Коллектив авторов.

Истории из другой жизни (сборник)



скачать книгу бесплатно

Сердце мое не выдержало, и я, даже не попрощавшись с мамой, выскочила на улицу. Оказавшись за воротами, я пустилась бежать, куда глаза глядят, с немыслимой скоростью, не разбирая дороги и не видя ничего перед собой. Я мчалось так, что на мгновение мне показалось, что кто-то невидимый подхватил меня на руки, и я лечу, чувствуя полную свободу и независимость каждой клеточкой своего тела. Пробежав так некоторое время, я ничком упала на траву. Я долго лежала, вдыхая запах свободы и ощущая в себе прилив новых, неведомых ранее сил… В тот момент я поняла одну очень важную для себя вещь: если тебе кажется, что нужно что-то менять в своей жизни, то тебе это вовсе не кажется! И тут я окончательно приняла твердое решение: пусть лучше я сгину на улице и останусь вечным уродом в глазах близких, чем буду медленно умирать в традиционной замужней бытовухе, именуемой у нас «нормальной жизнью»…

* * *

На почве постоянных проблем и отрицательного отношения к нам со стороны окружающих, былая глубокая привязанность, которая так тесно связывала нас с Ингой, начала постепенно угасать… Отношения между нами стали ухудшатся с каждым днем. Да и как могло быть по-другому, когда по нескольку раз в неделю нас вызывало Миграционное ведомство и требовало документы, которых у нас не было? Это сильно нервировало и раздражало нас, поскольку являлось прямым, совершенно неприкрытым давлением на психику! Работник Миграционной службы в круглых очках, похожий на старого прокурора, умело и методично капал нам на мозги, нарушая и без того хрупкое душевное равновесие… Нам казалось, что для этой работы выбирают самых равнодушных и сухих людей из всей Швеции! Мы не чувствовали ни моральной поддержки, ни теплоты, ни понимания… Мы и этот человек были словно разделены высокой невидимой стеной, которую никогда не удастся преодолеть! Формальное следование закону в ущерб человечности – вот что мы четко увидели во многих работниках Шведского Миграционного ведомства!

С другой стороны, нас постоянно осуждали жители нашей деревни, такие же беженцы, как и мы сами. Им не нравился мой внешний вид, они не понимали, как Инга может жить с женщиной, и имеем ли мы вообще право воспитывать ребенка! Особенно сильно это все отражалось на Инге, а через нее и на нашем сыне, который любил нас обеих и остро переживал происходящее.

Еще один очень серьезный и болезненный момент – это выживание в чужой стране, не зная языка… Андрей постоянно жаловался на местных подростков, которые дразнят и оскорбляют его, а непонимание им шведской речи очень забавляет их… К нему относились, как к бесплатному развлечению, до тех пор, пока он не начал более-менее нормально разговаривать по-шведски. У меня не раз складывалось впечатление, что к приезжим и эмигрантам местные жители относятся, как к совершенно ненужным и бесполезным людям, и желают только одного – поскорее отправить их восвояси.

Со временем я твердо поняла, что людям со слабой психикой здесь не место! В моей семье возникли серьезные проблемы: Инга стала обвинять меня в том, что я разбила ее семью, лишила ребенка отца и притащила их сюда, в эту дыру, где подвергла жестоким испытаниям и заставила страдать… Трудно выразить словами те чувства, которые я испытывала, слыша подобные обвинения из уст любимой женщины… Ко всему этому примешивался страх депортации на родину, куда нам не было возврата.

Мы уже не смогли бы жить там даже морально, успев отвыкнуть от жестких азиатских устоев…

Андрей слышал все наши ссоры и споры и не понимал их причины, поскольку привык считать нас одной семьей и всегда воспринимал меня, как близкого и родного человека… Ему, как и любому ребенку, хотелось иметь дружную семью, в которой все любят и поддерживают друг друга… Мальчик очень тяжело переживал нестабильность наших с Ингой отношений. А как же разрывалось мое сердце! Когда ты беспокоишься только за себя – это одно, но я несла полную ответственность за людей, ставших моей семьей, за свою женщину и ребенка! Я старалась, как могла, и делала все возможное, чтобы нам жилось лучше… Мизерное пособие не могло обеспечить нам сытую и безбедную жизнь, и были моменты, когда мне приходилось даже воровать для Андрея вещи и еду, чтобы он ни в чем не нуждался… Однако, когда я стала подрабатывать, я перестала воровать – это было моим моральным принципом.

Я отлично знала, что в деревне к нам относятся с осуждением и не уважают нас за, якобы, аморальную жизнь… Но мне вспомнился один случай, когда я заставила-таки уважать себя! Началось с того, что я стала ходить в тренажерный зал, чтобы хоть немного поддерживать себя в форме. Один раз туда пришел местный парнишка, и мы оказались на соседних тренажерах совсем близко друг от друга. На мне была надета майка, оголяющая плечи, а на плече красовалась татуировка в виде оскалившегося волка, очень качественная и впечатляющая… Увидев ее, парень спросил: «Ты что, сидела в тюрьме? Это вроде бы тюремная татуировка?» Не задумываясь, я ответила: «Да, тюремная! Я действительно сидела в тюрьме». «Серьезно?! А за что?» Я на ходу придумала легенду: «Ты знаешь, я завалила одного мужика…». «Как завалила? За что?» «За то, что он задавал слишком много вопросов и доставал меня ненужными советами! Вот я и сорвалась… По крайней мере, я всегда смогу постоять за себя и никому не позволю себя обидеть!» Эта шокирующая новость о моем прошлом быстро разнеслась по деревне, и ко мне стали относиться с некоторой опаской. На улице на меня перестали показывать пальцем и шушукаться за спиной чуть ли не вслух. А некоторые соседи даже начали здороваться. Странно, но сила почему-то всегда берет верх над всеми остальными человеческими качествами…

Некоторое время спустя, Инга стала подрабатывать по своей специальности – парикмахером. А поскольку она была парикмахером высшего класса, у нее очень быстро появились клиенты. Я тоже подрабатывала – помогала фермеру в поле и по хозяйству. В семье стали водиться деньги, но периодические депрессии у моей любимой женщины не прекратились, наоборот, стали еще сильнее и мучительнее. Обстановка усугубилась еще и тем, что из Миграционного отдела нам пришло извещение о том, что Швеция отказывает нам в предоставлении убежища. Эта новость была тяжелейшим ударом для нас! Она поставила под угрозу всю нашу дальнейшую жизнь и семейные отношения…

Я поймала себя на том, что начинаю, как и Инга, сама того не замечая, медленно скатываться к упадническому, полудепрессивному состоянию… О если бы я могла себе это позволить! Я понимала всю ответственность за свою семью и, как бы тяжело мне ни было, брала себя в руки и, стиснув зубы, продолжала бороться за нашу жизнь. Я уже не надеялась, что эта борьба когда-нибудь закончится, но и не имела права сидеть, сложа руки…

Как часто приходится слышать от людей: «Мне так плохо! Я не могу ничего изменить! Обстоятельства сильнее меня!» Да, сила обстоятельств велика, но есть и еще более великая вещь: работа над собой! Ведь часто бывает так, что человек сам формирует жизненные обстоятельства силой своего восприятия окружающей действительности. Он опускает руки, покоряется судьбе и медленно плывет по течению, пеняя на силу обстоятельств… Он отрицает свою слабость и преувеличивает значение внешних сил. В самые трудные периоды жизни я говорила себе: «Нет, мой друг, так не пойдет! Давай-ка осознаем для начала, что есть в тебе такого, что мешает твоему счастью и препятствует гармоничному течению жизни! Примем это в себе, а потом уже начнем осознанно и медленно, капля за каплей, выдавливать ненужное из своего характера, из своего восприятия…».

Нередко человек ищет счастье вовне, думая: «Вот будет у меня много денег, тогда… Вот встречу я свою Любовь… Вот поменяю работу на более престижную…». Но, как ни странно, это не всегда приносит счастье… Потому что оно спрятано не где-то вовне, а внутри нас самих. И искать гармонию нужно в себе, не дожидаясь пока придет добрый Некто и принесет нам желанное счастье. Если вы потеряли себя, ищите себя в себе! И нигде больше… Потому что нигде больше вас нет.

* * *

Что-то холодно мне, и совсем темно вокруг… Поздняя ночь. Тихо на улице. Все спят. Куда же я иду? В никуда…

Иногда в покоях кромешной темноты и тишины оживают минуты, падающие в океан времени. Их шепот едва слышен, словно легкое шуршание снежинок, кружащихся в причудливом танце. Их очертания расплывчаты, словно плавность линий на ладони вечности. Минуты плачут слезами сердца, оставляя следы в дневнике уединения… Они что-то пытаются сказать мне, но я слышу лишь печаль бесконечности и гулкое завывание холодного осеннего ветра. Сейчас он мой единственный собеседник и слушатель. Я невольно задаю ему мучающий меня вопрос:

– Не знаешь, почему все люди так серьезно относятся к иллюзиям? Может быть, вся наша реальность – это всего лишь иллюзия, просто сон, длиною в жизнь?

– Люди слишком крепко спят, – задумчиво ответил ветер, чуть слышно скользя по каменным джунглям.

– Странно… Наверное, я начинаю сходить с ума, раз слышу ветер и говорю с ним. Но, может быть, это и к лучшему…

– Безусловно, твое нынешнее состояние раскрыло тебе не только глаза, но и уши, – рассмеялся ветер в ответ.

– Ничего, друг мой, сейчас я возьму телефон, наберу несколько цифр, и нас с тобой будут лечить в красивом желтом здании.

– В этом ты ошибаешься, я всегда свободен! Это ты приковала себя к иллюзиям и стереотипам, – заметил ветер.

– И что же? Таких, как я, несколько миллиардов!

– Так много?! Но почему же тогда каждый из вас так боится потерять иллюзии и обрести свободу? Ведь я-то всегда свободен, – прошелестел ветер, взмахивая воздушными крыльями.

– Наверное, это сила привычки. Люди склонны цепляться за то, что них есть, даже если это просто иллюзии…

– Но ты говоришь со мной, значит, избавилась от одной из своих иллюзий, – шепнул ветер прямо мне в ухо.

– Ну и что из того? Я такой же человек, как и все. Я тоже не вижу ничего, кроме иллюзий, созданных собственными, подчас не самыми приятными, мыслями и фантазиями…

– Точнее, ты так решил а, поэтому и не видишь. Следуй за мной, я покажу тебе истинную красоту этого мира!

– Пошел к черту, ты лишь плод моего воображения!

– Тогда давай, строй новые иллюзии! Ну же, у тебя отлично это выходит! Только запомни: иллюзии имеют свойство таять, как весенний снег… Придет время, и все встанет на свои места. Только будет уже слишком поздно! – ветер обиженно взвыл и унесся прочь, мягко скользнув по моей щеке.

– Может быть, ты и прав. Свобода – это состояние души, в котором стерты иллюзии. Но свобода – это еще и смерть, уносящая с собой наши оценки, стереотипы и прочую шелуху. Мы еще встретимся с тобой, я знаю! – крикнула я вслед улетающему ветру.

И снова томительное одиночество… Осталась лишь темнота и рой мыслей, копошащихся в полусонном сознании, а сердце продолжало тревожно биться и лить прозрачные слезы. Выбор есть всегда, но кому он нужен, если проще всего продолжать жить в иллюзиях. Не так ли?

* * *

Порой наша голова заполняется всевозможным бредом, который, по сути, нам вовсе не принадлежит… Он перетек в наши мозги от высказываний политиков, учителей, родителей. Мы впитываем его вместе с телевизионными передачами и газетными статьями. И все эти чуждые нам мысли пытаются доминировать в нашей голове, заглушая наши собственные! Мало того – они пытаются заглушить наши чувства, влиять не только на разум, но и на сердце, которое пока еще недоступно для загрязнения. Наверное, единственный правильный выход в любой ситуации – слушать свое сердце и следовать его зову.

Если человек слушает свой ум, он найдет много причин для того чтобы не делать то, что велит сердце. Ум будет подсказывать ему логически правильные ответы, и человек будет несчастлив, потому что в уме нет радости. Истинная радость может быть только в сердце! Слуга своего ума не приходит в своей жизни ни к чему, ничего не совершает и не находит ни одного правильного ответа – ум путает его. Ум вообще выборочен в восприятии, это известно психологам, поэтому любой из нас видит только то, что может воспринять его ум. Еще ум ленив, он похож на браузер в интернете, который при посещении того же самого сайта во второй раз, загружает картинки из памяти, а не перерабатывает заново уже известную ему информацию. Получается, что мы ищем ключ по всей комнате, а он часто оказывается у нас в кармане! Нынешнее общество – это люди, потерявшие дорогу к своему сердцу. Есть изгои общества, которые выкинули сами себя из привычной рутины, отошли от взглядов обычного человека, и они по-своему счастливы, тогда как люди ума никогда не смогут узнать, что такое настоящее счастье. У них есть свое представление о нем, к осуществлению которого они стремятся, но на самом деле они идут к созданному их же умом миражу, куда, в результате, так и не доходят… Ум стереотипен, он ищет шаблоны и клише, сердце же творит и создает, оно всегда готово к порыву, подвигу, полету! Ум ограничен, труслив и рационален, а сердце свободно и безгранично!

…Постепенно наши с Ингой отношения охладели окончательно. Кроме упреков и вечных ссор в нашей семье ничего больше не осталось… Инга постоянно искала виновных в своей, якобы, не сложившейся жизни, и почему-то обвиняла меня во всем, что ее не устраивало. Больше всего я оказалась виноватой в том, что уговорила ее на переезд в Швецию, которая обошлась с нами так несправедливо… Я действительно чувствовала свою вину в том, что наши надежды не сбылись. Всеми силами я старалась сделать Ингу счастливой, но меня постигла неудача, стоившая нашей любви, наших отношений… Однако, несмотря на то, что мы с Ингой не обрели семейного счастья, у меня появилась мысль о том, что можно было бы подкопить денег и сделать ей фиктивный брак с гражданином Швеции, чтобы они с сыном все же остались тут, поскольку мосты для возврата были уже сожжены… Я по-прежнему любила ее и Андрея и хотела хоть чем-то облегчить им жизнь.

Я стала искать пути, как можно остаться в этой стране. Просмотрев кучу форумов и пообщавшись с людьми, я пришла к выводу, что выход все же есть! Первое, что я сделала – это подала апелляцию, не согласившись с решением Миграционного ведомства! Во мне созрела решимость выдержать любой, самый тяжелейший судебный процесс, чтобы доказать свою правоту! Спустя два года пребывания в деревне, нам пришло уведомление из Миграционного ведомства с просьбой явиться на судебное заседание. Казалось, что Небеса услышали наши молитвы и разверзлись над нами! Это был шанс заново рассказать нашу историю и убедить судей в том, что мы не можем вернуться на родину и имеем полное право остаться жить в Швеции, где однополые браки признаны официально!

И вот наступил долгожданный день суда, когда рассматривалось наше дело по моей апелляции. Наконец-то у нас появилась возможность вновь рассказать обо всем, что нам довелось испытать у себя на родине, поведать об унижениях и гонениях, которыми мы подвергались только за то, что любили друг друга и хотели быть вместе!

Суд длился с часа дня до семи часов вечера – целых шесть долгих часов. Это действительно был тяжелейший процесс! Надеяться нам было не на кого, кроме Господа Бога… Не было ни одного человека, который оказал бы нам хотя бы моральную поддержку, никого, кто бы протянул руку помощи… Лишь формальный адвокат от Миграционного ведомства привел несколько не очень убедительных доводов в нашу защиту. Мы были предоставлены самим себе, и у меня было такое чувство, будто мы сражаемся одни против целого вражеского войска! И все же, несмотря ни на что, мы старались использовать наш последний шанс! Мы прекрасно понимали, что именно здесь и сейчас решается наша судьба! Я не могу описать словами то, что я чувствовала в тот момент… Подавленность, беспомощность, страх, надежда, злость и готовность идти до конца – все было вперемешку.

Ингу почему-то спрашивали дольше моего, и она была полностью сломлена морально и разбита этим процессом. Выйдя в коридор из зала суда, она выглядела больной, несчастной и очень уставшей от жизни женщиной, лет на десять старше… Она плакала и твердила, что все ее лучшие надежды рухнули, как карточный домик, и ей уже никогда не стать счастливой… Я поняла, что мне нужно воевать не только за себя, но и за нее, а также за нашего сына, который был еще слишком мал, чтобы постоять за себя. Я молча посмотрела на плачущую Ингу, прокрутила в голове эпизоды из своей нелегкой жизни… Подавила острое желание зарыдать от отчаяния и собственной беспомощности… А потом сжала кулаки и, собравшись с духом, шагнула в зал суда, словно в пропасть. На слушании я сделала акцент на своем желании изменить пол, что на моей родине было бы совершенно невозможно.

Через месяц томительного и тревожного ожидания нам пришло решение суда… Какова же была наша радость, когда мы узнали, что суд принял решение в нашу пользу! Мы поначалу не поверили своим глазам: нам дали постоянный вид на жительство в Швеции?! Неужели это правда?! С нами случилась настоящая истерика от всех пережитых волнений и переполняющей нас радости! Казалось, жизнь вновь обрела смысл, и нашему счастью не было предела! Пошли приятные хлопоты… Нас тепло поздравили в Миграционном отделе. Я заметила, что отношение к нам заметно изменилось в лучшую сторону. В нас будто бы впервые увидели людей, которые тоже имеют право на счастливую жизнь!

Мне казалось, что с получением вида на жительство в свободной стране, все наши проблемы исчезнут, мы наконец-то сможем вздохнуть полной грудью и построить свою жизнь по собственному усмотрению, так, как мы всегда мечтали… Я полагала, что теперь наши с Ингой отношения наладятся, и счастье вновь вернется в нашу семью! Но увы – моим надеждам не суждено было сбыться… Наши отношения не только не укрепились, а наоборот, развалились окончательно. Они разрушались постепенно, месяц за месяцем, день за днем, час за часом и, в конце концов, дали такую трещину, которую уже невозможно было склеить… Кончилось тем, что мы расстались. Инга забрала Андрея и ушла… До сих пор я не могу до конца оправиться от этой тяжелой, невосполнимой для меня потери и сильно скучаю по мальчику, воспитанию которого посвятила восемь лет своей жизни… Как же мне хотелось, чтобы его детство было счастливым и безоблачным! Глядя на Андрея, я невольно вспоминала свои детские и юношеские годы, которые я не могла бы назвать слишком радужными…

* * *

Я хорошо помню этот день… Мне было восемь лет. Суровый январь принес в город холод и снег, и земля преобразилась: там, где еще недавно зеленела трава и цвели цветы, теперь тяжелой белой пеленой лежали сугробы. Быстро наступали сумерки, но мы, дети, допоздна катались на санках, не торопясь расходится по домам. Я любила проводить время на улице. Играя с детьми, я на время забывала о том моральном напряжении, которое ждало меня дома.

Отношения между родителями были сложными, и все это отражалось на моей чувствительной душе, словно ее травили медленно действующим ядом день за днем… Больше всех мне было жаль свою бедную маму, которая влачила непосильную для слабой женщины ношу семейной жизни. Она убеждала меня в том, что таков удел всех замужних азиатских женщин, но уже тогда я сильно сомневалась в ее словах! Несмотря на свой юный возраст, я была уже взрослой не по годам и хорошей помощницей по дому. Мне приходилось убираться, готовить, работать по огороду, и делать еще много-много всевозможных дел… Почти каждую неделю по выходным отец приглашал гостей, и мы с мамой и еще двумя сестрами начинали готовить с раннего утра и обслуживали гостей за столом. Отец хвалился услужливыми и красивыми дочерьми, будто хорошим товаром, который в скором времени подлежит выгодной продаже… Шестеро моих братьев были в лучшем положении, нежели мы, девчонки: их не заставляли готовить, обслуживать гостей и делать «женскую» работу по дому. Мальчики могли позволить себе ходить в спортивные секции, а на летних каникулах поехать в лагеря для школьников, что всегда было предметом моей острой зависти…

«Ну почему я родилась девочкой?!» – часто думала я, и слезы отчаяния невольно текли по моим щекам. Я понимала, что, когда вырасту, моя участь будет такой же, как у моей многострадальной мамы… Как же я не хотела этого! Как я ненавидела наш уклад жизни, диктовавший свои правила, которым я не желала подчиняться с самого детства!

…Я не торопилась возвращаться домой, хотя на улице стало совсем темно. Мои друзья разбежались по домам, и осталась я совсем одна. Прокатившись несколько раз с горки в гордом одиночестве, я оставила свои санки и легла на прямо снег под старым фонарным столбом. Чуть прищурившись, стала смотреть на свет… Снежинки кружились в воздухе, освещенные тусклым светом фонарного столба, словно танцуя какой-то нереальный, фантастический танец. Это было завораживающее зрелище! Оно словно загипнотизировало меня, пробудив подсознательные, скрытые мысли, таящиеся в самых глубинах моего детского сознания…

В тот день я впервые задала себе четкий вопрос: зачем я родилась? Ради чего я живу на этом свете, если не хочу даже идти домой?! Я заплакала, и мои слезы, смешавшись с падающими на лицо снежинками, потекли со щек за воротник куртки, неприятно щекоча шею… Я поняла, что не хочу быть замужней женщиной, как моя мама, вечно окруженная ватагой орущих детей, согнутая в три погибели тяжелыми обязанностями порядочной, замужней женщины…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12