Закадычные враги 4

Полина Люро

Закадычные враги 4

Сны для вампира ― непозволительная роскошь. Видимо, так решила госпожа Судьба, считая, что и без того дала нам больше, чем остальным представителям рода человеческого ― слишком долгую жизнь. Которая, впрочем, как я совсем недавно узнал, тоже не бесконечна. Увы, увы… Как рассказал бессменный враг, а теперь напарник и, к тому же ― отличный парень, бывший Глава погибшего Клана оборотней Роджер ― уф, еле выговорил, ― жить мне осталось от силы недели три.

Не хочу говорить о грустном, да и думать тоже ― что толку переживать, когда итак уже задержался на этом свете. Если честно, я всегда был одиночкой, даже окружённый своими «братьями» по Клану, так и не нашёл друзей. Никто не будет обо мне вспоминать или украдкой вытирать слезу у вечернего костра за очередной бутылкой пива, никто не скажет:

― Жаль, что Мика нет с нами…

Разве что Роджер и неугомонный Али помянут старого вампира, возможно, даже добрым словом… А почему бы и нет? Во всяком случае, хотелось бы в это верить. Ведь за всю свою долгую жизнь я не причинил вреда ни одному человеку ― если и брал кровь, то совсем чуть-чуть, лишь чтобы немного утолить отвратительную жажду.

Стоя у зеркала в ванной лесного домика, тряхнул длинными волосами, стараясь, словно надоедливую мошкару, прогнать навязчивые мысли и делая вид, что не замечаю побелевшие за ночь виски.

«Всё к лучшему, Мик, всё к лучшему; подумаешь ― седина, совсем и не страшно. Тебе даже идёт…» ― кривая ухмылка тронула губы, вот только глаза стали ещё печальнее. И чтобы прекратить это безобразие, плеснул в лицо ледяной воды, быстро войдя в комнату, где Роджер и Али о чём-то оживлённо шушукались.

― Доброе утро! Как спалось? ― мой голос лучился преувеличенным оптимизмом, и застигнутая врасплох «команда» ответила:

― Спасибо, дядя Мик ― спал как убитый. Жаль только, что поужинать не дали…

― Лучше не начинай, проглот! За день, что мы провели здесь, ты умудрился подчистить все запасы. А это немало… Что же касается сна, малахольный, то из-за тебя я прокрутился всю ночь ― это ж надо было так стонать и охать. А говорил, что вампиры не способны видеть сны… Признавайся, какая красотка тебя настолько впечатлила? ― рассмеялся оборотень, но в его обычно весёлых глазах читался вопрос:

― Что на этот раз не так, приятель?

Пожав плечами вместо ответа, я сел за стол, сосредоточившись на бутерброде и чашке ароматного, но, к сожалению, растворимого кофе. Оборотень плюхнулся на соседний стул:

― Не кривись, Мик, нормальный кофе закончился ― попадём в город, купим огромную банку… Эй, Али, убери руки от масла, ешь кашу. Уже? Ну беги на кухню, там ещё полкастрюли осталось.

Джинна как ветром сдуло, и Роджер проводил его сердитым взглядом:

― Что с ним не так? По идее, он вообще не должен есть.

Я улыбнулся:

― Думаю, Али нравится сам процесс, парнишка очень хочет быть похожим на нас, вот и старается… Кстати, о чём это вы шептались? Секреты?

Роджер посмотрел так, словно я пришёл завтракать в пижаме:

― Не заговаривай мне зубы, кровосос. Что было этой ночью?

Вздохнул:

― Вот же пристал… Сегодня я впервые за всё время увидел сон, и, честно скажу, он был настолько странным, что… Ты только не смейся, мне вдруг расхотелось уходить.

Оборотень наклонил голову, словно любопытный щенок:

― А куда это ты собирался уходить? Можешь выражаться яснее, а то бесишь, придурок!

Я вскочил, с размаху бросив в него забытым на плече полотенцем ― вот уже и склероз на пороге! ― и крикнув:

― Сам ты придурок ― мне вдруг ужасно расхотелось… умирать, Родж. Во всяком случае, пусть это случится не так и не сейчас.

Помрачневший напарник аккуратно сложил полотенце, перекинув его через спинку стула:

― Ясно… Вот что, Мик, не психуй раньше времени, я тоже об этом думал и вспомнил об одном чудаке. Он не как мы ― просто человек, правда, довольно своеобразный: давным-давно начал собирать всё, что касалось необычных существ, живущих в этом мире ― истории, легенды, сказки. Даже научные статьи. Тот тип много знал о нас такого, о чём мы и не подозревали. Все звали его Рокки-крысиный король, почему ― не знаю, когда-то он работал смотрителем на маяке. Возможно, маяк до сих пор и уцелел, но сам Рокки… вряд ли.

Роджер замолчал, задумавшись, а я пересел в кресло, прислушиваясь к бешеному стуку того, что давным-давно должно было молчать в груди вампира. В комнату заглянул Али:

― Я всё доел, дядя Роджер. Что теперь?

Оборотень поднял голову, посмотрев куда-то сквозь Джинна:

― Иди полчасика побегай вокруг дома, это полезно для здоровья. Дядя Мик всегда так делает по утрам…

Обрадованный «ребёнок» сразу двух Кланов тут же исчез за дверью, а я засмеялся:

― Ну ты и загнул… Да меня до обеда ничем из дома не выгонишь.

Роджер усмехнулся:

― Это неважно, главное, чтобы не доставал. Решайся, Мик, можешь сдаться и плакать, любуясь на себя в зеркало. Или попробуем разыскать этого Рокки, вернее, его библиотеку. Возможно, там есть ответ на интересующий тебя вопрос ― как отсрочить неизбежное. Хотя гарантий, конечно, нет. Если не захочешь тратить последние дни на поиски непонятно чего, все вместе отправимся в путешествие ― поедем туда, куда скажешь. Об этом мы и шептались с Али, он хороший парн… то есть, Джинн, тоже переживает за тебя. Подумай, но недолго, у нас не так много времени.

Я выбрал первый вариант, но это оказалось непростое решение. Всё дело было в моём сегодняшнем сне, в котором я увидел нашу компанию, колесящую на джипе по дорогам Италии. Мы побывали в невероятно изменившихся за столетия Болонье, где я родился, и Римини, с его длинными белоснежными пляжами и уже далеко не лазурной водой.

Микаэль-вампир не бывал там с того самого дня, как, став другим, покинул эти дорогие сердцу места. А теперь, перед тем как навсегда исчезнуть, захотел показать их… да кого я пытаюсь обмануть ― друзьям. Да, да… Не думал, что когда-нибудь произнесу это слово.

Сон задел за живое, а теперь, после слов Роджа, я расценил его, как усмешку судьбы ― мол не трать время, Мик, всё равно у тебя ничего не получится, лучше отправляйся в ностальгическое путешествие.

То есть, мне предложили капитулировать. Как бы не так!