banner banner banner
Дом на Арбате
Дом на Арбате
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Дом на Арбате

скачать книгу бесплатно

Время летело. Дети росли быстро, всё так же собирались друг у друга на дачах, бегали на речку, иногда ссорились, но не надолго. Они уже по мере роста могли одни свободно ходить по посёлку. Рита уже не сопровождала их нигде, только вдогонку еле успевала кричать:

– Эля, не забывай, кругом много крупных борщевиков растет! Они жалят, если дотронуться, не прикасайся к ним! Осторожно!

Эля издалека отвечала:

– Не беспокойся, мама! Я помню.

Ребята ходили в кинотеатры, которых в дачном посёлке было два: один закрытый, другой открытый, находящийся на воздухе. Сидеть в открытом кинотеатре было приятно. Кругом росли высокие вековые сосны, около которых валялась масса шишек, веял свежий вечерний воздух с реки, а над головой – купол тёмного ночного неба, усыпанного звёздами. Это ли не романтика! Если начинал накрапывать дождь, над сидящими на лавках зрителями натягивали крышу из брезента, что придавало происходящему ещё больше экзотики.

Но постепенно год за годом подросшие друзья уже не так часто могли встречаться на дачах, дел и у них и у их родителей прибавлялось, да и в государстве многое менялось прямо на глазах.

Времена менялись. А с ними становился другим и Серебряный Бор. С каждым годом государственных дач становилось всё меньше и меньше. Какие-то дачи ещё оставались, но они ветшали, их никто не ремонтировал. Многие совсем разрушились, в них уже невозможно стало жить.

Постепенно стали сносить эти дачи и расчищать площадки под строительство новых дач – особняков. Такова стала политика государства: продажа и стройка дач за свои деньги теперь разрешалась! На новых местах строились дорогие собственные дачи, принадлежащие уже одной семье.

Последнее школьное лето оказалось необычным. Ребята переходили в 11 класс, их дачи ещё не снесли, но ремонтировать их никто не собирался. Они доживали свой век. Менялась и жизнь друзей. Кто бы мог знать и предположить, что многое в жизни ребят изменится?

* * *

В конце июня неожиданно для всех Слава приехал на дачу не один, а со своим двоюродным братом Максимом. Его отец был военным лётчиком, он служил сначала в Забайкальском военном округе, потом в Армавире, и в конце службы его перевели в Москву. Максим был сыном родной сестры мамы Славика, и она пригласила его пожить на даче в Серебряном Бору этим летом.

Максим очень отличался от московских друзей: Славы, Кати и Эли. Во-первых, он был на полгода старше ребят, выглядел внешне гораздо взрослее и был выше Славы почти на голову. Он был очень серьёзен в разговорах и в своём поведении. Максим не был избалован, как столичные подростки.

Помимо того, что Максим был высок ростом, его отличали накачанные мускулы, мужественное выражение лица и какой-то необычный шарм, который ещё не сильно проявлялся в его юношеской натуре, но уже был заметен.

Внутри него сидело неподдельное, видимо, врождённое благородство и уважительное отношение к окружающим людям. Ребята сразу отметили его незаурядность и внутренний магнетизм. Странно, что он был чуть старше ребят, но внешне и, пожалуй, даже внутренне очень отличался от них.

Ребята-москвичи, приятели по даче, даже не размышляли о своих будущих профессиях, а Макс уже знал, кем он хочет стать, и уже в это последнее лето уделял время подготовке к поступлению в военное лётное училище.

Стать он хотел непременно лётчиком, как и его отец. Разумеется, также на него повлиял и образ жизни в военных городках, где жили лётчики. С малых лет он слышал от отца, от его друзей-сослуживцев, от матери разговоры о полётах, подготовке к ним, часто бывал на аэродромах, куда отец стал брать его, когда сын подрос.

Всё в жизни Максима и его родителей было спланировано, переезды в другие города никто не воспринимал трагически, к новым школам Максим быстро привыкал. Он не был приучен к капризам, лишним вопросам, нытью и лени. Раз отцу велели переезжать, значит, так надо. Никаких споров никогда не возникало.

В это лето Максиму предстояло подтянуть свою физическую форму, укрепить здоровье, поднакачать мышцы на турнике. В его планы входили и длинные пробежки. Славик только рот открывал от удивления, что Максим совсем не такой, как его друзья в школе и на даче. Он помнил Макса совсем маленьким, когда тот с семьёй приезжал к ним в гости в Москву. Тогда он ему казался обычным мальчиком, с которым Славик дружно катал машинки на полу и собирал лего. Ничего необычного в нём не было.

Потом как-то раз они семьями отдыхали в Крыму, в Судаке, тогда Славе очень понравилось, как бесстрашно Максим нырял со скалы и умел быстро, профессионально плавать.

Пока они с Максом были одни на даче, девчонок что-то задержало в Москве. Прошлой осенью Влада поступила в химический институт, пошла по стопам мамы. Никто ей ничего не советовал, не наставлял, не помогал с выбором будущей профессии.

У Влады была теперь своя студенческая жизнь, и она стала меньше интересоваться жизнью младшей сестры. Но по-прежнему любила поддразнивать Элю. Как-то, увидев сидящую перед зеркалом Эвелину, она громко вскрикнула:

– Ну, хороша, хороша! Сколько можно любоваться собой? Лучше бы книжку почитала!

Эля фыркнула в ответ, обиделась и быстро закрыла дверь в свою комнату. Несколько прядей её волос были покрашены розовым цветом и красиво свисали на лицо. Это тоже почему-то не нравилось Владе, и она частенько критиковала сестру:

– Ну, прямо Барби! Вся в розовом! Думаешь, это очень красиво?

Эля начинала злиться и кричала на всю квартиру:

– Мам, ну что Владка меня дразнит! Всем нравятся мои пряди, в школе не ругают за них.

– Девочки, не ссорьтесь! И правда, Эля, хватит, наверное, красить волосы, эпатировать публику.

– Сейчас так модно! Вы не понимаете! Забыли, наверное, какими были в свои 17 лет?

Мама вдруг вспомнила, как в 8 классе Влада коротко остриглась, отрезав безжалостно свою длинную красивую косу. «Тоже выпендривалась, как Эля», – подумала Рита.

Но ей некогда было предаваться воспоминаниям: Герман опять собирался уезжать в длительную командировку, Рита нервно собирала его вещи в чемодан.

– Ты хоть позвони, как долетишь, – стонала жалобным голосом женщина, – неужели нельзя было отказаться? Девочки сейчас в таком трудном возрасте, особенно Эля, они скучают, нужно влияние отца. Сейчас тяжёлые времена, полно подруг в школе, которые плохо влияют на девочку, а Влада совсем не обращает внимания на сестру, у неё свои проблемы.

– Что ты говоришь, Рита? Времена всегда трудные! У меня такая работа. Неужели ты не привыкла за столько лет? Да и потом, у них есть мать, которая всегда находит общий язык с дочерьми! – громко прокричал Герман, нервно пытаясь перед зеркалом завязать тугой узел на модном полосатом галстуке.

Рита вся сникла. Почему Герман не понимает, что у неё тоже есть работа? Причём не лёгкая, а связанная с вредностью для здоровья: ведь недаром ей и другим сотрудникам выдают бесплатно пакеты с натуральным молоком. Она смиренно, затаив обиду, собирала чемодан мужа, как это делала уже много раз. Герман видел её настроение, но делал вид, что всё нормально, и, чмокнув всех домашних в щёчку, спокойно отбыл в аэропорт.

«Хорошо, что девчонки уже подросли, у них масса своих проблем, – думала Рита, – не надо, чтобы они видели меня расстроенной», – думала про себя Рита. Приведя себя в порядок, убравшись в доме, она начала сборы на дачу.

«Уже июнь скоро закончится, а мы никак не выберемся на дачу. Наверное, это последнее лето, когда нам можно пользоваться этой дачей. Она вся разваливается на глазах, надо ехать, девочки должны подышать воздухом», – подумала заботливая мать.

– Влада, Эля! Собирайтесь! Хоть ненадолго выберемся на дачу, я специально взяла две недели от отпуска! – прокричала Рита, надеясь, что её слышат девочки.

И тут сестры выскочили из своих комнат.

– Да, мама, надо ехать, – произнесла Влада, немало удивив этим мать, – сессия моя закончилась, я сильно устала, там хоть отосплюсь.

– Ура! – вскрикнула радостно Элечка. – Наконец-то! Как давно мы там не были. Я созванивалась с ребятами, они уже неделю там.

– Ну вот, как хорошо. Я поведу машину, ключи нам папа оставил. Холодильник для бабушки я забила продуктами, осталось по пути где-нибудь кваса купить: сделаю окрошку!

– Вот на кругу и купим! Там всегда бочка с квасом стоит, забыла? Только бидон нужно взять, – вставила своё слово обрадованная Влада.

Они погрузили в старенький «Ниссан» много пакетов с едой, удобно уселись по местам, и Рита нажала на газ. Надо отдать ей должное – рулить она любила, научилась вождению ещё в студенческие годы и чуть позже развозила своих дочек на гимнастику, музыку, в бассейн, к врачам и в гости. Рита гордилась своими дочками: обе выросли красивыми, высокими, стройными и самостоятельными.

Единственное, в чём Рита немного упрекала себя, что Эля не успевала заниматься рисованием, к чему её тянуло. Но что уж теперь говорить, зато музыкальную школу закончит в следующем году. Этим доводом она утешала себя, любовно смотря на дочек в зеркало.

Рита ещё радовалась и тому, что когда старшая дочь закончит институт, она сможет устроить Владу к себе в НИИ и, наверняка, со временем она втянется в работу, а может, и полюбит её.

Так размышляла про себя Маргарита, пока не подъехали к знакомому мосту через реку, ведущему в Серебряный Бор. Проблемы постепенно стали улетучиваться из головы молодой женщины, она улыбнулась, глядя на гладь речной воды и проплывающие по ней прогулочные теплоходы и катера. Немного уставшие в пути, девчонки выпрыгнули из машины, поправили свои измятые в пути юбки и кинулись к своей даче.

Вот и любимый куст бузины! Как рос сто лет на одном месте, так и растёт. Ягоды уже начинали наливаться соком, но красными ещё не стали, рановато им было. Но куст всё равно был очень живописен!

Вступив на крыльцо, все сразу заметили покосившиеся перила, облупленные стены дачи и поломанную ступеньку крыльца, почти превратившуюся в труху. Но это всё мелочи, главное, дом стоит, мама открывает ключом дверь на застеклённую веранду, вся мебель и кровати стоят на своих местах. Живи не хочу!

Побросав свою поклажу на пол, даже не посидев на диванчике в углу терраски, где всегда на журнальном столике валялась масса интересных журналов мод и брошюр с кроссвордами, Эвелина выскочила на улицу.

Солнце светило в глаза, запахи от распустившихся сирени и черёмухи кружили голову. Сво-бо-да! Сейчас все помогут сделать маме окрошку и можно лечь в гамак, который повесили между двух сосен. Эля прихватила с собой книгу: она давно хотела почитать какой-нибудь роман Джейн Остин. Книгу ей посоветовала Влада, рассказывая о том, что в книгах писательницы много приключений и любви. Это то, что надо девчонке в её возрасте.

Лёжа в гамаке, Эля открыла книгу, предвкушая приятное чтение. Но не тут-то было! Вдруг со второго этажа из мезонина выглянули две физиономии: одна Славика, вторая ещё какого-то парня.

Слава радостно закричал:

– Привет, подруга! Что так поздно приехала? А мы тут с братом вдвоём сидим, чаёвничаем. Поднимайтесь к нам, познакомлю вас.

– Привет! – восторженно ответила Эля. – Да, мы что-то задержались в этом году, у Влады ведь сессия была, а я в музыкалке экзамен сдавала. Сейчас поднимемся!

Обходя дачу с другой стороны, Эля с Владой шли по непротоптанной дорожке, ведущей к крыльцу Славика. Эля ощущала, как приятно щекочет её ноги высокая трава, немного мокрая от прошедших недавно дождей. Она пригладила свои распущенные до плеч волосы, поправила обруч на голове и стала подниматься по лестнице вверх, опираясь на облупленные перила.

Ступени были тоже, как и у них, старые и ветхие, они явно требовали ремонта. Осторожно поднявшись по ним на второй этаж, Эля оказалась на небольшой площадке, которая вела в две комнаты: направо и налево. Между ними и находился небольшой мезонин, где помещалась только кровать, стол и стул. Отсюда когда-то в детстве ребята пускали в окно бумажные самолётики.

Это детское воспоминание так врезалось в память Эвелине! Ребята складывали из бумаги самолётики и, весело толкаясь перед окном, ждали своей очереди, чтобы пустить их в воздух, а потом весело смеялись и смотрели в окно, наблюдая, как они летят. Вот было счастье!

Поднимаясь по ветхой лестнице, девочка чувствовала, как часто бьется её сердце. Ведь со Славой они год не виделись, да и в течение года редко созванивались. Ещё он там с каким-то братом сидит! Что-то раньше брат никогда не приезжал, и Слава о нём ничего не рассказывал.

Очутившись в комнате Славы, который очень галантно подал ей руку, а потом поцеловал в щёчку, как давнюю подругу, Эля немного стала успокаиваться. Славик заметно за этот год вырос, возмужал, на лице его появились небольшие, еле видимые усики, которых прежде не было. Его блестевшие как-то загадочно глаза выдавали волнение.

Вслед за Элей в комнату поднялась и Влада, которую Славик тоже чмокнул в щёчку. Выразительно посмотрев на девушек, Славик смущённо промолвил:

– Знакомьтесь, это мой двоюродный брат Максим. Он жил раньше в Армавире, а теперь переехал из-за работы отца в Москву, и этим летом поживёт у нас на даче. Я тут планирую поводить Макса по Москве, познакомить с городом и его достопримечательностями. Пусть привыкает и чувствует себя москвичом. Ты согласен, Макс? Надо не отставать от жизни, а стараться постигать всегда новое!

Сказав это, Слава засмущался своих высокопарных слов и как-то резко и неловко сел в ближайшее кресло. Немного опомнившись, он продолжил:

– А это моя подруга с раннего детства – Эвелина, короче – Элька, – он показал на неё рукой. – Она живёт под нами, на первом этаже, соседка наша. А это её старшая сестра Влада, – произнёс Славик и с восторгом посмотрел на девушку, пытаясь внимательно рассмотреть её, ведь он её год не видел.

Макс стоял у окна как вкопанный и пронзительным взглядом рассматривал сестёр. Он медленно протянул руку им для пожатия и низким голосом, который бывает уже у взрослых мужчин, произнёс:

– Максим, очень приятно.

Больше он ничего не добавил, но искоса продолжал рассматривать Элю. Это очень смущало её, никто никогда так на неё не смотрел. Она тоже как бы закаменела и от стеснения не знала, куда деть руки.

На выручку пришёл Слава:

– Девочки, садитесь за стол, хозяйничайте. Вы же всё хорошо знаете, что и где лежит у нас в доме. А потом погуляем, познакомим Макса с местными красотами, сходим на речку. В Серебряном Бору есть что посмотреть! Одна природа чего стоит. Согласны, ребята?

Только тут Эля пришла в себя и уже спокойно ответила:

– Да, конечно. Тут много классных мест, одно лучше другого! Да и лодочная станция имеется.

Вдруг Влада произнесла:

– Ребята, простите, но мне надо уйти, меня мама ждёт.

– Пока, пока. Увидимся!

Эля быстро вышла на кухню и стала подогревать уже остывший чайник. Поставив его на плиту, она быстренько побежала вниз по лестнице к себе домой, чтобы захватить недавно купленные на кругу миндальные пирожные, её любимое лакомство.

В комнатах никого не было, видимо, мама с Владой уже ушли. Эля быстро схватила пакет с пирожными, посмотрела мимоходом на себя в зеркало и быстро поменяла свои стоптанные босоножки на белые туфельки с невысоким каблучком. Зачем она это делает, она сама до конца не понимала. Как-то автоматически всё получилось, видимо, в душе её уже начинала просыпаться женщина, которой всегда и всем хочется нравиться.

Поднявшись по лестнице и чуть не застряв своими каблуками в щели старых досок, девушка поднялась наверх к ребятам. Эля взяла уже вскипевший чайник и медленно вошла в комнату, где ждали мальчики.

– Влада ушла? – с небольшим сожалением спросил Славик.

Эля утвердительно кивнула головой. Слава кинулся помогать девушке, выхватив из её рук горячий чайник, и осторожно начал разливать кипяток по чашкам. Эля уселась на шаткий стул прямо напротив Макса. Девушка внимательно начала его разглядывать, но старалась смотреть так, чтобы он не заметил её пытливого взгляда. Первый раз в жизни Эвелину кто-то так заинтересовал. Почему? Она пока не понимала до конца.

Макс был, конечно, хорош собой. Во-первых, он выглядел гораздо старше своих 17 лет. Правильные черты лица, прямой нос, немного пухлые губы, светлые волосы, расчёсанные на прямой пробор и свисающие длинными прядями, – всё это сразу понравилось Эле. По его мускулистым рукам было заметно, что парень занимается спортом, мышцы его были накачаны, а шея у Максима была длинная и крепкая. «Прямо как артист какой-то, ему только в театральный поступать», – подумала про себя Эвелина.

Эля не могла и представить, что точно так же Максим незаметно разглядывает её. «Какая красивая девочка! – подумал Макс, – вроде и обычная на первый взгляд, а чем-то цепляет. И имя у неё прямо сказочное, я такого никогда не слышал».

Элечка как бы кожей чувствовала его внимание и смущённо поправляла свои выбившиеся из-под ленты на голове непослушные и чуть вьющиеся на концах пряди волос. «И что это он так смотрит на меня? Людей, что ли, давно не видел? Или в его Армавире девушек вообще нет?» – проносились странные мысли в её маленькой головке.

Только они стали заканчивать своё чаепитие, как внизу на улице кто-то закричал:

– Ребята, вы наверху?

Все выглянули в раскрытое окно. На поляне уже со скошенной газонокосилкой травой, живописно выделялась фигура подросшей и сильно изменившейся Катерины.

– Поднимайся к нам! У нас хорошая компания! – крикнул как всегда дружелюбно Слава.

– Вот ещё! Ноги ломать по вашим сломанным ступеням не хочется! Спускайтесь вы вниз. Погода хорошая, пройдёмся?

Через какое-то время, видимо, посоветовавшись с друзьями, голова Славика вновь показалась в окне:

– Сейчас спустимся. Жди нас. Ступени действительно почти все разрушились.

Ребята осторожно спустились вниз и подошли к девочке.

– Это мой брат Максим, знакомьтесь.

Катя как-то вся раскраснелась, шутливо сделала книксен и подняла свою руку перед Максом, надеясь, что он её поцелует.

– Катя, – торжественно произнесла она, но так и не дождалась поцелуя от Макса.

Максим вежливо поздоровался и сразу же отошёл в сторону. Все направились к реке. Максим шёл в стороне ото всех, пока в новой компании он чувствовал себя неуютно. У себя в Армавире он мало с кем дружил, много времени у него отнимало посещение различных спортивных секций, а дома – чтение книг, специальной литературы по авиации и бесконечные разговоры с отцом о полётах.

По вечерам перед сном, лёжа в кроватях, поставленных напротив друг друга, Слава и Макс подолгу разговаривали. Славика интересовало всё о брате, и он засыпал его разными вопросами про космос и самолёты. Отвечая на вопросы, Макс тоже загорался, как и брат, и, поднимаясь с кровати, садился, свесив с неё свои длинные ноги, и азартно, с упоением рассказывал Славе о полётах лётчиков и космонавтов, сильно размахивая при этом руками.

Слава потом долго не мог уснуть, он рисовал перед собой дивные красоты бездонного неба с белыми, похожими на сахарную вату, огромными пушистыми облаками. Только один раз он летал на самолёте, когда отдыхал с родителями в Крыму. Но и этого ему хватило, чтобы часто вспоминать картины дневного и ночного неба, луну и удивительной красоты закат солнца.

Слава уже давно забыл про своих муравьев и кроликов. Это детское увлечение ушло в прошлое. А уж с приездом Макса и его интересными рассказами об авиации ему стало стыдно даже вспоминать, как он часами рвал одуванчики для кормления своих питомцев. Славику нравилось общаться с Максом, он стал его кумиром.

Макс был как одержимый! Час занимался утром на турнике перед домом, потом отжимался на лужайке, а затем – бег! Причём на длинные дистанции, маршрут ему подсказал Слава, который тоже сначала бегал вместе с братом, но потом стал быстро уставать, задыхаться и вскоре вовсе бросил эту затею. В общем, Максим так подействовал на Славика, что он буквально смотрел ему в рот.

Стоял июль, лето набирало силу. Ребята подошли к калитке в заборе, толкнули её и вышли к Москве-реке, откуда открывался изумительный вид: река вдали петляла, а её поверхность серебрилась на солнце. По воде плавало много моторных лодок, проплывали мимо байдарочники, ловко гребя лёгкими веслами. Пляжи все были заполнены людьми, загорающими на солнце, оттуда доносились крики детей, голоса взрослых, играющих в волейбол.

Всё цвело, трава была высокая, сочная, кругом росли люпинусы, быстро расплодившиеся повсюду. Они были разных цветов и острые, как стрелы, а их разноцветные головки тянулись к небу и солнцу. Ребята показали пропуск на свой участок пляжа и, войдя на его территорию, растянулись на лежаках. Все, кроме Макса.

Тот, увидев вышку для прыжков в воду, сразу же направился к ней. Он быстро разделся и, поднявшись на вышку, помахал друзьям рукой, сложил ладони, и, подняв их вверх, смело прыгнул вниз головой в воду. Прыжок его был красив. Слава немного сник, увидев такой полёт, так как умел прыгать с вышки, как и девчонки, только «солдатиком».

Вынырнув из воды, Максим, красиво рассекая воду своими крепкими руками, поплыл в сторону буйков. Дальше них плыть было запрещено: там ходили речные трамвайчики. Выйдя из воды, он лёг всем своим загорелым телом прямо на горячий песок и подставил лицо лучам солнца.