скачать книгу бесплатно
– Это нам не по карману! – возражает старая стерва.
– Напротив. Виталий уверен, что скоро мне даже не придётся работать! – сладким голосом отвечаю я. – Сделка у нас в кармане!
Я огибаю застывшую Марину по большой дуге.
– Поставь вино! Не будь, как твоя мать-алкоголичка!
– Надо же! Теперь она ещё и алкоголичка. Раньше была просто распутной девкой! – усмехаюсь я.
– Мерзавка! – клокочет Марина. – Я потратила на тебя всю свою жизнь! Сколько сил я в тебя вложила? И для чего все это? Чтобы из тебя вышла такая же гуляющая и распутная дрянь, как из твоей матери? Чтобы ты сжила меня со свету, как она сжила моего сына?
Марина идёт за мной по пятам и брызжет ядом. Я резко разворачиваюсь. Она едва не налетает на меня коршуном. Успеваю выставить ладонь и отпихнуть её в плечо. Уверена, что позднее Марина начнёт обвинять меня в рукоприкладстве.
– Что ты себе позволяешь?
– Мне не пятнадцать, Марина. И ты кое-что забыла. Где ремень твоего сына? Или руки уже не такие сильные, чтобы бить? Так вот… – приближаю своё лицо к её, чувствуя запах пудры и приторного парфюма. – Этого больше не произойдёт. Никогда.
Марина отшатывается. Не ожидала такого.
– Ты… ты ещё пожалеешь о своих словах, – добавляет она, впрочем, уже не таким уверенным тоном, отходит и бросает издалека. – На коленях приползёшь умолять о прощении и руки мне целовать будешь!
Я скрываюсь за дверью спальни. Со стуком ставлю бутылку вина и бокал на комод. Спускаю платье по плечам, позволяя ему осесть лужицей алой краски на пол. Потом беру бутылку вина в руки и смеюсь. У меня нет штопора. Смех звучит громко, но в нём появляются истеричные нотки. На пороге спальни появляется муж. Видит бутылку вина в моих руках и истолковывает её по-другому.
– Малыш, я тоже считаю, что это надо отметить!
– Я забыла штопор!
– Сейчас принесу! – муж выходит быстрее, чем я успеваю его остановить.
Виталий возвращается со штопором и бокалом для себя. Он лоснится от удовольствия и напоминает упитанного кота.
«Тебе нравится лежать в постели с этим боровом?» – вспоминаю слова Богдана.
Виталий немного погрузнел за последние три года и поплыл в талии. Не могу назвать его толстым. Но сравнение с Богданом не идёт на пользу моему мужу.
– Уверен, что уже завтра мы подпишем бумаги… – брызжет весельем Виталий. Касается моего бокала своим. – За успех!
Едва отпив, муж снова начинает говорить. Переживает каждый момент вечера, смакует собственные шутки и посмеивается так, словно произносит их впервые. Он либо слеп, либо отчаянно верит, что всё получится. Виталий не замечает очевидного – Чернов не собирался давать деньги просто так.
Внезапно я понимаю, что весь ужин – это фарс. Лишь средство, чтобы Богдан мог воочию убедиться: Макс – его сын. И теперь, получив подтверждение, он не остановится ни перед чем, чтобы заполучить его.
А муж… Муж убеждён, что снова поднимется с колен и гроза банкротства минует его стороной. Внезапно накрываю губы Виталия пальцами.
– Да, ты права. Хватит болтать.
Муж отставляет свой бокал и отбирает мой, притягивает к себе.
– Ты очень красивая в этом белье, – шепчет он, сминая талию, спускается ладонями ниже.
Внутри поднимается волна протеста.
– Постой… – выворачиваюсь из его объятий, отходя на значительное расстояние. – Ты должен кое-что знать о Максе.
Виталий подливает себе ещё вина.
– Ты обеспокоена чем-то. Шумы в сердце Макса, да? Что нам сказал врач? С его заболеванием это в пределах нормы! Нет поводов для беспокойства!
– Врач сказал, что время ещё есть. Но не стоит не тянуть до последнего и позаботиться о протезировании сердечного клапана. Чем раньше, тем лучше. Так я буду уверена, что со здоровьем сынишки всё в порядке.
Муж кивает.
– Да, я знаю. Но что ты будешь делать сейчас? Глубокой ночью? Ты ничего не сможешь поделать. Нужно дождаться очереди на операцию.
Я плотно смыкаю губы, чтобы не закричать. Пренебрежение Виталия к здоровью Максу накатывается на меня отрезвляющей волной. Желание откровенничать с мужем пропадает.
– Да. Конечно. Только очереди очень длинные. Я рассматриваю варианты платной операции. В Израиле очень хорошие клиники.
– Мы можем себе это позволить? – хмурится Виталий.
– Разумеется! Я уже собрала половину стоимости на операцию. И потом, сделка же у тебя в кармане! – восторженно отвечаю я.
В моих словах слышится слишком много яда. Даже Виталий это понимает.
– Кажется, не только Марина сегодня не в настроении, да? – муж целует меня в щёку. – А я взбудоражен будущим успехом и не смогу уснуть. Пожалуй, отправлюсь в бар.
Виталий натягивает пиджак и оставляет меня одну. Тишина скручивается кольцом. Я отставляю бокал с вином в сторону – так и не пригубила, пропало желание. Отправляюсь в детскую Макса и долго смотрю на спящего сына – единственного, по-настоящему дорогого человека.
Муж возвращается под утро. От него сильно пахнет дорогой выпивкой и дымом сигарет, но сквозь этот чад пробивается сладковатый запах женских духов.
Утро приносит ещё одну порцию едкого разочарования – я нахожу смазанный, едва заметный след чужой помады на рубашке мужа. Становится обидно. Не стану врать себе – я не люблю Виталия и никогда не любила, но я была верной женой, несмотря на трудности… А он похаживает налево.
Но день становится разочарованием не только для меня. Богдан Чернов не говорит мужу «да», но и не отказывает. Просит ещё немного времени взвесить риски.
– Чернов хочет всё взвесить и обсудить ещё раз. Он пригласил нас в ресторан, – сообщает муж.
Виталий не унывает, продолжая верить в то, что Богдан захочет вложиться в его бизнес. Я же понимаю совершенно другое – Богдан даёт мне время. Отсрочку, чтобы я подготовила сына к правде.
Чернов любезно предоставляет мне фору. Сколько? День? Два… Пять?
Глава 5. Богдан
– Чудесный вечер. Спасибо, Антон, до встречи! – улыбается Аня, прощаясь с Антоном.
Жена делает шаг в сторону дома. Но не услышав эха моих шагов, изумлённо оборачивается.
– Богдан?
– Иди, – киваю ей. – Мне нужно с Тохой перетереть ещё пару тем. Наедине.
Аня порывается возразить.
– Иди, – говорю с нажимом, отсылая жену прочь.
– Ты вернёшься сегодня?
– Возможно, только под утро, – пожимаю плечами. – Не забивай голову, иди спать.
– Да, конечно! – соглашается Аня, но идёт в сторону, противоположную от дома.
Целует меня в щеку, обдавая знойным ароматом парфюма. Упругая грудь прижимается к моей. Аня прижимается всем телом, намекая на продолжение. Она раскованная и умелая в сексе. Я не был её первым мужчиной, готов поспорить, что не был и вторым. Но сегодня у меня просто нет желания кувыркаться с кем-то в постели. Есть только одно желание – вытравить из себя дурман памяти и жажду по другим прикосновениям. Марь-Яна.
– Мне пора. Тоха ждёт… – отстраняю от себя Аню.
Она обижена, но старается держать лицо и не подавать виду.
– Желаю вам хорошо посидеть! – улыбается она.
Поворачивается и демонстрирует фигуру, доведённую до совершенства. Жена… Это в самом начале она была просто Анька-давалка. Она была готова сигануть с пропасти вниз, если бы я щёлкнул пальцами, пообещав, что мы обязательно взлетим. С ней было не в напряг. Поначалу просто тусовался, не заботился о сохранении верности. Думал, что однажды ей это наскучит. Но Анька никуда не уходила.
Неужели она меня любит? Прошло шесть лет, а она до сих пор рядом. Не могу сказать, что Анька верила в меня и поддерживала в трудные минуты. Но всегда была готова прогнуться, чтобы я мог снять злое и тугое напряжение. Ждала меня с очередных поездок и попыток пробиться в этой жизни.
Как-то однажды она позвонила и заикнулась о детях, мол, мы уже больше года вместе, а что, если однажды у нас появятся дети? Я не рассматривал её даже в качестве жены, тем более не ждал, что Аня станет хорошей матерью. Тогда это было ни к чему, о чём я и заявил прямо. Анька сказала, что её слова были сказаны на будущее. Я посоветовал ей выкинуть мусор из головы и не пропускать приём гормональных препаратов. Любая другая оскорбилась бы пренебрежительным тоном. Но Анька смолчала, встретила меня после поездки.
Я её не любил. Она была для меня очень удобной и необременительной – только и всего. Я женился на ней только потому, что в одной из программ финансирования старт-апов отдавалось предпочтение семейным кандидатам.
Финансирование мне не досталось, но немногим позднее в мои идеи захотел вложиться Антон. Шансы были пятьдесят на пятьдесят, но он рискнул и не прогорел. Мы стали не просто бизнес-партнёрами, но подружились. Разводиться с Анькой я не стал. Она оставалась для меня всё тем же удобным аксессуаром в жизни, умелой любовницей в постели и женой по паспорту.
– Буду ждать! – улыбается Аня напоследок.
Наверное, она идеальная жена по стандартным меркам. Но сейчас я остро чувствую, что она просто хорошая актриса. Её многое не устраивает, но она надевает маску радушия и терпит – потому что лодка нашего брака в последнее время стала золотой.
– Поехали? – предлагает Антон.
– Да. В паб. Бухать…
– Утром будешь жалеть, – предупреждает Антон. – Ты не умеешь пить, с похмелья напоминаешь мертвеца.
– Знаю, – говорю без улыбки. Тоха прав – я не умею пить. Наутро голова будет раскалываться и звенеть, как колокол. – Но ты будешь со мной.
– Притормози, – усмехается Антон, хлопая по плечу. – Я за рулём и не смогу составить тебе компанию.
– Сможешь. Обратно поедем на такси, – возражаю я.
Вижу по лицу друга, что его подмывает спросить меня о чём-то. Но Антон пока молчит и выжидает удобного момента. Впрочем, его терпения не хватает надолго. Едва мы успели смочить горло выпивкой, как друг ставит локти на стол и спрашивает, глядя мне в глаза:
– Что у тебя с той красоткой?
– С какой? – опрокидываю ещё одну стопку, делая вид, что не понимаю, о ком говорит Антон.
Спиртное прокладывает обжигающую дорожку. На мгновение становится легче. Но потом опять начинает зудеть. Так же, как раньше. Этот зуд не унять. Его удалось немного приглушить, когда я прижал Марьяну к стене. Но потом опять нахлынуло.
Зуд. Жажда. Потребность. Злость…
Не знаю, чего больше в этом коктейле. Есть всё, кроме равнодушия. Но сегодня к этому отравляющему пойлу добавилась жгучая порция ненависти. Потому что Марьяна скрыла от меня рождение ребёнка. Держала рождение моего сына в тайне и даже посмела выдавать его за сына тупого жирдяя, своего муженька.
– Не прикидывайся ослом. Что тебя связывает с Марьяной?
– А-а-а-а… – отвечаю как можно равнодушнее. – Бывшая подруга. В прошлом зависали вместе.
– В прошлом? Уверен? – смеётся Тоха. – По тебе не скажешь, что это было давно. Вы пропали оба. Потом вернулись, жёнушка Балашова была такой потерянной и слегка потрёпанной. Вспомнил прошлые развлечения?
– Нет! – резко отвечаю.
– Но хотелось, – возражает друг. – Не дала, что ли?
– Заткнись. Не твоё дело.
– Значит, не дала-а-а-а… – тянет Антон, разминает кулаки и потом внезапно спрашивает. – Ты подкатывать к ней будешь или как?
– Тебе зачем? – удивляюсь я, пальцы сами крепче стискиваются вокруг бокала со спиртным.
– Кажется, она горячая штучка, – подмигивает Антон. – Можно и подкатить.
– Она замужем, если ты не заметил, – отвечаю неожиданно резко и со злостью.
– Я в курсе, что она замужем. Когда это останавливало? – Антон смеряет меня смеющимся взглядом. – Ты тоже женат, но регулярно ходишь налево. Что мешает Марьяне сделать то же самое? Муж у неё – явный лох.
Отмахиваюсь от Антона. Но он продолжает трепать языком.
– Ей с ним скучно. Ни одна его натяжная шутка не заставила её искренне улыбнуться! Уверен, их супружеская жизнь в спальне скучная настолько, что она разглядывает обои…
Я резко встаю, выходя на свежий воздух. Мне неприятно представлять Марьяну рядом с Виталием в одной постели. Даже думать о ней в чужих объятиях оказывается невероятно тяжело. Внутри сразу полыхает злостью. Я же знал, что она должна была выйти замуж за этого пай-мальчика. Почему именно сейчас я настолько сильно злюсь? Из-за сына? Из-за того, что Марьяна посмела у меня украсть право на семью?
– Стоило мне заговорить о Марьяне и её муже, как ты вскочил и сразу ушёл. Видимо, бывшая подруга для тебя не такая уж бывшая, да? – комментирует Антон, появляясь рядом. Опирается плечом о стену и смотрит на меня, посмеиваясь. – Всё-таки ты хочешь эту красотку? Для себя?
– Нет. Не хочу. Я её ненавижу, – выдыхаю эти слова, искренне веря, что так и есть.
Глава 6. Марьяна
– Я не пойду в ресторан!
– Какая муха тебя укусила? Это всего лишь ужин! – спрашивает Виталием.
– Это не просто ужин. Это ужин, на котором обязана присутствовать я. Зачем? Чтобы ты похвастался мной, как красивой побрякушкой? – спрашиваю я, загружая посудомойку.
Муж подходит сзади и проводит ладонями по моим плечам.
– Семья – это всегда двое. Ты – жена видного бизнесмена. Выходить вместе с ним в свет – это твоя прямая обязанность.