скачать книгу бесплатно
Марианна опешила. От одной мысли о том, что она будет сидеть целый час, а то и больше в каком-то модном ресторане напротив этого мужчины, ее бросило в жар. Какая у них могла быть общая тема для разговора?
– Спасибо, но нет, – поспешно ответила она. – Я не обедаю, когда работаю.
– Вы не делаете никакого перерыва, чтобы поесть? – удивленно спросил Эдуардо.
– Я делаю перерыв, но только чтобы выпить кофе, иногда и съесть заодно круассан или булочку. Основной мой обед – вечером, когда я прихожу домой.
– Тогда, может быть, я угощу вас кофе с пирожным?
Не придумав никакой причины для отказа, Марианна нехотя кивнула:
– Хорошо. А теперь мне пора вернуться к своему занятию.
– Тогда я попрощаюсь с вами, Марианна. – Мужчина коротко, с загадочным видом кивнул. – До встречи.
Встреча произошла двумя днями позже. Подвергавшаяся испытанию душем из ледяного дождя со снегом, Марианна пряталась под зонтом вместо того, чтобы играть на гитаре, и уже всерьез подумывала о том, не прекратить ли ей петь и уйти? Но тут выглянуло солнце, ледяной душ стих – и, словно по волшебству, появился Эдуардо де Сауза.
Он был в своем модном кашемировом пальто и в небрежно наброшенном на шею шарфе. В таком наряде уместнее пойти на театральную премьеру, а не совершать обыденную поездку в маленький городок.
– Здравствуйте, – улыбнулся он, а его низкий, густой голос прозвучал немного более хрипло, чем она помнила.
– Привет… – пробормотала Марианна. Потом стряхнула капли с зонта, сложила его и прислонила к стене. – Не слишком удачный день для поездки в город, – заметила она.
– К счастью, я не попал под ливень. Весь предыдущий час провел на выставке.
– На той же, на которую вы приезжали раньше? – Да.
– Должно быть, это какая-то очень увлекательная выставка, раз вы туда так зачастили. Что там такое?
– Это выставка работ одного французского фотографа, которого я лично просто обожаю… ретроспектива его парижской жизни сразу после войны, в то время, когда город восстанавливали. Он недавно умер, я увидел статью в одной из местных газет с рекламой этой выставки.
– О! – Вытащив гитару из футляра, Марианна смущенно улыбнулась. – Пожалуй, мне надо сходить и посмотреть самой, пока выставка еще не закрылась.
– А вас интересует эта тема?
– Меня всегда интересовало творчество и искусство… в любой форме. Мне интересен взгляд других художников на мир. Мы так по-разному смотрим на все, что нас окружает!
На миг человек, стоявший перед ней, замер, словно всерьез и в то же время без всякого удивления обдумывал то, что сказала Марианна. Потом он бросил взгляд на свои часы, дорогие на вид, но в то же время не бросающиеся в глаза:
– Как насчет того, чтобы пойти прямо сейчас выпить кофе?
И снова не найдя повода отказать ему, промерзшая до костей после часового стояния на дожде, Марианна согласилась:
– Хорошо.
В знакомом кафе с веселенькими занавесками в красно-белую клетку и такими же скатертями, где аромат свежезаваренного кофе смешивался с запахом пара от промокшей одежды клиентов, все было забито. К счастью, ей удалось найти столик возле дровяной плиты. Почти тут же появилась официантка, чтобы принять заказ, – у Марианны не было сомнений в том, что так и произойдет: Эдуардо выглядел отнюдь не как рядовой посетитель. Его почти королевская осанка и внушительная внешность привлекали внимание.
«Вот только что я делаю в его компании?» – Марианна с неодобрением взглянула на свою гитару в потрепанном футляре.
Эдуардо сделал заказ. Положив руки на клетчатую скатерть, он молча смотрел на нее. Она откашлялась и натянуто улыбнулась, чувствуя себя неловко в своей нелепой одежде.
– Какое милое местечко. Выгодно отличается от местных кафе, в которых я обычно бываю. Кофе здесь очень хороший, да и выпечка тоже неплохая. Я рад, что вы выбрали столик у огня… вы кажетесь совершенно замерзшей!
– Уже нет. Я согрелась.
Расстегнув несколько пуговиц на куртке, Марианна с улыбкой посмотрела на Эдуардо, искренне тронутая его заботливым тоном.
– Я вынужден спросить вас… Ваши родители одобряют, что вы поете на улице? – спросил он, нахмурившись.
«Итак, лично он этого не одобряет!» – сделала вывод Марианна.
– Их больше нет рядом со мной, поэтому они не могут выразить свое мнение, – ответила она. – Знаете… не хочу показаться грубой… но это вас не касается!
– Сколько же вам лет? Семнадцать? Восемнадцать?
Марианна перестала крутить в руках сахарницу и с негодованием взглянула на него:
– Для вашего сведения, мне уже двадцать четыре – и я вполне способна сама заботиться о себе и принимать собственные решения, не спрашивая ничьего согласия! В том числе и родителей, даже если бы они находились рядом.
– Дело в том, что вы выглядите значительно моложе… – пробормотал Эдуардо.
– Вряд ли я виновата в этом! – усмехнулась Марианна.
– Я просто обеспокоен тем, что вы выбрали для своей работы улицу. Не могли бы вы петь где-нибудь в другом месте?
– Здесь есть один народный клуб, в котором я иногда пою, но он открыт только два раза в месяц. Мне этого мало. Кроме того, – добавила Марианна, – торговцы, которые работают на здешней ярмарке, присматривают за мной. Кто-нибудь из них немедленно придет мне на помощь в случае чего.
Эдуардо вздохнул:
– Ну хоть что-то…
– Пожалуйста, не думайте больше об этом. Я пою на улице уже больше года, и пока со мной ничего страшного не случилось!
Официантка принесла им кофе и два больших куска фруктового пирога, который заказал Эдуардо. Марианна положила в свою чашку сахар и размешала.
Он полез во внутренний карман своего пальто за бумажником, достал визитную карточку и протянул Марианне.
– Зачем это?
– Если вам когда-нибудь что-то понадобится…
– Что мне может понадобиться от абсолютно незнакомого человека?
И тут, к собственному ужасу, Марианна вдруг осознала, что близка к тому, чтобы расплакаться. Какое-то предательское чувство незаметно подкрадывалось к ней, и сейчас уже слишком поздно, чтобы его сдержать. В последнее время с ней это часто случалось.
Бразилец поджал губы:
– Работа, например… И, судя по тому, что мы сидим сейчас здесь вместе, я больше не незнакомый вам человек. Если станет еще холоднее – а прогноз неутешительный на конец января, – вам может понадобиться какой-то альтернативный способ зарабатывать. Работа, которая сможет обеспечить вам крышу над головой и нормальное питание.
– А что за работа? – заинтересовалась Марианна и невольно посмотрела в окно на серо-стальное небо, обещающее дальнейший снегопад. Ее охватила дрожь.
– Мне нужна помощница по хозяйству. – Он пожал широкими плечами.
– Помощница по хозяйству?..
– У меня уже есть слуга, выполняющий мои личные поручения… но, живя здесь уже почти год, я все больше понимаю, что мне не помешала бы помощь по дому. В данный момент у меня работают уборщицы по контракту, а Рикардо, мой слуга, стряпает. Но если вы умеете готовить, он будет только рад избавиться от этой обязанности. Подумайте и позвоните мне, если захотите попробовать. Мой дом находится за городом, в довольно безлюдном месте. Если вас это не смущает, тогда, думаю, вы не будете разочарованы.
– И вы предоставили бы мне эту работу, даже не зная, смогу ли я выполнять ее? – скептически спросила Марианна, взглянув на него чудесными ореховыми глазами.
– Вы производите на меня впечатление очень независимого человека, быстро все схватывающего и не суетливого. Уверен, вы прекрасно со всем справитесь.
– Вы всегда так доверчивы по отношению к совершенно незнакомым людям? Я же могу оказаться кем угодно! А что, если я стяну у вас столовое серебро или какие-то необыкновенные фамильные ценности?
Уголки жесткого рта Эдуардо поползли вверх. На миг у Марианны перехватило дыхание от веселой вспышки, преобразившей неотразимые голубые глаза.
– Неужели девушка, которая поет на улице, зарабатывая какие-то мелкие монеты, и возвращает мне пятидесятидолларовую банкноту, чтобы я пожертвовал ее бездомным, способна украсть даже крошку хлеба у своего работодателя? – Он покачал головой и снова стал серьезным. – Не думаю.
– Я благодарна вам за ваше участие и за предложение работы, но еще не готова к переменам. Пока не разразится настоящая пурга, я буду петь на улице.
– Ну что ж… Вам решать, конечно. Что же вы не попробуете пирог? Выглядит очень аппетитно.
– Спасибо. Попробую.
Через двадцать минут они расстались: Марианна возобновила пение на улице, а Эдуардо направился по своим делам. Она не стала спрашивать его куда. Но когда посмотрела ему вслед, ее сердце забилось чаще.
– Спой нам, дорогая! – Один из веселых уличных торговцев фруктами остановился перед Марианной, хлопая себя замерзшими, несмотря на перчатки, руками. – Нам нужно чем-нибудь согреться. Сегодня холодина похлеще, чем в Сибири, а вечером прогнозируют еще и сильную метель. Не знаешь ли ты песен про весну?
Марианна улыбнулась:
– Как насчет песни о первоцвете?
– Отлично, – улыбнулся ей в ответ торговец.
Когда предложение о работе сорвалось у Эдуардо с языка, он и сам удивился. С уборщицами, работавшими у него по контракту, он лично не общался. Одно дело – Рикардо, которого он привез с собой из Рио-де-Жанейро, и совершенно другое – пригласить новую молодую знакомую под свою крышу, чтобы она стала его помощницей по хозяйству. Особенно когда он так тщательно охранял свое личное пространство.
Да, помощница по хозяйству ему действительно нужна. Но Марианна отвергла его! Честно говоря, он не особенно верил, что она примет его предложение, но все же… Эдуардо задело то, что она не согласилась. И он был убежден, что если снова попытается предложить ей деньги, она швырнет их ему в лицо и пошлет его к черту! У девушки крутой характер, это уж точно!
Эдуардо был искренне поражен, что она оказалась вовсе не подростком, а двадцатичетырехлетней женщиной.
Он прошел в отделанную мрамором ванную, нервно взъерошил волосы и вздохнул. Лучше всего было бы сдержать филантропические порывы, касающиеся этой молодой женщины, и сосредоточить усилия на том, чтобы восстанавливать пострадавшую ногу. А потом, когда он окончательно выздоровеет…
Эдуардо подошел к большому овальному зеркалу, пристально посмотрел на свое отражение и скорчил гримасу, увидев глубокие тени под глазами – следствие телесных и духовных страданий и бессонных ночей.
А потом…
«А потом будет видно», – сказал он себе, с трудом представляя свое будущее.
О каком будущем можно было говорить, когда две жизни, так тесно переплетенные с его собственной жизнью, были вырваны с корнем? Когда каждую ночь ему снится кошмарный сон о той катастрофе, которая убила их? Сон о катастрофе, которая произошла из-за него?..
Глава 3
Торговец фруктами, предрекавший метель, оказался прав. Утром, выглянув в окно, Марианна увидела белоснежную мантию, накрывшую сад и улицу.
Приготовив себе горячий шоколад, она стала наигрывать на фортепиано незаконченную песню, которую сочиняла. Наконец, не в силах больше выносить одиночество, надела поверх джинсов и свитера теплую куртку, натянула сапоги, водрузила на голову шапку и вышла на улицу.
От морозного воздуха перехватывало дыхание, глаза слезились. Идти по снегу было трудно, но она заставила себя совершить прогулку в ближайший парк. При виде веселых детей, катающихся с горки на санках и играющих в снежки, к ней снова вернулась надежда на будущее. А если какие-то горькие воспоминания о ее собственном детстве, лишенном таких радостей и ощущения защищенности, и начали подбираться к ней, она решительно отбросила их.
Вернувшись домой, Марианна поклялась себе и впредь отметать от себя подобные воспоминания. В середине дня рано опустившаяся на городок темнота заставила ее снова зажечь везде свет и задернуть занавески. Сидя в кресле у камина, она смотрела на языки пламени, лижущие поленья, и в который уже раз обдумывала перспективу своей одинокой жизни в ближайшем будущем.
Доналд бы страшно рассердился на нее за то, что она сидит здесь одна и жалеет себя. Это уж точно! Марианна вдруг расплакалась. Так долго сдерживаемый поток слез вырвался наружу.
А когда слезы иссякли, Марианна подошла к кровати и легла, свернувшись клубочком. Она накрылась с головой пуховым одеялом, чувствуя себя совершенно опустошенной. Перед тем как закрыть глаза, девушка поклялась себе, что никогда больше не допустит такой бесплодной жалости к себе! Завтра наступит новый день, который наверняка принесет что-то интересное.
Однако когда на следующее утро она подняла угол занавески и увидела еще более толстый покров снега и кружащиеся в воздухе снежинки, ей пришлось собрать все свои силы, чтобы не пасть духом. Ночью она многое обдумала и сегодня должна была многое сделать, чтобы выполнить свое решение.
Взрослые дети Доналда – Майкл и Виктория – оспорили завещание отца, по которому он оставляя дом и все свое имущество Марианне. Почти полтора года она терпела формальные и холодные письма от их адвоката, приводящего разные доводы в пользу детей Доналда. Адвокат намекал на то, что Доналд, отдавая все своей жене, был не в своем уме…
С нее хватит! Пусть забирают и дом, и все имущество. Она все отдаст им, не раздумывая и без всякого сожаления.
Марианна была уверена, что Доналд простил бы ее за это.
А она сама не хочет быть никому обязанной. Даже своему покойному мужу. Она хочет снова быть свободной… Так что из этого дома она возьмет только свою одежду, гитару и те небольшие сбережения, которые у нее есть. Все остальное – даже подарки, которые ей делал Доналд в течение их короткого брака, – она оставит его алчным детям.
Решив ничего не откладывать в долгий ящик, Марианна потратила весь день на уборку дома, расставила на полках книги, упаковала свои вещи и поставила мебель так, как та стояла, когда она впервые въехала сюда с Доналдом.
Проснувшись на следующее утро, Марианна увидела, что снег все еще продолжает идти. Значит, сегодня у нее не будет возможности выбраться в город.
Марианна импульсивно принялась искать визитную карточку Эдуардо де Сауза, которую тот настойчиво вручил ей. А затем дрожащими пальцами стала набирать номер его домашнего телефона.
Теперь, когда она приняла решение уехать и наладить новую жизнь, обеспечить свое будущее, ей не терпелось поскорее оставить прошлое позади и начать все сначала. «Но снежные заносы могут задержать меня надолго», – подумала она, чувствуя, как ее охватывает настоящий страх, пока она ждала, когда ей ответят на том конце провода.
– Алло? – ответил мужской голос с акцентом.
– Это мистер де Сауза? – отважилась спросить Марианна.
– Нет. Могу я спросить, кто звонит?
Решив, что это, должно быть, его слуга, Марианна четко произнесла:
– Марианна Локвуд. Мистер де Сауза может подойти?
После некоторой паузы мужчина ответил:
– Подождите, пожалуйста. Я посмотрю.
Пока этот человек разыскивал своего хозяина, Марианна несколько раз порывалась положить трубку.
Что она делает?! Она понятия не имела, что значит быть помощницей по хозяйству. Не знала и о том, каким работодателем может оказаться Эдуардо де Сауза. Вне всякого сомнения, он будет строгим и придирчивым и заставит ее горько раскаяться, что она приняла его предложение работать у него.