скачать книгу бесплатно
Не слишком ли она…
Он ушел.
Маша лишний раз убедилась, что мужчины бывают порой неуловимы, как мстители. Их этому специально где-то обучают? Вот и Телегина уже след простыл.
– Мария, – позвала ее Роза Алексеевна, – пойдемте! Нам в другой дом.
Маша пошла, оставляя щемящее сожаление, что она будет жить не в одном месте с брутальным незнакомцем, так искренне и заботливо поздравившим ее с праздником. Ах, он еще и обратился к ней так мило – девушка! Он успел разглядеть ее в сутолоке. Какой интересный парень!
Нет, нельзя позволять себе расслабляться. Какой кретин! Нет чтобы подойти и напрямую сказать, мол, девушка, вы мне понравились, давайте вместе проведем новогоднюю ночь. Маша и в жизни, и на работе предпочитала четкие формулировки. Это Эллочка могла ходить кругами, обольщая предмет вожделения. С Машей такой номер не пройдет, и вообще, она Телегину обещала помогать, ей некогда знакомиться с привлекательными мужчинами…
Куда только этот Телегин делся?!
Маша пришла в коттедж последней, всю дорогу она рассматривала чудесные пейзажи в свете заката, отчего давно отвыкла. Сколько она просто так не гуляла по морозному воздуху? Да лет сто! Точно, она почувствовала себя столетней старухой, внезапно вернувшей молодость и краски бытия. Прав был Телегин! Прав, отдыхать можно и нужно, даже здесь, где каждый второй раскатывает на лыжах, как приросших к его ногам, а каждый третий с визгом несется в санях с горы. Маше этого не нужно! Она в такие бешеные санки ни за что не сядет, да и лыжи ей надевать незачем. Пусть мужчины и Эллочка увлекаются экстремальными видами спорта, а они с Розой Алексеевной будут спокойно гулять, дышать и наслаждаться. Маша очень надеялась, что Туманова поддержит ее компанию.
– Мария, где ты ходишь?! – поймал ее Телегин в холле отведенного им коттеджа. – Пора готовиться к встрече Нового года! Я заказал столик в ресторане «Горячих ключей». Новогоднюю ночь мы проведем на глазах генерального, демонстрируя ему сплоченность коллектива и стойкое стремление к курсу повышения производительности труда и организации корпоративного досуга.
– Шеф, – жалобно попросил Федоров, успевший за все это время несколько раз отметить предстоящую встречу Нового года, – нельзя ли проще выражаться?
– Проще для тебя – только нецензурно, – заявил ему Телегин. Он подхватил Машины вещи, Машу и повел ее на второй этаж.
Дом ей понравился, было довольно уютно, и от стен пахло свежим деревом.
– Почти новый пансионат, – пояснил Борис. – К осени эти дома сдали «под ключ», а в декабре уже организовали новогодний тур. Вот ребята работают! Молодцы. Когда-нибудь и у меня будет свой свечной заводик.
Лестница скрипела, словно пела гимн новым жильцам, приветствуя их приятное общество. Развешанные по стене пейзажи привлекали внимание красотой обычной на первый взгляд природы и умиротворяли. И Маша решила не скидывать обнимавшую ее за талию руку Бориса.
– Ты там, Морозова, зови, если что застегнуть или затянуть потребуется.
– Позову, – хмыкнула Маша, закрывая дверь. Сегодня она позволила себя приобнять, с него достаточно. – Иди, Боря, готовь вступительное слово.
– Думаешь, надо?! – сразу озадачился тот, отступая. – Ты права, будет босс, его супруга, дети, гости и сочувствующие… нужно высказаться. Как полагаешь, на какую тему? По финансовой политике или о бушующем в мировой мебельной промышленности кризисе?
– Боря, пожелай добрым людям счастья в Новом году!
– Всего-то?!
Маше и самой раньше казалось, что этого явно недостаточно, ведь, чтобы быть счастливой, нужно много трудиться. Она три года не ходила в отпуск, предпочитая получать за него компенсацию, и вот случайно, нет, благодаря Телегину, вдруг оказалась в таком замечательном месте, что захотелось забыть про работу и отдохнуть. Маша упала на постель и раскинула руки в стороны. Отчего она раньше на новогодние каникулы никуда не ездила? Это так здорово, оказывается! Лежать с закрытыми глазами в милой комнатушке с ароматом свежеструганой сосны, слушать тихую мелодию завывающей вьюги и знать, что завтра наступит Новый год, с ним придет неделя отдыха, веселья, разнообразия и, кто знает, вполне может быть, счастья.
– На новом месте приснись жених невесте, – прошептала Маша поговорку, которую каждый раз повторяла ей мама, надеясь на чудо, и… уснула.
Он ей приснился.
…Брутальный незнакомец целовал ей руку и шептал: «Девушка, девушка…» Маша, словно холодная ледышка, оттаивала в его горячих объятиях… Да, да, брутальный незнакомец, ах, отчего же она не узнала, как его зовут, уже обнимал ее и прижимал к своему сильному, мускулистому телу. Она трепетала, как сухая былинка на сильном ветру, и горела желанием пламенного поцелуя. Маша во сне закрыла глаза и подставила свои губы незнакомцу, ощутила его жаркое дыхание и обомлела от такой наглости! Нет, с незнакомцем было все в порядке, он мог позволить себе непозволительное, Маша б ему много чего позволила. А вот Эллочке не мешало бы заткнуться и не покушаться на чужое добро!
– Морозова!
Маша слышала, как нахалка лезла к ним, пытаясь втиснуться в их тесные объятия…
– Морозова, Новый год скоро!
И причину нашла уважительную, вот стервозина бесстыжая.
– Морозова, вставай, все проспишь…
– О, какой ужас! – Маша вскочила и повертела головой, стряхивая с себя дурман сновидения. – Приснится же такое. Такое, такое… А жаль, что это всего лишь сон…
– Морозова, Мария, ты меня слышишь?!
В дверь уже ломился Телегин.
– Ты три часа не выходишь из комнаты, с тобой все тип-топ?!
– Топ-тип со мной, не волнуйся.
– Давай тогда двигай в сторону ресторана, – приказал безапелляционно начальник. – Наши все уже там. Ждем босса.
– Угу.
– Пять минут тебе на сборы, Морозова. И только сорви мне корпоратив!
Маше пришлось встать и открыть дверь. Она высунула заспанное лицо.
– Не волнуйся, Борис! Через пять минут я буду.
– Ну-ну, – удивленно оглядел ее тот, собираясь уходить. – Времени на переодевание у тебя нет. Но я дам тебе возможность улучить минуту в течение ночи, чтобы привести себя в порядок.
– Я в порядке.
– Вижу. Хоть расчешись.
Он ушел, а Маша кинулась к зеркалу. Что может успеть за пять минут настоящая женщина? Причесаться, тронуть помадой губы, припудрить сонное лицо, одернуть кофточку, пригладить джинсы, сунуть ноги в кроссовки… Ах да, и не забыть прихватить косметичку. Кстати, зачем? Ну да, там же мобильный телефон! Нужно будет обязательно поздравить маму с Новым годом. Та простит, если дочь не позвонит, только в том случае, если Маша оглохнет, онемеет и у нее откажут руки.
В ресторане пансионата со странным для горнолыжного курорта названием «Горячие ключи» царила мирная предновогодняя атмосфера. В лучших псевдорусских традициях оформленном зале ютились двенадцать столиков, как раз по количеству домиков-коттеджей, а посередине возвышалась увешанная игрушками и мишурой живая елка, втиснутая в деревянное банное ведро. Изюминкой интерьера напротив входа располагался огромный камин. Веселые огни прожорливо лизали березовые поленья. Камин придавал необыкновенный уют и камерность ресторану, где все столики уже были заняты жильцами коттеджей.
Войдя, Маша с одного взгляда оценила обстановку. Она не прогадала, дамы для встречи Нового года были одеты вполне демократично – в брючки со свитерками, мужчины под стать им гордились неприкаянным видом в поношенных джинсах. В вечернем платье, зябко передергивая голыми плечами, торчала только Эллочка, косившая глазки на потенциальную жертву – Телегина. Тот чувствовал себя неуверенно в строгом черном смокинге с бабочкой, но пару секретарше составлял идеальную. Маше отчего-то подумалось, что они действительно подходят друг другу внешне и характерами.
Она еще раз обвела глазами зал. Смуглого незнакомца не было. Возможно, он ей примерещился в качестве сказочного персонажа. Наяву такие мужчины на свободе не гуляют, их еще в подростковом возрасте расхватывают более ушлые особы, устремленные к одной лишь цели – браку. Пока Маша училась, работала, строила карьеру, ее подруги повыскакивали замуж, некоторые успели дважды развестись и опять находились в поиске. Но Маша никогда не искала, вот сидит ее синица с бабочкой, к нему она сейчас и подойдет. Телегин заранее занял для нее рядом с собой местечко. С другой стороны от него сидела Эллочка, что ж, придется терпеть ее ради корпоративной этики.
Маша проплыла под музыку вальса через зал и опустилась на стул рядом с Борисом. Тот искренне обрадовался и склонился к ней за советом.
– Начало в двадцать два ноль-ноль. Скоро. Морозова, скажи, мне лучше выступить с приветственным словом до него или сразу после?
– А где наш босс?
– Генеральный? Его пока нет. Но он обязательно будет, я узнавал.
Борис склонился к Маше еще ниже и зашептал:
– На рецепции мне по секрету сказали, что домик на его имя забронирован и оплачен. Гостей ждут с минуты на минуту.
– Но до праздника осталась пара часов!
– Морозова, не очкуй! Веди себя естественно и непринужденно, будто мы коллективом постоянно катаемся на лыжах, бегаем с санками и даже летом ведем здоровый образ жизни… Чувствую я, он где-то рядом.
– Кто? – взволнованно огляделась Маша. – Не вижу белого свитера…
– Дамы и господа, – на небольшой помост в виде сцены поднялся ведущий праздника. – Поздравляю вас с наступающим Новым годом! И благодарю вас за то, что вы сделали правильный выбор, решив провести новогоднюю ночь с нами. Обещаю, вам не будет скучно! У нас сегодня в программе помимо всего прочего клоуны, фокусники, живой звук и караоке. Караоке, дамы и господа!
– Ужас какой, – пробормотала Маша, – только не заставляй меня петь, Телегин!
– Единолично, конечно, нет. Споем спетым коллективом.
– Спитым лучше, – хихикнул Федоров и принялся открывать бутылку шампанского.
– Роза Алексеевна, – зло прищурился Телегин, – сделайте ему больно!
– А я че? Я ниче, – пожал плечами Федоров и спрятал руки с бутылкой под стол.
– Что-то я ни одного приличного мужика не вижу, – прошипела Эллочка разочарованно. – Я вроде помню нового генерального, он высокий, стройный и вообще красавец! Здесь таких нет.
– Я тоже его видела, – хмыкнула Роза Алексеевна, – и не сказала бы, что он привлекательный мужчина.
– Что вы понимаете! – фыркнула Эллочка. – Власть сама по себе привлекательна! И сексуальна. – И она плотоядно улыбнулась.
Телегин отпрянул от нее.
– Элеонора! Уймись. Генеральный женат, и у него дочь на выданье.
– Для любви не существует преград, – пафосно заявила секретарша и, глядя на Телегина, облизала ярко накрашенные губы.
Маша поняла, что если новый босс не отыщется, то эта любвеобильная фурия начнет соблазнять Телегина. По большому счету ей было все равно, бороться за мужчину не хотелось. Она всегда думала, что Телегин и есть Телегин и никуда он от Маши Морозовой не денется. И вот ей! Появилась пиранья Эллочка и навострила зубки на будущего начальника. С другой стороны, хорошо, что Маша не жена Телегина. Сидела бы тогда, переживала. А сейчас ей все равно.
На сцену высыпал «живой звук» в обличье трех длинноволосых парней и одной бритоголовой девчонки. Маша хихикнула. Но когда те запели, поразилась чистому звучанию их голосов и отвлеклась от раздираемого сомнениями Бориса.
Официанты сновали между столиками как тени, нисколько не мешая представлению. Маша смотрела на сцену как завороженная, она уже сто лет (хи-хи, да, кажется, что ей столько) не видела фокусников! А какие они показывали фокусы! И как только у них все получалось? Клоуны ее тоже порядком насмешили. Рыжий и белый с огромными вихрами, они попеременно травили старые анекдоты, но Маша смеялась до слез, поражая чопорную Розу Алексеевну, которая едва ли не на каждую шутку отвечала, что та с бородой. Когда народ раздухарился, появилась Снегурочка. О, что это была за Снегурочка! Маша узнала в ней одного из клоунов и рассмеялась еще больше. А потом все вместе стали звать Деда Мороза. Отчего-то вместо одного по залу пробежали целых два, а потом показался третий – переодетый рыжий клоун, он не стал смывать прежний грим и выглядел довольно уморительно. А потом все вместе кричали, чтобы елочка зажглась, и оттаскивали от новогоднего дерева Эллочку с зажигалкой…
Новый год наступил незаметно, Маша не успела загадать желание, но не почувствовала себя обделенной, потому что в душе уже знала, чего хочет. Только этому желанию еще стоило придать более строгие формы… И язык у Маши стал отчего-то заплетаться, а ведь она выпила всего два фужера вина, к коварным коктейлям Маша даже не притронулась.
– …давай я тебе еще подолью, – ухаживала за ней Эллочка.
Вот добрая душа! Стоп. С чего это ей быть доброй?
– А где Телегин? – подозрительно скосилась Маша на пустующий стул.
– Жарко стало, он пошел переодеваться, – охотно объяснила Эллочка, подсаживаясь ближе к Маше.
– А где все?
– Хороводы водят. Ты пей, Машунь, пей, я тебе еще подолью. Или ты собираешься бежать за Телегиным? Я тебе по-дружески советую оставить его в покое, иначе… Ой, смотри, кто там стоит!
– Где? На углу? В белом свитере?!
Маша отвернулась, принявшись взглядом искать смуглого незнакомца. Тут подошла запыхавшаяся Роза Алексеевна с раскрасневшимся Суконкиным.
– Эллочка, а что вы Марии в бокал сыплете?
Маша увидела строго сдвинутые брови Тумановой. Та, оправдывая свою фамилию, начала представать перед ней как в тумане. Маша, чтобы удержать внимание, постаралась сосредоточиться и пересчитать коллектив. Раз – она, какая-то сонная, два – испуганная Эллочка, три – хмурый Суконкин, четыре – суровая Туманова, пять – сбежавший Телегин, шесть…
– А где Федоров?!
Федорова нашли под столом, он мирно спал богатырским сном, обнимая пустую бутылку из-под рома.
– Хорошо, что генеральный этого не видит, – вздохнула Роза Алексеевна и попросила Суконкина вытащить коллегу из-под стола. – Девушки, – она расправила брючины, как полы юбки, – закройте своими телами это непотребство! И все на выход.
– А как же новогодняя ночь? – возмутилась Эллочка. – Она только началась! И Боря сказал, что мы продолжим!
– Уже Боря?! Вот гад, – выдохнула Маша, тяжело поднимаясь со стула. – Я так и знала.
Ноги еле двигались, в голове шумело, а вся она хотела одного – спать. Едва удержалась, пока Суконкин вытаскивал Федорова, потом они вдвоем с Розой Алексеевной несли его из зала под одобрительные смешки многочисленных свидетелей. Роза Алексеевна держала Федорова за ноги, Суконкин за плечи, а Маша с Эллочкой прикрывали отход собой. И вдруг, возле самой двери, когда осталось ступить пару шагов в сумрак коридоров, Маша услышала со сцены нежную, лиричную песню о любви, исполняемую под аккомпанемент гитары. Пронзающий душу баритон лился ласково и нежно, вибрировал в ее сердце, заползая в его самые укромные уголки, оттуда устремлялся в мозг и ударял похлеще игристого вина. Маша обернулась. На сцене с гитарой в руках сидел смуглый незнакомец в белом свитере, пел и неотрывно смотрел на нее.
– Не может быть, – прошептала Маша, возвращаясь обратно к сцене.
Вблизи незнакомец был еще лучше, а песня в сто раз душевнее.
– Не может быть, – повторила Маша, цепляясь за пробегавшего официанта. – Кто это?!
– Это? Босс.
– Наш генеральный безумно красивый мужчина, – обомлела она, отгоняя от себя стойкий мираж, махнула рукой и потеряла равновесие. Бум-с! – и свалилась ему под ноги.
– С девушкой плохо, с девушкой плохо, – услышала она сквозь охвативший ее сон.
Последним, что увидела Маша, была склоненная над ней физиономия охранника:
– Не волнуйтесь, господа, сейчас поднимем ее на ноги, алкоголики – это наш профиль.
Алкоголики?! Она и алкоголики, пронеслось в ее одурманенной голове. Что он о ней подумает?! И Маша провалилась в самый глубокий сон в своей жизни. Так бездарно и глупо она еще не встречала ни один Новый год! Знала бы ее мама. Хорошо, что она ничего не знала.
Глава 2
Медовый месяц тогда хорош, когда жених не липовый!
Идея совместить два праздника пришла в голову Светланиной мамы, бухгалтера по профессии и занимаемой должности. Прикинув, во сколько обойдутся два торжества с возросшим количеством родных и близких, она заявила, что медлить до Дня всех влюбленных не будет. К тому же женихи – ненадежная субстанция, сегодня они есть, а завтра от них остаются лишь воспоминания. Будущий зять не устраивал ее по многим параметрам, но за неимением альтернативы старшая Варфоломеева дала свое благословение на соединение двух сердец, решивших самостоятельно биться на съемной жилплощади. Итак, к 31 декабря все было подготовлено: ресторан на пятьдесят гостей заказан, однокомнатная квартира на другом конце города, как на том настоял жених, оплачена, невеста приведена в состояние полной боеготовности, родственники созваны.
Светлана была уверена в Эдуарде, как в самой себе. Временами ей казалось, что брак по своей сути вообще бессмысленная затея. А временами – что идея хорошая и заслуживает всей суматохи и нервов, потраченных на подготовку. Колебания Светланы пресекала мама, отцу по большому счету было все равно. Но его искренне радовал финал с рестораном, десятью ящиками крепких спиртных напитков и приятными собутыльниками, желавшими его дочери любви и счастья.
В загсе Светлана нервничала. Мало того что в субботу под Новый год решили связать себя узами брака двадцать пар, что было слишком много, так еще папаня принялся напиваться с утра пораньше и норовил испортить торжество неадекватным видом и поведением. Светлана шикала на маму, та вспоминала о супруге и принималась за ним бдить, следить за дочерью и мужем одновременно у нее не получалось. А больше до невесты никому не было дела. Гости разглядывали себя в огромные зеркала загса и попутно фотографировались, подруги спорили, кому достанется свадебный букет невесты, жених расстроенно щелкал пальцами и жалобно улыбался, словно собирался не в зал торжественной регистрации брака, а на лобное место.