Коллектив авторов.

«Я поведу тебя в музей…» Истории, рассказанные музейщиками России



скачать книгу бесплатно

Серия «Народная книга»


Руководитель проекта «Народная книга» Владимир Чернец

Координатор проекта, редактор сайта «Народная книга» Владимир Гуга

Руководитель проектов интернет-продвижения «Народной книги» Татьяна Майорова

Редколлегия: Владимир Гуга, Анна Зимова, Екатерина Серебрякова


© Авторы, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

Выражаем благодарность

всем авторам сборника и партнерам за помощь в создании и популяризации книги:


Оргкомитету международного молодежного поэтического конкурса им. К. Р. Наталье Жуковой, ведущей передачи «Музейные историии» на радио «Петербург»

Российскому комитету Международного совета музеев (ИКОМ России) и лично Афанасию Гнедовскому и Динаре Халиковой

Зое Чаловой, Президенту Петербургского библиотечного общества, директору Центральной городской публичной библиотеки им. В. В. Маяковского

Межгосударственной телерадиокомпании «МИР» и лично руководителю Службы интернет-вещания Марии Чегляевой

Анне Всемирновой, корреспонденту «Радио России»

Наталье Шергиной, журналистке

Татьяне Барковой, фотографу

Юрию Мурашкину, фотографу

Школе-студии телевизионного мастерства «Кадр»

Музыкальному телеканалу «Пладис»

«Сообществу Питерских Блогеров»

Журналу «Индустрия туризма и культуры»

Алле Карягиной, ведущей программы «Мир искусств» на радио «Мария»

Санкт-Петербургской лавке писателей и лично Юрию Соболеву

Детской библиотеке истории и культуры Петербурга и лично Мире Васюковой

Академии русского балета им. А. Я. Вагановой и лично Галине Петровой

Государственному музею истории религии (Санкт-Петербург)

Государственному Русскому музею (Санкт-Петербург)

Российскому этнографическому музею (Санкт-Петербург)

Санкт-Петербургскому государственному Музею театрального и музыкального искусства

Российскому государственному музею Арктики и Антарктики (Санкт-Петербург)

Всероссийскому музею А. С. Пушкина и Мемориальному Музею-квартире А. С. Пушкина (Мойка, 12)

Выставочному центру «Эрмитаж Амстердам»

Государственному музею-заповеднику «Царское Село» (Санкт-Петербург)

Государственному музею-заповеднику «Павловск» (Санкт-Петербург)

Государственному музею-заповеднику «Гатчина» (Санкт-Петербург)

Музею-институту семьи Рерихов (Санкт-Петербург)

Государственному Лермонтовскому музею-заповеднику «Тарханы»

Дому-музею Марины Цветаевой (Москва)

Елабужскому государственному музею-заповеднику

Козьмодемьянскому культурно-историческому музейному комплексу

Костромскому архитектурно-этнографическому и ландшафтному музею-заповеднику «Костромская слобода»

Мемориальному музею Бориса Пастернака (Чистополь, республика Татарстан)

Музею деревянного зодчества (Кострома)

Музею электрического транспорта (Санкт-Петербург)

Музею-усадьбе С. В. Рахманинова «Ивановка»

Оренбургскому областному музею изобразительных искусств

Военно-медицинскому музею (Санкт-Петербург)

Тверской областной картинной галерее

Центральному музею Вооруженных Сил Российской Федерации

Чистопольскому государственному историко-архитектурному и литературному музею-заповеднику

«Вся моя жизнь связана с музеями»
Вступительное слово советника Президента РФ по культуре и искусству

Сборник, который вы держите в своих руках, призван подчеркнуть значение музеев в нашей жизни.

Причем не только через знакомство с предметами, которые они хранят, но и через соприкосновение с личными историями, окутывающими музейный мир.

Волею судеб вся моя жизнь связана с музеями, хоть я и начинал свою профессиональную карьеру в качестве журналиста. Но в те времена журналистика была другая, нежели сегодня: сейчас она, главным образом, новостная и, скорее, ориентирована на сенсационность, на что-то сиюминутное. Журналистика того дня – это, прежде всего, рассказ о людях. И даже такой жанр как очерк широко печатался в газетах. Мне нравилось писать о человеческих судьбах и важных событиях – благодаря многочисленным командировкам я знакомился с разными людьми, пытался понять их и поделиться своими наблюдениями. Так же устроено и музейное дело: музеи пытаются интерпретировать окружающий мир, рассказать нам о его явлениях, о культурах и традициях. Поэтому труд писателя схож с трудом музейного работника.

Одним из ярких подтверждений переплетения этих двух профессий служит творчество нобелевского лауреата по литературе Орхана Памука, который написал роман «Музей невинности», а затем воплотил атмосферу жизни своих героев в реальности, открыв музей в Стамбуле. Аналогично миссии музея, литература, особенно – документалистика, призвана зафиксировать, сохранить информацию и пронести ценности сквозь время, оставаясь актуальной и востребованной для общества. По сути, музей учит неторопливому, спокойному, уважительному отношению к наследию, к истории, к памятникам. Человек, прошедший музейную школу, обладает «охранительной психологией». Он по-другому реагирует на угрозу утраты того, что несет в себе память.

Посещение музея – это, как и чтение хорошей книги, – огромное удовольствие и счастье, причем очень доступное. Если говорить о книге – достаточно взять ее с полки и ты уже счастлив, если это хорошая книга. Музей же дополнительно дает ощущение твоего присутствия, твоего нахождения внутри этого мира, мира исторических личностей и событий.

Я уверен, что издание «Народная книга. Я поведу тебе в музей» будет интересно не только сотрудникам музеев, которые смогут познакомиться с воспоминаниями коллег и посетителей, но и для любителей музеев, которым эта книга приоткроет дверь в такой разный и полный открытий мир музейной жизни.

В. И. Толстой,
Вице-президент ИКОМ России, Советник Президента РФ по культуре и искусству

Вместо предисловия

Жизнь удивительна и непредсказуема. Кто бы мог подумать, что когда издательство АСТ задумает выпустить очередную «Народную книгу» (на этот раз посвященную музеям), это приведет к новому петербургскому сообществу, у которого пока нет названия, но похоже, что уже есть будущее.

А началось все с мысли: как музейщиков, людей научных, подчас закрытых, погруженных в собственные искания и серьезные дела, привлечь к сбору рассказов для этого сборника? Услышать от них жизненные, может быть, даже ироничные или комические рассказы об их жизни в музее? Вот тогда-то возникла идея – провести нечто вроде музейного капустника…

Первый питерский капустник решили организовать вне музея, в арт-кафе «Книги и кофе». Он не просто удался – он понравился всем собравшимся! Оказалось, что музейщики – вовсе не погруженные в прошлое люди. Они ироничны, умеют рассказывать замечательные – завлекательные и смешные – истории, любят слушать и умеют заразительно смеяться.

На втором капустнике поступило предложение от представителей Государственного музея истории религии: а давайте встретимся в следующий раз у нас в музее! И – поехало… Один музей сменял другой, приходили новые люди, а старожилы называли себя уже «ветеранами» нового музейного движения. За год капустники из просто дружеского общения превратились во вполне серьезное занятие: на них знакомятся друг с другом, интересуются, чем живут коллеги, осматривают музеи, экспозиции, выставки, а потом разговаривают о них. Сюда приводя новых коллег, здесь находят друзей и партнеров на новые проекты… Сообщество растеклось по городу своими деяниями: сначала выступали на Книжном салоне в Петербурге, потом на Книжных аллеях, а теперь уже постоянным стал музейный час на пятничных вечерах петербургской Книжной лавки писателей.

Поэт сказал: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется…» А вот нам это оказалось – дано, еще до выхода книги. А теперь и книга выходит. И, может быть, не последняя, которую вместе напишут люди, не мыслящие себе жизни без музея.

Наталья Жукова,
ведущая рубрики «Музейные истории» на радио «Петербург»

Открытая территория

«Все течет, все изменяется», – произнес однажды философ Гераклит. И добавил: «Нельзя войти в одну реку дважды». Согласитесь, золотые слова… Но если в мире нет ничего постоянного, то как же человечество может не позволить реке времени унести себя в безбрежное море вечности? Наверное, именно потребность в устойчивости и заставила наших предков создавать Дома муз, многообразие которых сегодня вызывает восхищение. Есть музеи государственные и коммерческие, академические и экспериментальные; музеи, вызывающие эстетический трепет и заставляющие испуганно вздрогнуть. И сколько на свете людей, столько же, пожалуй, восприятий музейной культуры. Один приходит в музей, чтобы погреться в студеный денек, другой – приобщиться к великому; одни благодаря музеям пишут курсовые работы и защищают научные диссертации, другие с их помощью пытаются произвести впечатление на объект ухаживаний. Много дорог ведет в музей…

Собирая истории об этих дорогах, мы составили целую книгу. Среди ее авторов – и научные сотрудники, и путешественники, и экскурсоводы. Если вы думаете, что книга историй о музеях – это собрание строгих манускриптов, вы глубоко заблуждаетесь. Музей – это удивительный мир, в котором совершаются научные открытия и происходят самые разные события – трагические и комичные. Поэтому-то столь разнообразен тематический рубрикатор и пул наших авторов.

Мы начали собирать книгу «Я поведу тебя в музей» в конце 2015 года и, наконец, спустя почти два года она увидела свет. Делать сборник было непросто, так как мы шли по непроторенной тропе: подобные книги прежде не издавались. Но тем не менее мы – авторы, редакторы, эксперты – попытались сделать книгу максимально честной, интересной и компетентной.

Читайте нашу книгу и приходите в музеи.

Музей – открытая территория! Музей – территория открытий!

Владимир Гуга,
корреспондент журнала «Читаем вместе», координатор проекта «Народная книга» и редактор одноименного сайта

I
Музеи, которые мы выбираем


Наум Клейман
историк кино, заслуженный деятель искусств РФ
(Москва)
В искусстве прогресса быть не может

[1]1
  © Н. И. Клейман, текст, фото, 2017


[Закрыть]

Наум Ихильевич Клейман в 1989 году возглавил организованный Союзом кинематографистов СССР Музей кино, ставший настоящим культовым местом столицы. В 2005 году Государственный центральный музей кино был выселен из стен построенного для него Киноцентра на Красной Пресне, и тысячи любителей серьезного кино потеряли площадку для знакомства с лучшими образцами киноискусства и общения с единомышленниками. Наум Ихильевич Клейман рассказал организаторам проекта «Народная книга. Я поведу тебя в музей» о значении музеев в жизни современного человека и поделился своими взглядами на музейную культуру.


Н. И. Клейман. В Японии на семинаре об Эйзенштейне

Музей как Остров чести

Музейный мир России обычно воспринимается лишь через призму двух ее культурных столиц. Однако в регионах живут и работают подвижники, которые создают удивительные вещи. Да, в Санкт-Петербурге и в Москве гораздо больше возможностей для поддержки музейного дела. Но мы порой просто не представляем, сколько изобретательности и истинного таланта проявляли работники региональных музеев во все времена.

Минусинский краеведческий музей получал на международных выставках высшие награды еще в конце XIX – начале XX века. Его основал провизор и фармацевт Николай Мартьянов в 1877 году. Этот музей до сих пор существует и процветает. Я посетил его вместе с Василием Шукшиным в 1963 году. Здесь не просто собраны предметы быта, флоры и фауны Сибири, а показана причастность жителей дальнего края к «большому» миру. Мартьянов создал не просто хранилище артефактов, а собрал модель единого мира, органического, технического, человеческого.

Другой пример – Барнаул. Алтай – потрясающий регион. Горно-Алтайская Автономная область является самым северным в мире буддийским краем. Также здесь очень интересны следы заселения вольноотпущенников-каторжников царских времен, бывших крепостных из разных областей европейской части России. В свое время они приезжали на Алтай, получали там землю… Это соединение культур – буддизма и российских традиций – уникально.

Алтайский край подарил России очень много талантов, в том числе и кинематографистов. В Барнауле есть Государственный музей истории литературы, искусства и культуры (ГМИЛИКА). В Москву, в наш Музей кино не раз приезжали из этого музея замечательные люди – директор Игорь Алексеевич Коротков и его заместитель по научной работе Елена Владимировна Огнева.

Когда-то у барнаульского музея появился филиал – Дом-музей Василия Шукшина в его родном селе Сростки. Теперь у этого музея целая сеть филиалов, в том числе связанных с кино. Уже работает филиал, хранящий память о великолепной актрисе Екатерине Савиновой. В перспективе – открытие музеев режиссера Ивана Александровича Пырьева и актера Валерия Золотухина. Энтузиасты стремятся увековечить имена всех людей, которыми славится Алтайский край. Это не просто хвастовство своей малой родиной, но попытка вдохновить подрастающее поколение: «Ребята, вы живете не на краю света. Ваши земляки – всемирно известные люди». Это необыкновенно важная – и нравственная, и гражданская – функция музея, не говоря уже о сохранении мемориальных вещей и памяти о замечательных художниках.

Иркутский музей декабристов появился буквально на моих глазах. Энтузиасты более столетия собирали экспонаты, связанные с пребыванием декабристов и их семейств в Сибири. Их долго хранили в фондах Историко-краеведческого музея, иногда делая выставки. В 1963 году, когда группа выпускников ВГИКа странствовала по Сибири с дипломными работами, поэт Марк Сергеев говорил о будущем музее, как о мечте – «своей и еще нескольких чудаков». В 1970-м открылась экспозиция в доме Трубецких, позже – и в доме Волконских. Насколько помню, даже тогда концепция этого музея сильно отличилась от генеральной советской доктрины, по которой Декабрьское восстание 1825 года было лишь предтечей Октября.

Основатели этого музея создали своего рода «остров чести», если хотите, который сегодня может играть колоссальную нравственную роль и для Иркутска, и для всей России. Таким же энтузиастом был и Владимир Петрович Купченко, который сделал все для того, чтобы дом Максимилиана Волошина в Крыму стал музеем. Но это – лишь нескольких уникальных музейных явлений, которые вспоминаются в первую очередь. А их гораздо, гораздо больше.

Музей как Судьба

На службу в музеи людей приводит много дорог. Вспоминается одна древнекитайская притча: человека пригласили на государственную службу, которая в Китае была и остается весьма почетным занятием. И он пошел пешком в столицу. Шел он, шел и вдруг увидел, что на пороге дома у дороги плачет маленький ребенок. Оказалось, его родители умерли от болезни. Мужчина решил остановиться и дождаться следующего прохожего, чтобы отдать сироту на его попечение. Но те прохожие, что изредка возникали на дороге, не хотели брать ребенка. Тогда несостоявшийся сановник начал возделывать землю его умерших родителей. Постепенно человек привык к малышу, и провел всю жизнь рядом с ним, так и не попав на государственную службу.

Когда Союз кинематографистов основал музей, я не думал, что для меня он станет работой. Я намеревался продолжать заниматься эйзенштейновским наследием и кинонаукой… Я согласился «помочь с разработкой концепции», посвятить музею года полтора, не более. Но этот «ребенок» меня все-таки не отпустил. Честно говоря, я не боец, у меня совершенно нет бойцовских качеств. Но оказалось, что директор все время должен держать кулаки сжатыми, а локти растопыренными, чтобы новоявленные «хозяева жизни» не уничтожили его музей. Меня неоднократно пытались сломить, но я не мог позволить себе сдаться, чтобы не предать нужное обществу и кинематографу дело и молодых людей, в него поверивших, – не только сотрудников, но зрителей: им необходим был такой музей. Как, впрочем, и самим классикам, которые без нашего внимания к их наследию тоже становятся «сиротами».

Музей кино создавался так долго и непросто, потому что все время менялась установка, каким «должно быть кино»: вчерашние «полубоги» постоянно свергались. В 20-е годы свергли дореволюционное кино, потом, в 30-е, был нанесен удар по так называемым «формалистам», которые помогали кинематографу обрести свой язык, в 40-е били по «политически незрелым» кинематографистам 30-х годов и т. д… Неуважение к своим предшественникам – ужасная тенденция. Почему у нас так сложилось? Тому множество причин. Но, в частности, мы находимся во власти очень странного понимания прогресса как обязательной смены худшего (или недостаточно развитого) – лучшим. А в искусстве прогресса быть не может! Вообще, не уважать своих предшественников, значит – не уважать и своих потомков. На одной из решающих встреч с советскими чиновниками по поводу судьбы Музея кино на Красной Пресне некая кабинетная дама спросила нас: «Ну и какой мусор вы там будете выставлять? Открыточки? Плакатики? Рекламки? Да?»


Станислав Ростоцкий и художник Эльза Раппопорт на ее выставке в Музее кино


К счастью, нас в тот момент, в 1992 году, поддержал Евгений Юрьевич Сидоров, министр культуры, – и Музей кино, на который у расколовшегося Союза кинематографистов уже не было средств, был учрежден заново, чтобы в 2002-м получить статус государственного.

Музей как Палата мер и весов

Из Музея кино вышли не только знаменитости, среди которых Андрей Звягинцев, Алексей Попогребский, Борис Хлебников, но и целый ряд художников, операторов, да много просто хороших людей.


Квентин Тарантино на фондовой выставке Музея кино у костюмов к фильму «Иван Грозный»


Что такое музей? Это – не только хранилище документов и памятников искусства. Это, прежде всего, навигатор в мире культуры. Образно говоря, посетителю в музее дают карту и сообщают: «Вот – Леонардо и Рембрандт, вот – Ван Гог, а тут – Серов. А теперь решай сам, приближаются ли постоянно появляющиеся новые полотна к этим эталонам и что из них – новое явление в искусстве, которое впоследствии тоже станет эталоном?» Я много раз говорил, но не побоюсь повторить, что музей – это некая палата мер и весов. Согласитесь, нам нужно знать, что такое килограмм, что такое секунда, что такое километр. Иначе мы будем потеряны в этом мире. Вот и Музей кино выполнял свою функцию воспитания личности, а также служил палатой эстетических мер и весов в бескрайнем море «аудиовизиона».

Но порой музей играет не только воспитательно-просветительскую роль, но и дает возможность совершить важнейшие личные открытия. Однажды мы показали посетителям фильм «Застава Ильича». После сеанса ко мне подошла молодая женщина и сказала: «Как же я благодарна вам за этот фильм. Теперь я стала лучше понимать свою маму». Для меня это высший комплимент работе музея! Если человек стал лучше понимать свою маму, значит, существование музея оправданно. Этой зрительнице совсем не обязательно разбираться в нюансах режиссуры Марлена Хуциева или операторского искусства Маргариты Пилихиной. Главное, что мама стала для нее частью той реальности, которую она увидела и поняла. А что может быть важнее?

Музей как Гарант постоянства

Может ли музей выжить в эпоху насыщенного спецэффектами кинематографа, цифрового телевидения, компьютерных технологий? Конечно! Когда у нас в Третьяковской галерее сделали первую выставку работ Казимира Малевича, я пригласил на нее моих друзей-технарей, не имеющих прямого отношения к искусству, но искренне желавших понять, за что так ценят в мире этого «абстракциониста». Ведя их по экспозиции и комментируя полотна в меру своих сил и знаний, я вдруг обнаружил, что вокруг становится все больше и больше людей – им тоже хотелось услышать нашу беседу. Известно ведь, что у неподготовленного посетителя первая реакция на творчество Малевича приблизительно такая: «Ну, нарисовал квадрат. И что тут такого особенного? Я тоже так могу». Но люди начинают совсем иначе смотреть на так называемое беспредметное искусство, когда говоришь им, что Малевич учился у иконописцев, в частности у Андрея Рублева, у которого на «Троице» в центре на белом поле почему-то изображен двойной прямоугольник… Оказывается, так геометрически представлено известное еще древним грекам «золотое сечение», связанное и с категориями прекрасного, и с иррациональностью мира. Рублев на этой величайшей иконе изобразил не только ветхозаветное предание о трех ангелах, посетивших дом Авраама, но и новозаветную метафизику единства трех ипостасей Бога. И изобразил не только фигуративно – в безмолвной беседе Троицы о самопожертвовании Христа, но и абстрактно – с помощью геометрической системы кругов и сфер, распространяющихся от Жертвенной Чаши на все мироздание. Если встать перед подлинной иконой в правильной точке, – вдруг окажешься в сфере, выходящей, благодаря обратной перспективе, из иконы в пространство перед ней. Происходит как бы аналог таинства причастия! Этого чуда невозможно достичь ни на каких репродукциях. Аналогичный эффект испытываешь, скажем, в Толедо перед картиной Эль Греко «Похороны графа Оргаса»: стоя перед ней у барьерчика, который поставил, возможно, сам художник, ты вдруг видишь похороны графа на земле сверху, его душу перед Богородицей снизу, а прямо перед собой – безграничный Космос вне перспективы…

В музее возможна и визуальная, и вербальная коммуникация с подлинником, которой лишены другие виды и объекты просветительской деятельности. Ни кино, ни интернет никогда не заменят оригинала! Но в то же время музей не должен отставать от времени, он обязан привлекать все новые и новые средства и формы экспонирования и общения.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4