Николай Леонов.

Проклятая усадьба



скачать книгу бесплатно

– Через наушники?

– Вначале я так слушала, потом Игорь сделал мне замечание, что громко, и я надела наушники.

– А что слушали – Бетховена?

– Да, его сонаты. А как вы догадались?

– Милицейская интуиция. Значит, в это время ничто из окружающего мира до вас не доносилось?

– Нет, я ничего не слышала и не могла слышать.

– И как долго вы сидели?

– Где-то в начале второго я поняла, что успокоилась и смогу заснуть, и пошла в спальню.

– А где вы находились – в гостиной?

– Нет, у нас есть комната, примыкающая к спальне. Это как бы мой кабинет. У меня там стоят два проигрывателя – один CD и другой для винила – есть книги, вязанье…

– Значит, Кононов назначил вам свидание здесь, на горке. А сам пошел в другое место – в «зеленый грот». Как вы думаете, почему?

– Откуда мне знать?

– Действительно, откуда? Скажите, когда он делал вам предложение насчет свидания, а вы ничего не успели ответить, он мог догадаться, что ответ будет звучать как «нет»? Скажем, по выражению вашего лица…

– Да, он мог догадаться. Выражение у меня, думаю, было совершенно недвусмысленное.

– Таким образом, мы можем предположить, что Аркадий, явившись в грот, ничего не напутал, что он ждал там вовсе не вас, а другую женщину?

– Да… да, мы можем так предположить, – согласилась Вдовина. – Но какое все это имеет значение?

– Ирина Васильевна, вы умная женщина и, несомненно, понимаете, что вопрос о месте и времени свидания имеет самое большое значение. Он самым прямым образом связан с вопросом о том, кто убил Аркадия. А еще он связан с вопросом о цветах, убранных по вашей просьбе с места преступления. Вы думаете, я о них забыл? Вовсе нет. Но сначала нам нужно решить главный сейчас вопрос: кого именно ждал Аркадий Кононов в час ночи в «зеленом гроте»? Кому он назначил свидание в этом месте?

– Вы меня спрашиваете? Откуда же я знаю?

– А вы подумайте. Вы женщина не только умная, но и наблюдательная. Такой вещи, как ухаживание, нельзя не заметить. И я уверен, что вы знаете, за кем еще, кроме вас, приударял Аркадий. И, возможно, вас возмутил не столько сам факт его ухаживания за вами, сколько его всеядность…

– Да, возмутил! – воскликнула Вдовина.

Как видно, сыщик коснулся больного места; хозяйка усадьбы вскочила, ее глаза излучали гнев.

– Нехорошо, конечно, так говорить о покойном, но Аркадий Ильич был самый настоящий бабник! – горячо произнесла она. – Не было такой юбки, за которой он бы не приволочился. Конечно, он был мужчина видный, даже обворожительный, но какая неразборчивость! Какой цинизм! Я искренне сочувствовала Татьяне, его жене. Она, конечно, особа не самая привлекательная, но она жена. И так открыто показывать, что ты ее не любишь…

– Понятно. И кто же был у Аркадия Ильича на первом месте? В смысле, здесь, в усадьбе? Как можно догадаться, не вы. Тогда кто? Кто-то из горничных? Нет? В таком случае остается лишь один человек… Давайте, Ирина Васильевна, рассказывайте.

Вспомните, что от успеха моего расследования впрямую зависит судьба ваших близких. Итак, за кем в первую очередь ухаживал Кононов?

Ирина Вдовина пожала плечами. Весь гнев с нее сошел, она села. Состроила гримасу, которую можно было понять как выражение «ничего не поделаешь», и произнесла:

– Да, вы правы. На первом месте у него была не я. Это была Наташа, девушка Олега Синицына.

– Так я и думал. Он что, серьезно был ей увлечен?

– Во всяком случае, гораздо сильнее, чем мной. Он ее, можно сказать, преследовал.

– А что сама Наташа? Как она отвечала на ухаживание со стороны Аркадия?

– Она вела себя возмутительно! Просто возмутительно! Как самая настоящая кокотка! Она с ним любезничала, позволяла целовать руки… А может, где-нибудь наедине, и не только руки…

– А что же знаменитый певец? Он, как я понял, человек горячий, он не мог спокойно смотреть на такое поведение любимой девушки…

– Ну, я бы не сказала, что Наташа для Олега такая уж любимая. Как я поняла, это очередная девица из его тусовки. Одна из поклонниц. Такие всегда вьются вокруг знаменитостей, словно мошки. Но вы правы – Олег не мог стерпеть такое ее поведение. Да и поведение Аркадия тоже. У них была одна сцена… Можно сказать, даже драка…

– Синицын подрался с Кононовым?

– Ну да.

– А когда это было?

– На следующий день после того, как вы уехали.

– Очень интересно… А спустя сутки Кононов был убит…

– Я надеюсь, вы не подумали, что это Олег убил Аркадия? – спросила Ирина, и в ее голосе прозвучала неподдельная тревога. – Это совершенная чушь так думать! Тем более что Олег и так одержал победу…

– Что, в ходе драки он побил своего обидчика?

– Не то чтобы побил… Олег человек физически не слишком сильный, а Аркадий был мужчина крупный. Нет, никаких нокаутов, или как это там называется, не было. Но Олег твердо показал, что он не позволит Аркадию так себя вести. И Аркадий уступил. Обещал оставить Наташу в покое. Так что Олегу не было нужды его убивать!

– Однако мы с вами только что вместе пришли к выводу, что вчера в час ночи Кононов дожидался именно Наташу. Стало быть, он не выполнил своего обещания. И Синицын мог об этом узнать…

– Нет, это неправда! – воскликнула Ирина Васильевна. Она была взволнована не на шутку. – Олег не имеет к этому убийству никакого отношения! Я скорее готова подумать на другого человека…

– Вот как? Интересно, на кого это?

Хозяйка усадьбы в смущении отвернулась. Встала со скамьи, прошлась взад и вперед. Потом остановилась перед Гуровым и решительно произнесла:

– Я скорее готова подумать на еще одного нашего гостя – на Сергея Сургучева. И это не мои домыслы. Просто я случайно узнала… Услышала обрывок разговора моего мужа с Аркадием… В общем, я узнала, что год назад Сургучев взял большой кредит в банке «Сплочение», принадлежащем Кононову. Кредит был краткосрочный, под большой процент. И Сургучев не возвратил ни первую часть платежа, ни проценты. И вообще дела у него идут плохо, он кругом в долгах. Так что можно предположить, что он решил избавиться от проблем самым простым и надежным способом.

– Очень интересно… – задумчиво произнес Гуров. – Черт, я сегодня эту фразу повторяю, наверно, в четвертый или пятый раз. Как у вас тут, однако, все запутано! А когда я здесь отдыхал, все казались такими милыми людьми! Ладно, Ирина Васильевна, спасибо вам за помощь. Вы сообщили следствию весьма ценные сведения. Пойду поговорю еще с кем-нибудь. Может, еще что интересное услышу.

С этими словами сыщик поднялся и направился к дому.

Глава 8

Теперь ему очень хотелось увидеть девушку Олега Синицына, ту самую Наташу, которую Ирина Васильевна только что назвала кокоткой и которой Аркадий Кононов, видимо, назначил свидание в «зеленом гроте». Где находится комната Наташи, он не знал, но полагал, что где-то на втором этаже, там же, где и комнаты остальных гостей. Поэтому он, войдя в дом, направился прямо к лестнице. Но тут из угла гостиной его окликнули:

– Лев Иванович!

Сыщик обернулся. С кресла поднялась женщина, которую только что упоминала в разговоре Ирина Вдовина. Это была Татьяна, жена, а теперь уже вдова Аркадия Кононова.

– Мне нужно с вами поговорить, – сказала она. – Это совсем недолго, я вас не задержу.

– Да, конечно, – поспешно согласился сыщик. – Где вы хотите говорить? Может, пойдем в парк?

– Зачем куда-то ходить? – нервно отвечала вдова. – Уединяться нам не нужно, мне нечего скрывать. Можем сесть прямо здесь, в гостиной.

– Хорошо, – сказал Гуров, садясь. – О чем вы хотели поговорить?

– Я хотела, чтобы вы побеседовали со следователем, который ведет дело. У меня даже его фамилия где-то записана… Да, вот: Ярыгин, Виктор Васильевич.

– Да, я сегодня встречался со следователем, – сказал Гуров. – И собираюсь завтра встретиться еще. О чем вы хотели, чтобы я с ним поговорил?

– Об Аркадии. Точнее, о его теле. Мне не выдают тело для погребения. Говорят, что еще не закончены следственные действия. Хотя какие еще следственные действия нужны, если человека застрелили, я не понимаю. Если нужно извлечь пулю, пусть извлекут. А потом пусть отдадут его мне. Я хочу похоронить мужа.

– Да, конечно! – воскликнул Гуров. – Я обязательно поговорю со следователем. Собственно, можно было бы прямо сейчас позвонить, но такие вопросы лучше решать в личной беседе.

– Ничего, я потерплю до завтра, – заверила Татьяна Кононова. – Два дня терпела и еще потерплю. И вам действительно лучше говорить со следователем лично, потому что есть еще один вопрос.

– Какой же?

– Обо мне. Этот Ярыгин взял с меня подписку о невыезде. Как и со всех остальных. Точнее, не со всех. Для этого певца, для Синицына, сделали исключение. У него, видите ли, концерты, он не может с нами здесь сидеть. А я, значит, могу. Могу жить в одном доме с убийцей, встречаться каждый день…

Лицо женщины исказила гримаса; она закрыла лицо руками и отвернулась. Гуров почувствовал жалость.

– Я вас понимаю, – произнес он, стараясь говорить как можно мягче. – Думаю, этот вопрос также можно решить. Следователь должен сделать для вас исключение. В конце концов, если потребуется получить от вас дополнительные показания, всегда можно съездить к вам, в Москву, верно? Так что этот вопрос мы решим. Хочу только вам заметить, что в убийстве вашего мужа подозревают прежде всего Игоря Вдовина, а он сейчас не живет в одном доме с вами, он в СИЗО сидит.

– Подозревать Игоря – это сущая глупость, – заявила вдова. – Я его достаточно знаю, мы часто встречались. И могу сказать, что из него плохой убийца. В сущности, Игорь – тряпка.

– То есть вы не верите, что вашего мужа убил Вдовин?

– Не очень.

– А как же улики? Против него существует несколько улик, и очень серьезных…

– Ну, если улики… Не знаю…

Женщина пожала плечами.

– Вообще чужая душа, конечно, потемки, – задумчиво сказала она. – Снаружи человек кажется мямлей, а внутри… И потом, тут замешаны большие деньги, а большие деньги сильно меняют людей…

– Вы полагаете, вашего мужа убили из-за денег? А я слышал другую версию. Мне говорили, что тут может быть замешана женщина…

Татьяна усмехнулась:

– Да, бабы у него были слабым местом. За каждой юбкой волочился, везде успевал.

– Как я понимаю, ваш брак был не слишком счастливым?

– Да уж какое тут счастье! Хорошо, хоть сына вырастили, на ноги поставили. Кирилл собственную фирму создал, кухонной мебелью торгует, от отца не зависит. Внучка есть. Вот оно, мое семейное счастье. А Аркадий…

– Вы знали, что он и здесь, в усадьбе, ухаживал за женщинами?

– А то мне не знать! Конечно, знала. Он и Ирине знаки внимания оказывал, и за горничными приударял. Но главным объектом у него была, конечно, эта красотка, Наташа. Ну, которая со знаменитостью приехала.

– Это не мое, конечно, дело, – сказал Гуров, – но все же я не могу понять: если вы знали о постоянных изменах мужа, почему же в таком случае жили с ним? Почему не развелись?

Татьяна Кононова вновь усмехнулась. Усмешка не красила ее лицо; наоборот, оно делалось еще неприятнее.

– Да, меня и подруги об этом спрашивали – чего, мол, ты с ним не разведешься? Это трудно объяснить… Ведь у нас с ним когда-то любовь была, настоящая. И с моей стороны она сохранилась. Ничего не могла с собой поделать: нравился он мне. Я никак не могла представить, как я без него жить буду. И сейчас представить не могу…

Она вновь закрыла лицо руками и отвернулась. Гурову хотелось как-то утешить ее, оказать ей внимание, но он не знал, как это сделать. Он попробовал заглянуть ей в лицо, но она низко склонилась – видно, не хотела, чтобы он видел ее слезы. Надо было заканчивать этот тягостный разговор. И Гуров, чтобы не оставлять в расследовании белых пятен, сказал:

– Я должен задать вам еще несколько вопросов. Что вы делали в ту ночь, когда был убит Аркадий? И вообще, как он объяснил свое отсутствие в столь поздний час?

– Ну, он же у меня полуночник! – с горечью в голосе произнесла Татьяна. – Раньше двенадцати редко ложится. А я всегда раньше спать иду. Вот и в ту ночь он сказал, что пойдет гулять. А я в половине двенадцатого легла и сразу заснула.

– И спали всю ночь?

– Да, всю ночь.

– Ничего не слышали?

– Нет.

– Как вы думаете, кто мог убить вашего мужа?

Женщина пожала плечами.

– Кто? Скажем, та же красотка могла, за которой он волочился. А еще скорее – этот ее мужик, наша великая знаменитость. Он ведь заметил, как Аркадий за его девкой волочится, у них драка была, вы знаете?

– Да, мне рассказывали.

– Вот, дрались они. Аркадий ему пару фингалов поставил на физию. Не знаю, как он теперь на концертах выступает с такими украшениями. Хотя сейчас макияж умеют делать, все закрасят…

– Значит, или Наташа, или Синицын?

– Нет, не только. Я не случайно о больших деньгах заговорила. Могли его из-за денег убить. И знаете, кто? Биржевик этот, Сургучев. Он очень темная личность, этот Сергей Сергеевич. Мне Аркадий говорил, что Сургучев у него большой кредит взял, а отдавать не спешит. Аркадий уже и здесь с ним разговор имел на эту тему. И Вдовина просил, чтобы тот на Сургучева воздействовал. Но знаете, что я вам еще скажу? Это вам здесь вряд ли кто скажет. Был еще один человек, который брал у Аркадия деньги и не отдавал.

– И кто же?

– Андрей Вдовин.

– Андрей брал деньги у Аркадия? Но зачем?

– Он на валютной бирже играл. За легкими деньгами гнался. Отцовских ему не хватало, хотел свои иметь. Его Сургучев этому научил. Научить научил, а денег не давал – у него у самого их не было. Вот Андрей к Аркадию и пришел. Раз взял, два… А отдать не смог. Кроме того, он не хотел, чтобы отец об этих долгах знал. Все время Аркадия просил, чтобы тот отцу не говорил. Так что вот вам еще один человек, который был заинтересован, чтобы Аркадий замолчал навсегда.

Глава 9

Информация, полученная от вдовы Аркадия Кононова, требовала осмысления, и Гуров не сразу направился на второй этаж, на встречу с Наташей. Он несколько раз обошел вокруг дома, обдумывая услышанное. Версию о том, что убийцей является знаменитый певец Синицын, он отверг сразу. И не потому, что считал известного исполнителя таким уж хорошим человеком, неспособным на преступление. Наоборот – вполне считал. За время пребывания в усадьбе он успел составить себе мнение о певце и считал его человеком горячим и способным на резкие, скандальные поступки, может быть, даже на преступление. «Но ведь тут совсем другая петрушка, – думал Гуров. – Совсем другой стиль! Здесь совершено убийство хладнокровное, хорошо продуманное. Улики подброшены, организованы, на шее Игоря Вдовина затянута хорошая петля. Это тебе не ревнивый певец! К тому же зачем ревнивому певцу мстить хозяину дома? Так что этот вариант мы отметаем. Но вот история с невозвращенным кредитом Сургучева и с деньгами Андрея… Это бы объяснило вранье Вдовина-младшего. Но… стал бы он топить отца? Пожалуй, нет. Значит, пока что самая вероятная кандидатура на организатора этого убийства – Сургучев. А я с ним толком еще не познакомился. Изменить, что ли, программу, оставить Наташу в стороне и заняться финансистом? Нет, не буду ничего менять. Что-то мне подсказывает, что без Наташи здесь не обошлось».

Придя к такому заключению, сыщик вернулся в дом и решительно поднялся на второй этаж. Комнату Наташи он нашел по приклеенному на дверь скотчем рисунку с розовым котеночком. Постучал и, услышав мелодичное «Войдите!», шагнул в комнату.

Эта комната чем-то походила на жилище горничной Лены – то же обилие зеркал, подушек, такой же аромат духов в воздухе. Да и сами девушки были похожи: Наташа, поднявшаяся навстречу сыщику с диванчика, на котором она лежала, перелистывая глянцевый журнал, тоже как будто сошла с обложки модного журнала. Но были и отличия. Подруга певца Олега Синицына была одета более стильно, и глаза у нее были поживее. В общем, она больше походила на живую девушку, а не на куклу.

– Вы ко мне? – с удивлением произнесло волшебное создание. Голосок у нее был мелодичный, словно колокольчик; Гуров мельком подумал, что, кажется, понимает, чем эта девушка так нравилась знаменитому певцу.

– Представьте себе, к вам, – отвечал он. – Мне нужно задать вам несколько вопросов, касающихся убийства Аркадия Кононова.

– Ах да, это убийство! – вздохнула красавица и отложила журнальчик. – Это ужасно! Так жалко Аркадия! И потом, мне сказали, что почему-то нельзя отсюда уехать. Олегу разрешили, а мне нет. Это несправедливо! Кому я здесь нужна? И зачем? Я ничего об этом не знаю!

– Ну, кое-что вы наверняка знаете, – заметил Гуров, опускаясь в дорогое кожаное кресло; мебель здесь была совсем не такая, как в комнате горничной. – Например, вы – единственный человек в доме, который точно знал, где будет той ночью находиться Кононов.

– С чего вы это взяли? – удивилась Наташа. Она уже при появлении сыщика выглядела удивленной, а теперь дошла до какой-то крайней степени изумления. – Какое отношение я имела к этому человеку?

– Ну, хватит придуриваться! – прикрикнул на нее Гуров. – Несколько человек видели и слышали, как Кононов за вами ухаживал. И есть свидетель, который слышал, как погибший назначал вам свидание в парке.

Тут Гуров блефовал – такого свидетеля у него не было, имелись одни предположения. Но он был убежден в своей правоте. А потому он выбрал наступательную тактику. Тут было главное – подавить собеседника своим напором, не дать ему опомниться.

– Кононов назначил вам свидание в час ночи в «зеленом гроте». Специально для вас сорвал розы с клумбы. А утром его нашли на этом месте мертвым. Таким образом, вы были последним человеком, который видел Аркадия живым. Ведь вы были там той ночью? Вы пришли на свидание?

– Нет, я не пришла! Не было меня там, не было! – вскричала очаровательная Наташа.

– Но согласились прийти, верно? Иначе он бы не стал рвать эти несчастные розы.

– Нет, я не согласилась…

– Вы что, хотите меня уверить, что сказали «нет»?

– Нет, я не говорила «нет». Но и «да» тоже не говорила. Я вообще ничего определенного не сказала.

– Понимаю. Расписку вы не писали, обязательства не давали. В таких делах это и не требуется. Пожали плечиками, поиграли глазками… Да, вот так, как сейчас. И Аркадий остался в уверенности, что девушка придет. А на самом деле вы что, с самого начала знали, что не пойдете? Может, вы знали, что вместо вас там будет кто-то другой? Может, вы были с ним в сговоре?

– Нет, как вы могли подумать?! – воскликнула Наташа. Вот теперь она уже совсем не казалась ожившей куклой, жизнь в ней била через край. – Ни с кем я в сговоре не была! Я хотела пойти, хотела! Но тут произошла такая дикая история…

– Что, знаменитый бард обо всем догадался и устроил вам сцену? Запер в ванной?

– Нет, Олег тут ни при чем. Он уже уснул.

– А вы с ним что, отдельно жили?

– Ну да, мы же официально вроде как посторонние. Поэтому хозяева поселили нас отдельно. Комната Олега там, за стенкой. Так вот, мы с Олегом вечером… ну, в общем, мы были вместе. А потом я ушла к себе, а он лег спать.

– Во сколько это было?

– Я не смотрела на часы… Ах да: когда я вошла к себе в комнату, внизу, в гостиной, большие часы, что стоят на полу, стали бить полночь. Я еще подумала… Ну, я подумала, что я еще успею сходить туда… к Аркадию… Он, конечно, пожилой дядька, но такой забавный и с ним весело. Я решила, что просто приду и строго так ему скажу, чтобы он больше ко мне не приставал. А то Олег беситься начинает.

– Так, значит, вы решили идти. И стали одеваться, краситься…

– Ну да, я приняла душ, потом оделась, сделала легкий макияж… В общем, я совсем собралась. Обулась и уже пошла к двери, как вдруг услышала шаги в коридоре. Кто-то шел к моей двери. Я, конечно, остановилась. Не стала выходить. Мне совсем не нужно было, чтобы меня сейчас видели. Я ждала, что тот человек пройдет. Но он не прошел мимо. Он подошел к моей двери… А потом я услышала, как в замок вставляют ключ – с той стороны, представляете? – и поворачивают. Я шагнула к двери, спросила: «Кто там?»

– И что вам ответили?

– Ничего не ответили. Я снова услышала шаги – человек уходил. И совсем ушел. Я попыталась открыть дверь своим ключом, но у меня ничего не получилось – тот, второй, ключ остался торчать с наружной стороны.

– И что же вы стали делать?

– Я была в растерянности. В полной растерянности. Просто не знала, что делать. Если начать кричать, звать на помощь, первый, конечно, проснулся бы Олег – ведь его комната ближе всего. С другой стороны комнат нет, там стена. Олег бы проснулся, стал бы спрашивать, почему я не сплю, почему накрасилась, оделась… Можно было, конечно, раздеться, а потом звать на помощь. Я так и сделала. Разделась и тут сообразила, что кричать как-то странно. Да и незачем. Ведь даже если Олег меня откроет, я уже все равно никуда не пойду. Только сцена неприятная будет. И я махнула на все рукой и завалилась спать.

– Просто легли спать?

– Да, просто легла.

– И сразу заснули? И ничего не слышали?

Девушка искоса взглянула на сыщика. Видно было, что она колеблется: попробовать соврать или сказать правду. Потом она решила, что врать не стоит, и произнесла:

– Да, я слышала… Уже когда ложилась, я услышала… вроде как хлопок… Не очень громкий. Я тогда не придала ему значения. А потом, уже утром, когда узнала…

– Кстати, насчет утра. Как вы утром выбрались из своей комнаты? Все же позвали подмогу?

– Нет! Представьте себе: когда я утром встала, я сразу вспомнила, что меня заперли, и пошла к двери. Как же я была удивлена, когда оказалось, что никакого ключа нет! Я просто повернула ручку, и дверь открылась.

– Вы кому-нибудь рассказывали о своем заточении? Жаловались?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Поделиться ссылкой на выделенное