скачать книгу бесплатно
– Привет, ты надеюсь уже собрался? – щебечет мне в ухо, а я морщусь и испепеляю взглядом часы на стене в фойе. – Я бегаю по магазинам в поисках купальника, а их как назло нет.
– Что, совсем? – пытаюсь отвлечься на мысли о Тее, и постепенно злость утихает. – Значит придется ехать без него…
– С нами мама и папа, не забывай. Иначе, я просто поехала бы без, – отвечает томно, и мое тело откликается на мед в ее голосе. – Прости, не могу говорить, мама долбит на второй линии уже третий раз…
Отключается, а я набираю номер домработницы и жду.
– Глеб Валерианович?
– Собрала вещи? – спрашиваю, переводя взгляд на широкое окно, за которым мелькают машины.
– В процессе. Буквально двадцать минут, и отправлю с водителем в аэропорт. Хотите, чтобы я положила что-то еще?
– Нет, все по списку, этого будет достаточно. Если буду нужен, я на связи еще часа три. После вылета только экстренная связь через ресепшен отеля.
– Хорошо, я буду иметь в виду, – Мадина отзывается деловито.
– Если Настя или Илья позвонят, обязательно дайте мне знать, я выйду с ними на связь. Остальных попросите не беспокоить до конца следующей недели. Если возникнут вопросы, звоните моей секретарше, она в курсе, как со мной связаться.
– Хорошо, Глеб Валерианович. Хорошего вам отдыха! Давно следовало вам слетать куда-нибудь отдохнуть…
Подкатываю глаза и прощаюсь с Мадиной. Она как мать, ей Богу.
Поднимаюсь с места, раздраженно отмечая, что просидел в фойе уже двадцать минут. Если у этого сосунка нет времени встретиться сейчас, придется нам отложить эту дуэль до времени, когда я вернусь с Мальдив.
– Хорошо, – секретарь, над которой я нависаю, кладет трубку и поднимает на меня затравленный взгляд. – Мне сейчас сообщили, что она в ресторане Версаль. И если вам будет угодно, мы можете приехать туда. Вас проводят.
– Она? – спрашиваю резко. Злость сменяется легким удивлением. Баба блядь?
– Да… – отвечает как само собой разумеющееся. – Наш генеральный, женщина.
Еще лучше!
Прикрываю глаза, качаю головой и развернувшись направляюсь к выходу. Там Харламов уже пробку создал, но терпеливо ждет не уезжает и не обращает внимания на машины, сигналившие сзади.
– В Версаль, Игорь. Эта сука там.
Водитель начинает выруливать с парковки, слегка удивленно взметнув брови. Видимо тоже не ожидал, что владелица компании, которая путается у меня под ногами – баба.
Дорога пролетает быстро, в пробках почти не застреваем. Мадина отчитывается, что вещи в аэропорт доставили. Кладу трубку, и мне тут же долбит Тая.
– Говори, – отзываюсь напряженно глядя на приближающиеся огни ресторана.
– Папа не полетит, – произносит грустно. Мама сказала, у него температура, и тест положительный. Его просто не впустят в самолет.
– А Алевтина? – спрашиваю, пока еще не зная, к чему все идет.
– Она будет. Бронь бунгало в силе, как и собирались, мы с тобой займем домик на правом мостике, а мама на левом. Только теперь она судорожно ищет, кого бы взять вместо папы.
– Пусть берет любовника. Тогда нам с тобой точно никто мешать не будет…
Тея смеется. Водитель останавливается, я выхожу из машины около входа в рест.
– Она кажется, возьмет с собой подругу. Так что нам точно никто мешать не будет, они все время будут жариться на пляже и пить в баре.
– Отлично. Встретимся в аэропорту, и там все обсудим, – отвечаю Тее, и вхожу в ресторан. Навстречу мне тут же кидается администратор. – Глеб Валерианович. Идемте, вас ожидают…
Глава 5
Водитель тормозит около ресторана.
Я торопливо шагаю к входу, кутаясь в белое пальто. Ветер треплет светлые локоны, и я ускоряю шаг, слыша, как трезвонит мобильник.
Думала, что звонит Агнесса, она минуты три назад оповестила, что машина Жданова отъехала от моего офиса, значит, он еще в пути и минут десять у меня есть. На экране высвечивается номер подруги.
Беру трубку, стряхивая с плеч пальто, и передаю то администраторше.
– Если это не срочно, я перезвоню. Куда? – спрашиваю у девушки, и та кивает в зал.
– Ваш любимый столик, Юлиана Андреевна.
Вслед за мной в ресторан заходят парни из моей охраны, и я благодарно киваю начальнику, который пунктуален как всегда.
Не то, чтобы я собиралась драться с Глебом, но когда вокруг будут мои люди, я буду чувствовать себя увереннее. И прилюдно он меня не убьет. Хотя уверена, унижение, которое он должен был пережить в фойе моего офиса не каждый стерпел бы.
– Срочно! – подруга отзывается, и я шагаю к столику, плюхаюсь на стул, не дожидаясь, пока мне выдвинет его официант и выдыхаю.
– Говори.
– У меня горит путевка на Мальдивы. Леша должен был лететь со мной, но у него положительный тест, и его не пропустят в аэропорту. Пожалуйста, скажи, что у тебя есть неделя отпуска. Ты мне обещала еще в прошлом году, Юля!
– Мальдивы? – произношу заинтересованно. А ведь я так и не слетала в отпуск. Да сейчас и некогда. Если Жданов начнет ерепениться, мне придется давить и… В общем, я не могу сейчас.
– Да, бунгало на сваях с бассейном и охренительным запасом Дон Периньон в холодильнике. Для тебя лично.
– Боже, ты давишь на все рычаги! – огрызаюсь с улыбкой, и даже волнение о приезде Жданова отходит на второй план.
– Пожалуйста, скажи «Да!», и я прямо сейчас отправлю твоей секретарше информацию о вылете.
– Когда вылет?
– Сегодня!
– Что? – смотрю на часы, осталось минуты три. – Нет, у меня не получится.
– Неделя. Я сама буду подливать тебе в бокал. Если хочешь, я даже надену парик горячего мексиканца. Или шляпу. Или вообще без парика, м?
– Боже, Аль. Ты издеваешься? Это у вас в семье Леша зарабатывает, а я не могу позволить себе отпуск, когда мне вздумается! У меня нет богатого мужа!
– Будем считать, что я не слышала в твоем голосе этого снобистского пренебрежения.
Поджимаю губы. Видимо нервы и правда сдают. Делаю глубокий вдох, выдыхаю. Около меня ставят бокал шампанского, которое я обычно пью как аперитив. Благодарно киваю. Рука тянется к нему, но я отдергиваю ее.
Нельзя сейчас. Рано.
– Отправь Агнессе информацию, пусть зарегистрирует меня на рейс. Собраться я не успеваю, ты одолжишь мне купальник и пару шорт?
Визг в трубке заставляет убрать телефон от уха, и зажмуриться.
– Я люблю тебя! – Аля бросает трубку, и я убираю телефон в сторону и вздрагиваю, когда замечаю темную фигуру охранника около стола.
– Юлиана Андреевна, он здесь, – слышу негромкий доклад начальника охраны, и, собрав всю волю в кулак, царственно киваю, переводя внимательный взгляд на двери. Ресторан сейчас полон, я специально выбрала час-пик, чтобы встретиться с ним в людном месте. Так безопаснее. – Парни на позициях.
– Будь рядом, – приказываю спокойно.
Хотя как бы не старалась убедить себя, что в этой встрече нет ничего особенного, но меня рвет изнутри. Я ждала этого четыре года. И теперь звездный час настал. И я нихрена не спокойна.
Смотрю на арку, ведущую в эту часть зала ресторана, ожидаю увидеть там знакомую фигуру, но Жданова всё нет.
От этого нетерпение становится осязаемым, я ерзаю на стуле, подавляю желание отпить из бокала шампанское.
У меня должна быть ясная голова, мне нельзя сейчас терять бдительность. Только не сейчас. Не здесь.
За аркой какая-то суета, разговоры, я хмурюсь, понимая, что час пик в ресторане это плюс и минус одновременно. Когда в зал вваливается группа каких-то мужчин в смокингах, я вздыхаю и отвожу глаза, понимая, что пятнадцать минут моего драгоценного времени потрачено впустую.
А он оказывается, не отличается пунктуальностью.
Смотрю на часики на руке, и поджимаю губы. Я могла бы уже ехать в аэропорт…
Перевожу раздраженный взгляд на арку, и сердце выстреливает в глотку.
Я не думала, что будет так больно.
Руки сжимаются в кулаки, на ладонях остается след от ногтей, и я убираю кисти на колени, чтобы не выдать ярости. Голубой костюм тройка прежде идеально сидящий на моей фигуре теперь жмет. Хочется стянуть пиджак, ослабить лиф, расстегнуть пуговичку на брюках. Да Господи, сделать хоть что-то, чтобы не сидеть тут, на этом самом месте в ожидании Жданова.
Он встает в арке и медленно окидывает взглядом зал ресторана. Зеленые глаза сканером проходятся по посетителям, скользят по мне, двигаются дальше, а потом стекленеют, и резко возвращаются к моему лицу.
И я делаю то, о чем мечтала все эти гребаные четыре года.
Беру в руки бокал шампанского и салютую этому ублюдку.
Улыбаюсь.
Ты меня не сломал, милый.
Но именно это я собираюсь сделать с тобой.
Шампанское встает в горле, но я не теряю лица. Проглатываю, чувствуя, как саднит внутри, и отставляю бокал, склоняя голову чуть на бок.
Уши жгут бриллиантовые серьги, которые стоят столько же, сколько стоила моя квартира в той новостройке.
Жданов тем временем приближается.
Шагает ко мне навстречу. Спокойный, уверенный в себе, хладнокровный. Кажется, что его ничто не может выбить из колеи. А вот у меня внутри агония. Все мышцы пылают и выкручиваются как при температуре или ломке. Вот только я не наркоманка, а это ощущение напрямую связано с мужчиной, который теперь не отводит взгляда от моего лица.
Чувствую, как пылает щека, хочу потереть ее, но этот нервозный жест выдаст мое волнение, поэтому лишь приветливо улыбаюсь во все тридцать два, когда Глеб садится на стул напротив.
– Лея?
– Не ожидал меня встретить? – спрашиваю, приклеив к лицу королевскую улыбку. Откидываюсь на спинку стула, изучаю Жданова с ног до головы. Он не изменился за эти четыре года, только черты лица стали жестче.
Разворот его плеч все такой же огромный, смокинг отлично сидит на подтянутой фигуре. Все такая же стильная прическа, в волосах по-прежнему нет седины, а вот я в свои тридцать уже не обхожусь без регулярных походов к стилисту. И это злит. Мужчинам природа дарует бесценный ресурс – при должном обращении их красота только крепчает с возрастом, а вот у нас, женщин, ситуация противоположная. Благо мы живем в век современных технологий, и косметологи шагнули так же далеко, как и разработчики на МКС.
– Не ожидал, что именно ты владелица компании, которая пытается разорить мою.
Жму плечами, будто сожалею. Лгу.
Надо же, а он кажется искренне удивлен. Теперь я вижу, что в глазах его нет той безмятежности, которую он выказывает всем обликом. А в голосе его очень натянуты струнки нервозности.
Снова злюсь, что настолько хорошо читаю его. Я искренне надеялась, что за те четыре года, что я выстраивала свою новую жизнь, старая сотрется и выгорит как старый чек из супермаркета. Но я так же отчетливо помню переливы в его зеленых глазах, и тембр его голоса все такой же волнующий, как и раньше.
– Ты просил аудиенции. О чем ты хочешь поговорить? – спрашиваю, как ни в чем не бывало. Сама поражаюсь, как мне это удается. Удивительно, но пока у меня получается сохранять хладнокровный вид, хотя больше всего хочется плеснуть содержимое бокала в лицо этой сволочи и заорать, что это он во всем виноват. Вместо этого беру и снова отпиваю. Жажда, которая гложет изнутри все никак не проходит.
– Хочу, чтобы ты оставила тот участок и отступилась. Я первый его нашел. Но ты ведь этого не сделаешь?
Участок. Ну конечно.
– Идеальное расположение. Район трех парков, огромная парковка, куча новостроек по периметру. Это место идеально для постройки нового здания, и мы оба это знаем.
– Вот только твоя компания не интересовалась этим местом, пока я не заявился на аукцион как покупатель, – Жданов говорит интимно тихо, но я чувствую, что в его тоне очень много скрытых глубин. Он как айсберг, от которого можно ожидать чего угодно. Такой же ледяной и смертоносный. И мой Титаник пойдет ко дну, если я не прекращу играть в эту игру. Но я азартно продолжаю.
– Извини, – улыбаюсь, подтверждая его догадку. Глеб прав, мне этот участок не нужен нахер. Но там, где дело касается Жданова, я не могу упустить такой шанс его поддеть.
– Так и знал, – произносит без капли сожаления, чем сбивает меня с толку, моя улыбка меркнет, а потом сходит с лица вместе с краской, как только Глеб задает еще один вопрос, который на самом деле его тревожит. – Может, тогда ответишь на другой вопрос? Где мой ребенок, которого ты четыре года назад носила под сердцем?
Глава 6
– Ребенок? – произношу, но свист в ушах, будто меня огрели по голове, мешает сосредоточиться. Сглатываю, глядя на Жданова, и сердце замирает, когда Глеб вскакивает и, оказавшись около меня, дергает меня за плечо. Ватные ноги выпрямляются, едва не падаю, хватаюсь за лацканы его пиджака и не отрываю взгляда от его зеленых глаз. – Где ребенок?
Повторяю как сон, Глеб встряхивает меня, вкладывает в этот жест все негодование и злость и шипит сквозь зубы.
– Ты хоть понимаешь, что все эти годы, я был уверен, что ты мертва?
– Руки! – начальник охраны отдергивает от меня Глеба. Он как пластырь, как пиявка, отрывается с болью. Адской, скребущей, пробирающей до нутра болью.
Молчу. Не могу справиться с накрывшим шоком.
Он что, не знает о ребенке? Он не знает? Быть этого не может!