Клара Колибри.

Злоключения начались в пятницу, или Сон в руку



скачать книгу бесплатно


Накануне мне приснился сон. Очень суматошный и скандальный. Ругалась я там отчаянно, до хрипоты, и со многими. С известными мне людьми и совершенно чужими. Как если бы ополчилась на весь белый свет. Дело даже чуть не дошло до драки. И этого не произошло потому, что заставила себя проснуться. Уже, было, там во сне, руку занесла, чтобы ударить, а она начала тяжелеть и неметь, потом совсем зависла и, как если бы, была сама по себе. Я вздрогнула, дернулась всем телом и тогда поняла, что это сон. И в тот же миг открыла глаза. Сердце в груди колотилось, как сумасшедшее, в душе царила паника, хоть разумом и успела понять, что все закончилось пробуждением.

На прикроватной тумбочке стояла лампа, а рядом с ней будильник. Я это знала очень хорошо, потому что они всегда там стояли. Но рассмотреть циферблат не удалось, так как в комнате было темно. Уже густая темнота подсказывала, что до рассвета далеко. Только я все же зажгла лампу, чтобы посмотреть, который час. Половина второго. Еще спать и спать. Погасила свет, потыкала кулаком в подушку, чтобы та сделалась повыше. Потом плюхнулась на живот, натягивая на себя одеяло, а щеку устроила на подушке.

Вроде, устроилась хорошо. Лежать было удобно, смогла расслабиться, а возникшее, было, сердцебиение понемногу успокоилось. Глаза закрыла, но как-то уж сильно сжала веки, наверное. Может, поэтому новый сон не хотел мне явиться, и вообще, отключиться не получалось. Учла этот факт. Уговорила себя расслабить и веки, и все лицо в целом, даже немного почмокала губами, чтобы убедиться, что все в порядке. Вздохнула. Сначала судорожно, но на второй раз получилось успокоиться окончательно, и вздох получился тихий и плавный. Только вот сна не было все равно.

Пришлось подняться с постели и пройти на кухню, чтобы выпить воды. Надеялась, что это мне поможет отвлечься от неприятного недавнего сновидения. Шмыгая по полу тапками, дотащила себя до графина с водой. На ощупь нашла в темноте на столешнице его и обычно стоящий рядом стакан. После чего принялась наливать воду, стараясь не пролить мимо, для чего повернулась к окну, за которым светился уличный фонарь. Свет не зажигала специально, чтобы не разгуляться совсем. Воды выпила совсем немного, так как больше не хотелось. И снова пошмыгала к кровати.

Когда улеглась под одеяло, то еще долго ворочалась с бока на бок и, в итоге, накрутила на себя пододеяльник и сбила простыню. Пришлось подняться и поправить постель. Устроилась снова, теперь на спине, и закинула руки за голову. Раз сон не шел, решила немного полежать и подумать. Мыслями унеслась к маме. Сейчас она была от меня очень далеко. В Сибири, где жила с отчимом. Он у меня родом из тех мест. По профессии строитель. Когда ему предложили там хорошо оплачиваемую работу, уговорил маму переехать в его родной город. И вот, они жили там уже больше года. Я же осталась в нашей маленькой квартирке. А той ночью лежала в постели, вспоминала родителей и не заметила потом, как снова уснула.

Это все было совсем недавно.

И по всему, тот суматошный сон предсказывал мне неприятные перемены в жизни. И как иначе, если, откуда ни возьмись, на меня посыпались такие злоключения, о которых и подумать ранее не могла. Даже кошмары, что видела в детстве, с плохими дядьками и чудовищами, не впечатляли настолько, чтобы теперь с ними сравнивать мои несчастья. И еще. Я к ним совсем не была готова. Откуда, скажите на милость, мне было иметь закалку и хорошую физическую форму, если привыкла к размеренной и обыкновенной жизни учителя младшей школы. Ладно бы была учителем физкультуры, тогда еще, да. Прыгала бы, бегала и подтягивалась каждый день, что, конечно, не могло не сказаться на моих физических возможностях. Но, нет, я даже зарядки по утрам не делала, отличалась слабостью, худобой и бледным лицом. Учила детишек читать и грамотно писать, всего-то. И можно еще было вспомнить о моих нервах. Стали в них не было ни на миллиграмм. Просто нисколько. Самые обыкновенные. А сила воли? Только если совсем чуть-чуть. Бывали некоторые жизненные ситуации, когда я из них выходила достойно, но они случались со мной, слава богу, совсем не часто. Поэтому, и волю закалить у меня возможности тоже не было.

И вот, моя жизнь совершила немыслимый крен. Все происходило, как если бы и не со мной вовсе. Только представьте, меня в данную минуту волокли к неизвестной машине с непонятной целью. Двое крепких мужчин, которых впервые видела, а лучше бы и вовсе с ними было не встречаться, держали меня под руки и тащили с платформы от электрички. Спрашивается, за что и для чего? Я приехала сюда, чтобы искупаться в озере, которое находилось неподалеку. Как и другие пассажиры, несколько минут назад купила билет и села в вагон. Народу было мало, может быть из-за времени, ведь дело происходило ранним утром в пятницу. Хоть и шел июль месяц, а свободных мест в электричке наблюдалось много. Я поставила пляжную сумку, в которой лежали полотенце, купальник, книжка и кошелек, на скамейку рядом с собой. Если это было преступлением, то я совсем ничего не понимаю в этой жизни.

И так, я удобно устроилась и стала смотреть в окно. Еще в голове проскочила мысль, почитать ли книгу, раз ехать пришлось бы примерно двадцати минут. Но решила, что получать удовольствие от чтения начну уже на пляже. Сложила руки на груди, ногу на ногу, и просто, ни о чем не думая, сидела и смотрела в окно. А через несколько минут ко мне подошел мужчина. Нет, сначала я решила, что он просто подошел, так как захотел сесть на свободную скамейку, и не придала этому никакого значения. И когда заговорил, не поняла даже, что обращался ко мне. С виду обыкновенный, одет был просто: джинсы, футболка, летние кроссовки. Ничего примечательного. Ну, волосы у него сильно отросли, пшеничного цвета, прямые и лезли прямо в глаза, поэтому он их часто пятерней откидывал назад.

– Вы что-то меня спросили?

– Надо же, мы уже и на «вы»!

Этот ответ давал мне понять, что он считал меня своей знакомой, и даже близкой, раз сказал, что были на «ты». Но я-то знала, что видела его впервые. И была в этом совершенно уверена. Что-что, а память на лица у меня была хорошая. Кстати, хоть это качество у меня не подкачало, но в остальном ничем похвастать не могла.

– Извините, но я вас впервые вижу. – Сказала и посчитала разговор законченным, оттого и отвернулась снова к окну, решив дальше его просто игнорировать.

– Смотри-ка, расселась тут! Только на нее взгляните!

Совершенно не было понятно, что его так разбирало. Я пожала в недоумении плечом и решила, что, пожалуй, возьму сумку на колени, раз этот тип вяжется, что я слишком расселась.

– Извините. – Пискнула, когда перетягивала свои вещи ближе. Еще и подвинулась плотнее к окну, чтобы совсем ему угодить, занимая меньше места.

– Культурную она из себя строит!

Эта фраза мне особо не понравилась, так как почувствовала, что за ней последуют еще высказывания, и дожидаться их желания не было. Поэтому встала и бочком прошла мимо него, направляясь в другой конец вагона. Только села там, как тип снова оказался рядом.

– Куда едем, дорогуша?

– Вам-то какое дело? Оставьте меня в покое. – Сказала и начала озираться в поисках возможной поддержки, если мужчина не успокоился бы.

Но увиденная картина не радовала. В вагоне всего-то было человек пять пассажиров. Точно: бабулька, дедулька, женщина с малым ребенком, который все хныкал и капризничал с самого вокзала, пьяное нечто в грязной одежде, устроившееся спать на лавке где-то посередине вагона, и мы двое. Правда, электричка начала замедлять ход, приближаясь к следующей станции, и у меня могла появиться надежда на, скажем, пару-тройку крепких мужчин, которые могли бы зайти в наш вагон. Но серьезно беспокоиться я, все же, к тому моменту еще не начала, оттого и не воспользовалась остановкой, чтобы выскочить на станции, когда поняла, что к нам никто уже здесь не зайдет.

– Где же тебя носило-то? Набедокурила и думала смыться? Так, что ли?

Я взглянула в его глаза, стараясь понять, что это: розыгрыш или сумасшествие. У мужчины они были серые, строгие, но не злые. Обыкновенные глаза, и не был он похож ни на наркомана, ни на больного. На шутку тоже не смахивало, за это говорила серьезная озабоченность во взгляде и в голосе. По всему, он был уверен, что я его знакомая, которая доставила ему массу неудобств в некотором прошлом.

– А, знаете, что? Я, наверное, очень похожа на кого-то вам близкого. Со мной недавно уже было такое. Ехала я в метро, а напротив меня сидела…

Мне показалось правильным поведать эту историю. Отчего-то показалось, что та ситуация и эта были идентичны. Только в тот раз ко мне обратилась пожилая женщина, назвала доченькой и стала интересоваться, нашла ли я своих родственников. Тогда было достаточно сказать, что вы, мол, ошиблись, я родственников не теряла и не искала, чтобы женщина извинилась и не пытала бы меня дальше. Она только несколько удивленно покачала головой, повторила пару раз, что, ну, очень похожи, как две капли воды просто, и вышла из вагона на следующей остановке.

– Кончай дурить, Маринка. Мне твои байки не интересны. Заткнись и говори, где была и куда сейчас направляешься. – Прервал он мой рассказ в самом начале.

– Ну вот! – обрадовалась я, что сейчас уже все должно было разъясниться. – Мое имя вовсе не Марина. Я – Лиза. Елизавета Ивановна Гаева.

Это все выдала ему на одном дыхании, с извиняющей улыбкой на губах и с пониманием ситуации в моих голубых глазах. Я, конечно же, рассчитывала немедленно услышать извинения. Не тут-то было.

– Кончай, сказал. Не выводи меня из себя. Ты знаешь, что я страшен в гневе. Поэтому немедленно отвечай на мои вопросы.

– Да, вы кто?! – это я выпалила от растерянности, на самом деле, мне было все равно, кто он такой, лишь бы отстал.

– Ну, артистка! Впрочем, ты всегда любила дурачить и разыгрывать, вот и поднаторела. Сейчас у тебя тоже здорово получается играться. Так и хочется паспорт показать. Только не советую заигрываться. Даже у меня терпение подходит к концу, а уж у Славки…

Упоминание о неведомом Славке весомо добавило тревоги в и так взволнованную душу. Мне и этого патлатого хватало в избытке, а там еще один мог появиться. Было, отчего заерзать на лавке и начать озираться с новой силой.

– Говори немедленно, куда собралась, злыдня!

От явной агрессии, прозвучавшей в его голосе, даже вздрогнула, прижала сумку к груди, заморгала часто-часто и принялась шевелить губами, но пока беззвучно, так как мысли вдруг покинули мою голову. А вернулись они минут через пять. К тому моменту мужик уже отрезал мне путь для бегства, сев так, чтобы не могла его миновать, если надумала бы рвануть на выход. И мне оставалось только с тоской послушать сообщение, что следующая платформа «Озерная», и проводить взглядом через стекло окна удаляющийся перрон.

– Следующая остановка моя. – Пропищала я, не зная к кому обращаясь.

– Вот и отлично. Приедем, значит. – Тип самодовольно хмыкнул, достал из кармана джинсов мобильный, набрал номер и приложил телефон к уху. – Славик, мы сходим на «Озерной». Да, там рядом. Договорились. Я уже понял, что тебе не терпится. Ха, ха!

Его смех поверг меня, мягко говоря, в панику. Думала даже, что пребывала на грани обморока. Но тут меня вдруг осенило.

– А, если я вам паспорт покажу, вы от меня отстанете?

– Ну, покажи.

Обещания он давать не стал, но в его взгляде мне почудился интерес. И потом, паспорт – это серьезный документ, сразу должен был вразумить этого упертого мужика. Оттого я и полезла в самый низ сумки, где под полотенцем у меня была запрятана маленькая дамская сумочка с косметикой и документами.

– Вот. – Извлекла из нее паспорт и раскрыла его так, чтобы легко читалась фамилия рядом с моей фотографией.

– О, как! – крякнул патлатый и, сделав резкое движение в мою сторону, вырвал документ из рук.

– Вы что?! – я тоже дернулась и хотела вернуть себе утраченное, но мне в грудь уперлась его вытянутая рука, не давшая особенно привстать с лавки.

– Тихо, тихо! Не рыпайся, дорогуша. О, как! И, правда, паспорт. Хорошо сделан! Я бы сказал, что выглядит лучше настоящего. Твой-то, насколько помню, такой весь помятый, а здесь… ха, ха!

Дальше произошло то, во что мой разум просто отказывался верить. Но, как ни печально, это произошло на самом деле. Мужик приподнялся, придвинулся к окну, высунул руку с зажатым в ней паспортом в открытую фрамугу и разжал пальцы. Документ подбитой птицей полетел сначала немного вдоль вагона, а потом скрылся в кустах, что росли недалеко от железной дороги.

– О-па! Была Елизавета Гаева, и не стало Елизаветы Гаевой. – Широко и глумливо улыбнулся мне этот гад. – Теперь передо мной снова Марина Сергеевна Тихомирова. Здорово?

Я сидела на лавке, окаменев. Мои глаза, наверное, были похожи на блюдца, рот так и остался открытым после выкрика «стой». Это состояние длилось не менее минуты. Потом вспомнила, что была слаба и никак не смогла бы противостоять этому бесчинству. От этого на глаза навернулись слезы, и я заплакала. Совсем тихонько, как делала это всегда. Сидела, сжавшись в комочек, хлюпала носом и промокала слезы носовым платком, смятым в кулаке.

– Ну, этими слезами ты уже никого не разжалобишь, дорогуша. Насмотрелись и наслушались! И давай-ка подниматься, Маринка. Мы уже подъезжаем к платформе «Озерная». Пошли скорее. Славка нас ждет.

– Сколько можно повторять? Отстаньте от меня! – заикаясь и всхлипывая, попыталась сопротивляться и не дать себя схватить за локоть, только он был ловчее и сильнее.

– Не дергайся, хуже будет!

Сказал, сжал покрепче мой локоть и повел, как под конвоем, к выходу из вагона. Как только двери открылись, он выдернул меня из тамбура на платформу. Я попыталась упереться, но только споткнулась в дверях и чуть не угодила в промежуток между боком вагона и щербатым асфальтовым краем платформы. И если бы не его сильная рука, непременно сломала бы себе ногу. Но благодарности у меня возникнуть к нему не получилось. А тут еще выронила из рук сумку со всем ее содержимым, хотела было остановиться и поднять, но этот тип продолжал дергать и тянуть. Получилось, что сумка попала под ноги какому-то мужчине, вышедшему из соседнего вагона и направляющемуся в том же, что и мы, направлении. Он споткнулся об нее и остался этим очень недовольный. Быстро нагнулся, поднял, сунул мне в руку и поспешил нас обогнать.

– Чего вещами разбрасываетесь?! – это было его ворчливое обращение ко мне.

Я хотела было воззвать к нему за помощью, но замялась, увидев хмурое лицо. Решила поискать другого защитника, завертела головой, но обнаружила, что рядом больше никого нет.

– А, а! – снова обратила свой взор к спешащему мужчине, поднявшему мою сумку.

– Не орать! – рявкнул на меня патлатый и больно дернул за руку.

Спина несостоявшегося защитника быстро удалялась, а в следующий момент ее и вовсе перестала видеть. А все потому, что на платформе появился новый объект для моего внимания. Тоже мужчина, и этот факт возродил угасшую, было, надежду на свободу. Он был чуть выше среднего роста, плечист, молод, на лице смогла рассмотреть хорошее настроение, во всей фигуре угадывалась кипучая энергия. Я тут же решила, что мне его послал сам господь бог. Взглянула на него с оптимизмом, плечи расправила, уже предвкушая, как избавлюсь сейчас от тяжкого гнета патлатого, и приготовилась воззвать к спасителю. Но не успела.

– Что, узнала? Рада воссоединению? Молодец. В твоем положении лучше кинуться к нему на шею и навешать лапши на уши, что, мол, люблю больше жизни, а что сбежала, так это все бабья дурь, но она уже вся выветрилась. Да, что я тебя учу?! Сама лучше знаешь, что и как, ведь это у вас уже не в первой…

Его слова были похожи на гром среди ясного дня, или на ушат холодной воды, вылитый мне на голову. Оказалось, что спасения ждать было неоткуда. К нам приближался ни кто иной, а сообщник патлатого по имени Слава. Он вбежал на платформу и стал крутить головой направо и налево. Но как только заметил нас, замедлился, развернулся в нашу сторону и пошел навстречу широко раскинув руки.

– Здравствуй, моя дорогая! – произнес певуче, но мне его голос не понравился.

Как и весь он сам. Да, вот так, оказывается, я была устроена. Когда надеялась на его помощь, то он мне виделся чуть ли не красивым, но уж симпатичным героем, точно. Но, когда надежда угасла, то и достоинства его внешности потеряли для меня всякое значение. Теперь даже он казался мне страшным, в смысле, устрашающим. И здороваться с ним или знакомиться не было, ну, никакого желания.

– Я вас не знаю. – Упрямо наклонила голову и смотрела на этих двоих из-под бровей.

Вот и вылезло наружу мое самое яркое природное качество, которым наградила меня моя бабушка. Это мама мне всегда так говорила, что мое ослиное упрямство досталось мне от ее свекрови, и больше та мне ничего не дала. Я никогда не спорила. Маме, должно быть, виднее.

– Это еще что такое? Витя, такого еще не было, согласись. – Темноволосый Вячеслав продолжал улыбаться, когда подошел вплотную к нам, но улыбка его претерпела изменения, радости в ней больше не было, ни в каком виде.

– Отпустите! Или пожалеете об этом! – сверкнула я на него глазами.

– Ах, ты дрянь!

Взмах его руки был так стремителен, что я его не очень и заметила, только почувствовала потом, как мне обожгло щеку.

– Теперь ты меня узнала, любимая?

– Впервые вижу, и я к вам не имею никакого отношения.

В следующий раз он ударил сильнее. У меня даже дернулась голова и едва не оторвалась, а на губах появился вкус крови. Еще я не устояла на месте и попятилась, опасно приблизившись к краю платформы.

– Что, дорогая, еще поиграешь или все же признаешь своего мужа? – зашипел он мне в лицо.

– Славка, давай до дома подождешь со своими разборками… – дернулся было ко мне патлатый, носивший, как выяснилось, имя Виктор.

– Эй, молодые люди! – откуда-то раздался скрипучий старческий голос. – Кончайте хулиганить!

Говорившую я видеть не могла. Мужчины стояли так, что загораживали от меня все пространство платформы. А очень надеялась, хоть на чью-нибудь помощь. Поэтому тот женский голос придал мне сил.

– Я не замужем. Мое имя Елизавета. Вас вижу первый раз в жизни. И очень надеюсь, что в последний.

Ведь заметила же, как глаза Вячеслава налились яростью, видела, что Виктор тоже не на шутку разозлился и все же попытался задержать приятеля, когда тот дернулся ко мне, но остановиться уже не смогла и продолжала свои утверждения.

– Сейчас я легко узнаю, кто ты есть. – Выдохнул мне в лицо дорвавшийся «муж» и с силой толкнул в грудь.

Меня, конечно, откинуло назад. Сделала всего один шаг, а оказалось, что осталась без опоры под ногами. Иначе и быть не могло, ведь уже стояла на самом краю платформы. На кокой-то миг наблюдала их хмурые лица и замершие фигуры, никто из них не собирался протянуть руку и задержать, только наблюдали за моим падением. Вот это да! Это были мои последние мысли, прежде чем опустилась спиной и головой на землю под платформой. После этого уже ни о чем не могла думать, отключилась. Но пришла в себя быстро.

– Ты это видел?! Что скажешь? – «муж» согнулся рядом с моим бездыханным телом, видно спрыгнул следом за мной с платформы.

– Черт знает, на что это похоже! – свесился к нам сверху Виктор.

– Полиция! Караул! Женщину убивают, полиция! – кричал женский голос откуда-то издалека, и по всему удалялся еще больше.

– Давай, прими ее у меня. Надо двигать отсюда. Держи.

– Принял. Не беспокойся. Вроде, пришла в себя…

– Да, похоже. Но затылком приложилась крепко. Бери ее под другую руку, и скорее давай к машине.

Никто и ничто не помешали им быстро дотащить меня до недалеко припаркованного автомобиля, погрузить на заднее сиденье и увезти в неизвестном направлении.

Ехали мы долго. За всю дорогу я несколько раз погружалась в забытье. А когда машина остановилась, очнулась, как ото сна, взглянула в окно и увидела там солнце, и оно клонилось к горизонту. Перед глазами расстилалось поле, травы вдали касались неба, а ярко-красный диск висел совсем низко над линией их соединения. Повернула медленно голову в другую сторону, чтобы не особенно навредить себе и не бороться снова с болью и дурнотой, и тогда смогла рассмотреть высокий забор.

– Неужели это деревня? – подумала я тогда и очень удивилась, сама не знала, чему.

– Витя, ты открывай ворота, а я заеду подальше и отнесу ее в дом. – Голос Вячеслава, отозвался болью в поврежденной голове, пришлось снова закрыть глаза, так, вроде бы, было легче.

Когда он поднял меня на руки, вынув из машины, не удержалась и открыла глаза. И так получилось, что оказалась лицом к лицу с этим «мужем». Заметила, что его карие глаза смотрели на меня с тревогой и как-то еще, не понятно было сразу как, но вроде что-то искали во мне и не находили. Я еще, превозмогая дурноту, позлорадствовала. Ищи, мол, все равно не найдешь, чужую женщину тащишь себе в дом, изверг. Потом озадачилась мыслью: мне-то от этого, какой прок? И загрустила, снова закрыв глаза.

В доме в первый вечер я почти ничего не рассмотрела. Только спальню, куда меня принесли, потом коридор и еще туалет. Но могла уже представить, что от деревенского дома, что был у моей подруги Соньки, этот отличался кардинально. Наверное, правильнее его было назвать коттеджем, судя по удобствам и внутреннему убранству. Роскоши я особенно не наблюдала, но все было добротно и со вкусом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5