Коллектив авторов.

Экономическая история мира. Том 2. Цивилизации Америки, Великие географические открытия и колониальное хозяйство, генезис капитализма и становление классической политэкономии, великие буржуазные революции и развитие капитализма



скачать книгу бесплатно

Следует подчеркнуть, что именно крепостное право стало тем инструментом, который позволил приспособить капиталистическую мануфактуру к феодально-крепостническим отношениям. Крепостная мануфактура были проявлением «второго издания крепостничества» – крупным товарным производством с использованием крепостного труда. По мере нарастания капиталистических явлений усиливалось крепостничество, чтобы приспособить эти явления к феодальным порядкам.

В результате развития крепостной мануфактуры происходило сращивание мануфактуристов с феодалами. Мануфактуристы получают дворянские звания: наследники кузнеца Демидова становятся князьями, наследники крестьян Строгановых – баронами. А помещики все активней включаются в промышленное предпринимательство, заводят мануфактуры в своих имениях.

Мануфактурное производство в XVIII в. выдвигает Россию в число передовых стран по развитию промышленности. Это отразилось в составе экспорта России. Если в XIV в. Россия вывозила почти исключительно сырье, сельскохозяйственную продукцию и продукцию промыслов (правда, к числу сырья относилась и пушнина), то уже в 1726 г. 52 % экспорта составляла продукция мануфактур, первые места среди которой занимали железо и парусина.

Наиболее интенсивно развивались металлургическая и текстильная промышленности. Металлургическая промышленность России вышла на первое место в мире. Российский металл вывозился преимущественно в Англию, и промышленный переворот в Англии совершался на русском железе. На экспорт шло до 80 % выплавляемого в стране металла. Успехи текстильного производства отражало то обстоятельство, что Россия практически обеспечивала Европу парусиной – двигателями тогдашнего флота.

Успехи российской мануфактуры объяснялись ее приспособленностью к крепостничеству. В крепостной мануфактуре были низкие расходы на оплату труда, но особенно низкие – на сырье и топливо. Хозяин металлургического предприятия в Англии должен был покупать руду и уголь у хозяина земли – лендлорда, который, конечно, пользуясь своим монопольным положением, диктовал цены. Для уральского же заводчика затраты на сырье и топливо сводились к расходам на их заготовку, к тому же заготовку дешевым крепостным трудом. Поэтому российское железо даже в Лондоне оказывалось намного дешевле английского, и Англия облагала российское железо пошлинами, почти вдвое повышавшими его цену.

9.3. Государство и промышленность

Если первой особенностью мануфактурного производства в России была крепостная мануфактура, то второй – господство государства в промышленности и государственная регламентация, административные меры управления этой промышленностью. Как уже сказано, при Петре I мануфактурное производство создавалось по инициативе государства и в основном принудительными мерами. Петр объяснял это в одном из своих указов: «Наши люди ни во что сами не войдут, ежели не приневолены будут». Он считал, что государственная власть «управление должна иметь, как мать над дитятем, пока в совершенство придет» [12, с.

4540]. По выражению В.О. Ключевского, это было «казенно-парниковым воспитанием промышленности».

В Западной Европе прогрессивные преобразования происходили спонтанно, по мере экономического развития. Развитие производства требовало определенных правовых гарантий для предпринимателей, требовало инициативных, заинтересованных людей. Поэтому экономический прогресс сопровождался увеличением человеческой свободы, закрепленной законами.

У нас прогрессивные реформы проводились сверху, репрессивной машиной государства и укрепляли государство, сопровождались подавлением общества, подавлением свобод. Дело в том, что за основу этих реформ принимались интересы не общества, а государства в соперничестве с другими государствами. Реформы Петра проводились для того, чтобы укрепить величие Российского государства в соперничестве с Западом. То обстоятельство, что для этого надо было ликвидировать экономическое отставание страны, было уже следствием.

Но усиление деспотии вызывало экономический застой, замедляло развитие, и через некоторое время снова вставала задача новых реформ. Развитие шло импульсивно, циклами, и эта цикличность составляла тоже одну из особенностей экономического развития России.

Сталинский режим был логической ступенью этой особенности. После так называемой «социалистической реконструкции» наступил очередной застой с очередным ослаблением деспотизма, и потребовалось снова ликвидировать отставание России.

А что означали петровские преобразования для населения, показывает следующее соотношение: подати за царствование Петра выросли в три раза, а население уменьшилось на 20 %.

В сословной структуре России до XVIII в. не было сословия предпринимателей, которое соответствовало бы третьему сословию Западной Европы. Предприниматели не обособились от других сословий в отдельную группу. Морозов был боярином, Строгановы – крестьянами. И Петр I, содействуя развитию промышленности и торговли, не считал, что для этого нужно особое сословие, а тем более – не видел связи между политическими правами и свободами такого сословия и развитием торговли и промышленности.

Он пытался заставить стать предпринимателями представителей всех сословий. Например, когда потребовалось построить флот на Черном море, он заставил стать судостроителями всех достаточно богатых людей. Их объединили в «кумпанства», каждое из которых должно было построить один корабль. Помещики, имевшие более 100 крестьянских дворов, должны были составить «кумпанство» на каждые 10 тыс. дворов, духовенство – на каждые 8 тыс. дворов. Купцы и другие горожане тоже объединялись в «кумпанства» и должны были построить 12 кораблей.

Всего таким образом намечалось спустить на воду 52 корабля, а потом это число было увеличено до 64. Но результаты оказались плачевными. Правда, в указанные сроки флот был построен, но, когда через несколько лет потребовалось привести его в действие, оказалось, что Россия на Черном море смогла выставить только 4 фрегата, 5 мелких парусных судов и 2 галеры. Большинство построенных принудительно судов оказались непригодными.

Аналогичные принудительные меры применялись и при строительстве мануфактур. Промышленность у нас не вырастала, а «внедрялась» сверху, искусственно. Насколько это было необходимо? Не лучше ли было предоставить производству развиваться естественным путем, в соответствии с законами экономического развития?

Конечно, со временем на базе промыслов и ремесла у нас стали бы рождаться крупные предприятия мануфактурного типа. Но ждать, когда это произойдет, значило – закрепить отставание. В Западной Европе, где это шло естественно, не стояла задача «догнать». А перед Россией стояла именно эта задача.

Подлинная цель петровских реформ – не ликвидировать отставание, а тем более, не поднять благосостояние народа, а сделать Россию сильным государством. Текстильные мануфактуры учреждались, чтобы обеспечить флот парусами, чтобы «не покупать мундира заморского», горные заводы – чтобы обеспечить армию вооружением. А мануфактуры, которые вырастали бы из промыслов, как и сами промыслы, готовили бы продукцию для рынка, для народного потребления. Для казенных же потребностей требовался иностранный опыт, новая технология, т. е. искусственное «внедрение» мануфактур.

В России крепостничество препятствовало образованию третьего сословия, свободного и богатого, из которого выходили мануфактуристы на Западе. Вот та же крепостническая система обеспечивала условия для принудительного, административного «внедрения» мануфактур, тем более, что можно было использовать традиции государственного предпринимательства.

И результат был достигнут – Россия вступила в мануфактурный период, хотя и необычным путем: не сформировав третье сословие, сословие предпринимателей.

И все же Петр I формальные шаги по учреждению третьего сословия сделал. Он брал пример с Запада, а там были органы городского самоуправления – Городские магистраты. И Петр в 1699 г. тоже учредил в России выборные городские магистраты.

Городское население, т. е. посадские люди, для этого делилось на три категории: 1) «граждане», к которым относились крупные торговцы, лекари и золотых дел мастера; 2) «подлые граждане» – мелкие торговцы и ремесленники; 3) «подлые люди» – наемные работники и приказчики, т. е. люди, не имевшие своего дела.

В выборах городских магистратов участвовали две первые категории, т. е. предприниматели, но магистраты стали не органами самоуправления, а вспомогательными исполнительными органами при воеводах, так что участие в магистратах стало лишь дополнительной обузой для горожан. Никаких привилегий участие в магистратах не давало. Наоборот, именно они должны были отвечать за выполнение назначенных государством повинностей. Например, в Коломне офицер, который организовывал доставку подвод для казенных нужд, «велел драгунам, позвали его, бургомистра, держать за волосы и за руки и бил тростью».

Бесправие предпринимателей усиливается при преемниках Петра. Учрежденная Петром Мануфактур-коллегия в какой-то степени защищала интересы промышленников. Екатерина I заявила, что она «жалованье напрасно получает» и предписала ее ликвидировать. Потом, правда, она была восстановлена. Петербургскую биржу, построенную на деньги купцов, Екатерина приказала отдать под полковую швальню.

Даже когда государственные органы старались содействовать предпринимателям, их действия нередко имели обратный результат. Например, было велено на реках «старого манеру суда все рубить, а хозяевам чинить наказание». Но новые суда западного типа не годились для мелких речек, требовали больших команд, а, кроме того, обычно суда «старого манеру» были одноразовыми: по доставке груза они обычно продавались на дрова. Новые же суда были слишком дорогими, чтобы так с ними поступать.

Бесправие предпринимателей определялось тем, что они экономически зависели от государства и государственных заказов. Идеологом этого слоя населения считается Иван Посошков, написавший сочинение «Книга о скудости и богатстве».

Раздел «О купечестве» в этой книге он начинает словами: «Воинство воюет, а купечество помогает и всякие потребности им уготовляет»; «ни воинству без купечества, ни купечеству без воинства не жить». Никакого рынка! Купечество необходимо лишь для обслуживания армии. Это соответствовало представлениям и политике Петра I.

Посошков предлагал «строить домы из царские казны…, где что пристойно делать», т. е. строить казенные мануфактуры. А проблема рабочей силы для этих мануфактур решается просто: «Гулящих робят мужеска пола и женска имать и учить и, науча, владети ими вечно», а также «хватать и имать к тем делам» нищих [11].

Посошков предлагал систему вмешательства государственной власти во все стороны экономической жизни, строгую государственную регламентацию промышленности. Короче говоря, он предлагал именно то, в чем заключалась экономическая политика Петра. Тем не менее его сочинение вызвало недовольство властей. В 1725 г. он был арестован, посажен в Петропавловскую крепость, где и умер в следующем году.

В промышленности сложились уникальные отношения. Основную часть мануфактур в результате петровских реформ составили казенные и посессионные (т. е. формально принадлежавшие тоже государству). Подавляющая часть мануфактурной продукции пока шла в распоряжение государства, поэтому и цены этой продукции определялись не рынком, а были «указными», т. е. устанавливались государством. Правда, при этом учитывалась себестоимость. Так, цена, по которой оценивалось сукно мануфактуры Щеголина, определялась себестоимостью с прибавлением 10 % прибыли.

Для управления промышленностью были созданы специальные государственные органы: Берг-коллегия, которая ведала горными заводами, и Мануфактур-коллегия, которой подчинялись все остальные мануфактуры. Основывать новые мануфактуры можно было только по разрешению этих органов, и это разрешение оформлялось специальным указом.

Государство управляло как своими не только казенными и посессионными, но и остальными мануфактурами. Оно давало предприятиям государственные «наряды», т. е. производственные задания, а если мануфактурист не справлялся с этими заданиями, отбирало у него мануфактуру, или оставляло в распоряжении государства, или передавало другому «заводосодержателю». Само это слово «заводосодержатель» показывало, что частная собственность на промышленное предприятие не признавалась.

В 1747 г. суконщик Третьяков был заключен под стражу за недопоставку сукон. В 1750 г. решением Мануфактур-коллегии был исключен из числа мануфактуристов и «возвращен в купечество» владелец шелковой мануфактуры Дудоров, который не выполнил государственного предписания по увеличению производства, а его предприятие было передано Колосову. Когда накануне битвы под Нарвой заводчик Бутенант не мог выполнить явно невыполнимого приказа Петра I о поставке за 3 месяца 100 пушек и 100 000 ядер, его заводы были отобраны в казну.

Решающую роль в промышленности стала играть бюрократическая верхушка, которую Ключевский охарактеризовал следующим образом: «Лишенная всякого социального облика куча физических лиц разнообразного происхождения, объединенных только чинопроизводством».

Но административная регламентация не могла заменить рынок. Она делала невозможной конкуренцию, а тем самым – и совершенствование производства. Предприниматель был заинтересован в том, чтобы получить выгодный казенный заказ, монополию на производство своей продукции, высокую «указную» цену на свои изделия, получить от государства землю, лес, разного рода привилегии. А для этого надо было иметь связи в правительстве, уметь подкупать чиновников, а не улучшать производство. Это порождало появление мануфактур, которые числились только на бумаге.

Конечно, в наибольшей степени административная регламентация действовала на казенные предприятия, которые показали свою несостоятельность уже к концу царствования Петра I. Именно поэтому и началась массовая передача этих предприятий в частные руки. Лишь немногим меньше были скованы казенной регламентацией посессионные предприятия. В наименьшей степени административная система действовала на купеческие предприятия.

Создание мануфактурной промышленности в первой четверти XVIII в. было результатом личной энергии Петра I и его сподвижников, но после его смерти темпы роста мануфактурного производства резко снизились, и к середине столетия это производство забуксовало. Именно в это время появилось много мануфактур, числившихся только на бумаге. Лишь в 1744 г. «за неразмножение фабрик и за худым мастерством сделанных на тех фабриках товаров» государством были закрыты сразу 44 мануфактуры.

Изменение государственной политики по отношению к мануфактурам началось в царствование Екатерины II, которая была горячей сторонницей рыночной экономики. Она не только читала западные издания по экономике, но и состояла в переписке с некоторыми экономистами. Она организовала комиссию по составлению «Нового уложения», т. е. по реорганизации социально-экономических порядков в России. Для работы в этой комиссии от каждого сословия были выбраны депутаты. В Наказе Екатерины для этой комиссии было написано: «Никаких дел, касающихся до торговли и фабрик, не можно завести принуждением, а дешевизна родится только от великого числа продавцов и от вольного умножения товара» [12, т. 18, № 13090].

«Новое уложение» составлено не было, в частности, потому, что многое из предлагаемого Екатериной тогдашнее общество не приняло. И все же рядом своих указов она ограничила казенную регламентацию и расширила сферу рыночных отношений. Было разрешено основывать мануфактуры без специального государственного разрешения, которое требовалось до этого. Мануфактуристам запретили покупать крепостных к предприятиям, т. е. основывать новые посессионные мануфактуры. Правда, полностью одолеть административную систему Екатерина не смогла. Остались действовавшие казенные и посессионные предприятия. Развитие металлургической, шерстяной и некоторых других отраслей по-прежнему определялось казенной регламентацией. И все же «рыночные» законы Екатерины резко ускорили развитие промышленности. Число мануфактур за царствование Екатерины выросло с 980 до 3200, и основная масса прироста мануфактурной продукции за XVIII в. приходится на период ее правления.

Изменилось и отношение к сословию предпринимателей. По учебникам Екатерины II «среднее сословие», т. е. городское торгово-промышленное население должно было стать основой процветания хозяйства. Екатерина писала одной из своих заграничных корреспонденток: «Еще раз, мадам, обещаю вам третье сословие ввести; но как же трудно его будет создать!»

Правда, и ее действия нередко имели казенно-административный характер. Чтобы расширить третье сословие, она «воздвигала» города, давая им преимущественно названия, оканчивающиеся на «поль» (от древнегреческого «полис») – Севастополь, Симферополь и др. Соответствующие указания доводились до местной администрации, а та действовала следующим образом: составлялся план города, где обозначались присутственные места, церкви, торговые ряды и прочие официальные принадлежности города, затем все это строилось на месте, для управления городом назначались соответствующие чиновники, и первое время существовал город без населения.

Например, при основании города Вознесенска кроме перечисленных учреждений были отведены места для «каналов» и «ботанических садов». Предполагалось, что это привлечет людей и «жители потекут во множестве к новоустроенному городу». Но поскольку этого не произошло, было предписано в город прислать из разных губерний по 100 человек.

9.4. Разбитие промышленности

Итак, предпринимательское сословие в России формировалось в тесной связи с государством, что являлось естественным следствием особой роли государства в хозяйстве России,

Горно-металлургическая промышленность. Толчком к развитию металлургии стала война с Швецией. До этого Россия покупала железо именно у Швеции, занимавшей тогда первое место в мире по металлургии. А теперь, когда металла требовалось намного больше, его импорт прекратился. Поневоле пришлось переливать колокола на пушки.

Сначала стало увеличиваться производство металла в Тульско-Каширском и Олонецком районах. На Урале строительство заводов только еще начиналось. Основателем новых заводов в Тульском районе выступил казенный оружейник Никита Демидов. Впрочем, к этому времени он был уже не просто мастером. У него была крупная мастерская и на него работало не менее 250 наемных работников.

В Олонецком районе заводчиком был компаньон Виниуса Бутенант. Накануне битвы под Нарвой он получил приказ Петра I за 3 месяца изготовить 100 пушек и 100 тыс. ядер. Приказ был явно невыполним. За невыполнение государственного заказа заводы были отобраны в казну.

Между тем в этих старых районах местные руды истощались, да и качество металла из болотных руд было низким. Поэтому началось строительство заводов на Урале. В 1720 г. Урал уже давал половину российского металла, а к 1725 г. его доля выросла до 73 %.

Первые пять заводов на Урале были построены государством. Два из них, Невьянский и Каменский, начали действовать в 1701 г. Основателем этих заводов был Андрей Виниус, сын основателя первых металлургических заводов под Тулой.

Только Андрей Андреевич уже не считал себя голландцем. Он возглавлял сначала Сибирский, затем Артиллерийский приказ. Еще до основания уральских заводов он доказывал Петру, что «наше сибирское железо многим свейского лучше» (Урал тогда относили к Сибири). А потом с полным правом писал, что на Урале «построил четыре завода великие». [9, с. 26].

Один из первых двух заводов, Невьянский, уже на следующий год был передан Демидову. Демидов участвовал в апробации уральских руд, обнаружил, что их качество исключительно высокое, и попросил Петра разрешить ему лить пушки на Невьянском заводе. А так как Демидов уже проявил себя хорошим специалистом и организатором, Петр в 1702 г. передал ему этот завод с территорией радиусом в 30 верст вокруг завода.

Впрочем, Петр, который считал себя лучшим специалистом в любом деле, дал подробные указания Демидову, как вести заводское хозяйство. В частности, он предписал вырубать лес вокруг завода по секторам, «чтоб то место, спустя, опять заросло». Этот метод сохранения лесных ресурсов был положен в основу всего дальнейшего лесопользования на заводах Урала.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14