Лев и Искра

Лев и Искра

Глава1.нежиданое превращение

Лев был молодым учёным-биологом.

Густые тёмные волосы вечно падали на глаза. Бледная кожа редко видела солнце – лаборатория стала его вторым домом. Движения точные, аккуратные, выверенные годами работы с микроскопом и скальпелем.

Он не был героем. Он был умным, немного замкнутым парнем, который любил животных больше, чем людей.

Искра – зелёная бородатая агама – сидела у него на плече. Её чешуя переливалась изумрудными оттенками, а характерная «бородка» под горлом раздувалась, когда она нервничала.

Сейчас она не нервничала. Она грелась.

По телевизору шёл репортаж. Правительственная программа. Создание супер-солдат.

– Если я стану сильнее, – задумчиво сказал Лев, почесывая Искру за ухом, – смогу без риска ловить диких животных. Изучать. А потом возвращать в природу.

Ящерица щелкнула языком. Она не понимала слов. Но голос был спокойным, значит, всё хорошо.

На отборе он сказал, что хочет служить стране.

Его взяли. Блестящий ум, неплохая физическая форма – и полное отсутствие родственников, которые будут задавать лишние вопросы.

В решающий день он взял Искру с собой. Просто чтобы не оставлять одну.

Она сидела у него на плече, когда в лабораторию ворвались террористы.

– Ни с места! – заорал человек в маске.

Лев не успел среагировать. Очки упали. Мир превратился в размытое пятно.

Искра сорвалась с его плеча.

Он не видел, как она упала. Только услышал всплеск.

Чан. Сыворотка.

– ИСКРА!

Превращение длилось секунды.

Зелёная вспышка ослепила всех в радиусе десяти метров. Террористы попадали на пол, закрывая лица руками. Сирена взвыла, захлебнулась и погасла.

Когда свет рассеялся, в центре лаборатории стояла она.

Искра.

Огромная. Сильная. Чешуя – не изумрудная, а металлическая, переливающаяся тёмным золотом и сталью. Глаза – вертикальные зрачки, в которых горел не инстинкт, а разум.

«Бородка» под горлом стала шире, массивнее, похожей на боевой воротник.

Она медленно повернула голову. Посмотрела на террористов.

Те открыли огонь.

Пули отскакивали от чешуи, как град от брони. Искра даже не моргнула. Она прыгнула – и мир вокруг неё перестал существовать для врагов.

Лев, щурясь и пытаясь нащупать очки, слышал только крики, треск ломаемого оружия и тяжёлые, ритмичные удары хвоста.

А потом – тишина.

– Искра… – прошептал он. – Ты…

Она подошла к нему. Огромная, дышащая жаром, покрытая чужой кровью.

И аккуратно, кончиком языка, лизнула его в щёку.

Они скрылись в ночи.

Полиция, приехавшая на место, нашла только разгромленную лабораторию, десяток оглушённых террористов и следы ДНК ящерицы в чане с сывороткой.

– Образец утерян, – доложил капитан. – Носитель – животное. Мутировавшая рептилия. Предположительно, агрессивна.

– Изъять, – последовал приказ. – Любой ценой.

Глава2.Первые трудности

Они поселились в старой квартире Льва.

Искра больше не помещалась на плече. Она едва входила в дверной проём, а хвост приходилось закручивать кольцом, чтобы не сносить мебель.

Первые дни были странными.

Лев говорил – она слушала. Он читал вслух учебники, научные статьи, художественную литературу. Она смотрела на страницы, шевеля языком, и, кажется, понимала.

– Ты… ты правда меня понимаешь? – спросил он однажды.

Искра медленно кивнула.

У Льва подкосились ноги.

Через неделю пришли военные.

Искра почуяла их за сто метров. Её новое зрение видело тепло людей сквозь стены, их оружие, их напряжение.

– Лев, – хрипло сказала она. – Там.

Это было первое слово, которое он услышал от неё.

Он не успел обрадоваться. В дверь уже ломились.

Искра выбежала на лестничную клетку. Одним ударом хвоста выбила автоматы из рук троих бойцов. Вторым – отшвырнула четвертого к стене.

Гильзы посыпались на пол. Ящерице – хоть бы хны.

– Не подходите, – прошипела она. – К нему.

Голос был хриплым, низким, непривычным для её гортани. Но слова – чёткими, осмысленными, человеческими.

Командир отряда поднял руку.

– Отбой. Мы не готовы.

Они ушли.

Лев стоял, вцепившись в косяк, и смотрел на Искру.

– Ты… говоришь.

– Говорю, – подтвердила она. И добавила, чуть тише: – Костюм под левой лапой жмёт.

Он рассмеялся. Впервые за две недели.

Власти совершили ещё три попытки захвата.

Все три провалились.

Искра была слишком быстрой, слишком сильной и слишком умной для обычных отрядов. Использовать тяжёлое вооружение в жилом квартале не решились.

– Чёрт с ними, – махнул рукой кто-то в кабинете. – Пусть живут. Сами сдохнут или придут.

Они не сдохли. И не пришли.

Лев и Искра стали неофициальными героями города.

Лев взял академический отпуск.

Всё своё время он посвящал Искре. Математика, физика, языки, биология, история. Она впитывала знания как губка.

– Ты гений, – сказал он однажды, проверяя её решение дифференциального уравнения.

– Я ящерица, – поправила Искра, не отрываясь от тетради. – Которая решила уравнение. Это ты гений. Я просто… учусь.

Она всё ещё отвлекалась на мух. Всё ещё любила греться на солнце, растянувшись на балконе во всю длину. Всё ещё щёлкала языком, когда волновалась.

Но внутри неё жил человеческий разум.

Острый, быстрый, ищущий.

Глава3.Обычный Вечер

У неё была слабость.

Холод.

Холоднокровная природа не исчезла. На морозе Искра быстро теряла силы, становилась вялой, сонной. Зимой она почти не выходила на улицу.

Лев не вылезал из гаража неделю.

Когда он вышел, в руках у него был костюм-терморегулятор.

– Примерь, – сказал он, пряча улыбку. – Должен греть.

Искра сунула голову в броню. Система с шипением замкнулась. По чешуе разлилось ровное, приятное тепло.

– Тепло, – сказала она. – Хорошо.

– Я рад.

Она посмотрела на него долгим взглядом.

– Ты не спал.

– Спал.

– Врёшь.

– Немного.

Она фыркнула и уткнулась мордой ему в плечо. Чешуя. Ткань. Тепло.

Вечером Лев пошёл в бар.

«У Геннадия» – называлось заведение. Маленькое, тёмное, с тяжёлыми дубовыми стойками и старыми фотографиями на стенах.

Сам Геннадий оказался высоким мужчиной с густыми белыми волосами и шрамом от ожога на левой щеке. Когда-то он служил. Теперь наливал пиво и слушал.

– Твоя ящерица? – спросил он, ставя перед Львом бокал.

– Моя.

– Слышал про вас. Город говорит.

– И что говорит?

Геннадий усмехнулся.

– Говорит, ты ей костюм сварганил. Чтоб не мёрзла.

Лев промолчал.

– Хорошее дело, – кивнул бармен. – Своих греть надо.

Он отошёл, протирая стойку.

Лев смотрел в пену и думал: «Своих. У меня есть свой человек. Который не человек».

Когда он вернулся домой, Искра спала, уткнувшись носом в учебник по квантовой физике.

Он осторожно укрыл её пледом и выключил свет.

ГЛАВА 4. ПЕРВОЕ СЛОВО И РАВНОЕ ПАРТНЁРСТВО

Утром она заговорила снова.

Не хрипло, не неуверенно. Спокойно, ровно, как будто умела это делать всегда.

– Костюм действительно неудобный под левой лапой, – сказала Искра. – Я добавила камеру и модуль определения местонахождения. Чтобы ты не волновался, если я выйду на охоту.