Приключения таинственного Токсика

Лариса Ильц

Приключения таинственного Токсика

Глава 1

Дом, где не говорят «доброе утро»

В большом старинном городе под названием Мо-

сква, в Замоскворечье, на улице Щипок в доме

под номером восемь дробь один проживала семья

Раздорских. Раздорские были коренными жителя-

ми Москвы. Их бабушки и дедушки, мамы и папы

тоже когда-то жили в Москве. Род Раздорских сла-

вился неуёмной энергией, неиссякаемым энтузи-

азмом и необузданной вспыльчивостью. Фамилия

Раздорских говорила сама за себя. Соседи стара-

лись не связываться с Раздорскими и обходили их

пятой-десятой, ибо никто не мог превзойти семью

Раздорских в гневе.

Глава семьи Борис Иванович Раздорский, сорока восьми лет

от роду, работал главным инженером в Жулебино

уже не один десяток лет. Невысокого роста, с боль-

шими залысинами, карими глазами навыкате, ху-

дощавый, с аккуратно стриженной бородкой и уси-

ками, при этом его особенностью был огромный,

сорок пятый размер ноги.

Зинаида Илларионовна Раздорская, пышноте-

лая дама, была на семь лет моложе своего мужа,

с кудрявыми светлыми волосами, широко распах-

нутыми карими глазами, неуёмно энергичная и

очень эмоциональная.

Сын Раздорских, Северьян, на удивление силь-

но отличался от своих родителей. Высокий шатен

с очаровательной ямочкой на подбородке, вихра-

стой головой и добрым нравом, студент третьего

курса Санкт-Петербургской академии художеств

имени Ильи Репина.

– И в кого ты у нас такой уродился? – часто се-

товала Зинаида Илларионовна. У нас ведь никогда

в роду не было художников! А тут бац, на тебе! Но

я, конечно же, горжусь тобой, сыночек, и верю, что

когда-нибудь ты оправдаешь мои ожидания.

Северьян только кивал головой.

В это утро понедельника семья собралась за сто-

лом позавтракать. День начался с ворчания, упрё-

ков и недомолвок.

Борис Иванович, который в семье был самым

сдержанным, резко отодвинул чашку с чаем, язви-

тельно бросив:

– Это разве чай? Это какие-то ополоски!

– Что? – завизжала, закипая, Зинаида Илларио-

новна и подскочила со стула. – Какая неблагодар-

ность! С сегодняшнего дня каждый будет готовить

сам для себя – и точка.

Северьян, глядя на перепалку родителей и пы-

таясь вклиниться в разговор, вытаращил глаза и

в недоумении произнёс:

– Я сегодня уезжаю, начинается очередная сес-

сия, а вы уже с утра умудрились поругаться!

– Уезжаешь? – с удивлением воскликнула Зина-

ида Илларионовна. – Вот так внезапно, как снег на

голову! Неужели, Северьян, ты не мог сказать об

этом раньше?

– Мам, не начинай! Я так устал от ваших криков

и скандалов! Нет чтобы начать утро с добрых при-

ветствий, вы развезли такой грандиозный скандал

на ровном месте, испортив настроение не только

друг другу, но и мне. Токсичная обстановочка! – до-

бавил Северьян и, хлопнув в негодовании дверью,

удалился.

Глава 2

Пять главных правил в семье Раздорских

Зинаида Илларионовна была очень злопамят-

ной, могла не разговаривать с домочадцами по

неделям, доводила обстановку до накала, что впо-

ру было, завязав глаза, бежать из дома без огляд-

ки на все четыре стороны. Борис Иванович, напро-

тив, был отходчивым и чаще всего первым шёл

на разговор, пытаясь сгладить углы и шерохова-

тости. Северьян с детства страдал от токсичности

родителей и по возможности старался улизнуть на

каникулы к бабушке во Внуково. Там мальчик от-

дыхал на всю катушку, набирался сил, был душой

компании.

Утро вторника было ещё напряжённее, чем утро

понедельника. Выйдя на кухню, глава семейства

ужаснулся, увидев повсюду прилепленные яркие

листы-липучки с правилами поведения в семье.

Везде, куда бы он ни бросил взгляд, Борис Ивано-

вич натыкался на правила. На холодильнике, ми-

кроволновке, шкапах, даже на газетнице и столо-

вых приборах были расклеены правила.

– Это что ещё за новости, Зина? – попытался

спокойно и безэмоционально поинтересоваться

Борис Иванович. Но даже не успел договорить, по-

тому как в его адрес посыпались угрозы.

– Или ты будешь жить согласно этим правилам,

или выметайся. И вообще, я подам на развод!

Зинаида Илларионовна торжествовала. Укусив

побольнее собственного мужа и получив от этого

массу удовольствия, она с безразличным лицом, как

будто ничего и не произошло, спокойно пила чай, на-

блюдая за мужем и сверля его недобрым взглядом.