до 50 тыс. человек). Иногда армия делилась на несколько корпусов[200]200
  Например, в 1805 г. русские войска были организованы следующим образом: армия М. И. Кутузова (шесть отрядов или колонн), армия И. И. Михельсона (два корпуса), резервная армия А. М. Римского-Корсакова (четыре корпуса), Молдавский корпус А. П. Тормасова, десантный корпус П. А. Толстого, Ионический корпус.


[Закрыть]
. По окончании войны армии и корпуса расформировывались, будучи, таким образом, временными соединениями. Отсутствие органической связи между родами войск порождало серьезные недостатки в их боевой подготовке.

Аустерлицкое поражение заставило пересмотреть не только состав родов оружия, но и вопрос о высших тактических соединениях.

В мае 1806 г. был осуществлен переход к дивизионной системе[201]201
  См. «Настольный хронологический указатель постановлений, относящихся до устройства военно-сухопутных сил России 1550 – до 1890», СПб., 1890, стр. 101–102; ПСЗ, т. XXVIII, № 22176.


[Закрыть]
. Каждая дивизия имела 6–7 пехотных, 3–4 кавалерийских полка и одну артиллерийскую бригаду[202]202
  Так были организованы войска во время русско-французской войны 1806–1807 гг.


[Закрыть]
. Общая численность войск в дивизии составляла 18–20 тыс. человек. Предполагалось, что эта система дает возможность самостоятельного ведения боя дивизией, почему в дивизию включались все три рода оружия. Однако опыт войн с Францией (1806–1807 гг.), Швецией (1808–1809 гг.) и Турцией (1806–1812 гг.) показал, что такая организация войск не соответствует тактике колонн и рассыпного строя. Эта форма ведения военных действий требовала перехода к дивизиям, составленным из одного рода войск, сведенных в корпуса. В 1812 году был осуществлен переход к дивизиям трехбригадного состава и корпусам, состоявшим из двух дивизий[203]203
  ПСЗ, т. XXIX, № 24386, 24389.


[Закрыть]
.

Нормальный состав пехотного корпуса предусматривал: две пехотные дивизии по 12 батальонов, один легкий кавалерийский полк (8 эскадронов), три пеших артиллерийских роты (по 12 орудий) и одну роту конной артиллерии (12 орудий). Гренадерские батальоны обычно сводились в гренадерские бригады и дивизии.

В состав кавалерийского корпуса входили: две кавалерийские дивизии, включавшие 4 драгунских полка (16 эскадронов), один легкий полк (8 эскадронов) и одна рота конной артиллерии.

В этом же году был сделан новый шаг в образовании высших соединений, но уже стратегического порядка: создана армейская организация. К началу Отечественной войны 1812 года в составе полевых русских войск образовались четыре армии. Первая армия состояла из пяти пехотных, трех кавалерийских и одного казачьего корпуса с приданными пионерными и понтонными частями. Вторая армия включала в себя два пехотных, один кавалерийский корпус и один казачий отряд (корпус) с приданными пионерными и понтонными частями. В третьей, резервной (обсервационной), армии было три пехотных и один кавалерийский корпус и казачий отряд (корпус). Дунайская армия имела четыре пехотных корпуса, два резервных отряда и приданные пионерные части. Вне армий были I отдельный корпус и отдельные дивизии на Кавказе, в Крыму и в Финляндии. Кроме того, предполагалось формирование трех резервных армий, однако вместо них были образованы два резервных корпуса (Меллера-Закомельского и Эртеля)[204]204
  См. Г. Габаев. Роспись русским полкам 1812 года, стр. 38–52.


[Закрыть]
. Армейская организация вполне оправдала себя в Отечественной войне 1812 года.

Создание армий нашло свое отражение в оперативных документах. В это время был составлен первый мобилизационный план «Начертание на случай военных ополчений». В этом документе содержалось пять вариантов («предложений») мобилизационных расчетов. Мобилизационный план почему-то не был использован во время войны и хранился «под секретом» до Крымской войны. Его вскрыли только 15 декабря 1854 г.[205]205
  См. «История русской армии и флота», т. 3, стр. 91.


[Закрыть]

Комплектование войск. Резервы

Реорганизация полевой армии поставила во весь рост вопрос о подготовке резервов. Огромный расход людей в ходе военных действий приводил к тому, что армии лишились обученного состава и систематически пополнялись молодыми рекрутами, которых сразу приходилось включать в строевые части. Несомненно, что подобная практика снижала боевые качества войск. М. Б. Барклай-де-Толли писал в 1810 г. канцлеру Н. П. Румянцеву: «Вместо сильных и мужественных войск полки наши составлены большей частью из солдат неопытных и к тягостям войны неприобыкших. Продолжительная нынешняя война[206]206
  Имеется в виду русско-турецкая война 1806–1812 гг.


[Закрыть]
затмевает в них наследственные геройские добродетели, дух национальный от бремени усильной и бесполезной войны, как и силы физики, начинает ослабевать»[207]207
  «Отечественная война 1812 года». Материалы ВУА, т. I, ч. 1, стр. 80.


[Закрыть]
.

Правительство сделало несколько попыток разрешить эту важную проблему. Прямым и главным источником пополнения полевой армии обученным резервом являлись гарнизонные войска. К началу XIX в. численность этих войск была довольно велика: в 1800 г. в их составе насчитывалось 83 гарнизонных и 25 легких батальонов и 21 инвалидная команда.

Воинская комиссия 1801 г. решила увеличить число гарнизонных войск на 20 батальонов и 42 инвалидных роты, но всего было сформировано 7 новых батальонов. В 1803 г. было решено иметь 90 гарнизонных батальонов, из них 63 батальона на полевом содержании и 27 – на внутреннем. Штат первых батальонов предусматривал 801 строевых и 65 нестроевых солдат, а штат вторых – строевых 746 и нестроевых также 65. Число инвалидных рот увеличивалось до 27, по 171 человеку в каждой роте. Всего в гарнизонных войсках по штату 1803 г. было 72 780 солдат и 1727 офицеров; кроме того, 7293 солдата и 1032 офицера в инвалидных командах[208]208
  ЦГВИА, ф. ВУА, д. 393 (табель).


[Закрыть]
.

Эта реорганизация преследовала две цели. С одной стороны, на гарнизонные войска возлагалась задача обеспечивать «тишину и спокойствие» в стране, т. е. выполнять внутреннюю полицейскую функцию. Поднявшаяся в 1803–1804 гг. волна крестьянских восстаний, особенно в Прибалтике, на Украине и Урале, серьезно тревожила царское правительство. В гарнизонных войсках оно хотело видеть «внутреннюю стражу», готовую всегда выступить на защиту крепостнического строя. С другой стороны, гарнизонные войска должны были сохранять свою функцию «приуготовления в военное время к укомплектованию армии», т. е. служить источником обученных резервов для армии. Однако изъятие резервов ослабило бы гарнизонные войска в их значении «внутренней стражи».

В связи с этим в 1808 г. было принято решение организовать особые рекрутские школы в виде рекрутских депо. Таких депо было создано 24[209]209
  ПСЗ, т. XXX, № 23297.


[Закрыть]
. Военное министерство расписало их по дивизиям, которые должны были производить учебную подготовку рекрутов в приписанных к ним депо. Каждая дивизия выделяла 6 обер-офицеров, 24 унтер-офицера и 240 рядовых. Этим достигалась органическая связь между школой (депо) и строевой частью (дивизией). К марту 1811 г. было образовано 30 армейских и 4 артиллерийских депо.

Однако эта система подготовки резервов долго не удержалась. Угроза войны с Францией вынудила срочно прибегнуть к формированию новых строевых частей, на комплектование которых пошли гарнизонные батальоны, находящиеся на полевом содержании[210]210
  Из этих гарнизонных батальонов было сформировано 14 мушкетерских и 4 егерских полка. Из оставшихся от них рот формировались губернские полубатальоны, преобразованные в 1812 г. в батальоны.


[Закрыть]
, рекруты почти всех рекрутских депо и даже рекруты чрезвычайного 82-го набора. К сентябрю 1811 г. из этих рекрутских депо первой линии было образовано 2 рекрутские дивизии, по 4 пехотных и одной артиллерийской бригаде в каждой. Затем из всех рекрутских депо было сформировано 123 батальона, приписанных в качестве четвертых батальонов к полкам, но затем из них было сформировано еще 10 резервных дивизий, сведенных в 2 корпуса. Резервные эскадроны были сведены в 8 кавалерийских дивизий. Резервные артиллерийские депо образовали четыре артиллерийские бригады (17 пеших и 7 конных рот). Все это дало возможность Барклаю-де-Толли написать: «Находя себя в необходимости готовиться к войне, успели мы в продолжение 1810 и 1811 годов усилить почти вдвое армию»[211]211
  Труды ИРВИО, т. VI, стр. 69.


[Закрыть]
.

Увеличение числа полевых войск было достигнуто ценой уничтожения рекрутских депо как источника подготовленных резервов. Сначала (в 1810 г.) военное министерство попыталось заменить рекрутские депо системой запасных батальонов и эскадронов. Каждый полк должен был оставлять на месте своего квартирования: пехотный – один батальон, драгунский – один эскадрон, гусарский – два эскадрона, для того чтобы принимать и обучать поступающее пополнение. Однако вскоре пришлось отказаться и от этой меры, так как все запасные батальоны и эскадроны пошли на формирование новых войсковых частей. После этого было решено создать новую систему подготовки резервов в специальных депо, создаваемых при гарнизонных батальонах. В связи с этим гарнизонные войска перешли в ведение военного министерства. Они составили восемь округов и стали называться войсками внутренней стражи. По идее войска внутренней стражи должны были приготовить резервную армию («вторую стену»), которая в случае необходимости заменила бы полевую армию.

Формирование новых войск было возложено на Д. И. Лобанова-Ростовского, А. А. Клейнмихеля, А. С. Кологривова и М. А. Милорадовича. Сделано это было непосредственно перед началом войны.

Фактически сложилось положение, что полевая армия не могла быстро и своевременно получать пополнение. Основной причиной этого была рекрутская система, совершенно не отвечавшая требованиям нового способа ведения войны и военных действий. Военное министерство не получало достаточного числа рекрутов, и армия постоянно имела значительный недобор людей. Крепостническая система ограничивала возможность повышения армейского контингента. Об этом свидетельствует практика рекрутских наборов, проводившихся с 1802 по 1812 г. Полагалось каждый год проводить только один набор, однако непрерывные войны, которые вела Россия в начале XIX в., вынуждали проводить в некоторые годы и по два набора или повышать норму поставки рекрутов. В 1802 г. проводился 73-й набор; в связи с тем что в армии выявился некомплект в 51 185 человек, для этого набора была установлена двойная норма: не один, а два рекрута с 500 душ населения. И все же удалось собрать лишь 46 491 человека вместо предполагаемых 52 523 человек. 74-й набор проводился в 1803 г. также из расчета по два рекрута с 500 душ. Вместо предположенного сбора 60 379 человек удалось собрать только 54 855 рекрутов[212]212
  См. «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 8, 9; ЦГВИА, ф. ВУА, отд. 1, д. 239 (табель).


[Закрыть]
. Все же некомплект был ликвидирован, и следующий, 75-й набор, давший 38 437 человек, был проведен из расчета один человек на 500 душ населения[213]213
  См. «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 9–10.


[Закрыть]
.

Но уже в 1805 г. в связи с войной норма поставки рекрутов была резко увеличена: по 76-му набору призывалось с каждых 500 душ уже по четыре человека[214]214
  ПСЗ, т. XXVIII, № 21891.


[Закрыть]
. Призванных оказалось больше намеченной цифры: 110 тыс. человек вместо предполагаемых 80 166 человек[215]215
  См. «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 13.


[Закрыть]
. Тем не менее потери, понесенные в кампании 1805 г., заставили правительство провести в следующем году два набора: первый – в сентябре – из расчета четыре рекрута с 500 душ населения, а второй – в ноябре – из расчета один человек на 500 душ[216]216
  ПСЗ, т. XXIX, № 22275 и 22348.


[Закрыть]
. Предполагалось, что собранными силами можно будет ликвидировать некомплект, составлявший в войсках и на флоте 115 678 человек, и собрать резерв в 35 тыс. человек. Собрано было 58 205 человек. Угроза затяжной войны с Наполеоном вынудила правительство прибегнуть к экстраординарной мере и созвать «земское войско» (ополчение)[217]217
  Там же, № 22374 и 22405.


[Закрыть]
. Сначала намечалось собрать 612 тыс. ратников милиции. Но затем правящие круги сочли опасным вооружить столь большое количество крестьян и уменьшили норму до 252 тыс. человек[218]218
  Там же, № 22495, 22496.


[Закрыть]
. Фактически же было собрано 200 124 человека, несмотря на то что помещикам было дано право поставлять ратников милиции в зачет 77-го рекрутского набора 1807 г.[219]219
  Там же, № 22981.


[Закрыть]
Пока собирали ополчение, война с Францией закончилась. Из состава ополчения в армии было оставлено 168 117 человек, на флот направлено 9265 человек[220]220
  См. «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 39.


[Закрыть]
. Остальные были отпущены по домам. Оставление милиции на постоянную службу вызвало серьезные волнения среди ратников. 78-й набор 1808 г. был объявлен «для обыкновенного укомплектования армии и флота», однако расчет был сделан еще более высокий – по пяти человек с 500 душ населения. На пополнение армии требовалось 60 300 человек и для укомплектования запасных рекрутских депо – 58 тыс. Практически же не удалось собрать в этом году даже запланированных 38 906 рекрутов[221]221
  См. «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 41.


[Закрыть]
. Помещики предъявили имеющиеся у них на руках зачетные квитанции, полученные ими за ратников ополчения и таким образом сорвали набор. Между тем в 1808 г. продолжалась война с Турцией и началась война с Швецией, поэтому в 1809 г. 79-й набор проводился по той же повышенной норме – пять человек с 500 душ. Назначено к сбору было 82 146 рекрутов.

В 1810 г. для пополнения войска из рекрутских депо было направлено 72 908 человек, а взамен взятых планировалось призвать по 80-му набору 95 542 человека из расчета три рекрута с 500 душ[222]222
  ПСЗ, т. XXX, № 24369, «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2.


[Закрыть]
. Из этого числа в армию направлялось 70 тыс. и на флот – 24 589 человек.

В 1811 г. проводился 81-й набор из расчета четыре человека на 500 душ[223]223
  ПСЗ, т. XXXI, № 24772 и 24773, «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 46.


[Закрыть]
. Предполагалось собрать 135 тыс., но помещики предъявили 10 тыс. квитанций, и удалось собрать всего 120 тыс. человек. Из них в депо первой линии было направлено 84 996 человек, а остальные пошли на доукомплектование войск.

Угроза новой войны с Францией заставила правительство объявить чрезвычайный 82-й набор в самом начале 1812 года, не ожидая окончания 81-го набора. По 82-му набору, объявленному из расчета два человека с 500 душ[224]224
  ПСЗ, т. XXXI, № 25051; «Журналы Комитета министров. 1802–1826 гг.», т. II, СПб., 1891, стр. 359–360.


[Закрыть]
, предполагалось получить еще 70 тыс. человек. Оба набора проводились «без всякого отлагательства», так как все резервные войска были обращены на новые формирования и доукомплектование прежних[225]225
  Из 123 резервных батальонов было сформировано 10 пехотных дивизий, а из 59 резервных и 69 запасных эскадронов – 8 кавалерийских дивизий, наконец, из резервных депо сформировано 4 бригады, 17 пеших и 7 конных артиллерийских рот.


[Закрыть]
.

Начавшаяся война с Францией вынудила объявить 83-й набор из расчета восемь человек с 500 душ. Предполагалось собрать 181 585 человек, а с учетом всех изъятий – 166 563 человека[226]226
  ПСЗ, т. XXXII, № 25172. Всего в стране было 18207944 человека казенных, удельных и помещичьих крестьян. Из них 3559798 человек оказались на территории, объявленной на военном положении, таким образом, набор мог быть проведен только с 14 688 146 человек («Журналы Комитета министров», т. II, стр. 505. Записка министра полиции).


[Закрыть]
. Однако и этого чрезвычайного набора оказалось недостаточно, поэтому в ноябре 1812 г. был объявлен 84-й набор[227]227
  ПСЗ, т. XXXII, № 25279.


[Закрыть]
, который должен был дать 167 636 рекрутов[228]228
  См. «Столетие военного министерства», т. IV, ч. 1, кн. I, отд. 2, стр. 68.


[Закрыть]
. Этот набор также проводился из расчета восемь человек на 500 душ. Кроме того, в Лифляндской губернии проводился набор из расчета один человек на 50 душ[229]229
  ПСЗ, т. XXXII, № 25261.


[Закрыть]
.

Таким образом, за 11 лет, с 1802 по 1812 г., страна дала почти миллион рекрутов, все же не восполняя ежегодной потребности комплектования войск. Становилось ясным, что рекрутская система не обеспечивает возможность увеличить армию и создать обученный резерв. Были разные проекты улучшения системы комплектования и подготовки резервов, в частности сократить срок службы в армии до 15 лет, повысить призывной возраст, уменьшить предельный рост и т. п. Но все предлагаемые меры не решали вопроса, так как вместе с тем правительству приходилось освобождать от военной службы отдельные категории людей. В 1807 г. именным указом Александра I были освобождены от военной службы купцы и их семьи[230]230
  См. А. Редигер. Учебные записки по военной администрации, вып. 1, СПб., 1888, стр. 88.


[Закрыть]
. Разрешено было вносить вместо рекрутов деньги – по 1 тыс. руб. в стоверстной пограничной полосе и по 2 тыс. руб. в Сибири[231]231
  ПСЗ, т. XXIX, № 21479 и 25200.


[Закрыть]
– или приобретать рекрутские квитанции взамен поставляемых лошадей. Освобождались от наборов целые районы страны (например, Грузия и Украина). Украина выставляла вместо рекрутов казачьи войска – ополчение. Освобождались также рабочие тех предприятий, которые готовили для армии вооружение и боеприпасы.

Все эти меры вызывались необходимостью, но они свидетельствовали о том, что Россия не могла обратить в боевую военную силу более 2–3 % мужского населения, в то время как Франция могла призвать под ружье до 8 %.

Во время войны 1812 года только призыв народного ополчения мог дать возможность усилить полевую армию, и несмотря на то что уже частые наборы рекрутов вызывали недовольство помещиков, терявших лучшую часть рабочей силы, правительство пошло на такую крайнюю меру. К мысли о созыве ополчения правительство пришло еще до войны, когда были более или менее уяснены размеры сил, которые готовил Наполеон для нападения на Россию. Тогда предполагалось, что ополчения численностью 600 тыс. человек будут развертываться на базе гарнизонных войск (главным образом депо второй линии), что они будут составлены только из помещичьих крестьян, так как государственные крестьяне и городской элемент должны были давать рекрутов для объявленного 82-го набора.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12