История любви купца и хитрой лисицы

Leonhard Writer

История любви купца и хитрой лисицы

Введение

Иногда жизнь меняется не после великой битвы, не после встречи с королём и даже не после открытия древней тайны.

Иногда для этого достаточно одного человека.

Крис привык считать, что мир устроен просто. Есть товар, есть покупатель, есть цена, по которой один готов продать, а другой — купить. Если правильно выбрать место, время и людей, можно добиться почти чего угодно. Он был купцом и гордился тем, что умел видеть выгоду там, где другие замечали лишь случайность.

Его жизнь была спокойной, предсказуемой и хорошо рассчитанной.

По крайней мере, до встречи с Марой.

На первый взгляд она была обычной девушкой. Но за спокойной улыбкой и невинными словами скрывалось нечто, чего Крис не мог понять. Стоило ей посмотреть ему в глаза, как привычная осторожность куда-то исчезала, а вместе с ней — и здравый смысл.

Всё началось с просьбы о помощи.

Обычной, казалось бы, просьбы, которая привела их в старый склад на окраине торгового квартала. Там Крису предстояло узнать, что далеко не все тайны прошлого действительно остаются в прошлом.

Странный металлический ящик, человек с неизвестным знаком на руке, исчезнувшая деревня и тень, движущаяся по небу без всякого источника — всё это было лишь началом.

Крис ещё не знал, что Мара принесёт в его жизнь не только неприятности, долги и опасность.

Вместе с ней в его привычный мир войдёт нечто, во что он никогда не верил.

И самое страшное заключалось даже не в тайне, которую они собирались раскрыть.

А в том, что после этой встречи Крису уже никогда не удастся вернуться к прежней жизни.

#Первая глава. Девушка которая стоила мне спокойствия

Меня зовут Крис. Я был обычным купцом. В моих делах царило процветание, и я сильно этим дорожил. Но всё изменилось, когда я встретил её. Девушку, которая своей речью могла любого оставить ни с чем. Хоть внешне она и выглядела совершенно обычно, но, глядя в её глаза, теряешь самообладание. И угораздило же меня с ней связаться. Теперь в моих делах точно не будет покоя.

Был самый обычный день. После получения товара я ехал в столицу, чтобы продать его. Я обустроил место, которое арендовал на пару дней. Почему на пару? Чтобы надолго не задерживаться на одной точке. Через пару дней я арендую место в ещё более выгодном месте, а затем — в ещё более выгодном, и так до тех пор, пока не начну покупать торговые ряды целиком. У каждого товара есть место, где он продаётся лучше всего, и у каждого покупателя есть цена, по которой он готов расстаться со своими деньгами. Я считал себя человеком, который прекрасно понимал и то и другое.

И угораздило же меня наткнуться на эту барышню.

Кстати, она представилась как Мара.

В это время и в этом месте я был довольно-таки воспитанным парнем, а мне, как назло, довольно тяжело давалось отказывать в помощи. Особенно женщине, которая смотрела на тебя так, будто ты уже согласился, просто ещё не успел об этом узнать. Она попросила помочь ей в деле, требующем мужской руки. Я спросил, что именно нужно сделать. Она ответила, что объяснять слишком долго, поэтому лучше показать.

Через двадцать минут я уже понимал, что, если пойду с этой девушкой, то точно ничего хорошего не случится.

Мы остановились перед старым складом на окраине торгового квартала. Склад принадлежал человеку, которого я знал, причём знал достаточно хорошо, чтобы никогда не иметь с ним дел. Его звали Гельд, и у него была удивительная способность продавать гнилые яблоки как сушёные, а плохую сталь — как закалённую. Однажды он попытался убедить меня, что треснувшая бочка является редкой разновидностью ёмкости для выдержки вина. Я тогда купил у него десять бочек за треть цены и продал их обратно через неделю в два раза дороже. Он до сих пор считал, что победил в той сделке.

Мара остановилась перед дверью и посмотрела на меня.

Я посмотрел на дверь.

Потом снова на неё.

Она улыбнулась.

Я сразу понял, что сейчас будет неприятно.

— Нам нужно попасть внутрь,

— сказала она.

— Нам?

— Тебе тоже будет интересно.

Я ещё раз посмотрел на дверь.

На замке висела свежая цепь.

— Мара, если ты собираешься попросить меня взломать склад, то я отказываюсь.

— Я и не собиралась.

— Тогда зачем мы здесь?

Она молча достала из кармана ключ.

Я почувствовал себя идиотом.

— Ты могла открыть дверь с самого начала.

— Могла.

— Почему не открыла?

— Хотела посмотреть, насколько быстро ты начнёшь нервничать.

Я поклялся себе, что это будет последний раз, когда я помогаю ей.

Поклялся совершенно искренне.

К сожалению, жизнь не любит исполнять обещания, которые мы даём сами себе.

За дверью было темно, пыльно и пахло старым деревом. На первый взгляд ничего необычного: несколько ящиков, мешки с зерном, сломанная телега и лестница, ведущая на второй этаж. Я уже собирался спросить, зачем мы сюда пришли, когда Мара подняла руку.

Я замолчал.

Не потому, что она приказала. Просто в её лице впервые появилось что-то такое, что заставило меня насторожиться.

— Ты слышишь?

Я прислушался.

Сначала ничего.

Потом раздался тихий звук.

Тук.

Тук.

Тук.

Будто кто-то медленно стучал изнутри деревянной стены.

— Здесь кто-то есть,

— сказал я.

— Знаю.

— И ты решила привести сюда меня?

— Да.

— Почему?

Она повернулась ко мне и совершенно спокойно сказала:

— Потому что, если там окажется то, чего я опасаюсь, мне понадобится человек, который умеет считать.

Я несколько секунд молчал.

— Ты издеваешься?

— Немного.

Я уже хотел развернуться, но тут стук прекратился.

Наступила такая тишина, что я услышал собственное дыхание.

А затем с верхнего этажа донёсся звук падения.

Мы одновременно посмотрели вверх.

— Это был человек? — спросил я.

— Надеюсь, что нет.

Я не знал, что ответить.

В мире, где мы жили, не существовало магии. По крайней мере, той магии, о которой рассказывали в старых сказках. Не было колдунов, способных сжигать города одним жестом, не было драконов, не было проклятых королей, возвращавшихся из могил. Были только люди, сталь, болезни, голод, деньги и достаточно талантливые убийцы, чтобы всё это становилось куда опаснее любой сказки.

Но существовали легенды.

Именно поэтому я особенно не любил старые склады.

Легенды обычно начинались там, где заканчивалась хорошая бухгалтерия.

Мы поднялись наверх. Мара шла впереди, а я держался на два шага позади, делая вид, что это исключительно тактическое решение. На самом деле я просто не хотел первым открывать дверь.

Мара остановилась у комнаты в конце коридора.

— Тебе страшно? — спросила она.

— Нет.

— Лжёшь.

— Как купец, я обязан уметь оценивать риски.

— То есть страшно.

— Я сказал, что оцениваю риски.

Она тихо рассмеялась.

Я почему-то запомнил этот смех.

Хотя тогда не понимал почему.

Дверь оказалась незапертой.

Мара открыла её.

Внутри лежал человек.

Мужчина лет сорока, связанный по рукам и ногам. На лице кровь, но дыхание было ровным. Рядом валялся небольшой металлический ящик.

Я сразу узнал мужчину.

Гельд.

Я даже не удивился.

— Вот теперь мне точно не нравится этот день.

Мара присела рядом с ним и проверила пульс.

— Жив.

— К сожалению.

— Ты его знаешь?

— Да.

— Он тебе должен?

— Нет.

— Жаль.

Она произнесла это с таким сожалением, будто смерть должника была для неё исключительно финансовой проблемой.

Я помог ей развязать Гельда. Когда тот пришёл в себя, первым делом посмотрел на меня.

— Крис?

— Не радуйся.

Он попытался подняться, но застонал.

— Уходите.

Мара нахмурилась.

— Кто это сделал?

Гельд посмотрел на неё, и выражение его лица изменилось. Он явно её узнал.

— Ты...

— Да.

— Почему ты здесь?

— Потому что ты украл вещь, которую не должен был трогать.

У меня внутри всё похолодело.

Я медленно посмотрел на металлический ящик.

— Какую вещь?

Никто не ответил.

Я подошёл ближе.

На крышке ящика были выгравированы три круга, перечёркнутые тонкой линией. Я никогда не видел такого знака, но почему-то почувствовал неприятное давление в груди.

— Что там?— спросил я.

Мара встала.

— То, что тебе лучше не знать.

— Отлично. Тогда я ухожу.

Я развернулся.

Дверь за моей спиной закрылась.

Сама.Я медленно повернулся.

Мара смотрела на неё.

Гельд побледнел.

А я впервые за этот день действительно испугался.

Не потому, что верил в мистику.

А потому, что дверь была закрыта изнутри.

И я точно видел, что рядом с ней никого не было.

Мы провели следующие десять минут, пытаясь открыть её. Замок не был сломан. Петли не заклинило. Ничего необычного не происходило. Дверь просто не открывалась.

Мара достала короткий нож.

— Отойди.

— Ты собираешься её разрубить?

— Да.

— Она дубовая.

— Значит, придётся ударить сильнее.

— Это не так работает.

Она посмотрела на меня.

— Ты знаешь, как работает дерево?

— Я продаю дерево.

— Тогда продай мне дверь.

— За сколько?

— За твою жизнь.

— Слишком дорого.

Она улыбнулась.

И в этот момент дверь распахнулась.

Мы оба замерли.

За ней стоял человек.

Высокий, худой, одетый в чёрное. На лице маска, закрывающая половину лица. В руке он держал меч.

Мара шагнула вперёд.

— Наконец-то.Человек молча атаковал.Я никогда не был воином. Моим оружием были цифры, договоры и умение вовремя понять, что человек напротив врёт. Но в тот момент мне пришлось вспомнить всё, чему меня учил отец в детстве.

Не драться.

Убегать.

Мара встретила удар его меча своим ножом.Раздался звон стали.Она отступила.Ещё один удар.Она уклонилась.Третий.Парировала.Я смотрел на неё и не мог понять, откуда у этой девушки такие движения. Они не были красивыми. Не были похожи на танец. Каждый её шаг был коротким и точным, каждое движение экономило силу. Она не пыталась победить противника. Она заставляла его ошибаться.И он ошибся.Мара ударила его рукоятью ножа под рёбра.Он согнулся.Она перехватила его руку, развернула корпус и бросила его через плечо.Человек рухнул на пол.Я впервые в жизни увидел, как кто-то падает с таким выражением лица, будто он сам удивлён тому, что произошло.Мара посмотрела на меня.

— Помоги.

— С чем?

— Свяжи его.

— У меня нет верёвки.

Она посмотрела на Гельда.Гельд посмотрел на меня.Я вздохнул.

— Ладно.

Мы связали нападавшего ремнём от моей дорожной сумки. Я очень надеялся, что это временная мера, потому что сумка стоила дороже, чем этот человек, и я не собирался выбрасывать хороший ремень.Когда мы сняли с него маску, оказалось, что он был молод. Не старше двадцати пяти.На его запястье красовался тот же знак, что и на металлическом ящике.Три круга.Перечёркнутые линией.Мара долго смотрела на него.