скачать книгу бесплатно
– Как не повезло нашему району! Как не повезло! – воскликнула Света.
– Ладно, Светка, нам всем не повезло, что мы в этой стране родились! – оборвала причитания подруги Марина. – Куда они водку тащили? Сказали, что поварам, а я думаю – сами после открытия лагеря нажраться хотели.
– Поварам? Ха-ха-ха!.. – забулькал Трезвяк. – Да у них склад этого оружия! Причём не за наличные! Сейчас, правда, какие-то новенькие мужички с кривыми носами появились. Вылитые разноцветные близняшки. Может, они не в курсе… Хотя вряд ли! Рука руку моет!..
– Да потом они сказали, что местные просили припрятать, – вспомнила третья воспитательница.
– Вот! Совсем ерунда какая-то. Себе они тащили, себе! – уверенно поставила точку Марина. – Так я дальше… Вы кушайте, Аполлон Александрович, кушайте! Завтрак сегодня приличный! Шеф-повар хоть и выглядит подростком, но он призёр конкурса молодых кулинаров этого года. А близнецы – так… на подмену заболевших помощников на несколько дней. Те что-то не то поели… Слава богу, нам не досталось! В общем, тут же на линейке объявили, что ребят немедленно вывезут из лагеря, сообщат по месту работы родителей, по месту учебы и, видимо, они будут исключены из рядов ВЛКСМ. И тут вдруг те самые «трудные», на которых мы особой надежды не возлагали, выступили и сказали, что лагерь вообще-то у нас на самоуправлении и есть у нас совет лагеря, который вправе решать вопрос о том, вывозить ребят или не вывозить… Зайра сразу грубо их оборвала!
– Да-да! – опять не сдержала своего возмущения Света. – «Ещё неизвестно, какие вы сами!» – кричала.
– «Может быть, это с вами они собирались выпить? Да и вообще, какой у вас внешний вид? Да как вы говорите? Жаргон какой-то!..».
– Зайра прекрасно знает, что эти ребята на учете, – вставила первая воспитательница.
– В общем, она увела разговор в другую сторону и линейка на этом закончилась. Я считаю – безуспешно, – подвела черту Марина. – А потом пошёл заседать совет лагеря. Но перед заседанием Зайра, Алма и этот самый наш пресловутый сторож отозвали меня в сторону, и тут же показали себя во всей своей прелести. «Марина, что ты дурью маешься? Что ты этих щеглов защищаешь? Гони их!» – сказали они. – «Нас с тобой вызовут на ковер, а мы с тобой молодые, растущие! Нам нужно с тобой расти, а если нас вызовут, да ещё и „дадут!“, то мы уже не вырастем». Они так чисто откровенно свою философию и выдали. Я говорю: «Вы хотите таким образом расти – растите, а я не хочу так расти!».
– Ой, а мы этого не знаем! – воскликнула вторая воспитательница.
– Откуда же вам знать, девочки, дворцовые шуры-муры! – удивился Федя. – У нас же гласность только от этого до этого. Да и какая это гласность? Ну, у вас тут и разворачивается житуха! Вселенская паранойя на пяточке!
– Ну да, – согласилась Марина. – Но вы слушайте дальше. Я с пеной у рта защищаю самоуправление, демократию… Доказываю, что антипедагогично вывозить ребят, ибо здесь они под контролем, а дома никого нет, и за их поведение в городе вообще никто ответственности нести не будет. И что, в конце концов, поскольку я являюсь начальником смены и фактически отвечаю за жизнь и здоровье каждого, последнее слово о выезде за мной. Без толку! Пошли на совет… И вот здесь, Аполлон Александрович, ребята меня окончательно поразили. Мы, конечно, делаем, что можем, но нам до идеала далеко. И всё-таки хоть сегодня лишь второй день и говорить о какой-то сплочённости рано, но, видимо, эта ситуация и несправедливость их объединили. В общем, совет прошёл очень дельно и толково.
– Голубчики получили испытательный срок в два дня, и само собой получилось, что все комсомольцы обязались не курить, не нарушать дисциплину и прочее и прочее, – продолжила третья воспитательница.
– Да, – подтвердила Марина. – Хоть это всё и фантастика, но главное то, что ребята ещё раз утвердились в своей самостоятельности. Я, честно говоря, думаю, что тут нет худа без добра.
– Значит, парней оставили? – уточнил Аполлон и с удовольствием допил действительно высочайшего качества компот.
– Мы – да, а райком – нет! – устало закончила Марина. – Они сегодня до самого отбоя будут среди нас бдеть…
– Ну что ж, спасибо за вкусный завтрак, девочки!
– сказал Аполлон и начал складывать тарелки.
– Бросьте, Аполлон Александрович, мы уберём!
– остановила его Марина. – Мы хотели узнать ваше мнение по поводу случившегося и попросить вас отвезти их вечером в Алма-Ату.
– И если ничего у нас до вечера не получится, то попробовать по дороге отговорить от раздувания этого дела, – добавила Света.
– Мда-а… – протянул Аполлон. – Неужели всё так серьёзно?
– Похоже, что да, – развела руками Марина.
– Вообще-то я… Ну, ладно! Сейчас мы на заправку, потом по делам, а вечером к вашим услугам!
– И опять на открытии у вас будет музыкант! – довольно подвёл черту Федя.
– Теперь вот что… – продолжил Аполлон и успокаивающе положил руку на плечо друга. – В любом случае по лагерю готовность номер один и подчёркнуто доброжелательное отношение к комиссару и девушкам… Как у психиатров к буйно помешанным! Впрочем, вы и сами это знаете. А насчёт мнения… Не знаю, девочки, не знаю… «Кому это выгодно?» – говорят в таких случаях юристы. Если у них установка – вас раздавить, то, скорее всего, они вас раздавят…
Ну, чего носы повесили? Надо всегда двигаться от худшего к лучшему, а не наоборот. Маленький, но шанс есть. И мы – в вашем распоряжении. Теперь так!.. На всякий случай, мы с Федей тут посторонние люди, приглашённые в порядке шефской помощи. Отношения между нами на людях вежливо официальные.
– А мы так и объяснили им! – воскликнула Света.
– Умницы! – похвалил Аполлон и продолжил: Если нужно будет пообщаться, то за территорией лагеря и в обусловленных местах.
– Конспирация – мать подполья! – опять не выдержал Федя.
– А стратегия – мать победы! – теперь уже рассмеялся Аполлон, и, ещё немного поговорив, все разошлись по своим делам.
Метаморфозы
(Вторая половина второго дня)
Автошедевр выехал за лагерные ворота, прокатил метров сто пятьдесят по грунтовке и только начал спускаться с пригорка, чтобы вывернуть на асфальт, как замер. Из-за поворота послышался стремительно нарастающий рёв мотора, и тут же визг тормозов. В метре от радиатора самоделки, пощёлкивая, остывал джип.
– Порядок… – прошептал Аполлон, а Федя трясущимися пальцами начал вытаскивать из «бардачка» огромный гаечный ключ.
– Встреча на Эльбе, бля! Саламат сызба – хау ду ю ду! – раздался очень знакомый голос. – Майн кампф – казакша курес аяк талды! (Моя борьба – казахская борьба окончена!) Шалом алейхум от Соломона Израилевича!
Бес вылез из машины и, разминаясь, сделал два приседания. Несмотря на то, что морда у него выглядела так, как будто её часа два брили кирпичами, он улыбался и очень был похож на ЧЕЛОВЕКА. Это иллюзорное впечатление усиливалось ещё и тем, что Бес был совершенно трезв и без свиты.
– Потрудился дядюшка… – расслабляясь, тихо сказал Аполлон и тоже полез из машины.
– Неужели обниматься будешь? – прошипел Федя.
– Ещё как! Сегодняшнее дерьмо – вчерашняя пища! И наоборот!..
– Братан! – всхрапнул уже в объятьях Аполлона Бес. – А я тебя чуть было не пришил. За мной компенсация!
Что было у Беса точно положительное, так это гостеприимство. Правда, за чужой счет, но вряд ли стоит его за это винить. В какой семье родился – тому и научился!
Бес решил прокатить друзей по полной программе. Правда, и тут не без умысла, но хорошо, что и так. Сначала была бесплатно заправлена машина Аполлона, а потом друзьям был оказан торжественный приём в ресторане «Талгар» – месте обедов и разгулов, в основном, местной партократии, номенклатуры и жуликов. И хотя они были сыты, но из вежливости по бокалу шампанского выпили, после чего обе машины направились в сторону Талгарского заповедника.
Трое бандитов-охранников с расстегнутыми кобурами и такими же примерно рожами, как у Беса, ещё издалека заметили машины. Они с такой поспешностью распахнули монументальнейшие решётчатые металлические ворота, что не пришлось даже притормаживать. На бурные приветствия и пожелания приятного отдыха, летящие вслед автоколесницам на казахском и русском языках, Бес лишь одобрительно кивнул и прибавил газ. Охранники же ещё сильнее и восторженнее замахали руками и продолжили обыск известного учёного энтомолога Александра Жданко на предмет обнаружения взрывчатки и других наборов диверсанта и браконьера.
– Паршивый ты актёр! – косясь на разворачивающееся великолепие, выговаривал Аполлон другу. – На твоей физиономии столько брезгливости…
– Непринципиально все это! Только из-за тебя терплю…
– И из-за себя! Принсип! Что это за твердолобое и навсегда застывшее понятие? Не знаю такого! В этом мире не знаю! Принсип!.. Принцип есть, когда мешает разрушению, и его нет, когда он мешает созиданию. Во втором случае гордыня это, а гордыня, как тебе известно, – самый великий грех! А почему? Потому что это и есть проклятый ещё с незапамятных времён Господом Богом шовинизм. К тебе со всей душой! Шампанским угостили! Морду не набили, что тоже нелишнее. Везут на пикник в горный рай! А главное, мы могущественного друга приобретаем вместо врага. Да это же победа! Маленькая, но истинная. Кстати, с благословения Нюмы и стараниями моего дядюшки осуществлённая.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: