скачать книгу бесплатно
– Доброе утро, Фел! Ты чего разлегся? – Джиро пнул меня под мой нежный и хрупкий зад, и я тут же встал, отряхиваясь.
– Ты чего? – попытался я спросить, вот только в глотке у меня все пересохло.
Маня дал мне бутылку воды, точно заранее знал, что мне нужно.
– Ну же, не молчи, ты тратишь мое драгоценное время.
– А где ребенок? – первое, что спросил я вместо «как мы сюда попали?».
– А, это была девочка, и я сдал ее в бордель. Он как раз тут неподалеку, кто же мог подумать, да? А теперь пошли есть!
Джиро так и не рассказал мне сразу, что нас довели сквозь несколько миль в какой-то город феи, да и я ему бы все равно не поверил. Больше всего сам он отнекивался на все мои взывания к его совести и благоразумию по поводу того, что он вот так просто отдал бедную доверенную нам малышку на растерзание шлюхам и их клиентам. Он говорил просто: «Это единственное место, где всегда будет хватать женщин, способных воспитать эту девочку. Там всегда есть тепло, деньги и еда. Там же в будущем найдется ей и работа». А мы сами в этом городе беженцы. Теперь мы не просто без денег, но еще и без своего места – среди толп незнакомцев одни и без семьи.
Часть 3:
Посланник Солнца
Крик петуха – похоже, даже здесь кто-то все еще держал птиц. Мы вылупились, как отщепенцы, и вылезли из переулка, точно бродяги. В шелках, в бязи, в хлопке, – здесь хватало тоже разных людей. Кажется, беженцы тут не только мы одни. Но большинство их ходит в капюшонах, закрывающих и плечи. Среди них мы выделялись: яркие синие мужские хаори поверх белых рубах и непокрытые головы выдавали нас. Когда мы подошли к площади, мужчина с высохшим лицом и черными сальными прядями на лбу из-под лобья посмотрел и проводил нас взглядом, будто все хотел что-то сказать, но ком в его горле не дал ему прихоти это сделать.
В центре, под большим фонтаном с женщиной-ангелом, держащей в одной руке, поднятой, меч, а в другой – чашу с золотом, стояла совсем молодая девушка, плечи которой были закрыты, как у бедняков и беженцев, а бедра изнутри тонко подчеркивались выглядывающим из-под обычной ткани шелком. Такого я еще не видел. В руках у груди она держала какой-то знак, подвешенный к ее шее на веревку. Дева подняла свои черные глаза на меня и Манджиро и выдала:
– Я вас не знаю. Вы не с этих краев, – сказала она в первую очередь мне, но, когда взглянула на Маню, переменилась в лице. – А ты, наверное, послан Богом. Твои волосы отливают Солнцем. Но имя твое тебе не подходит – оно для темнокожих господ.
– Эй, ты имеешь что-то против других национальностей? В нашей деревне тоже разные люди жили, но ко всем относились с радушием! – ответил ей я.
– О! – согласилась девушка. – Так вы из деревни. Теперь все понятно.
– Да что тебе понятно!? Что тебе понятно!? – не сдержался впервые я, но Джиро положил свою руку мне на плечо.
– А ты хорошая девушка. Наверное, твоя проницательность кому-то пригодилась.
– Да… – смущенно заморгала она, бегая взглядом. – Я приспешница Посланника Солнца. Вот мой знак, – и она показала свою подвеску, на которой был изображен золотой круг с человеком в его центре, привязанном к живому дереву, как к кресту: руки к ветвям по бокам, а ноги к толстым корням. Вдруг по ее жарым щекам побежали бусины из слез. – Ох, простите меня! Тяжело говорить о Боге, когда за тобой постоянно кто-то наблюдает! – она прижалась к Манджиро и заговорила шепотом так, что я еле мог ее расслышать. – В этом городе поселился великан, который ненавидит нашего Бога! Он еретик и собрал толпу таких людей, единомышленников. Он угрожает не только вере неспокойного разношерстного народа, но и всему городу!
Послушница разрыдалась еще больше на груди Мани, крепко сжимая маленькими кулачками его накидку.
– Я уверена, что только вы двое сможете мне помочь! – вспомнила она и про меня, все так же глядя в лицо Джиро.
Он отвернулся от нее, даже смутился, и на белых щеках его выступил легкий румянец:
– Ну, раз ты так просишь, то конечно я тебе помогу!
– Да! Я и не сомневалась в тебе, путник! По твоим сильным рукам уже видно, как много за тобой правды! Ты точно победишь великана!
– Так тебе победить его надо или просто избавиться, чтобы городу больше не мешал? – задал вопрос мой друг.
– Его мало уничтожить! – уверила девушка, и пухлые розовые губы ее маленького рта задрожали, а взгляд больших черных глаз еще больше стал походить на щенячий.
– Я тебя понял. Я и мой брат поможем тебе и твоему городу. Побудем героями пять минут, да, Фел?
Я ничего ему на это не ответил. Я чувствовал, что затея эта со всех сторон плоха и лучше бы нам поискать работу, еду и ночлег, а не какого-то бешеного вымышленного великана, которого выдумала жаждущая внимания проститутка с улицы, что пытается выдать себя за настоящую послушницу. Да ни одна послушница не станет так подчеркивать свои ягодицы! В этом я был уверен. Да и знак, свисающий с шеи на ее грудь вызывал больше подозрений, чем веры в чудо, любовь и так далее.
Но Манджиро был неумолим, его кулаки уже чесались – они давно не видели наших деревенских ребят, которые бы упрямо хотели познакомить мое лицо с суровостью этой жизни, ведь прошло целых двое суток с момента, как все они, вероятно, сгорели. Мы остались без гроша, без крова над головой, без семьи, а Маня с энтузиазмом повел меня к какому-то белому дому, в который ворвался с ноги и где сразу в холл крикнул: «Где мэр!?». Нас отвели к убогому дрожащему старичку в костюме с позолотой, и он поведал рядом стоящей ноге моего друга, что некий великан проживает на старой заброшенной стройке, куда мы и пошли сразу после мэра.
– Да не послушница она! Ну, подумаешь, мэр действительно знал про великана, но это же не значит, что всем ее словам теперь нужно верить. Сколько раз моя интуиция и мои знания тебе помогали, правда? Так доверься же моему мнению!
– Расслабься, Фел! Посмотри вон туда.
В стороне, куда он указал, стояла церковь, на самом большом окне которой были витражи с изображением круга с человеком и деревом внутри, как на подвеске девушки, а у здания того стояла толпа монашек и послушниц, одетых точно так же, как и одна встреченная нами.
***
Это было самое пустынное место в городе, хотя и не находилось на его окраине. Кое-где сидели вороны, делающие вид, что не видят вездесущих каркающих сорок, но в целом было довольно тихо. Пока мы не оказались у "порога" заброшенного недостроенного дома. Оттуда доносились чей-то гонор и даже смех. Когда мы приблизились, уже в окна были хорошо видны мальчишки, играющие в покер и дартс. Я побоялся первым заходить – уж очень гоповато они выглядели, а мои кости еще должны расти до 24 лет. Маня уже был там.
– Эй, парни! Это не место для игр детского сада! Никто не видел здесь «великана»?
– А тебе че надо, дяденька? – обернулся на него самый, очевидно, хамоватый ребенок.
– У меня к нему личное дело.
– Пропусти меня, Сохатый.
Сохатый, похоже, хотел чем-то возразить, но появившемуся из-за угла и пробившемуся через толпу здоровому парню не стал ничего говорить. Он был почти под два метра ростом, даже выше меня, и поэтому Маня на его фоне казался писклявой девочкой с золотистыми патлами.
– Я Великан. Ты что-то хотел?
– А, так это у тебя кликуха такая? – попытался разрядить обстановку я, но увидел, что лицо Манджиро серьезно.
– Ты Великан?
– Ну я, а ты что, глухой?
Парень напротив нас на вид не был слишком старше, и его возраст выдавал голос, хоть и слегка прокуренный. Но именно его рост вызывал у меня максимум опасений. В старину даже былины были о громадных мужчинах – богатырях. Добра от такого не жди.
– Да нет, просто больно маленьким ты выглядишь для великана. А ты точно уверен, что, когда тебя так назвали, тебя ни с кем не спутали?
– Я смотрю ты, малявка, нарываешься на драку!
Детишки за спиной Великана зашевелились. Один выглядел не хуже другого: все как бандюги, а сейчас их лица зверели с каждым новым словом.
– А я смотрю, что ты все смотришь на меня, но не видишь, с кем разговариваешь, пацан! – замахнувшись ногой, Маня пнул парня под коленку и в те же секунды ударил ребром ладони Великана вдоль мышцы на его шее, когда тот стал немного ниже, и в один момент высоченный гопник оказался у нас под ногами.
– Ну вот и все, киска Феликс! – победно похлопал ладонью о ладонь Манджиро, будто стряхивая с рук пыль.
– Это не меня зовут Маня, как кошку.
Детский сад, что готовился нападать вслед за предводителем-нянькой, в глазах отупел и отстранился, вжавшись в стены. За пять минут ни одного из них уже в здании не осталось. С нами лежал только Великан.
Когда он пришел в себя, то даже извинился:
– Похоже, я и правда не знал, с кем разговариваю. Так кто вы? Зачем пришли? – Он сел на пол, опираясь рукой, и снял с себя футболку, демонстрируя накачанное тело. Выглядел он все-таки хоть и молодо, но грозно.
– Послушница под фонтаном на площади жалуется на тебя: говорит, ты ей жизнь портишь и против веры идешь. Ты что, забыл поцеловать иконку, когда она с ней мимо проходила? – изобразил Маня любопытную милую барышню.
– Да нет у нее никакой веры кроме рабского послушания сутенеру! Никакого Бога нет, если вам тоже про это наплели! Это переодетый купец, который решил дорого продать свое обаяние. Говорят, что он живет уже так много лет, что видел настоящие живые улицы мегаполисов, знает, как должны работать механизмы и что такое техника. А еще он выглядит, как баба, и хорошо поет. Вот я бы его лучше в жены кому-нибудь выдал. …Поэтому местные решили, что он Божество, и ему надо поклоняться. Девушек он всех собрал в свой гарем, сам одел их, сам Священное Писание сочинил, которому они следуют. Петух одним словом.
– Да ты ему просто завидуешь! – заключил я.
– Тц! Мне и так неплохо живется. Я бы ничего и не делал. Да вот только женщин моих всех в свой храм забрал, где они его ублажают.
– «Своих женщин»!? Так ты тоже, значит, гаремом обладаешь?
– Ох! Я и не знал, что ты такой тупой. Это женщины моей семьи: сестры, тети, племянницы. У нас много женщин. Но все они теперь в рабовладении как валюта вертятся. Я этот банк хотел разрушить и ограбить, поэтому "послушницы" и взъелись на меня.
– С помощью этих детей?
– Детей? А, нет. Это сыновья моих сестер.
– Быстро же твои сестры размножаются… Так сколько тебе лет?
– Пятнадцать.
– Пятнадцать!? Да такого не может быть! – сорвался я с места, и пыль с холодного бетона поднялась вместе со мной.
Я увидел, как Джиро стало не по себе от этой новости: наш новый приятель оказался младше нас.
Все это время Маня слушал без особого интереса к беседе, но сейчас, выдержав время, сказал:
– Похоже, Фел, всех красивых женщин нам придется выручать!
«Нет…» – только, было, подумал я, уже зная, к чему это ведет.
Часть 4:
Свержение Нарцисса
Вскоре должно было свечереть, романтично с нами заранее прощался будущий закат, птицы, судача над головами в персиковом небе, куда-то дружно и радостно летели, шелестели зеленые кроны деревьев, сообщая одуванчикам, что пора готовиться ко сну, а у нас так же не было места для ночлега, еще и Маня решил на первое место поставить чужой гарем. Из разговора с Великаном я понял, что «Посланник Солнца», как его называли все женщины, очень мерзкий и обаятельный тип. Но Манджиро снял пафосно синее хаори, завязал на бедрах, взмахнул своими золотыми длинными волосами до плеч, обернулся на меня, когда солнечный луч прошел по его профилю, и сказал:
– Ну что? Я соблазню этого самовлюбленного самозванца?
– Боюсь, друг, как баба ты слишком страшненькая. И мышцы спрячь, а не выставляй, наоборот, напоказ.
Маня засмеялся и попытался оправдаться тем, что я, мол, всего-навсего смущен и поражен его женским началом, но, когда я попытался развить его тему, посерьезнел и ответил просто:
– Ты кого тут за женщину считаешь? Посчитай лучше свои ребра, а то резко обмельчают, ты и не заметишь, – он улыбнулся лишь после этой фразы сам себе, как бы показывая миру, что это шутка, чтобы карма внезапно не упала на него с неба. Джиро верил в карму.
Не знаю почему, но обратно в центр города мы пошли уже без Великана. На главной площади напротив подобия белого дома с грандиозными толстыми белыми колоннами на золотом троне с резными розами сидел настоящий ловелас. Его волосы были кирпичного цвета, отчего отливали на солнце. На выраженных скулах рассыпаны мелко веснушки, но это было видно даже мне. Худой, в бело-розовой тунике. В общем, как я и полагал, это был очень мерзкий на вид тип. Когда я смотрел на него, мне хотелось блевать, но дальше я увидел еще хуже. К «Богу» на поклон приходили совсем молодые и нежные девушки, падали ему в ноги, гладили ладошками его стопы во вьетнамках и целовали. Все они, как одна, были одеты в те же развратные платья, подчеркивающие бедра, как и первая попавшаяся нам послушница. У этих тоже висел на шеях знак с человеком на дереве в круге, и им они щедро гордились, когда засовывали между больших грудей. Нарцисс поднял девушку за подбородок к себе, и взгляд ее приоткрытых с густыми черными ресницами глаз любовно очерчивал его хамское лицо. Он поцеловал своими красными варениками ее маленькие ранимые губки и нагло взялся свободной рукой за ее бюст. Почувствовав возмущение, я хотел что-то сказать Мане, но повернув голову я его не увидел. «Где Маня!?» – судорогой будто пробежалась мысль по моей голове, оставляя после себя звон. Я снова вернул взгляд в место событий и обнаружил вдруг Манджиро уже там.
– Что за балбес! – выкрикнул я от досады, уже представляя, как мой друг чистит лицо случайному «Богу» из незнакомого города, и голуби от моего голоса вспорхнули и разлетелись в разные стороны, разбрасывая перья. Но, на мое удивление, он пока не сделал ничего безрассудного, хотя уже вполне мог это успеть. Неужели он захотел решить проблему дипломатией?
Нет, тонкое, но звонкое «нет» от девушки, что сейчас принимала при мне засос от мерзавца, прорезало воздух на площади. Манджиро поднял ее на руках и стал относить куда-то подальше от трона с самозванцем. Она пыталась брыкаться, но я-то знал, что Маня слишком силен в сравнении с ней, чтобы послушница могла упасть и побежать снова к своему «Богу». Я побежал за ним, но видел уже перед собой только спину.
– Эй, а вы кто такие? Я вас здесь не знаю, – поднялся с трона Посланник Солнца с какой-то заторможенной реакцией на похищение девушки. Остальные монашки вокруг него лишь пучили глаза и прикрывали тонкими пальчиками рты от удивления, разбегаясь и создавая проход незнакомцу.
Мой друг не обращал внимания на вопрос и лишь что-то шептал на ухо девушке. Несколько мгновений спустя она перестала брыкаться и вот уже добровольно, с согласия Манджиро, опустилась на ножки и пошла куда глаза глядят сама. Нарцисс заткнулся, когда увидел это, я тоже застыл и прямо уставился в затылок Мани. «Как он это сделал?» – наверное, повторилось в голове мерзавца, как и у меня. С совершенно довольным и спокойным лицом Джиро подошел к Посланнику Солнца ближе и спросил:
– Оно тебе надо было?
Лицо его выглядело только в этот момент взрослым, выражающим намерение складок между бровями. Мужчина же напротив проявлял насмешливость к моему другу-коротышке и стоял рядом с ним, чуть-чуть сгорбившись, видимо, чтобы дать понять, что по-другому он Маню не услышит.
– Что-то? – переспросил он. – А-а-а, юный господин, – обворожительно обратился он, и монашки обратили на него свой влюбленный взор, – я думаю, что я тебя понял. Ты пришел в этот прекрасный город, чтобы захватить его? Но он оказался занят, – притворился мужчина сочувствующим, хотя он явно не знал, что мы оказались в его доме случайно. – Да, монашки любят поговорить с Богом и все рассказать Ему, что слышат. Феи, говорят, могут распознать и разболтать даже ваши мысли. Особенно юные монахини, верующие во всякие сказки, придают этому силу. Именно засчет их горячих сердец живут и летают такие удивительные существа. Вы знали, например, что существуют единороги и громадные паровозы без колес, которые могут держаться на воде? Это как корабли, но называются пароходами. Есть люди, представьте себе, которые касаются клыками твоей шеи, и из нее начинает течь томатный сок, а ты чувствуешь, как жизненные силы покидают тебя. Я не желаю тебе никакого зла, маленький господин, Солнце благословило и тебя, а женщин тебе хватит и в другом городе. Будь счастлив, ты красавчик! – улыбнулся приторно и тепло Посланник.
Я взглянул после такого с опаской на Маню. Его добродушие ушло, а лицо не реагировало на чужие слова.
– Ты не ответил на мой вопрос. Давай следующее: как тебя зовут?
Посланник еще больше растаял, будто ему делают комплимент:
– Я Нарцисс.
Вокруг него действительно стало жарко, закатное солнце спряталось, зажглись огни, под которыми с работы возвращались уставшие наемные люди, но вокруг «Бога» по-прежнему сохранялся дневной свет, отчего я почувствовал неловкое превосходство от него и даже допустил мысль, что я и Манджиро зря находимся здесь. Но я не успел моргнуть, как он напрягся, быстро занося ногу, и ударил Посланника по его склонившейся к коротышке шее. И свалился под стопой Мани.
Рыжие волосы взъерошились и разбросались, а веснушчатая щека обнимала асфальт. Я почувствовал легкое удовлетворение и выдохнул, попрощавшись бранным словом с недавно недостижимой макушкой этого петуха.
– Ты сошел с пути Божьего, Нарцисс, – провозгласил Джиро над поверженным.
– Неужели все так просто? – ощутив в себе поднявшееся веселье прокомментировал я, вытирая тылом ладони вспотевший лоб, на который падали мои жирные черные пряди.
Но Посланник лежал в сознании и молча. «Не могу понять. После того, как он получил такую мощную, но позволяющую ему жить, оплеуху, почему он молчит? Он не издал даже стона.
– Эй! Никто вам не сказал, ребятки, что такое «Бог»? – окликнули нас сзади, но секунды спустя я понял, что нас окружают в замкнутое кольцо. Это был Великан, и сейчас с ним была не отбитая школота, а настоящий сброд, который был подстать самому их главарю. – Это тот, кто живет здесь уже много лет. Очень много лет, столетия. Смекаешь? Посланник Солнца не может откинуться так быстро, пока не завершит свой круг Ада. Пока он здесь, его влияние будет распространяться на каждого местного жителя, и приезжие не смогут вершить то правосудие, которое хотят.
Маня слушал его внимательно, его тело было напряжено все так же, как у спортсмена, а вот я почувствовал слабость в коленях, когда толпа гопарей начала «эротично» дышать в мою шею.
– Неужели ты хочешь сказать, что этот хрен смог промыть и тебе мозги? – прямо трактовал Манджиро.
Я не понял в начале, но уже в темнице, где мы оказалась часом позднее, возможность обдумать все дала мне понять, что он имел в виду. Монашки тоже недобровольно носили такую одежду, обхаживали незнакомого человека, целовались с ним и позволяли трогать свое тело. Великан впал во власть Посланника Солнца, и Джиро понял это. Как же я?.. Как же я не догадался? Меня терзала эта мысль, что мой друг, с которым я делил на пару физические и умственные способности, забиравший «местную» сообразительность и кулаки себе, превзошел меня и в моем направлении. Насколько же я был неудачником. Я чувствовал себя бесполезным Мане. Вот мы сидим тут, в сырой черной камере, из которой нас хотят выгнать за неуплату аренды мыши, и все это по моей вине. Испытав эмоциональное перенапряжение за эти три дня, я и мой мозг решили сдаться и отдохнуть во сне. Но, закрыв глаза, я увидел полыхающие стены моих соседей, бежавшую по дороге горящую курицу, что пыталась громко кудахтать, зовя кого-нибудь на помощь. Я так и не увидел своих родных в тот день. Я слышал крики. Я и Манджиро снова возвращались с рыбалки, как вдруг из-под земли выросла фигура человека, оформленного, как житель Руин. Я был точно уверен, что это они. Все знали, что та страна точит зуб. Но сейчас… Но сейчас… Это было больше похоже на демонов, на порождений тьмы. Я продолжал видеть стену своего забора и представлял за ней свою старую бабулю и мать. Я не слышал даже их голосов, только мальчишек, что пытались меня когда-то избить, но в тот день разбегались, распространяя своими же телами огонь по деревне. Запах жареной плоти попадал в нос и напоминал обычный аромат от мяса, вот только страх его переполнял и делал тошнотворно ужасным. Тогда мы и бежали.
Разбудили меня пощечины Джиро.
– Сколько… Кх… Сколько времени уже прошло? Который час? – прокряхтывал я.
– Фел, ты бесполезен! Я с тобой говорю, а ты мне чем отвечаешь? Храпом? Ты десять минут как спишь! А ну, вставай! Диванная картошка!
– Только десять минут? Так сейчас же ночь на дворе, – акцентировал я ситуацию, вспомнив, что мы в тюрьме, и даже слегка продрог.
– Я от тебя мудрых решений жду, – уставился он на меня, и я даже увидел, как его золотые патлы успели испачкаться об эти стены.
– Как у тебя все просто, балбес. Чего ты от меня ждешь?