Лора КАФ.

Таракан без ног не слышит



скачать книгу бесплатно

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ по лицензии CC0.

Полет ежа.

Предисловие, которое никому не нужно

1.      Во-первых, почему КАФ? Так вычурно придумано. Не придумано и не вычурно. Это инициалы моей мамы, Капустиной Анастасии Фоминичны, любимой навсегда. Эта книга посвящается ей.

2.       Вообще-то я совсем не писатель. И никогда ничего, кроме школьных сочинений, не писала. Сюжет этой книги мне попросту приснился. И если до этого мне снились цветные, красочные и даже двухсерийные (и такое бывало) сны, то после этого нереально реального сна мне вообще перестало что-либо сниться. Ложась спать, я, будто проваливалась в бездонную черную яму, а утром, с трудом проснувшись, чувствовала себя так, будто всю ночь из этой самой ямы выкарабкивалась.

3.      Мой последний сон никак не хотел забываться, как все нормальные сны. Он не давал мне покоя. Совершенно незнакомые люди казались мне добрыми приятелями, и я подолгу ломала голову, откуда я их знаю, пока не понимала, что это лицо из моего сна. А когда, однажды, резко обернувшись на вяк клаксона, я заметила прячущегося за угол единорога, то поняла, что с этим надо срочно что-то делать. Либо ложиться в психкшку, либо записать все, что со мной произошло и отвязаться, наконец, от этого полусна.

4.      Однако просто засесть и записать не получилось. Мои герои капризничали, изворачивались, как могли в попытках выглядеть лучше, чем на самом деле,.. тьфу, во сне. Сопротивляться им всем сразу у меня не хватило сил, и я отпустила повествование на волю, позволив свои героям делать то, что они сами хотят. Издевались они надо мной года два. И когда я, наконец-то, закончила писать последние строки и облегченно вздохнула, они снова приснились мне и молчаливым укором дали понять, что все это только начало.

5.      Но это еще не все. Странным, необъяснимым , мистический образом в моей жизни повторялось то, что я описывала в книге. Когда в сюжете появились эльфы, я познакомилась в сети с дивной красавицей Элей. Мы очень быстро с ней сдружились и, казалось, что знаем друг друга всю жизнь. Она чувствовала мое настроение по одному «привет» так, будто рядом с этим приветом я ставила смайлик, грустный или веселый.

6.      А когда мои прекрасные эльфы явились в своем настоящем облике, Эля поведала мне свою тайну. Оказалось, что она не Эля, и не красавица. Звали её Лена, и она с детства была инвалидом-колясочником. Вся её жизнь проходила в виртуальном мире. Она прислала мне свои настоящие фото. Необычное, очень скуластое и, да, некрасивое, лицо. Только волосы роскошные. Длинные, светлые, почти белые. Дружба наша от этого не прохудилась, а мне она все равно казалась красавицей.

7.      Испугавшись (это было не первое совпадение) я быстро убрала исход эльфов с Земли, но было уже поздно. Леночка, отрада моя, простудилась и её слабенькие легкие не выдержали. Семь лет прошло, но забыть мою прекрасную эльфочку мне не дано.

Эта книга посвящается ей.

8.       Однажды в поезде я встретила Таву. Девушку с совершенно невероятными ногами. Любое модельное агентство билось бы за право назвать ее своей моделью, но у нее были совершенно другие интересы.

Эйслет – Андрей. Я пять долгих лет не могла придумать, как спасти Эйслета, изменить то, что написалось само, но так и не смогла, пока Андрей не спас меня, ценой своей жизни. Любовь моя. Именно ради этой Любви была придумана Жизнь. Именно ради такой любви создаются миры. Эта книга посвящается ему.

Не буду утомлять вас остальными совпадениями, они вам не нужны. Просто читайте. Возможно, вам понравиться написанное, не писателем и не по желанию самого автора.

И никто на корабле бегущем

К дивным странам, заповедным кущам

Не дерзал подумать о грядущем…

Н. Гумилев

Не глава

Боже мой, как страшно. Куда ни глянь – ветки. Стволы и ветки. Везде одинаковые. Никакого просвета. Нигде. Страшно. До судорог. До истерики. До липкого пота. Туман, то ли в глазах, то ли на самом деле. Не понять. Солнца не видно. Туч, впрочем, тоже. Вообще неба не видно. Одни ветки. Даже внизу ветки. Как будто во всём мире ничего кроме веток не осталось. Так, надо успокоиться. Сесть и успокоиться. Да и орать надо как– то перестать. Неужели это я ору? Сколько времени? Всё, всё садимся, закрываем рот и начинаем считать. Раз, два, три. Думаем,…думаем. Что тут думать, тут прыгать надо. Ха-ха-ха. Стоп, стоп. Считаем снова раз, два, три, четыре, пять я иду тебя искать. Да где уж искать то?! МАМА!! А-А-А!!!!

глава 1
Мечты сбываются

Двое

– Какие новости в городе?

–Вернулась северная экспедиция.

– Ты думаешь для меня это новость?

– Ты не спрашивал, о чём я думаю. Ты спрашивал про город, а там только об этом и говорят

.– Про экспедицию я знаю больше чем все её участники вместе взятые.– Да. Когда я закончу с участниками, будет интересно сравнить записи. Личная интерпретация событий и бесстрастное восприятие внешнего наблюдателя.

– Я как-то не думал об этом с такой стороны. Действительно, любопытно. Поторопись с отчётом.

– Потороплюсь. Но мне нужны все данные по этим странным явлениям, которые они там обнаружили. Хочу обдумать это, не оглядываясь на чьё-то мнение.

– Моё мнение тебя тоже не интересует?

– Твоё – в последнюю очередь.

Город

Управитель рынка Гар посматривал с высокого помоста на свои владения. Он был доволен. Рынок бурлил. Обычный день, обычное дело для рынка. Много народа, много товара. Разного товара. Почти каждую смену на рынке появляется что-то новое. Кажется, совсем недавно городские рукодельницы придумали плести колечки из собственных волос, И как только додумались? И вот сегодня молодая горожанка принесла колечко из волос разного цвета. Очень красиво. Горожанка, несомненно, будет отмечена. Надо будет сообщить главному управителю. В прошлый раз он похвалил Гара. Да что он. Сам Корм отметил эти колечки своим вниманием. Даже, говорят, подарил одно своей Супруге. Врут, конечно. А той горожанке, ну которая сделала первые колечки, говорят даже дали Новое имя. Счастливица. Эх! Что бы такое, ему, Гару, придумать, чтобы все ахнули. Гар размечтался. Вот он придумывает что-то интересное и приносит это на помост управителю рынка. Тьфу, это же он сам управитель. Ну, значит, он приносит это прямо в центр, показывает урам, и они ахают и восхищаются. А когда об этом узнаёт Корм, он даёт Гару Новое имя из четырёх, нет, лучше из пяти знаков. И все ему завидуют, все приглашают его в гости, а Лана, капризница Лана, ловит его взгляд и мечтает о его улыбке. Гар даже застонал от восторга.

– Эй! – Стук по помосту спугнул радужные мечты управителя. – Чего спишь? Я подаю жалобу на торговку из мясного ряда. Она так глупа, думает, никто не поймёт, что её мясо давно стухло.

– Назови мне её имя, горожанин.– Гар ещё был под воздействием своей мечты. – Он высокомерно задрал подбородок и выпятил нижнюю губу.

– У таких идиоток нет имени. – Рявкнул горожанин, сердито притопнув ногой.– Это старая толстая бабища, с глазами, заплывшими жиром. И нечего выпячивать на меня свой живот. Поди, и разберись, пока я не решил, что ты тоже безымянный.

Гар опомнился. Надо бежать и наводить порядок. Он должен хорошо выполнять свою работу. Если он не справиться, то не только потеряет свою работу, но и то имя, которое у него пока есть.

– Да, да, конечно. Я уже иду. – Гар буквально скатился со ступенек и быстро, перебирая толстенькими ножками, побежал в мясной ряд. Ему не было нужды спрашивать имя торговки. Старая, толстая. Только одна торговка в мясном ряду подходила под это описание. Старая Жана.

Конечно, её имя внушает уважение. Но сама она, кроме неприязни ничего не внушает. Но это кто её хорошо знает. А так, вполне приятная женщина, опрятна и прилавок у неё всегда чистый и товар всегда аккуратно разложен. И мясо у неё, конечно, никакое не тухлое.

Вроде всем хороша, пока рот не раскроет. Уж очень она поскандалить любит. Подшутить над кем-нибудь. Сколько раз она издевалась над самим Гаром. Сколько раз он стоял окружённый хохочущими зеваками и не знал, что ему делать, чтобы прекратить это безобразие. Гар немного побаивался Жану. На любое замечание у неё найдётся ответ. Так отбреет, что все мысли из головы убегают. Стоишь и не знаешь, что ей сказать. Как объяснить ей, что она неправа.

Конечно, зеваки любят, когда Старая Жана устраивает очередной скандал. Вокруг собирается толпа, люди хохочут и подзуживают спорщиков. Но переспорить Жану ещё никому не удавалось. Не удастся и ему, Гару. И всё-таки он должен как-то поговорить с ней. Иначе жалоба будет подана уже на него самого.

К мясному ряду Гар подходил уже медленно, подыскивая слова, но в голове было пусто. Но когда Гар подошёл к прилавку Старой Жаны, он просто оторопел. Мясо на прилавке не разложенное, как обычно, с любовью и тщанием, а просто сваленное в кучу, действительно слегка попахивало. Сама Жана сидела за прилавком, сложив руки на коленях и уставившись в одну точку. Это было невозможно. Чтобы старая Жана сидела вот так, молча и не глядя на покупателей? Это что же такое должно было произойти? Даже после Прощания с собственным мужем торговка уже на следующий день, как ни в чём ни бывало, стояла за своим прилавком и, подперев кулаком толстый бок, поучала молодую товарку за неаккуратный прилавок. Так что же случилось?

Гар протянул руку и осторожно коснулся плеча женщины.

– Жана, на тебя поступила жалоба. Мясо у тебя тухлое. – Гар чувствовал, что говорит что-то не то, но ничего другого на ум не приходило.

Старуха подняла голову и невидяще уставилась на него. Потом махнула рукой, поднялась и, сгорбившись, пошла прочь.

– Что с ней произошло? – Гар посмотрел на соседку Жаны, молоденькую и прехорошенькую девушку с наивными голубыми глазами.

– Невестка у неё безымянного родила. – Вздохнула та и затараторила. – У ней же один сын остался. Старший то, в экспедицию ушёл и не вернулся. Пропал, значит. А у ней же старший то, умный был. Его сам Корм отметил. Обещал, что как только тот из экспедиции, значит, вернётся, подумать о Новом имени для него. Для сына, значит, Жанниного. А у него же и так имя из четырёх знаков. Это значит, ему бы уже из пяти дали бы. Это же значит, он бы уже во второй круг перешёл бы. Жана такая счастливая была. Всем на рынке, значит, расхвасталась, а он, сын, значит, пропал. А младший то женился, и они ребёночка ждали. И Жана тоже так радовалась. Это когда невестку то уже, значит, спрятали и ворожей наняли, чтоб охраняли, значит. А Ана у ней и спрашивает, где, мол, твоя невестка. А Жана, вся такая радостная, мол, в Ожидании. И целых две смены такая счастливая была, даже ни с кем не поругалась ни разу. А теперь, как узнала, что внук то безымянным родился, так и молчит теперь. Третий день уже.

Девушка неожиданно замолчала и уставилась на Гара в ожидании следующего вопроса. Но он решил не доставлять болтушке такого удовольствия и не терять понапрасну своё время. Что ему надо, он уже узнал. Развернулся и пошёл на свой помост. Надо все подробно написать о сегодняшних происшествиях. Пока не забыл. Записать имя горожанки с колечками. И жалобу сердитого горожанина и что было сделано им, Гаром по поводу этой жалобы. На всё это уходит так много времени. Некогда даже придумать, что же сделать такого, чтобы все ахнули и ему, Гару, дали Новое имя.

Да, что ни говори, Старую Жану, конечно, жалко. У неё никогда не будет больше внуков. Если бы невестка была её дочерью, тогда была бы хоть небольшая надежда. Женщинам, родившим безымянных, иногда, очень редко позволяют второй раз родить ещё одного ребёнка. Но это, если она сменит мужа. А если ребёнок будет удачным, то и второго и даже третьего. А вот мужчина, зачавший неполноценного ребёнка, не может больше зачать ни одного. Почему так? Кто знает? Но это означает, что у сына Жаны не будет продолжения и он никогда больше не родиться и Жана не родиться и умерший муж Жаны, тоже. И если невестка Жаны получит второе разрешение, то она непременно им воспользуется и уйдёт в новую семью. А несчастная Жана останется с сыном доживать свою, никому не нужную жизнь. А если не получит, то несчастных будет трое.

Гар выкинул из головы чужие проблемы и занялся отчётом. Как же зовут ту горожанку с колечками? Где то у него было записано. Гар не надеется на свою память и записывает всё, что происходит на рынке по нескольку раз в день. Так. Не здесь, не здесь. А, вот оно. Улин. Ну, конечно, какое же ещё у неё может быть имя? Красивая женщина. Очень красивая. Даже его Лана не так красива.

Надо же. А ведь она уже приходила к Гару. Приносила нечто, настолько необычное, что Гар, рискуя своей работой, не отдал это Главному управителю. Не смог. Это были две маленькие куклы. Одна из которых изображала мужчину, вторая женщину. Как раз перед её приходом одна знакомая ворожея, в уплату долга рассказала ему тайну, которую свято хранили все посвященные в неё. И он знал, сколько стоят эти куклы. Ему пришлось бы долго копить деньги, чтобы купить их. Но настоящая стоимость этих кукол измерялась не в деньгах.

Улин

Улин была счастлива. Никогда в жизни она не была такой счастливой. И дело даже не в том, что управитель рынка принял её колечки и сказал, что они хороши и, что никто ещё таких не делал и не приносил. Дело не в пустых поделках. Она может лучше. Можно сделать колечки из трёх цветов. А вот прямо сейчас она подумала, что можно попробовать связать из волос сеточку, для этих самых волос. Чтобы не трепались. А для прочности добавить паучьей нити. Какая она молодец. И колечки эти вовремя и сеточка. Теперь она сможет не скрывать свою радость. Никто, не одна живая душа не должна даже заподозрить истинную причину её счастья.

Она понесла. После трёх оборотов замужества. После слёз в подушку. После молений в храме Звезды. После всех этих хождений по ворожеям.

Сколько денег она потратила. Хорошо, хоть не приходилось клянчить у старшей. Деньги у неё были свои.

По ночам, в свободное от домашних дел время, она делала шарики для минибола. Её шарики были самыми ровными на рынке, и ей не приходилось долго ждать, пока их купят. Уже через одну смену покупатели стали сами приходить к ней и делать заказ. И управитель рынка сам пришёл и купил несколько штук. Купил и купил. Сама она не носила свои шарики на помост. Зачем? Это ведь не она придумала. Шарики уже давно делают.

А потом в их дом пришли двое в вечном одеянии. Уры! Соседи сходили с ума от любопытства, пока из дома не выскочила Яя – младшая сестра её мужа, и не побежала по домам с невероятным известием. Их невестке дали Новое имя. Так Ули стала Улин.

Все так радовались. А Улин сидела в углу своего маленького жилища, за своим рабочим столиком, мяла глину и вспоминала.

Уры попросили её показать, как она делает свои шарики. Она изумилась. Неужели им это интересно? Но спрашивать ничего не стала. Просят, значит надо. Она провела Уров в свой уголок, открыла ящик, который сделал её муж, и достала все свои нехитрые приспособления

Уры внимательно рассматривали и формочки и кольцо, которым она проверяла шарики. Они очень подробно расспрашивали её о том, как она придумала всё это. И как она это делала и из чего сделана смазка, которой она смазывала формы, чтобы к ним не присыхала глина. Всё, всё спрашивали и очень внимательно слушали её ответы.

Ули отвечала и не переставала удивляться, что такого в этих формах? Разве другие мастера делают шарики как то по другому? К великому удивлению своему Улин узнала, что до сих пор никто не делал шарики в формах. Их просто катали в ладонях. Добиться идеального результата при таком изготовлении, было крайне сложно. Потому то и мало было мастеров, тем более что стоимость шарика, который каждый мог скатать мимоходом, была просто ничтожна. Однако, чем ровнее шарик, тем больше вероятность выигрыша, и потому шарики Улин шли нарасхват.

А потом они сказали, что она достойна Нового имени из Четырёх Знаков и спросили как бы она хотела называться.

Ули не стала мудрить. Первые два знака она получила от родителей, которых очень любила и не хотела менять их на другие. Она просто прибавила к своему имени один знак. Уры переглянулись и одобрительно улыбнулись, кивнув ей.

Это было давно, почти два оборота назад. За это время Улин придумала плести колечки из волос. Получилось как то само собой. В тот день они с мужем немного поругались. И у неё было очень плохое настроение. Взялась штаны мужу починить. Рабочая одежда хоть и прочнее домашней делается, но все равно, изнашивается, а менять ее из-за каждой дырки, денег не напасешься.

Ули замазывала клеем дыру в штанах и не заметила, как испачкала прядку волос, выбившуюся из-под шапочки. Вместо того чтобы промыть испачканные волосы, Ули в раздражении отхватила их ножом. Волосы у неё, ничего не скажешь, роскошные. Светло-рыжие. Густеющие. Прядка отрезалась довольно приличная. Улин совсем загрустила. И в задумчивости намотала прядь на палец. И залюбовалась. Ну а дальше, как говориться, кто захочет, тот сможет.

Колечки наделали столько шума, что семья всерьёз ожидала второго прихода уров. Но этого не случилось. Несколько дней назад они с Яей сушили волосы после купания, и Улин увидала, как красиво смотрятся рядом её золотые волосы и чёрные как смоль кудри девочки. Вот вам и двухцветные колечки. Это ведь так просто.

Иногда Улин даже удивлялась, почему на рынке так редко появляются новые вещи. Неужели людям всё равно, что все они одеваются почти одинаково? Что их жилища ничем не отличаются друг от друга? Совершенно однообразная пища.

Впрочем, еда заботила Улин меньше всего. Но вот дом. Она уже не раз просила мужа сделать новый дом. Другой. Не такой, как у всех. Но муж отказался. Он никак не мог понять, что не устраивает его жену. А она мечтала о большом доме. Она уже видела его под своими веками. Кольцо, состоящее из домиков-спален для каждого из семьи и в середине большое жилище для вечерних посиделок, когда вся семья собирается вместе. Она бы посадила под стенами вьющуюся траву с белыми цветами, которую она видела в лесу. Как бы это было красиво. А в центре сделала бы маленькую лужайку с аввой и кустиками пестрой рени.

Больше оборота прошло с тех пор как она начала делать человечков. Однажды Улин разминала глину для шариков и в который уже раз замечталась о младенце. Она представляла себе его личико; глазки, носик, ротик и пальцы Улин незаметно для неё самой вылепили примитивную рожицу. Улин улыбнулась и приделала к шарику с лицом туловище-огурец и ручки-ножки – простые палочки.

Этот смешной человечек, она назвала его Первенец, до сих пор стоит на её рабочем столике. Улин очень любит и бережёт его. Но теперь она видит, какой он смешной, а ведь тогда налюбоваться не могла.

С тех пор было слеплено так много человечков, что не хватило бы мастерской, чтобы всех их разместить. Их даже не пришлось выносить на рынок. Да она и не думала об этом. Просто показала Первенца подруге и сказала, что он должен помочь ей родить маленького.

На следующий день к Улин пришла ворожея и попросила слепить для неё несколько человечков. Очень не хотелось Улин этого делать. Ей казалось, что Первенец должен быть один. Но ворожея, неверно истолковав её замешательство, предложила такую цену, что все сомнения Улин разлетелись как стайка уличных птиц. Потом к ней пришла другая ворожея. Потом ещё одна, и ещё. Человечков требовалось всё больше. Чтобы освободить время для их изготовления, Улин обучила Яя делать шарики. Та уже выросла для такой работы и была довольно смышлёной девочкой.

Человечки приносили много денег, и свекровь перестала донимать мужа, убеждая его развестись и жениться повторно. Никто уже не верил, что она может понести. И она сама не верила. И однажды, отчаявшись, предложила мужу развод. Он ничего не ответил ей, просто ушёл из дома и не приходил несколько дней. А когда она уже почти сошла с ума от ужаса, он наконец-то вернулся.

Он сказал ей: – Ты можешь уйти, если хочешь. Ведь мы не знаем, кто из нас бесплоден. Может быть и я. И я пойму, если ты уйдёшь. Но ты должна знать, что я этого не хочу. Я живу только когда ты рядом со мной.

И вот теперь она боялась, что муж обо всём догадается. Он не сможет сдерживать своего счастья. Оно непременно прорвется наружу, и другие поймут, отчего он так счастлив.

И чёрные колдуны тоже.

Улин тихо ахнула и зажала рот рукой. Не надо даже думать о них. Надо думать о её колечках, сеточках, куколках.

Двух кукол Улин, как и положено, унесла управителю рынка. Это было совсем недавно. До сих пор с улыбкой вспоминает, с каким изумлением и как долго он разглядывал фигурки, обожжённые в огне и раскрашенные разными красками. Фигурки были не из числа первых. Улин уже набралась опыта и научилась делать кукол-женщин и кукол-мужчин.

Лучше всего у неё получались куклы-младенцы. Такие толстенькие и хорошенькие, что их не хотелось выпускать из рук. Но всё равно, её первенец был самым лучшим. Ведь он помог ей, как она и мечтала.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8