Клара Колибри.

Свистопляска с расследованием



скачать книгу бесплатно

По своей природе я сова. Утверждаю это со всей ответственностью. Лучшим подтверждением этому моя кипучая активность к закату дня. Утром мне, вынь да положи, просто необходимо подольше задержаться в постели. Если меня что-то разбудило раньше восьми утра, то все пропало: настроение пакостное, все валится из рук, а в придачу к этому еще и головная боль, если не на целый день, то до обеда обеспечена. Не помню, чтобы в такие дни, а они все же у меня случались неоднократно, я совершала что-нибудь путное. Скорее всего, они так и проходили, ни то, ни се, если вообще со мной не происходило что-нибудь из ряда вон выходящее. Например, помню, как мама подняла меня в шесть утра перед экзаменом в институте, так как решила, что мне следует повторить заученное. В итоге, я чуть не завалилась, хоть и вытащила вполне приличный билет. Помню, что те темы, которые значились в вопросах, были мною вызубрены, и могла бы рассчитывать на высокий бал, но потревоженный сверхранним пробуждением организм, дал сбой и отказался вспоминать нужную информацию: шарики зашли за ролики, проворачивались со скрежетом и через силу. Я тогда уже решила, что придется экзамен пересдавать. Но хорошо, что преподаватель знал меня, как ответственную и добросовестную студентку, был со мной терпелив, и в итоге, мне удалось, чуть не родить, но выжать из себя ответ на слабенькую четверочку.

И так, зная такую свою особенность, я старалась избегать ранних подъемов и, тем более, незапланированных и срочных пробуждений. Аварийные побудки, что-то вроде «рота подъем», для меня, догадывалась, были смерти подобны. Сразу возникал вопрос: а как существовать, если надо было работать, чтобы зарабатывать на жизнь. Это точно, от реальности было не убежать. Институт мною был закончен. Не на красный диплом, а вполне могла бы, да только некоторые лекции начинались непереносимо рано. Так что диплом был обыкновенного синего цвета. Дальше, как у всех рядовых граждан, следовало трудоустройство. Оказалось, что мне мало что подходило. Причины были самые разные. И бог с ними. Скажу только, что после долгих мытарств, проб и разочарований, но свою нишу в жизни я все же нашла.

Я работала на дому. И была этим, совершенно довольна. Могла не вскакивать ни свет, ни заря, как ошпаренная, по звонку будильника. Не заглатывать завтрак, как какой-нибудь удав, где-нибудь в джунглях. Еще в этом был такой огромный плюс, что не надо было тратить время на дорогу. А именно, каждый рабочий день трястись несколько часов в переполненном транспорте, где тебе запросто могли оторвать все пуговицы на одежде. Это же Москва, у нас в час пик тебя потоком таких же спешащих тружеников заносит в салон автобуса или вагон метро и выносит из них, и хорошо, если на нужной тебе остановке.

И так, я стала скромной «надомницей». В тот памятный день, с которого началась эта история, ничто не предвещало нарушения раз и навсегда установленного мною распорядка жизни. А именно: все самое важное должно было происходить со мною во второй половине дня, а утром должен быть спокойный и здоровый сон.

Вот уже два года, как следовала этому негласному закону, и мое существование, поэтому походило на приятное путешествие по тихому течению реки. Имела в виду, реки времени. Кто-то мог со мной не согласиться, возможно, даже поспорить. Мог назвать тихую размеренность застоем. Но, как говорится, каждому свое.

Так вот, спала я себе тихо и мирно в собственной постели, и вдруг, сквозь сон услышала какой-то пренеприятный звук. Не сразу смогла сообразить, что это трезвонил домашний телефон. А когда до меня все же дошло, что меня разбудило, даже застонала, поняв, что придется вставать и шлепать в коридор, чтобы взять трубку. Сказала, придется не просто так, я была рада проигнорировать тот противный звук, но звонивший был неимоверно настойчив. Того не устраивало мое молчание, набирал номер вновь и вновь. Я еще взглянула на свой мобильный. Он лежащий совсем рядом, на прикроватной тумбочке. Вот и поморщилась. Нет, чтобы позвонили на него…

– Что там такое? – Еще не до конца проснулась, и оттого не посмотрела на часы, и не увидела, что было пять утра, а значит, и не успела испугаться, что могло случиться что-то серьезное или даже страшное, раз звонили в такое время.

Я просто спустила ноги на пол и, как-то боком и неуклюже, села в постели. Босой ступней нашарила растоптанный тапочек около кровати и запустила туда ногу. Второй тапок не нашелся. Я чертыхнулась. Только, не поняла на что. На тапок? Или на снова зазвучавший телефонный звонок, было направлено мое раздражение? А после этого, почти не открывая век, поднялась и зашмыгала по паркету в коридор. В первый момент, как поднесла трубку к уху, не различила ничего. Там молчали. А вот холод от кафельного пола под голой левой ступней раздражал и начал как приводить меня в чувство. И уже немного погодя в не до конца проснувшееся сознание внедрился взволнованный женский голос.

– Танька, ты, что ли? – С трудом узнала в голосившей на том конце провода бабе свою школьную подружку.

– Конечно, я! Слава богу, ты дома! – Она принялась что-то там причитать, а я переминаться с ноги на ногу, стараясь согреть, начавшую замерзать стопу.

Честно сказать, я уже пожалела, что проснулась и притащилась к телефону. От Татьяны вечно можно было ожидать сюрпризов и часто неприятных. У нее самой просто дар был влезать в разные истории, а потом затягивать в них и ни в чем неповинных людей. А еще она любила разные розыгрыши и разводки. И так как я сама несколько раз под них попадала и ничего хорошего с того не имела, то старалась с некоторых пор видеться с ней реже и общаться только по определенным поводам.

– А ты знаешь, что сейчас еще ночь? – Недовольно пробурчала я в трубку и прервала поток ее стенаний.

– Не ночь, Галка, а раннее утро. И у меня безвыходное положение! Пойми же, ты, наконец!

– Узнаю твое любимое вступление перед очередной аферной задумкой. Сразу тебе скажу, что я пас. Отстань, Танька.

Сказала и положила трубку на базу. После этого сладко зевнула и собралась пойти снова лечь в постель. Не тут-то было. Телефон затрезвонил вновь. Моя рука по инерции дернулась и схватила трубку, а там уж, что было делать, снова поднесла ее к уху.

– Неймется тебе, Татьяна! Зачем людей тревожишь в этот час? Зачем лишаешь меня покоя и здоровья? А еще, зачем звонишь именно на городской? У меня мобильный на тумбочке у кровати лежит. Так, ведь, нет, тебе обязательно надо было вытягивать меня в коридор. Какая ты мне после этого подруга? Ответь?! – Меня одолевала зевота, поэтому пришлось говорить сквозь нее.

– Господи! Проснись же, Галка! Ты моя последняя надежда. Давай, въезжай уже в то, что я пытаюсь до тебя донести.

– Нет, ответь, почему звонишь на городской? – Не унималась я.

– Да, не помню я твой мобильный! Городской помню, еще с детства он у меня в памяти, а мобильный нет. Я же тебе сказала, что у меня мой телефон отобрали. Тут один хмырь подрабатывает тем, что дает страдальцам позвонить, вот и… Еще хорошо, что хоть что-то вспомнила…у меня мозги как отшибло!

– Почему отшибло? Кто тебе мозги отшиб?

– Слава богу, до побоев и пыток не дошло, но кто его знает… Галка! Вытащи меня отсюда, умоляю!

– Не вопи. Откуда еще тебя надо тащить?

– Как, откуда?! Я же тебе уже сколько раз… из тюрьмы, конечно! Ты там, что? Опять засыпаешь?! Не смей, Галка! Проснись!

Я и, правда, начала понемногу впадать в некую дрему. Даже тревожное слово «тюрьма» на меня не подействовало. И в этом, в первую очередь, виновата была сама Татьяна. Не надо было на мне пробовать всякие сомнительные шутки и розыгрыши. Вот, я и привыкла не принимать всерьез ее громкие слова и тревожные сигналы. У меня к ним выработалось что-то, вроде иммунитета.

– А я здесь причем? Тюрьма, какая-то… Полный бред.

– Кто же еще?! Ты у нас специалист по детективам. Раз умеешь их выдумывать, то, скорее всего, и разгадать сможешь. И еще, у тебя сосед мент.

– Вовка, что ли? И что?!

– Умоляю! Помоги! Вадика убили. Меня подозревают. В каталажку посадили. Телефон отобрали. Побить обещали…если не заткнусь хоть на десять мину.

– Хватит, Танька! Многовато для одной! Это уже, черт знает, что! Отвяжись от меня, прошлой истории мне надолго хватило! – Я снова нажала отбой и кинула трубку, но на этот раз еще и провод из розетки выдернула.

Вся сердитая захромала в одном тапке в комнату, чтобы снова очутиться в кровати. На ходу приказывала себе даже не пытаться вспоминать прошлые Танькины шуточки, чтобы не расстроиться вновь, как было всегда, если в памяти всплывали злоключения, связанные с ними. Еще не хватало совсем сна лишиться, лежать потом и смотреть в потолок, а через несколько часов подняться с жуткой головной болью.

С пытающимися нахлынуть на меня воспоминаниями справиться удалось. Но только благодаря счету воображаемых овец на травянистой поляне и мурлыканью нехитрой песенки из репертуара Пугачевой.

– Миллион, миллион алых роз…

Проснулась я часов в девять и, оказалось, что начисто забыла о ночной истории. Первой моей мыслью было то, что договорилась с Мариной встретиться сегодня на пляже, на берегу озера. Взглянула на часы, чтобы определить, следует спешить собираться или нет, но времени было достаточно. Можно было даже посидеть понежиться с чашечкой кофе на балконе. Только не поняла, отчего непроизвольно нахмурилась, когда глаза мои смотрели на циферблат. В голове на секунду шевельнулась тревога что ли, не поняла сама, что это было, и в следующий момент уже исчезла в никуда. Я не стала над всем этим задумываться, а просто пошла на кухню готовить завтрак. Себе и Рыжему.

Это мой кот. Огромный взрослый котяра, как говорят, в расцвете лет. Он остался поваляться в моей постели, раз я освободила подушку. Очень любил так делать, если сразу же не застилала кровать. Бороться с ним мне давно надоело. Поэтому делала вид, что сама ему разрешала лазить по подушкам. Так вот, кот улегся на мое место, а я пошла готовиться к поездке на природу.

К озеру я поспела вовремя. Припарковалась на свободном месте сбоку бесплатной стоянки, вышла из своей машинки и тогда только заметила, как на асфальтовую площадку рядом с моей Окой подрулила вишневая Мазда моего издателя. Марина, а для многих Марина Николаевна, была мне одновременно еще и редактором и подругой.

– Привет! – Обласкала она меня взглядом поверх приспущенных с носа солнечных очков. – Когда же ты машину-то сменишь, известная писательница? Не солидно как-то: популярный автор идущих нарасхват детективов и ездит на такой крошке. А в придачу, еще и на древней старушке. Сколько лет твоей машине, Галка?

– Я ее люблю. – Насупилась на эти слова, но только не взаправду, а потом быстро перевела взгляд через ограждение на пляж. – Смотри, сколько народу на берегу. Яблоку негде упасть. Как бы, не было проблемы с лежаками.

– Решим, не бойся! Но поторопиться стоит. Двигай за мной и не отставай.

Мы подхватили пляжные сумки и заспешили к гостеприимно распахнутым воротам. Организацию нам комфортных мест под солнцем взяла на себя Марина. Мне оставалось только изображать группу поддержки, пока она вела переговоры со служащим пляжа и оплачивала его услуги.

– А ты боялась! – Кинула она полотенце на лежак, что стоял метрах в трех от плещущейся и искрящейся на солнце воды. – Как тебе это местечко?

– Вполне. Только народу, все же, сегодня многовато. Ты не находишь? – Опустилась я на соседнюю пластиковую конструкцию, на которую указал все тот же служащий.

– И что? Привыкла дома сиднем сидеть, вот тебе и неуютно, когда выбираешься на люди. Расслабься! Ложись загорать, потом искупаемся… А где здесь, интересно, можно пообедать? – Закрутилась она вокруг своей оси, высматривая кафе или что-то в этом духе.

– Представляю, что здесь творится в выходные дни. – Не унималась я и гнула свое. – Если в будни здесь толпы, то… Интересно, в наше время еще кто-нибудь работает? Нет, правда, ходит на работу, как в старые добрые времена?

– Ты сейчас это так сказала, будто тебе не менее полтинника стукнуло. Когда успела стать ворчуньей? И это в твои-то двадцать с небольшим!

– Ничего себе, с небольшим…

– Не надо нам точности, обойдемся без нее. А то, еще и мне придется вспомнить, что старше тебя на… Не важно, на сколько.

– Зато мы с тобой мудрые.

– Это точно. И еще успешные. Ты, вообще, гениально талантлива. – Братски, или, вернее будет сказать, по-сестрински, похлопала она меня по плечу. – Ну, а я, твой шеф, гениально прозорлива, раз смогла рассмотреть такой самородок.

– Извините…

Это сказал мужик в плавках, что стоял у самой воды недалеко от наших лежаков. Мы его сначала вообще не заметили. Устраивались себе на своих местах и, как нам казалось, тихо переговаривались. А он, оказывается, нас подслушивал. И пусть бы так, да только этого ему показалось мало, и встрял в нашу беседу. Вот, нахал!

– Это вы нам? – Произнесла я и повернула в его сторону голову, а потом еще пришлось ее поднять, так как я почти успела лечь, а он стоял, совсем недалеко от меня.

– Мне стало так интересно, дамы. Что не удержался и вклинился в ваш диалог… Всю жизнь мечтал познакомиться с…с…

– С самородком? – Подсказала ему я, при этом развернулась на лежаке, чтобы взглянуть в его наглое лицо. – Или вас больше впечатлило слово «гениальная», или «талантливая»? Еще было «гениально прозорлива». Выбирайте.

Рассмотреть мне его не удалось. Солнце било прямо в глаза. Я попыталась побороть его яркое свечение и приложила для этого ладонь козырьком над глазами, но получилось, так себе. Оставила эти попытки и снова повернулась к подруге.

– Мне все эти слова понравились. – Хохотнул мужик над моей макушкой, из чего сделала вывод, что он к нам приблизился и стоял теперь прямо у меня за спиной. – Не сочтите за дерзость, я…

– Мужчина! – Довольно резко перебила его я. – Вы мне солнце загораживаете. Шли бы себе купаться. Я так поняла, что именно это собирались сделать, прежде чем принялись подслушивать чужие разговоры.

– Конечно, извините…

На наше счастье он оказался сообразительным. Сразу понял, что я не настроена была на общение, и удалился. Я так подумала, что он ушел, раз тень с моего бледного плеча сползла сначала на бедро, а потом и вовсе исчезла. Видеть же его самого не могла, потому что не поворачивала больше в его сторону голову.

– Что ты так зарычала на мужика? Совсем одичала! – Неожиданно выговорила мне Марина. – Вполне приятная личность. Могли бы и поболтать немного. Нет, надо чаще выводить тебя в люди, чтобы не забыла, как приятны бывают мимолетные знакомства. Да и для твоего творчества встречи с новыми людьми будут полезны. Я в этом уверена.

– Мне и старых знакомств за глаза… – Где-то глубоко в душе опять шевельнулось странное чувство, будто что-то ускользнуло от моего сознания, как если бы мне надо было что-то вспомнить и не получилось.

Я замерла было на полуслове, похлопала глазами, но ничего разумного в голову больше не пришло.

– А купаться мы пойдем? – Марина не настроена была со мной спорить. – Давай окунемся, пока наши тела не нагрелись, и вода не показалась бы нам слишком холодной.

– Можно. – Не очень охотно, но стала подниматься с лежака. – Только сейчас волосы заколю, чтобы не намокли.

– Давай. И догоняй меня. Ах, да! Ты же станешь барахтаться у берега…

– Плыви, рыбка моя золотая. А я побарахтаюсь и дождусь, когда ты вернешься с того берега.

Я достала из сумки заколку и с ее помощью соорудила на своей макушке высокий пучок с кисточкой из светлых русых волос. Пока закрепляла это сооружение, посматривала, как Марина отважно входила в воду, а потом стремительно поплыла в направлении противоположного берега. Она отлично умела плавать, не то, что я. Поэтому ее голова с темными коротко стриженными волосами быстро удалялась. А когда я подошла к воде, она была уже где-то на середине озера, развернулась и помахала рукой.

Мне было не до ответа. Как только шагнула в воду, сердце зашлось от холода. Подумала даже вернуться назад, к своему лежаку, но вспомнила, что обещала подруге дождаться ее в воде, когда станет возвращаться, и пересилила себя, сделав еще несколько шагов на глубину. Тут мимо меня, с громким воплем, только я не разобрала точно «Гриша» или «Миша», промчалась длинноногая брюнетка. Совершенно всю меня обдала брызгами и с размаху плюхнулась на живот, погнав во все стороны немалую волну.

– Сумасшедшая! – Зашипела я себе под нос, ежась от холодных капель, невольно приподнялась на мыски, как если бы хотела, чтобы вода не сразу намочила меня всю совершенно, и зачем-то вздернула руки повыше над головой. – Ай!

В общем, терять мне уже было нечего, то есть можно было больше не бояться окунаться, раз намокла совершенно. Я чуть присела и оттолкнулась от дна. Плыла по-собачьи. Иначе не умела. Приходилось лавировать между другими людьми, что тоже барахтались рядом. Так было минут десять. А потом увидела приближающуюся Марину. И она была не одна. Рядом с ней различила еще одну голову. Когда они подплыли ближе, то оказалось, что это был мужчина.

– А вот и моя подруга. Галя, знакомься, это Алексей.

– Здравствуйте. – Сказала я, слегка лязгая зубами, так как успела немного замерзнуть.

Они в ответ почему-то засмеялись. Что такого смешного им показалось в моих словах? Может, озноб мой так на них подействовал? Это было их дело. А я развернулась от них и направилась к пляжу, раз выполнила свое обещание встретить подругу.

– Вы дотянете до берега? – Голос Алексея звучал совсем рядом со мной. – А то, могу помочь.

Мне показалось, что я его знала. Голос имела в виду. И звучал вот как-то так же, из-за спины… Легкая догадка шевельнулась внутри. Вот только доплыли бы до берега, так сразу и проверила бы ее. И точно, стали выходить из воды, я сразу же обратила внимание на его плавки. Точно, он!

– Это он. – Шепнула Марине, отжимающей на берегу волосы. – Тот самый мужик, что заговорил с нами недавно. Я его узнала.

– Ну, да. – Не придала значения она моим словам, но этот тип снова вострил уши и смог разобрать мой шепот.

– Конечно, я. А как вы меня узнали, вроде бы старались не смотреть в мою сторону? – Улыбался он во весь рот, и это мне, почему-то показалось обидным.

– По плавкам. – Брякнула я, а потом еще нахально добавила. – Такие все секси!

Так получилось, что мы, все трое, моментально уставились на эти самые плавки. Я потом еще хмыкнула и развернулась к своему лежаку. Марина отчего-то смутилась, извинилась и поспешила за мной. Мужик помолчал, понедоумевал, а потом решил немного посмеяться. Ну, да, это было дело его. Я своего добилась: он от нас отстал.

– Ты и, правда, диковата стала, Галина. – Задумчиво бурчала Марина, когда устраивалась рядом загорать. – Что так на него взъелась? Нет, скажи? Нормальный же мужик.

– Оставим эту тему. Зачем нам его обсуждать?

– Я тебя очень уважаю. – Никак не унималась она. – Ты большая умница. Как писатель, так вообще, лучший мой автор за эти два года, что вместе работаем. У тебя такая фантазия… Но что происходит в твоей личной жизни? Почему здесь у тебя полный застой?

– Хватит. Выбрались на природу, а ты устраиваешь мне проработку.

– Хочется тебя не ругать, а встряхнуть. Чтобы ты ожила. А то, не женщина, а сосулька, какая-то.

– Хм! Вот позагораю несколько деньков, моя кожа станет золотистой… Это я сейчас такая бледная, а там…

– Не притворяйся, что не поняла меня. Я выразилась вполне прозрачно.

– Да. Прозрачно. Сосулька и прозрачно. Я все поняла. Ты мне добра желаешь. Хочешь мне счастья в личной жизни. Понятно. Все понятно. Только одна моя подруга тоже мне не так давно хотела устроить счастливую жизнь. Решила познакомить с вполне симпатичным мужчиной… а он оказался женатым. У меня потом было столько неприятных сцен с его женой… Такая склочная баба оказалась. Ее угрозы расправы надо мной до сих пор звучат у меня в мозгу.

– Это кто?

– Баба? Не знаю, она не была настроена рассказывать о себе. Только норовила меня всю разобрать, по косточкам.

– Нет. Что за подруга?

– Танька. Моя школьная… Боже! Вспомнила!

Я вскочила с лежака и растерянно взглянула на удивленную моим поведением Марину.

– Она же мне звонила. Ночью.

– Баба?! Нет, говоришь. И что?! Почему ты так вскочила?

– Подруга… Она сказала… Где мой телефон? Тихо… Сейчас все узнаю. Только позвоню ей и все проверю.

Телефон Татьяны был отключен. Что это мне должно было сказать? Ничего. Или могло означать, что угодно.

– Ты можешь рассказать, что тебя так беспокоит?

– Она сказала мне, что сидит в тюрьме.

И я все доложила Марине. Все, что вспомнила. Получилось, совсем ничего. В смысле, как-то все не внятно. И это было понятно, раз меня звонок тогда разбудил в пять утра.

– Может, тебе все приснилось? – Покачала на меня головой Марина.

– Может. Я не уверена. А ее телефон молчит.

– Думаю, что не стоит волноваться. Надо немного подождать. Все и прояснится.

Обстановка прояснилась к вечеру. Как только вернулась с озера и вошла в квартиру, ко мне бросился Рыжик. Он соскучился и желал немедленно поздороваться. Чуть было не наступила на него, мешающегося под ногами и орущего «мяу», и едва смогла удержаться за тумбочку в углу коридора, чтобы не упасть. Потом вспомнила, что ночью отключила домашний телефон. И верно, розетка была пуста. Восстановила связь, а потом прослушала записи. Ничего нового.

Тогда я решила еще попробовать дозвониться до Татьяны. Достала свой мобильный и прошла с ним в комнату. Там села в кресло и стала искать ее номер. Позвонить не успела. Ожил мой домашний телефон. Кинулась к нему, схватила трубку, но еще не слыша голоса, знала, что это звонил кто-то неизвестный, его номер определился именно так.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5

Поделиться ссылкой на выделенное