Константин Асмолов.

Не только ракеты: путешествие историка в Северную Корею



скачать книгу бесплатно

26 февраля 1969 г. состоялись переговоры министров обороны, где КНДР поставили в известность о новой трактовке Договора. Корейцы согласились с ней (точнее, были вынуждены принять ее к сведению), но после этих «уточнений» договор стал стремительно терять свое значение, и когда КНДР, будучи социалистической страной, вошла в движение неприсоединения, она не раз угрожала его расторгнуть.

Жесткая политика КНДР в отношении РК и США продолжалась до конца 1960-х, – в январе 1968 г. отряд северокорейских коммандос даже предпринял неудачную попытку покушения на тогдашнего президента РК. Однако к началу 1970-х гг. стало понятно, что восстания в РК не будет, и КНДР отказалась от идеи активной инфильтрации. В 1972 г. Север и Юг начали переговоры и даже определили «три принципа объединения родины», но далее уступать никто не хотел, и при первом же предлоге их разорвали.

В это же время наметился некоторый прогресс в отношениях с США. Когда в 1977 г. администрация Картера объявила о своем желании полностью вывести войска с Корейского полуострова, Ким Ир Сен назвал Картера «справедливым человеком», северокорейская пропаганда временно перестала использовать классические ругательства и даже термин «американский империализм» по отношению к США, одновременно начав рассуждать о «советском доминиционизме».

Ситуация резко изменилась после того, как администрация Рейгана развернула активную кампанию по укреплению южнокорейской армии. В 1983 г. тогдашний министр обороны США Каспар Уайнбергер объявил, что Корея является зоной жизненных интересов США.

Под влиянием вышеперечисленных событий 1983–1987 гг. и резкого улучшения отношений между Китаем и США (Ким Ир Сен очень боялся отказа от социализма в Китае) Пхеньян качнулся в сторону Советского Союза. В этот период после 23-летнего перерыва Ким Ир Сен дважды посетил Москву, причем визит 1984 г. превратился в масштабное турне по Восточной Европе.

Что же до развития северокорейской экономики, то усиление власти Ким Ир Сена активизировало работу по восстановлению послевоенного хозяйства крайне высокими темпами. Ущерб, нанесенный стране войной, особенно американскими бомбардировками, был огромен. В 1953 г. промышленное производство составляло только 64 % от объема 1949 г. Поставив целью ликвидацию послевоенной разрухи и создание самоокупаемой национальной экономики, КНДР в 1954 г. приняла «трехлетний план возрождения экономики», а с 1957 г. ввела в действие «первый пятилетний план», направленный на преимущественное развитие тяжелой промышленности, получая от СССР и КНР значительную материальную помощь. В результате этого удельный вес тяжелой промышленности в северокорейской экономике в 1960 г. составил 70 %, а в течение 1954–1960 гг. средний уровень экономического роста был достаточно высоким. В 1965 г. Че Гевара, посетивший Пхеньян, заявил, что КНДР является образцом, которому должна следовать революционная Куба, имея в виду ее экономическое развитие и то, насколько быстро страна сумела оправиться от последствий войны.

Значительно изменилось и сельское хозяйство.

После окончания войны с 1953 г. началось строительство сельхозкооперативов (хептон нончжан) с целью коллективизации сельского хозяйства, завершившееся в 1958 г.

Все разработки КНДР того времени – теория «трех революций» (1958 г.), метод Чхонсанри (1960 г.), Тэанская система работы (1961 г.) – строились на мобилизации энтузиазма и творческой инициативы масс. Ким Ир Сен полагал, что руководство экономикой нельзя доверять профессионалам, которые оценивают реальность только на основе объективных расчетов. Находясь в плену своего профессионализма, они не могут требовать от народа, чтобы он отдавал все силы и делал невозможное. Кроме того, управление производственным комплексом должно быть ориентировано на достижение не только производственных результатов, но и политико-идеологических, воспитательных целей, на то, чтобы изжить наследие старого общества в идеологической, технической и культурной сфере и создать на их месте коммунистические идеологию, технику и культуру. С определенными поправками на местный колорит это напоминало китайские инновации того времени. Однако, более острожный Ким Ир Сен, стремящийся лавировать между Москвой и Пекином, воздержался от настолько разрушительных социальных экспериментов.

Эта тенденция продолжилась и когда руководство экономикой начал осуществлять Ким Чен Ир, который ввел в социалистическом строительстве термин «скоростной бой» (у нас этот термин любили переводить как «трудовая вахта»), отражающий сравнение трудовой деятельности граждан с боевыми действиями.

Однако в середине 1960-х уже наблюдалось некоторое снижение производительности, а к началу 1970-х КНДР фактически выработала экстенсивные ресурсы расширения производства, основанные на своих собственных, довоенных японских или старых советских технологиях. Так началось отставание Севера от Юга, связанное с тем, что Север не смог осуществить «третью промышленную революцию», связанную с производством в стране электроники, необходимой для нового промышленного рывка.

В середине 1980-х экономическое положение КНДР было относительно крепким. После визита Ким Ир Сена в СССР в 1984 г. был принят закон о совместных предприятиях (который, правда, не дал особых результатов), а в 1985 г. руководство КНДР попыталось объединить предприятия в структуры, управляемые из единого центра.

Ситуация резко изменилась в 1990–1991 гг., когда с установлением дипломатических отношений между СССР и РК закончился «режим наибольшего благоприятствования» для КНДР, а затем распался восточный блок, на который была, в основном, ориентирована ее внешняя торговля.

Практически полное прекращение экономических связей КНДР с СССР/ Россией нанесло северокорейской экономике весьма чувствительный удар. После того, как Советский Союз потребовал, чтобы КНДР расплачивалась с ним не по льготным ценам, экспорт в КНДР из СССР резко сократился (на 50–75 %), особенно – по энергоносителям, и после начала 1990-х Северная Корея оказалась в политической и экономической, изоляции.

В 1991 г. Северная Корея объявила о создании Специальной экономической зоны в северо-восточном районе страны, но инвестициям препятствовали плохая инфраструктура, бюрократия и невозможность получить гарантии инвестиционной безопасности. В декабре 1993 г. КНДР объявила о трехлетнем периоде переходной экономики, в течение которого предполагалось смягчить дисбаланс между отраслями промышленности, направив усилия на развитие сельского хозяйства, легкой промышленности и внешней торговли.

Ким Ир Сен начал говорить о реформах и сделал несколько шагов в сторону межкорейского диалога, однако в июле 1994 г. во время подготовки встречи с президентом РК умер от сердечного приступа, после чего диалог прервался из-за обструкционистской позиции властей Юга. Сеул не только не выразил соболезнования (что сделали даже США), но начал новый всплеск антипхеньянской кампании, обвиняя Кима в расколе страны и всех бедах корейского народа.

Одновременно с этим в 1991–1993 гг. произошел первый виток ядерного кризиса, в ходе которого администрация Клинтона даже рассматривала вариант вторжения, но отказалась от него из-за предположительно высоких потерь. Период напряженности был завершен подписанием так называемого Рамочного соглашения 21 октября 1994 г., в ходе которого Север замораживал свой ядерный проект в обмен на поставки мазута, обещание дипломатических отношений с США и постройку реакторов на легкой воде.

Три года после смерти Ким Ир Сена стали временем так называемого «трудного похода», когда серия природных катастроф практически добила сельское хозяйство страны, и без того подточенной отсутствием дешевого топлива. Вызванный бедствиями голод стал крупнейшей гуманитарной катастрофой в Восточной Азии со времен китайского «большого скачка», оценки экспертов вращаются вокруг цифры в 600 тысяч жертв. Можно сказать, что только особенности тоталитарной системы в сочетании с нормированным распределением продуктов удержали Северную Корею от того социального взрыва и хаоса, который мог бы случиться в аналогичной ситуации в любой другой стране. С другой стороны, значительное число северокорейцев оказалось в ситуации, когда государство уже не могло их прокормить, и нужно было самим искать пути для выживания. Так начала создаваться так называемая «параллельная экономика».

В 1998 г. Ким Чен Ир, окончательно вступив в права руководителя, несколько перемонтировал систему под себя и провозгласил сонгун – политику «приоритета армии», делая ставку на чрезвычайные меры в условиях тяжелого экономического положения страны. Совершенствование и оздоровление управленческой структуры сочетались с рядом мер, направленных на демонстрацию северокорейской военной мощи. Наиболее важным из них было испытание 31 августа 1998 г. трехступенчатой ракеты, которая, по сообщению северокорейских информационных агентств, вывела на околоземную орбиту спутник: по выражению одного из российских экспертов, Ким Чен Ир принял страну с сохой, а оставил с сохой и атомной бомбой (ядерные испытания были проведены в 2006 и 2009 гг.).

Одновременно правление Ким Чен Ира сопровождалось определенным «откручиванием гаек» и желанием «смены имиджа», результатом которого был, в том числе, пхеньянский саммит Ким Чен Ира и президента РК Ким Дэ Чжуна в 2000 г. В этом же году Пхеньян посетили президент РФ Владимир Путин и государственный секретарь США Мадлен Олбрайт.

В декабре 2011 г. Ким Чен Ир умер, и в настоящее время страной руководит его младший сын Ким Чен Ын, продолжающий дело отца.

В завершение – совсем коротко о том, что в это же время происходило на Юге. Режим Ли Сын Мана был классическим примером «банановой республики», поддерживаемой Соединенными Штатами исключительно из идеологических соображений и представлявшей собой диктатуру более тоталитарную, чем в то время на Севере.

В 1960 г. по уровню ВВП на душу населения ($80) Южная Корея находилась примерно на уровне Нигерии. В стране не было ни одного многоэтажного жилого дома, канализацией в Сеуле была обеспечена лишь четверть всех домов, а 82 % сельского населения и 39 % жителей Сеула жили без электричества. Американская помощь составляла половину доходной части бюджета, причем ассигнования на оборону на 70 % состояли из этой помощи. Массовые протесты до поры до времени успешно подавлялись, но 19 апреля 1960 г. в ответ на откровенно сфальсифицированные выборы началась так называемая Апрельская революция, – стотысячные демонстрации вынудили Ли Сын Мана уйти в отставку и покинуть страну. Однако т. н. Вторая республика (1960–1961) показала неготовность к восприятию демократии западного толка ни на уровне создания действенных институтов гражданского общества, ни на уровне грамотного использования элементов западной демократической системы.

Кризис легитимности, коллапс административной системы, продолжающийся фракционизм в сочетании с экономическим спадом привели к тому, что в скором времени власть оказалась в руках военных во главе с генералом Пак Чжон Хи, который оставался у власти до 1979 г. Именно в его правление Южная Корея превратилась в промышленно развитое государство и обогнала Север по темпам роста, причем основой экономической программы Пака были экспортно-ориентированная экономика и ее государственное регулирование, включая пятилетние планы: в экономике страны было много черт, напоминающих организацию экономической жизни в СССР. Хотя ставка была сделана на многопрофильные концерны-чеболь, их контроль осуществлялся через лицензирование и налоговую администрацию, которая следила за тем, чтобы средства расходовались рационально и с пользой для дела и плана. При этом государство регламентировало распределение кредитов и экспортных субсидий, контролируя внешнеторговые операции и регулируя цены. Существенным рычагом давления было и то, что власти запретили бизнесу создавать свои банки, и лишенные финансовой независимости корпорации вынужденно развивали производства, которые государство считало приоритетными.

Споры вокруг места Пака в истории отчасти напоминают российские споры, связанные со Сталиным. С одной стороны, именно Пак стал отцом корейского экономического чуда, с другой, с точки зрения современных представлений о правах человека, рядовые граждане заплатили за него достаточно высокую цену. С третьей, многие элементы идеологии Юга того времени напоминали северные (включая т. н. «национальный субъективизм» (кор. чучхесон)), и именно к его правлению относятся первые, пусть и неудачные попытки межкорейских контактов[22]22
  Следует отметить, что несмотря на относительно проамериканский курс в целом, ни Пак Чжон Хи, ни даже Ли Сын Ман не могут быть названы американскими марионетками – их уклон в национализм часто становился поводом для серьезных противоречий с Вашингтоном, особенно попытка Пака в конце 1970-х создать собственное ядерное оружие.


[Закрыть]
.

В 1972 г. Пак совершил конституционный переворот, и Третью Республику сменила Четвертая. Постепенно противоречия внутри властных элит накапливались, и в результате Пак был застрелен собственным начальником ЦРУ Ким Чжэ Кю.

Впрочем, надежды на демократизацию вновь оборвались. 12 декабря 1979 г. произошел государственный переворот, организованный руководителем военной разведки генералом Чон Ду Хваном. Реакцией на эти события стало восстание в Кванчжу 21 мая 1980 г., в ходе которого студенты и горожане неделю удерживали город под контролем.

В феврале 1981 г. Чон Ду Хван стал президентом т. н. Пятой Республики (1981–1987 гг.). В этот период торговый баланс страны стабилизировался, Север окончательно уступил Югу по темпам экономического развития, была побеждена инфляция, а переход Южной Кореи в число новых индустриальных стран Азии совершился. Однако эти подвижки были не следствием собственной политики Чон Ду Хвана, а произошли благодаря наследию системы, заложенной Пак Чжон Хи.

Внутренняя политика Чона была отмечена более значительными нарушениями демократических норм, чем правление Пака. Но когда в 1987 г. Чон попытался продлить свои властные полномочия, страну снова захлестнула волна протеста, и он был вынужден передать власть своему соратнику Но Тхэ У (Ро Дэ У), который объявил о начале демократизации, и Пятую Республику сменила Шестая, продолжающаяся по сей день.

Президентство Но запомнилось Олимпийскими Играми, успехами во внешней политике, включая установление дипломатических отношений с СССР и странами Восточной Европы, дальнейшими подвижками в сторону отхода от образа военной диктатуры и вхождением в начале 1990-х РК в мировое экономическое пространство, которое привело к росту импорта. Улучшался и уровень жизни: в результате забастовочной волны 1988–1990 гг. средняя заработная плата в Корее увеличилась почти в 3 раза.

На президентских выборах 1992 г. впервые после Ли Сын Мана президентом стало гражданское лицо. Ким Ён Сам был представителем оппозиции, объединившимся с партией Но в обмен на пост следующего лидера страны. Однако, став президентом, Ким Ён Сам проделал большую работу по выдавливанию военных из политики.

Имевший давний имидж «борца за демократию», Ким Ён Сам очень плохо разбирался в чём-либо еще, кроме этой борьбы, а особенно – в вопросах экономики, и его политика именно в этой сфере чуть не привела страну к банкротству на фоне очень больно ударившего по престижу страны финансового кризиса 1997 г. Причинами кризиса называют резкий взлет краткосрочных внешних долгов, «ухудшение здоровья» финансовых компаний, финансовый кризис в Юго-Восточной Азии и ошибки в государственной политике. Часть их, в том числе систему «плохих кредитов», исследователи связывают с наследием военного режима, но есть и еще одно объяснение: Ким Ён Сам привел с собой во власть целую группу своих «блатных» финансово-промышленных групп, и косвенной причиной южно-корейского кризиса было то, что «пирога на всех не хватило». В результате РК была вынуждена обратиться за помощью к Международному валютному фонду, но займы были предоставлены на очень болезненных для страны условиях, включавших в себя, в частности, реструктуризацию экономической системы.

На этом фоне на президентских выборах 1997 г. к власти приходит бывший диссидент Ким Дэ Чжун, которого можно назвать представителем «несистемной оппозиции». Последовательный сторонник глобализации и европейских ценностей, Ким Дэ Чжун сумел, однако, возглавить кампанию по мобилизации нации, в результате чего «эра МВФ» была преодолена в рекордные сроки. В 1999 г. темпы экономического роста были зафиксированы на уровне 10,7 %, ВНП на душу населения составил 8581 долл. США, а объем валютных резервов превысил 70 млрд долл. В 2000 г. страна вышла в целом на уровень предкризисного 1996 г.

Помимо общей демократизации, действия Кима сводились в основном к кампании по борьбе с коррупцией и к вынужденному открытию общества, в том числе – к форсированной перестройке системы менеджмента финансово-промышленных групп. В результате принятых мер структура чеболь изменилась, а «лишние» активы были переданы туда, где их использование было бы более эффективно, исходя из их рыночного профиля. Увеличился уровень контроля за чеболь, повысились уровень их прозрачности и эффективность банковской системы.

В области межкорейских отношений Ким придерживался так называемой «солнечной политики»: хотя установка на абсорбирование КНДР не менялась, этого планировалось достичь за счет не конфронтации, а «удушения в дружеских объятиях» – название политики являлось отсылкой к известной басне Эзопа. Тем не менее уровень напряженности между двумя странами в это время снизился, и появился ряд совместных проектов, в первую очередь – Кэсонский промышленный комплекс, где северокорейские трудящиеся работали на южнокорейских предпринимателей.

В 2002 г. Ким Дэ Чжуну удалось передать власть Но Му Хёну (Ро Му Хёну), который принадлежал к его политическому лагерю[23]23
  Передача власти во многом случилась благодаря трагической истории: во время проведения учений две школьницы перебегали дорогу и погибли под колесами американской бронемашины, после чего американский суд оправдал водителя на основании того, что тот не мог их заметить. Такое решение вызвало всплеск антиамериканских настроений и было использовано левыми в политических целях.


[Закрыть]
, однако Но в большей степени оказался популистом, а не демократом, и, по итогам его правления, в 2007 г. консерваторы вернулись к власти, победив своих соперников со значительным отрывом.

Первым президентом-консерватором после десятилетнего перерыва был Ли Мён Бак, в прошлом – успешный бизнесмен и затем мэр Сеула. При нём страна сумела смягчить удар экономического кризиса 2008 г., однако межкорейские отношения снова вошли в фазу обострения, особенно после того, как в 2010 г. южнокорейский корвет «Чхонан» взорвался при до конца не выясненных обстоятельствах, а официальная версия (к которой, однако, хватает технических претензий) обвинила в этом КНДР. В 2012 г. консерваторы смогли удержаться у власти, – с небольшим перевесом президентом стала Пак Кын Хе, дочь генерала Пак Чжон Хи, которая изначально придерживалась более центристских позиций по отношению к Ли и даже разрабатывала так называемую «Евразийскую инициативу», нацеленную на большее взаимодействие с РФ и КНР, но к началу 2016 г. сдвинулась на более консервативные (в частности, при ней был закрыт Кэсонский комплекс, который посчитали главным источником валютных поступлений для ядерной программы).

В результате политического кризиса осени 2016 г., связанного с коррупционной активностью ее близкой подруги Чхве Сун Силь, Пак Кын Хе была отрешена от власти в ходе импичмента, и на досрочных выборах 2017 г. президентом РК стал Мун Чжэ Ин, бывший глава секретариата Но Му Хёна.

Часть первая. Историк на экскурсии

Прилет и режим. Гостиница «Корё»

До Пхеньяна мы добирались через Владивосток, откуда на Ту-204 летает авиакомпания КНДР «Айр Корё». В самолете в основном возвращающиеся домой гастарбайтеры, отчего он практически забит багажом, причем везут и электронику, и наборы инструментов, и даже автомобильные шины. Чиновников или российских гостей – немного.

Пока летишь, надо заполнить таможенную декларацию, указав номер визы, и карантинную карту. В ней ты пишешь, не было ли у тебя в течение 10 дней до поездки повышенной температуры, поноса, кашля или воспаления лимфатических узлов, а также – не везешь ли ты с собой лекарства, кровь, семена, фрукты или домашних животных. Отношение к этому документу, похоже, чисто формальное, но мне известно, что несколько раз при серьезных эпидемиях в других странах Северная Корея объявляла жесткий карантин, в который на пару недель отправлялись даже иностранные дипломаты. Вероятно, это можно объяснить слабым уровнем развития профилактической медицины и нехваткой лекарств – если эпидемия «прорвется», ее будет нечем ограничивать.

Южнокорейскую технику, особенно смартфоны или планшеты, стоит еще до посадки поставить в режим «в самолете» и не выключать его до возвращения во Владивосток. Как рассказывали мне некоторые российские (и не только) коллеги, есть большая вероятность того, что при попытке начать искать в Пхеньяне подключение к сети, у техники намертво отрубается весь Интернет и весь 3G, и лечится это только полной перепрошивкой. Хорошо, хоть не взрывается.

В таможенной декларации надо указывать наличие книг или иной публицистики, компьютеров, фотоаппаратов, смартфонов и т. п., однако (как минимум в нашем случае) сотовые телефоны, компьютеры или планшеты отмечали, но не отбирали. К моему словарю южнокорейского происхождения претензий тоже не возникло.

Что же касается «режима опеки», то моим главным сопровождающим был товарищ Пак Ён Ин, который ранее был советником по прессе и связям с общественностью в посольстве КНДР в Москве и в этом качестве часто приходил в Институт Дальнего Востока, где мы вели довольно откровенные разговоры о том, как должна меняться северокорейская пропаганда и почему стране стоит быть более открытой[24]24
  Если аудитории интересно, то некоторые мои тезисы на эту тему изложены в статье «Северокорейской контрпропаганде пора меняться», опубликованной в интернет-журнале «Новое Восточное Обозрение». URL: https://ru.journal-neo.org/2016/04/24/severokorejskoj-kontrpropagande-pora-menyat-sya (дата обращения: 24.01.2018).


[Закрыть]
. Пак не во всём соглашался со мной, но между нами были довольно дружеские отношения, и когда он уехал на родину (в настоящее время, по его словам, вышел на пенсию и работает в КАРОН), он приложил руку к тому, чтобы организовать сначала мой визит, а потом – визит целой группы, с тем чтобы такие поездки ученых стали регулярными.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8