Доля

Лариса Цветкова

Доля

Тень отца

Тамара часто любила вспоминать свое детство. Вернее, тот образ его, что был соткан из рассказов бабушки и единственной выцветшей фотографии. Гордость за отца была тем фундаментом, на котором стояла ее жизнь.

Отец, Степан, был для нее героем с самого начала. Окончив военное училище, молодой младший лейтенант приехал в Томск, где всего за год успел жениться на местной красавице Елене. Они ждали ребенка. Но 22 июня 1941 года, когда Лена начала рожать, из всех громкоговорителей города зазвучало страшное слово: «Война».

Степан рвался в больницу, но его дивизию поднимали по тревоге. Увидеть жену и новорожденную дочь он смог лишь глубокой ночью 26 июня, перед самой отправкой на фронт. В больницу его не пустили, сказали только: «Родилась дочь». Забрать семью он не успел. Так и уехал, не видя лица своего ребенка.

Тамара – та самая Томочка – была первым ребенком. Она росла в доме родителей отца, белокурый, кудрявый ангелочек с голубыми глазами, в которых читались польские корни матери. Лена, Елена, долго не сидела в декрете – устроилась секретарем в горком партии, где ее красота и интеллигентность привлекали внимание солидных мужчин. Война научила выживать, и помощь от них была нелишней.

Отец вернулся не в 1945-м, а лишь в 1951-м. Он оставался в Германии, «наводил порядок». Томе было уже десять лет. Она знала его по фотографии и любила заранее. Встретил их не пустой дом: Елена за годы разлуки отвыкла от мужа, а Степан, теперь полковник, привез с собой не только ордена, но и Клаву – свою боевую подругу, прошедшую с ним всю войну.

Он не стал рубить с плеча. Не святой и он: что поделать, если сердце прикипело к другой в горниле войны? Степана, человека из народа, любимого солдатами, сразу назначили Первым секретарем обкома. Он устроил Клаву на хорошую должность тут же, в обкоме. С Еленой он не развелся. Они продолжали жить под одной крышей, в одной квартире, даже спали в одной кровати. А что творилось между ними за закрытой дверью – не знал никто.

Но к дочери Степан испытывал безумную, жгучую нежность. Он заваливал Тому подарками, вниманием, заботой, пытаясь восполнить потерянные десять лет. Народ его обожал. Он был своим, простым, ездил по любым жалобам, всегда стоял на стороне людей.

Однажды пришло сообщение из далекой таежной деревни, откуда были родом его родители – там обижали крестьян. Степан решил лететь сам, на легкомоторном самолете. Взял с собой Клаву. Обе женщины в его жизни – и Елена, и Клавдия – были на сносях. От кого? Степан все понимал, но хранил молчание, как и она ему.

Самолет разбился на подлете к деревне. Говорили, отказал мотор. Степан и Клавдия погибли мгновенно.

Область погрузилась в траур. Народ плакал навзрыд, провожая в последний путь своего защитника. Тома, глядя на рыдающих бабушку и деда, не могла сдержать слез. Елена же, бледная, но собранная, руководила похоронами с ледяным спокойствием.

А потом народ стал шептаться. Приметили, что помощник Степана, Игорь Полещук, не отходил от вдовы ни на шаг. Кто-то даже видел, как он нежно погладил ее живот – тот самый, где зрела новая жизнь.

Шепотки оказались пророческими. Вскоре Игорь занял место Степана. Во всем. И в кресле Первого секретаря, и в постели Елены. Они поженились, и он стал для Тамары отчимом.

Но ее не покидала горькая, отравляющая душу мысль, посеянная когда-то родителями отца: а не подстроил ли Игорь ту катастрофу? Ведь это он лично проверял и готовил тот злополучный самолет. А ходили слухи, что их с Еленой связывали отношения еще до возвращения Степана с фронта…

В семье родилась девочка, Иринка – полная противоположность белокурой Тамаре. Игорь души в ней не чаял, сразу записал на себя.

Тамара не выдержала этой новой реальности. Она ушла жить к бабушке, в старый дом, где каждый уголок напоминал о настоящем отце. В их же квартире Елена постаралась стереть всякую память о Степане.

А еще Тамара помнила, как отца похоронили в той самой таежной деревне, пообещав воздвигнуть монумент герою. Но потом кто-то свыше распорядись ничего не ставить. А спустя три года кладбище и вовсе закрыли – мол, будет здесь лесопилка. Люди тогда боялись возмущаться. Идти против власти – кому такое в голову могло прийти?

Только вот Тамаре все чаще казалось, что тень отца не нашла покоя. И что ответ на главную загадку ее жизни навсегда похоронен под бревнами той самой лесопилки.

Чистый родник

Спасаясь от холодной, выхолощенной атмосферы дома, где царил Игорь и крутилась вокруг пальца новая сестренка Иринка, Тамара все больше времени проводила у бабушки. А в старших классах школы ее хрупкий мир обрел новую опору, новую мечту.

Ее звали Анатолий, просто Толя. Он был на год старше, из семьи, которая казалась Тамаре эталоном благополучия и любви. Его отец, военный, и мать, Ольга Петровна, медик, прошли вместе всю войну. В их доме пахло не духами и политикой, как у Елены, а пирогами и книгами. Там говорили спокойно, смеялись искренне и смотрели друг на друга с нежностью.

Тетя Оля, мама Толи, сразу пригрела Томочку. Она, тонко чувствовавшая людскую боль, понимала: этой хрупкой, белокурой девочке с слишком взрослыми глазами катастрофически не хватает простого материнского тепла. Бабушкина любовь была безграничной, но иной, патриархальной. А здесь Тамара находила то, что было отнято у нее в детстве – безусловное принятие и ласку.

Они с Толей были полными противоположностями. Она – воздушная, светлая, с вьющимися волосами и ясными голубыми глазами. Он – смуглый, крепкий, с темными волосами и карими глазами восточного разреза, доставшимися ему от предков-казаков. Но их связь была необъяснимой и неразрывной. В седьмом классе они были еще детьми, но Толя вел себя с ней по-рыцарски галантно: помогал нести портфель, придерживал дверь, дарил скромные полевые цветы.

Они учили уроки за одним столом, читали вслух Жюля Верна и мечтали. Их главной мечтой было кругосветное путешествие. Они представляли себе океаны, пустыни и джунгли, которые предстояло пройти им вместе. Их глаза горели одним счастьем, они дополняли друг друга, как две половинки одного целого.

Толя первым окончил школу и, не раздумывая, как и подобало сыну офицера и настоящему мужчине, поступил в военное училище. Для Тамары началась пора долгого ожидания и бесконечных писем. Каждый день она исписывала листы бумаги, делясь с ним мелкими новостями, стихами и своей тоской. Они уже давно поняли и сказали друг другу главное: они любят и будут вместе, чего бы это ни стоило.

Закончив школу, Тамара поступила в педагогический институт, но мыслями была всегда там, далеко, в училище, где ее брутальный, сдержанный и невероятно интеллигентный Толя переносил все тяготы армейской науки.

Их встречи были редкими и мимолетными, как птицы, но переписка становилась только глубже. Эти двое, воспитанные советской страной на идеалах дружбы, чести и патриотизма, пронесли свою любовь через расстояние чистой и светлой, как родниковая вода. В мире, где она выросла среди измен и двойной морали, ее чувство к Толе было единственным и непоколебимым доказательством того, что настоящая любовь существует.

Когда Анатолий, окончив училище, получил распределение на Дальний Восток, на самую что ни на есть отдаленную заставу, Тамара не раздумывала ни секунды. С милым – рай и в шалаше, а уж на краю света – и подавно. Она, нежная и, казалось бы, хрупкая, с легкостью бросила институт. Ради того, чтобы быть вместе, она была готова на все.

Они были так разны – беленькая, воздушная Тамара и крепкий, смуглый Анатолий. Но в этой разности была их сила. Она была его светом, а он – ее скалой, ее защитой от всего мира, который когда-то так жестоко обманул ее веру.