Николай Леонов.

Ультиматум Гурова (сборник)



скачать книгу бесплатно

– В машину ее, быстро! Она же жива!

У Гурова и участкового – такого же зеленого пацана – вытянулись лица. А врач, матеря их обоих на чем свет стоит, пытался сам погрузить пострадавшую на носилки.

Женщина та, слава богу, выжила. Гуров тогда получил выговор за халатность. Участковый отделался замечанием, но потом все-таки сменил профессию. А Лев усвоил урок навечно: когда речь идет о человеческой жизни, нельзя полагаться на чьи-то слова, всегда нужно все проверять досконально и самому. Тот участковый, мальчишка, увидев тело, мало похожее на живого человека, автоматически записал женщину в покойницы, а Гуров поверил ему на слово. Сейчас, разумеется, он никогда бы так не поступил, но был благодарен судьбе за тот урок.

С Красницким все обстояло куда печальнее: Алексей Владимирович был мертв, и помочь ему уже не мог никакой врач. Так что до приезда опергруппы оставалось время спокойно осмотреть и место преступления, и труп.

Уже по первому взгляду было ясно, что имеет место явный криминал – то есть Красницкий был убит, о чем свидетельствовали следы на его шее – неровные полосы багрового цвета, оставленные удавкой. Само орудие преступления находилось здесь же.

Гуров осторожно ногтем подцепил его и едва сдержался, чтобы не выказать своего удивления: это был женский шарф – длинный, дымчато-серый, с каким-то перламутровым переливом. Особенно нелепо на орудии преступления выглядели кокетливые висюльки-помпончики, тянущиеся по краям шарфа…

Гуров не был экспертом и не имел медицинского образования, однако у него имелось кое-что не менее ценное – жизненный опыт. И он свидетельствовал о том, что с момента смерти Красницкого прошло около двух-трех часов.

Прибыла опергруппа, сразу сориентировалась, и каждый приступил к своей работе, методично и последовательно выполняя то, что требовалось: оперативник с собакой пытался направить своего питомца взять след, врач принялся осматривать тело и фиксировать данные, дактилоскопист занялся исследованием салона автомобиля на предмет взятия отпечатков пальцев – словом, каждый был на своем месте. Один из экспертов упаковал в полиэтиленовый пакет шарф.

Гуров, следя за работой группы, подумал о том, что ему больше нечего тут делать. Все, что хотел, он уже увидел, а профессионалы разберутся и без него. Вот потом, когда будут получены данные от экспертов и их работа закончится, наступит черед сыщика.

Он вернулся к своему автомобилю и отправился обратно в контору Конышева. Там ничего не изменилось, только эксперт Миша Заварзин, закончив свою работу, стоял наготове с чемоданчиком у дверей. Конышев с унылым видом сидел в кресле, Гольдман читал какой-то документ – видимо, он даже в форс-мажорных обстоятельствах старался не тратить время попусту, дабы потом не наверстывать упущенное.

Секретарша Люда, видимо, приняла слишком большое количество успокоительного, потому что сидела, уставившись куда-то в пустоту стеклянным взглядом.

– Лев Иванович. – При виде полковника Заварзин шагнул ему навстречу. – В чашке секретарши с остатками чая обнаружены следы мощного мочегонного средства…

– Что-о? – неожиданно встрепенулась Люда, выходя из ступора. – Какого еще мочегонного? Это дорогой чай!

– Нужно определить – входит оно в состав самого чая или попало туда отдельно от него, – сказал Гуров.

– Уже определил, – ответил Миша, и покосившись в сторону секретарши, усмехнулся: – Ну, чаек сам по себе паршивенький, но безобидный.

Травки там всякие, ароматизаторы, красители… Так что мочегонное просто подсыпали, точнее, подлили, потому что обычно оно производится в жидком виде.

– Так, а где его можно достать? – нахмурил брови Гуров.

– В любой аптеке в свободном доступе, – сообщил Миша. – Стоит копейки, действует несколько часов. Неудивительно, что она несколько раз бегала в туалет.

– Вы хотите сказать, меня хотели отравить? – с выражением ужаса на лице спросила Люда.

– Ну что вы! – усмехнулся эксперт. – Этим не отравишься. Просто, видимо, хотели, чтобы вы почаще отлучались со своего места. Но это уже пускай Лев Иванович расследует. А то я, пожалуй, настрою тут ложных версий! Ну что, Лев Иванович, я закончил.

– Спасибо, Миша, можешь ехать, – кивнул ему Гуров, и эксперт, подхватив свой чемоданчик, скрылся за дверью.

– Виктор Станиславович, а ваша сотрудница не отыскалась? – спросил Лев у Конышева.

– Что? А, Надя… нет. Ума не приложу, куда они все запропастились! Ни ее, ни Красницкого! Я только что звонил ему…

– Не нужно! Не звоните ему. Красницкий нашелся.

– Где? – воскликнул Виктор Станиславович.

– В собственном автомобиле. Но не в том смысле, в каком вы думаете, – добавил Гуров, увидев вспыхнувшую в глазах Конышева радость. – Красницкий убит.

Конышев зачем-то потянулся к очкам и снял их, заморгав ресницами, словно ему что-то мешало. Гольдман оторвался от своего чтива и смотрел на Гурова, низко опустив длинную челюсть. Секретарша Люда вдруг стала оседать на пол и при этом тихо смеялась. Конышев бросил на нее ошарашенный взгляд, а Лев, поняв, что это истерика, шагнул вперед, рывком приподнял ее с пола и резко встряхнул. Люда издала захлебывающийся звук и умолкла, растерянно глядя на полковника.

– Не время для истерик, – мягко, но уверенным тоном произнес Гуров. – Да, события неприятные, но их следует принять как данность. Итак, подводя итог, скажу, что картина вырисовывается следующая: в вашей конторе похищены деньги из сейфа, после чего сразу исчезают двое сотрудников. Один из них найден задушенным в собственной машине, второй – точнее, вторая – до сих пор не обнаружена. Вот так обстоит дело на первый взгляд… Виктор Станиславович, мне нужен домашний адрес и все остальные данные на вашу Надю.

Конышев, у которого в голове словно переваривалась какая-то вязкая каша, действовал на автопилоте. Он отдал распоряжение Люде найти данные на их сотрудницу, и та вскоре подала Гурову отпечатанный листок. В нем было написано: «Круглова Надежда Павловна, восемьдесят седьмого года рождения, агент по недвижимости», далее следовал адрес девушки, которая была зарегистрирована по адресу на улице академика Янгеля.

Положив листок в карман, Гуров попрощался со всеми, сообщив, что будет заведено два дела – по факту убийства и по факту кражи, которыми ему и предстоит заниматься.

Позвонив по дороге в управление, он распорядился отправить на адрес Надежды Кругловой парочку сотрудников с приказанием доставить ее в главк, если она дома, а если нет – дожидаться появления девушки.

Прибыв в управление, Лев прямиком направился в кабинет генерал-лейтенанта Орлова. Петр Николаевич слушал четкий, последовательный доклад Гурова, и брови его хмурились все сильнее и сильнее.

– То есть ему действительно пытались навредить, – резюмировал он, когда Гуров умолк. – Причем навредили гораздо сильнее, чем предполагалось вначале. Кража и убийство – это уже не просто сорванные сделки, а?

– Вот только непонятно, как это увязывается с сорванными сделками, – задумчиво заметил Лев. – Если его изначально планировали ограбить, то к чему было устраивать эти спектакли? Ведь на этих сделках Конышев потерял деньги!

– А что, если собственные сотрудники – а получается, что, кроме них, ограбить его никто не мог, – сами и перехватили этих клиентов? – высказал предположение Орлов.

– Такое вполне допустимо, – кивнул Гуров. – Первая версия, которая у меня возникла – это кто-то из своих. И когда исчез Красницкий, я подумал, что это его рук дело. Но Красницкий убит. Остальные на месте, за исключением Нади Кругловой. И если она виновница кражи, я очень сильно сомневаюсь, что она обнаружится дома.

Однако оказалось, что тут Гуров ошибся. Не прошло и часа, как в кабинет Орлова постучал один из оперативников, посланных по адресу Кругловой, и сообщил, что девушка доставлена в управление. Правда, она постоянно твердит, что не понимает, в чем дело.

– Ведите ее сюда! – распорядился Орлов, а Гуров достал сотовый телефон, набрал номер Конышева и сказал:

– Виктор Станиславович, приезжайте в главк сейчас же. Тут ваша Надя обнаружилась, требуется ваша помощь…

Девушка, вошедшая в кабинет, была растеряна, но не выглядела слишком напуганной. Она стояла посреди кабинета генерал-лейтенанта и переводила взгляд с него на Гурова. В руках она держала мягкую замшевую шляпку с короткими полями.

– Вы – Круглова Надежда Павловна? – спросил Гуров.

Девушка кивнула.

– Присаживайтесь. – Он показал на свободный стул, и девушка осторожно присела на краешек. – Куда вы направились сегодня из конторы и во сколько?

– Простите, я не понимаю, о чем речь, – произнесла она высоким сопрано. – Из какой конторы?

– Вы работаете в риелторской конторе «Зодчество», возглавляемой Виктором Станиславовичем Конышевым? – уточнил Гуров.

– Вы что-то путаете, – покачала головой Надя. – Я никогда не работала в риелторской конторе. Я скрипачка. – Она машинально повела рукой, как бы имитируя движение смычка по струнам.

Гуров и Орлов переглянулись, и генерал попросил:

– Покажите ваш паспорт, пожалуйста.

Девушка достала из сумочки документ в красной обложке и протянула его. Орлов раскрыл паспорт и всмотрелся в фотографию, переводя взгляд на девушку и сравнивая изображение с оригиналом, потом протянул его Гурову.

Открылась дверь, и дежурный сообщил, что прибыл Конышев. Орлов кивнул, разрешая впустить, и Виктор Станиславович чуть ли не бегом вбежал в кабинет. На сидевшую на стуле девушку он не обратил никакого внимания, а сразу же обратился к генералу:

– Ну что, нашли? Что она говорит?

– Можете спросить сами, – усмехнувшись, кивнул Гуров в сторону скрипачки.

Конышев поправил очки и с недоумением уставился на девушку.

– Но это… Это не Надя! – воскликнул он. – Я никогда раньше не видел эту девушку.

– Скажите, Виктор Станиславович, – вздохнул Гуров, – а как вы вообще принимали Надежду Круглову на работу?

– Ну, она пришла по объявлению – я в нескольких газетах и в Интернете разместил вакансию. У нас как раз уволился предыдущий агент. Сказала, что с опытом работы, и вообще… произвела благоприятное впечатление.

– Вы лично с ней беседовали? – уточнил Лев.

– Нет… Помнится, я тогда был занят и поручил ее Красницкому, – ответил Конышев, и лицо его начало покрываться пятнами.

Повисла пауза. Сидевшая на стуле Надя Круглова кашлянула.

– Простите, просто уже много времени, а у меня вечером концерт. Может быть, я могу быть свободна, раз все разъяснилось?

– Ну, пока еще не разъяснилось! – ворчливо сказал Орлов. – Почему некая девушка устраивается в фирму под вашим именем?

Скрипачка развела руками, давая понять, что не знает ответа на этот вопрос.

– Виктор Станиславович, у вас есть фото вашей сотрудницы? – обратился генерал к Конышеву.

– Нет, – виновато ответил он и торопливо добавил: – То есть фото постоянных сотрудников, разумеется, имеются в деле. Но агенты… Они постоянно меняются. Я даже не всегда успеваю оформить их по ТК. Да они и не всегда настаивают, многие воспринимают работу в конторе как временную. Согласен, что они, как нижнее звено, зарабатывают не так уж много. Может быть, у кого-то остались любительские снимки? У нас недавно корпоратив был, Люда фотографировала, я могу спросить.

– Спросите, – отрезал Гуров и обратился к скрипачке: – А вы не теряли паспорт?

– Ой, полтора года назад то ли потеряла, то ли украли в поезде… Я потом его восстанавливала.

– А как же вы, Виктор Станиславович, не заметили, что на фото в паспорте изображена другая девушка? – укоризненно посмотрел на спонсора Орлов.

– Да я, собственно… – Конышев весь покрывался пунцовыми пятнами. – Я его даже не смотрел. Я думал, что все проверит Красницкий… Но он, видимо, как только увидел симпатичную девушку, забыл обо всем остальном. Знаете, о покойниках, конечно, не говорят плохо, но Алексей Владимирович страдал… Словом, он был очень большим охотником до женских юбок! И хотя Надя носила брюки, он… словом, вы понимаете, что я хочу сказать.

– Понимаю, – невесело усмехнулся Орлов. – А понимаете ли вы, что найти эту вашу Надю, которая на самом деле никакая не Надя, в Москве просто нереально?

– Я все понял, – заморгал глазами Конышев. – Я попался на удочку мошенницы! Она похитила мои деньги и скрылась. А Красницкий узнал об этом, и… И был убит ее сообщником!

– Каким еще сообщником! – раздраженно махнул рукой Гуров. – Виктор Станиславович, вы уж, пожалуйста, хотя бы не мешайте вести расследование и предоставьте нам выдвигать версии.

– Так я могу идти? – робко подала голос Надя.

– Да, идите, – ответил Гуров, подписывая пропуск. – Только будьте готовы к тому, что вас могут вызвать в ближайшее время – нужно просто записать ваши показания. Извините за беспокойство.

Девушка кивнула и поспешно вышла из кабинета. Разговоры о кражах и убийствах ей были явно неприятны. Мужчины остались втроем. Конышев ерзал на стуле и вздыхал, на лбу у него выступили капельки пота.

– Скажите, деньги реально найти? – с надеждой обратился он к Орлову.

Тот промолчал.

– Красницкий мог воспользоваться вашими ключами? Хотя бы ненадолго? – спросил Гуров.

– Вряд ли, – покачал головой Конышев. – Ведь они постоянно при мне!

– Что, никогда не оставляете свою огромную связку на столе? Даже в туалет с ней ходите? – с иронией проговорил Лев.

– Но это считаные минуты! А что вы хотите сказать?

– А то, что, скорее всего, вас ограбили Красницкий в сговоре с Надей Кругловой, то есть с мнимой Надей. Он сделал слепок с ваших ключей, а она проникла в кабинет в ваше отсутствие. Потом, по всей видимости, они встретились, деньги были у Надежды. Что между ними возникло, теперь неизвестно – скорее всего, спор по поводу того, как делить деньги. И Надежда убила Красницкого.

– Женщина? – недоверчиво спросил Конышев.

– Женщины порой бывают такие! – заметил Орлов. – Если она профессиональная мошенница, то могла и раньше совершать убийства. Мы же ничего о ней не знаем! Кто она, откуда… Может быть, это вообще работа банды, а Надя – член банды, под видом агента устроившаяся в вашу контору. Красницкий – всего лишь козел отпущения. Ему могли просто запудрить мозги, пообещав хороший процент. То есть он был нужен только для того, чтобы сделать ключ. Он думал, что Надя исчезнет, все подумают на нее, и никто не свяжет это преступление с ним. А сам вон как попал в оборот!

Конышев сидел молча, переваривая все услышанное. Видимо, этого было слишком много для одного дня, потому что он как-то на глазах начал бледнеть и никнуть.

– Ну что же, Виктор Станиславович, сегодня можете отправляться домой, – сказал Гуров. – Если появятся какие-то новости – я вам позвоню.

Конышев медленно кивнул, поднялся и пошел к двери неровной походкой, будто был слегка навеселе. Взявшись за ручку двери, он обернулся и сказал:

– То есть денег вы не найдете…

Гуров и Орлов ничего не ответили, и Конышев, тяжело вздохнув, вышел из кабинета.

Глава четвертая

Зажигалка не находила себе места. Ей казалось, что время движется слишком медленно, и девушка постоянно поглядывала на часы. Скоро должна была состояться встреча, которую можно было считать чуть ли не судьбоносной. Во всяком случае, от нее зависело решение всех ее проблем и будущая жизнь. Зажигалка сделала свое дело и теперь рассчитывала получить заслуженные дивиденды. А потом… Потом нужно непременно сообщить радостную новость Толику. Обязательно! Он ведь даже не знает, что его ждет избавление от болезни! Избавление и новая жизнь!

Не утерпев, она набрала номер Толика. Голос его звучал прерывисто, и она догадалась, что наступило состояние, в котором ему хуже всего. Сердце сразу заныло от жалости – так было всегда, когда Зажигалка видела, как мучается Толик, и ничем не могла ему помочь. Но сейчас может!

– Толик, дорогой, у меня для тебя отличные новости!

Неопределенное хмыканье наглядно показало ей, что Толик скептически отнесся к ее словам.

– Честное слово, – продолжала Зажигалка. – Давай с тобой встретимся сегодня, и я все расскажу. Тебе станет лучше, потому что у меня есть то, что тебе нужно! Точнее, будет, но это неважно!

– А где встретимся? – после паузы спросил Толик.

– Просто приезжай ко мне. Я одна…

– А когда?

– Пока еще сама не знаю, – замялась Зажигалка. – Я позвоню тебе и скажу. Это будет уже совсем скоро!

– Ну… Ладно, я жду. Давай звони, а то мне совсем край тут!

– Позвоню, позвоню. Держись там!

Едва она разъединила связь, как телефон запиликал, возвещая о входящем вызове. Увидев номер, Зажигалка тут же ответила.

– Привет, ждешь? – Оппонент разговаривал кратко, но голос его звучал весело.

– Разумеется, и очень. И Толик тоже.

– Он что, у тебя?

– Нет, но должен подъехать.

– Ты что, все ему рассказала? – воскликнула трубка.

– Ну, конечно же, нет! Только успокоила, что теперь у нас все будет хорошо.

– Про меня не говорила?

– Я совсем, что ли?

В трубке, казалось, о чем-то размышляли. Зажигалке было невмоготу ждать, и она спросила:

– Так когда ты будешь?

– Скоро! – бросила трубка.

– А у тебя… все с собой?

– Разумеется. Я же честная девушка. Так что жди, сейчас подъеду. Да! И никому больше не звони и вообще ни с кем не разговаривай до моего приезда. Так надо, поняла?

– Ну… Хорошо, – согласилась Зажигалка и пошла на кухню покурить.

Вскоре раздался мелодичный звонок домофона, а затем и в дверь. Зажигалка открыла, и лицо ее приняло недоуменное выражение.

– Не узнала? – улыбнулся гость.

– О Господи! – воскликнула Зажигалка и вздохнула. – Я уж испугалась… Проходи давай!

– Привет, дорогая!

Щелкнул замок, и входная дверь закрылась…


– Сыночек, ну как же так – не заводить дело? – настойчиво продолжала тетка. – Ведь серьезный случай!

– Да нет никакого случая! – твердил Станислав Крячко, стараясь скрыть досаду и раздражение.

Он все утро никак не мог отделаться от назойливой тетки, которую ему услужливо подвинтили дежурные. Причем преподнесли это так, будто совершают великое благо для Крячко. Когда утром в дежурку обратилась бабка с сообщением, что у нее пропала квартирантка, дежурный, которому нужно сдавать смену и, соответственно, было не до принятия заявлений, попытался было перекинуть ее на сменщика, сказав, что официально заканчивает рабочий день и просто не успеет оформить заявление. Сменщику же, понятное дело, тоже не хотелось загружаться лишней работой, и он заявил, что до начала его рабочего дня официально еще пятнадцать минут, а после принятия смены он будет долгое время занят другими делами. Бабка же была настроена решительно и ждать явно не собиралась.

Перемигнувшись, оба дежурных хором сообщили ей, что делами по исчезновению людей занимается полковник Крячко – оба видели, как тот минуты две назад прошествовал по лестнице в свой кабинет. Ударив по рукам, они с чистой совестью отправили бабку к Крячко, доверительно шепнув ему, что придумали, как избавить полковника от рутинной работы, которую взвалил на него генерал-лейтенант Орлов.

И вот теперь бабка сидела и ныла о том, какая ее квартирантка была молодая да хорошая и как ей странно и даже страшно, что та пропала.

– Бабуль, да сменила она адрес просто, сме-ни-ла! – устало увещевал бабку Крячко. – Новую квартиру нашла!

– Да как такое может быть? – не верила та. – Сменила без предупреждения? Да и зачем? Ей и у меня хорошо было!

– Ну, может, дешевле нашла! – раздраженно отозвался Крячко.

В другой раз он, может быть, и выслушал бы бабку до конца и даже принял у нее заявление, но сейчас ему не терпелось поговорить с Гуровым насчет того, как прошла его беседа с клавишником из рок-клуба и полученными сведениями по конторе Конышева. Гурова вчера он так и не дождался, а сегодня утром Льва почему-то тоже не было на месте, хотя Крячко, вытягивая шею и выглядывая в окно, видел, что автомобиль его уже припаркован у дверей управления. Рассиживать в буфете с утра Гуров не имел привычки, следовательно, скорее всего, находился в кабинете Орлова. И Крячко хотелось самому туда попасть, чтобы, во-первых, отчитаться перед Гуровым, а во-вторых, дать понять Орлову, что он занимается серьезным делом, и пора снять с него всю печатную чепуху.

В конце концов, ему удалось выпроводить бабку в коридор, сказав ей, что, если квартирантка не появится в течение следующих трех дней, пускай приходит снова. Но не к нему, а лучше сразу к генерал-лейтенанту Орлову. Вот тот обязательно выслушает и даже примет заявление. А пока нет достаточных оснований для заведения дела. Бабка осталась не слишком довольной таким поворотом, однако все-таки вышла из кабинета, подгоняемая потоком мощного торса Крячко, который куда-то срочно заспешил. Оставив ее в коридоре, он направился к дверям кабинета Петра Николаевича Орлова…


– С чего думаешь начинать? – задал Орлов Гурову вопрос, который задавал практически всегда в начале расследования дела, обещавшего быть крупным.

– Продолжать искать выход на эту мифическую Надю, – неопределенно повел плечами Лев. – Проверять окружение Красницкого – может быть, они давно знакомы.

– Можно разместить ее фото, – добавил Орлов.

– А смысл? – возразил Гуров. – Она наверняка гримировалась!

– Тоже верно, – вздохнул Орлов. – Тогда, может, поднять то дело о краже сумочки у настоящей Кругловой? Вдруг там что-то обнаружилось?

– С делом я ознакомлюсь, хотя не возлагаю на это надежд. Нет надежды найти Надежду, – скаламбурил Лев и невесело усмехнулся.

Они беседовали уже минут двадцать, прихлебывая чай, приготовленный бессменной секретаршей Орлова Верочкой. И Гуров, и Орлов приехали сегодня в управление пораньше, чтобы спокойно обсудить дело Конышева, принявшее такой крутой и неожиданный оборот. Со Станиславом Крячко Гуров еще не виделся, да и в свете новых событий беседы со всякими молодыми семьями и рок-музыкантами, отказавшимися от сделок, казались ему мышиной возней. Но все же, будучи профессионалом, он знал, что в делах о крупных кражах, а тем более убийствах, нельзя не принимать в расчет мелочи, и намеревался побеседовать с Крячко сразу после окончания разговора с Орловым.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8