скачать книгу бесплатно
Месть ведьмы
Вадим Иванович Кучеренко
Главный герой пьесы-сказки для взрослых «Месть ведьмы» – лесной дух Афанасий, вынуждающий людей плутать по лесу и пугающий их свистом и уханьем. Но даже у лешего есть заветная мечта. Афанасий мечтает о том, чтобы продолжить свой род и народить с женой, лесной кикиморой Ульяной, маленьких лешачат. Вот только для этого необходимо чудо, за которым он, приняв облик человека, и отправляется в город, где его поджидают извечные враги лесных духов – городские жители домовые. Но есть еще и женщина-ведьма Марина, колдующая во зло другим, чью любовь некогда отверг Афанасий…
В оформлении обложки использована фотография из архива автора.
Вадим Кучеренко
Месть ведьмы
Действующие лица
Афанасий, леший.
Ульяна, кикимора, жена Афанасия.
Никодим, полевой.
Марина, городская ведьма.
Постень, домовой, оберегает дом Марины.
Прошка, обращенный в человека старый леший, служит пономарем в церкви.
Доможил, домовой при церкви.
Георгий, старый охотник.
Петр, охотник средних лет.
Иван, молодой охотник.
Дух-хранитель клада в образе ведуна Силантия, отца Марины.
1-й домовой.
2-й домовой.
3-й домовой.
Комментарии автора, необходимые для лучшего понимания пьесы
Леший – лесной дух, вынуждающий людей плутать по лесу, при этом он нем, но голосист, поет без слов, свистит, аукает и т.п.; может принимать образ человека, и тогда одежду запахивает направо, а волосы зачесывает налево, бровей и ресниц у него нет; считается, что он любит пасти зайцев.
Лесная кикимора – леший женского рода, лешачиха.
Полевой – дух полей, лугов, степей и прочих равнинных низменностей.
Ведьма – женщина, спознавшаяся с нечистой силой; колдует во зло другим и чаще всего вредит людям.
Домовой – дух домашнего очага и любого строения; при нежданной встрече лишает человека памяти, и все другие приметы, кроме той, что он космат, забываются.
Дух-хранитель клада – дух, призванный на помощь при заклятии владельцем клада с целью защитить сокровища от кладоискателей; принимает самые разные обличия.
Ведун – знахарь, колдун, сведущий в деле врачевания; залечивает (заговаривает) болезни и раны, насылает и снимает порчу, может изгонять ведьм и т.п.
Понома?рь (официально парамона?рь) – служитель православной церкви (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D1%86%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D1%8C), обязанный звонить в колокола, петь на клиросе (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BB%D0%B8%D1%80%D0%BE%D1%81), прислуживать при богослужении (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%81%D0%BB%D1%83%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5) и т.д.
Морокуша – лесная птица, поет на все голоса.
Пролог.
Жилище лешего. Вход в него через дупло огромного старого дуба, окруженного непроходимым для человека буреломом. Внутри напоминает обычный деревенский дом, но без окон, освещается горящей лучиной. Вся мебель – кровать, стол, табуретки и прочее, необходимое в обиходе, – изготовлена из дерева без единого гвоздя, скреплена корой. По стенам развешены связки грибов и трав, своеобразные натюрморты, призванные украсить жилище. Под одним из них установлена старинная прялка, за которой сидит и сучит пряжу Ульяна в простом домотканом платье. Невидимый сверчок наигрывает незатейливую мелодию.
Ульяна. (Поет).
Дитятко мое качаю,
Колыбеленку спеваю.
Баю, баю, баю-бай,
Засыпай мое дитя,
Ноченьки не боитя.
Солнышко взойдете,
Красное взойдете,
Буде добрый день.
Баю-бай.
Входит Афанасий. Он в лаптях, длинной домотканой рубахе с вышивкой и штанах из той же ткани.
Афанасий. Здравствуй, свет мой, Ульянушка.
Ульяна. Здрав будь и ты, Афанасьюшка. (Подходит и целует мужа). Поди, устал да оголодал, по лесам-то плутая?
Афанасий. И то верно, Ульянушка. (Садится на табурет за стол). Вчерашняя буря всех зайцев разогнала. Пока вновь в стадо сведешь – ноги обобьешь. Разбежались по оврагам да буреломам, безмозглые. А там волки и лисы притаились, только и ждут поживы.
Ульяна. (Отходя). А был бы сын, помог бы…
Афанасий. О чем ты, Ульяна? Прости, не расслышал.
Ульяна. Да говорю, не пойти ли мне поутру с тобой? Вдвоем оно и веселее будет.
Афанасий. Незачем, Ульянушка. Тебе ли по лесам шастать? Сиди да пряди себе тихонько, как вам, кикиморам, на роду написано. Оно и мне спокойнее.
Ульяна. Ай не пригожусь ничем муженьку?
Афанасий. Рубаху сшей. Не то порву о сучья, что надену?
Ульяна. Рубах и порток у тебя ни на один век хватит. Иль думаешь, пока муж в заботах, жена от дела отлынивает?
Афанасий. Что-ты, Ульянушка, и в мыслях не было так тебя обидеть. Ладушка ты моя работящая!
Афанасий пытается обнять жену, но та уворачивается, грозит ему пальцем и начинает расставлять на столе изготовленную из бересты посуду.
Ульяна. Откушай на здоровьице!
Входит Никодим. Он одет так же просто, как и Афанасий, но поверх рубахи на нем еще и пиджак, а вместо лаптей – сапоги.
Никодим. Здравия вам, хозяева, и долгих веков жизни!
Афанасий. Никодим! Друг милый! (Обнимает Никодима).
Никодим. Не то не забыл еще? Почитай, полвека не видались! С тех самых пор, как ведьму да ее подручного, старого лешего Прошку, прогнали из леса…
Афанасий. (Перебивает его, незаметно от Ульяны делая предостерегающий знак). Каким ветром занесло в наши лесные края степного духа?
Никодим. Да отпусти, медведь, задушишь ненароком! (Освобождается из объятий друга). Дай с женушкой твоей поздоровкаться. Доброго здоровья, тебе, Ульяна!
Ульяна. И тебя пусть хранят в ночи духи, полевой. Поснедаешь с нами?
Никодим. А не откажусь!
Афанасий и Никодим садятся за стол. Ульяна приносит тарелку для полевого.
Афанасий. Ульянушка! Гость дорогой в нашем доме. По чарочке бы. Или ты, Никодим, откажешься от перебродившего березового сока?
Никодим. Обидеть хочешь, Афанасий? Что может быть слаще твоей браги?! Под нее и беседа развязнее, и думы веселее. Не то еще и споем.
Афанасий. Окстись, Никодим. Какой из лешего певун?
Никодим. Не ври, леший. Вот уж не поверю, что ты Ульяну своей немотой прельстил. Небось, пел, как морокуша, когда в жены из девок сманивал? Было, Ульяна?
Ульяна. Не за песни я его полюбила, гостюшка дорогой, а за доброту и ласковый нрав. Будто и не леший вовсе. (Целует мужа). Хлеб да соль! Пити во здравие!
Ульяна ставит на стол деревянный жбан с березовым соком и отходит к своей прялке. Садится и начинает прясть.
Никодим. Славная кикимора!
Афанасий. Не сглазь только. (Наливает из жбана и поднимает стакан). За встречу!
Никодим. Я не глазливый. (Три раза сплевывает через левое плечо, стучит о столешницу и тоже поднимает стакан). За нашу вечную дружбу!
Пьют и закусывают.
Никодим. Вижу, дом у тебя полная чаша, Афанасий.
Афанасий. Все есть. Только счастья нет.
Никодим. Что так?
Афанасий. Мне-то грех жалиться. За Ульяну болею.
Никодим. Отчего?
Афанасий. А вот сам погляди. (Встает). Ульянушка, иль почудилось мне – невдалеке будто заяц всплакнул? Выглянуть надо бы.
Ульяна. Сама гляну. Негоже гостя одного оставлять. (Выходит).
Афанасий подходит к прялке и показывает Никодиму, что прядет Ульяна. Это крошечная рубаха.
Никодим. Ай да Афанасий! Неужли?..
Афанасий. Окстись, Никодим. Сам ведаешь, бесплодна нежить. Нет и не может быть у нас с Ульяной лешачонка.
Никодим. Так что же Ульяна тогда… (Осекается).
Афанасий. Теперь уразумел?
Никодим. Вот беда так беда!
Афанасий. Втемяшилась в ее бабью башку блажь о ребенке. Кикимора она и есть кикимора, что с нее взять? (После паузы). За то и полюбил я мою Ульянушку.
Афанасий и Никодим возвращаются за стол. Входит Ульяна.
Ульяна. Почудилось тебе, Афанасий. Сова ухнула. (Садится за прялку и начинает прясть, тихо напевая).
Птичка на двор залетала,
Добры вести щебетала.
Баю, баю, баю-бай,
Засыпай мое дитя,
Ноченьки не боитя.
Солнышко взойдете,
Красное взойдете,
Буде добрый день.
Баю-бай.