Антоша

Лиза Глум

Антоша

Глава 1. На самом видном месте

Пожилая женщина открыла входную дверь и, ошарашенная, отступила вглубь коридора. В квартиру влетела девушка, одетая, несмотря на конец октября, в легкую бежевую ветровку. В руках нежданная гостья держала пищащий сверток из байкового одеяла.

— Марина? — всплеснула руками хозяйка квартиры. — Уже родила?

— Лариса Ивановна, умоляю! — по лицу девушки текли слезы, кулек продолжал хныкать. Молодая мама пыталась укачивать малыша, продолжая что-то говорить, но и то, и другое у нее получалось плохо.

— Так, милая, давай не стой на пороге, — захлопотала Лариса. — Проходите, проходите. Вечера прохладные, а ты одета кое-как, да и крохе не помешает согреться. Сейчас и накормлю, тебе нужно сейчас хорошо питаться. Ты же грудью кормишь, да?

Несмотря на уговоры хозяйки, есть Марина не стала. А от чашки горячего чая не отказалась — только после этого дрожь в теле стала проходить, и девушка смогла начать свой рассказ.

— Я ушла от Игоря. Сбежала.

История казалась Ларисе одновременно и дикой, и до боли обыденной. Ведь она и сама в молодости вышла за такого человека, который потом поднимал руку на нее и дочек — Жанну с Ингой. Но там другое дело: муж, бывший вояка, после комиссования никак не мог устроиться на приличную работу, пил. Уходить ей было некуда совсем: родители бы не приняли брошенку в отчий дом, чтобы не накликать на себя позор всего села. То ли времена такие были, то ли люди… Благо однажды упился муж до смерти, а вдова — это уже другой статус, к таким в обществе относились с уважением, участием, сопереживали.

Но — Игорь? Мальчик из хорошей семьи, имевший прекрасное воспитание, блестящее образование… Да он Марину на руках носил еще до свадьбы! Лариса сама тому свидетель — она еще тогда работала помощницей по хозяйству в доме Граниных. Даже Виталий Игоревич и Алена Андреевна приняли невестку не своего круга. А теперь оказывается, что Игорь поднимал на девушку, точнее, уже свою жену, руку.

Словно прочитав мысли Ларисы, Марина пояснила, что началось это не сразу, а после того, как родители подарили молодым квартиру в элитной новостройке — Игорю и Марине ведь нужно было иметь свое личное пространство, вить гнездышко для собственной семьи. Они были счастливы. А через некоторое время мужа как подменили.

— Мне удалось обмануть водителя, которого Игорь ко мне приставил еще и как надзирателя, — всхлипнула Марина. — Он постарается отнять у меня малыша. Он уже угрожал этим, когда я была беременна и после очередного избиения заикнулась о разводе.

— Он бил тебя в положении? Бог ты мой, Мариша, какой ад тебе пришлось пережить!

Несмотря на то, что Лариса в жизни повидала немало людской мерзости, в ее голове просто не укладывалось услышанное, и хозяйка квартиры отправилась на кухню накапать себе сердечные капли.

— Ад еще не закончился, тетя Лариса. Он будет искать меня, теперь уже нас. Везде. Всюду. На земле и под землей. И не успокоится.

— Но ведь есть закон. Суд не оставит ребенка без матери…

— Пф-ф-ф, суд! — фыркнула Марина. — Гранин-старший купит для единственного сыночка все суды мира. Скажут, что я его оболгала, обокрала и вообще похитила ребенка… У меня ни работы, ни своего жилья — подаренная квартира записана, конечно же, на Виталия Игоревича. Они добьются того, чтобы меня с сыном разлучили. А потом… потом Игорь непременно меня убьет. Но я точно не жилец после побега. А ребенок… как можно отдать ему ребенка? А что, если он и над ним будет так же измываться? Он же больно-о-ой!

Последние слова Марины утонули в рыданиях. Ее малыш, оказавшись в тепле, довольно быстро уснул. Но сейчас из соседней комнаты послышался плач — то ли его потревожил эмоциональный разговор женщин, то ли просто почувствовал, что мамочке плохо. Та кинулась к крохе, дала ему грудь, и вскоре он удовлетворенно затих.

— Помогите мне, — прошептала Марина.

— Как, милая? — недоумевала хозяйка квартиры. — Если, как ты говоришь, муж будет искать тебя по всему городу, то и ко мне обязательно наведается. Ты же в столицу не так уж давно приехала, тут наверняка все твои знакомые у него наперечет.

— Нет, нет, прятаться у вас небезопасно, вы правы. Но мне одной будет проще скрыться, затеряться, чем с малышом. Спрячьте его, пожалуйста!

— Я? Но где?

— Там, где Игорю не придет в голову его искать. На самом видном месте.

Г