Клара Колибри.

Как справиться с самой собой



скачать книгу бесплатно

Все началось с того, что я заметила скуку в глазах мужа. Сначала не придала этому значения. Может быть, из-за того, что смотрел он в тот момент не на меня, а на мою подругу. Надо признать, что к Анюте он всегда относился «не очень». Это у него наблюдала с того времени, когда мы и женаты еще не были. Сколько же той истории было лет? Так! Мы в браке шесть лет. Если быть точной, то шесть с лишним. До того были знакомы сколько? Три месяца точно. Это что же получалось? Мы вместе с Игорем уже семь лет? Даже больше. Срок приличный. И еще, говорят, что каверзный. Почему так, не знала. Говорят, и все. Ну, про эту годовщину мне уже много позже пришло в голову. Но она раздумий прибавила. Может быть, оттого, что супруг мой праздники любил, и это отметила в нем еще до замужества, еще на стадии его за мной ухаживаний. В смысле, всегда их умел выискивать, а потом выставлять как повод для того, чтобы отметить. Правда, по-своему. Только это уже очень личное. А в этот раз, пропустил, и это настораживало.

Или, ладно, расскажу. Если уж взялась откровенничать, то обычно у нас с ним бывало так: подойдет, взглянет таинственно, задаст наводящий вопрос, изобразит возмущение моим незнанием темы, движением фокусника достанет из-за спины цветы, чмокнет в щеку, дальше все его действия будут направлены на то, чтобы скорее оказаться со мной в постели. Понятно, что я сейчас упростила и сократила изложение привычек супруга. Но то, что он у меня фантазер, выдумщик и весельчак, было фактом. Например, мы, таким образом, отмечали первый мой взгляд на него, наш первый танец, его первое провожание меня до дома и наш первый поцелуй. Все эти четыре события, должна сознаться, произошли в один день. А отмечали мы их четыре дня подряд, так как этот Змей Искуситель сказал, что каждое из них очень значимое и их празднование нельзя мешать в одну кучу. А потом вспоминал о них на протяжении трех месяцев. После того, как к ним прибавил еще множество значимых, с его точки зрения, событий, требующих отмечания, то у него получалось, что чуть ли не каждый день праздник. Я призадумалась и решила, что такие отношения стоило узаконить, тем более что, начиная с третьего месяца знакомства, он и сам мне это предложил.

Когда мы с ним расписались, подозревала, что у моих родителей с души свалился огромный камень. Как было иначе? Я у них единственная дочь, надо мной дрожали, за меня волновались. До поступления в институт меня ни на шаг не отпускали без присмотра. Собственно, и то, что стала студенткой, не многое изменило. Опека и строгое воспитание продолжались. А на пятом курсе, нате вам, девочка вышла из-под контроля и стала где-то и с кем-то пропадать. Не приходила после занятий вовремя домой, не звонила и не предупреждала, что задержится, а являлась чуть не ночью, иногда даже после одиннадцати. Больше всех переживала мама, от нее мне и приходилось чаще получать нагоняй.

После того, как подали в ЗАГС документы, привела Игоря домой знакомить с родителями. Приняли они его настороженно.

Долго присматривались, задавали разные вопросы, потом повздыхали немного, но согласие на нашу свадьбу дали. По первой их встрече не было понятно, как он им показался, уже позже поняла, что в целом жениха моего они одобрили. А как узнали поближе, то успокоились совершенно, решив, что он мне подходил. Так и сказали, что выбором моим остались довольны. И действительно, мужчина он положительный: собой видный, старше меня на семь лет, а значит, намного опытнее, без вредных привычек, по жизни шел твердо, успел достичь результатов. Это, разумеется, было видением родителей.

У меня получилось заиметь собственное мнение. И из всего, что в женихе подметила, больше всего нравилось его внимание ко мне, это конечно, но еще легкий характер и общительный нрав. Почему они? Наверное, сама была на людях, как бы сказать, несколько скованна, что ли. А с ним мне было хорошо и свободно. После недели знакомства казалось, что знала его всю сознательную жизнь. Могла ему доверять и общалась, чуть ли не как с братом. Ой! О чем это я? Нет, это не про него! Ну, да хватит, а то, что-то увлеклась.

Познакомились мы с ним в кафе. В центре Москвы. С девчонками пошли отметить окончание сессии. Как раз, Анюта и потащила нас в это заведение, чтобы отметить завершение зимних экзаменов. Договорились отправиться туда чисто девчоночьей компанией и с уговором, никого больше за наш стол не пускать, ребят, то есть, и танцевать, не соглашаться ни с кем. Почему так? Теперь уже и не помнила. Но уговор был точно.

Мы, вчетвером, сели за стол и заказали себе коктейли. Настроение было прекрасным. Больше часа что-то обсуждали, как вспоминается, с увлечением. Точно уже не могу сказать, но над чем-то постоянно хихикали. А потом к нам начали приставать, с приглашениями потанцевать. К Анне подошли к первой. Она, как и договаривались, отказалась. Ее отказ нас, почему-то позабавил и развеселил еще больше. А там, как игра, какая у нас получилась. Вернее, у моих подруг. Их приглашали на танец, а они всем отказывали. Отчего это казалось таким веселым, сейчас уже не представляла. Но и тогда мне скоро стало не так смешно. Это потому, что ко мне с такими предложениями никто не обращался.

Было, отчего призадуматься. Я не была хуже или лучше их, старше или моложе. Вроде, все в равных условиях, а их приглашали, меня нет. На губах моих еще продолжала играть улыбка, а в мыслях начало зарождаться напряжение. В чем было дело? Беспокойство поселилось внутри меня и стало, мало и помалу, разворачиваться и разрастаться. Я принялась осматриваться. Быстро сообразила, что к подругам проявила живой интерес компания мужчин за столом наискосок и справа. Их там было человек восемь-девять. Что-то тоже отмечали.

Именно та публика атаковала наш стол, но только не меня. На вид тем мужчинам было за двадцать пять точно, а некоторые выглядели и старше, где-то к тридцати пяти. Они сидели здесь давно. Когда мы пришли, компания уже веселилась. Но внимание мы на них обратили после того, как те стали, по очереди, наведываться к нашему столу, с предложениями станцевать. Я отметила, что кроме одного, все успели попробовать счастья и не по разу. Могла еще предположить, что отказы девчонок их раззадорили, от этого стали к нам присматриваться и заподозрили какую-то игру. Иначе, откуда взялось повышенное возбуждение в их рядах и откровенное нас рассматривание? Так или нет, но долго голову над этим ломать не пришлось. Нам надо было собираться по домам. Наш лимит времени подходил к концу. Мы все были дочками строгих родителей, и домой надо было явиться вовремя. Поэтому расплатились и собрались покинуть зал.

Я почувствовала касание чужой руки к моему локтю, когда уже придвигала стул, чтобы не мешал обойти стол и догнать подруг. Они, кстати, заметили мое отставание и притормозили рядом с винтовой лестницей на первый этаж. Но дальнейшее мое поведение вызвало у них недовольство, отчего Анна фыркнула, так понимала, выразив общее мнение, и увела всех за собой в гардероб.

– Не спешите, девушка. Разрешите вас пригласить на танец. Пожалуйста.

Наверное, я о чем-то задумалась, а он отвлек меня от мыслей, так как на мужчину взглянула удивленно и отстраненно. Почему дальше все произошло так, а не иначе, затруднялась сказать. Только, как будто, не я, а другая, кивнула утвердительно и пошла с ним, чтобы танцевать. Уже когда почувствовала тепло его рук у себя на спине, стала припоминать, что это был тот мужчина из-за соседнего стола, который сидел все это время на своем месте, много курил и имел отрешенный взгляд, куда-то поверх моей головы.

Только я его совсем не рассмотрела. Ни когда сидел, ни когда танцевали. Почти сразу начала себя корить, что нарушила уговор, согласившись пойти с ним танцевать. Перед подругами сделалось неудобно. И неловко теперь было прервать танец. Не чаяла, когда он кончится. Даже не дождавшись, пока смолкнут последние звуки мелодии, буркнула ему что-то неразборчивое и заспешила на выход. Краем глаза заметила, что, вроде бы, шокирован, на месте на какие-то секунды оставался стоять, это было точно.

Но мысли о нем меня тогда не занимали долго. Уже очутившись на каменных ступенях и спустившись к гардеробной, забыла о его существовании совершенно. Вытянула шею в направлении вешалок, чтобы рассмотреть ожидающих меня подруг, и приготовилась отбиваться от их нападок за то, что была злостной нарушительницей договора. Только никаких едких высказываний не случилось, обыкновенного недовольства моим поведением тоже. Девчонок вообще не оказалось около раздевалки. Покрутила головой, раскрутилась сама на месте вокруг собственной оси, никого не увидела.

Мне подумалось, что они оделись и вышли на улицу, там стояли и ждали меня. Поэтому поспешила отдать служащему номерок и получить свое пальто. Дедок, что работал гардеробщиком, не торопился, вернее, не мог быть шустрым, в силу своего древнего возраста. Пока он шаркал ногами по плитке длинного узкого пространства в том и обратном направлениях, начала испытывать напряжение и беспокойство. Мне казалось, что времени на одевание у меня ушло много больше, чем следовало. А потом еще и в рукаве собственной дубленки запуталась. Было, отчего раздражение почувствовать.

– Черт! – Все же, не удержалась и произнесла, хоть и тихо, себе под нос, выпутывая руку и стараясь снова продеть ее в рукав.

– Разреши?

Скользнула взглядом в направлении мужской фигуры, что оказалась рядом. Вроде, тот же субъект, с кем недавно танцевала, костюм точно был темно-синего цвета. Встал за спиной и придержал дубленку за воротник, чтобы мне удобнее было ее одеть. До его лица я снова взгляд не дотянула, ни к чему мне это было, да и торопилась очень.

– Спасибо. – Только и сделала, что кивнула ему через плечо.

В следующий момент меня уже несло к дверям на выход. Шапку на голову натягивала на ходу, а пуговицы, вообще, застегивала, стоя на улице. Опять вертелась на одном месте, но теперь на пятачке мороженого асфальта, заглядывая за спины спешащих мимо прохожих, и никак не могла рассмотреть своих подруг.

– Куда они делись? – Этот вопрос сидел в голове, может даже произнесла его вслух, не помнила.

Мои глаза выискивали группу девушек. Не обнаружив ее на зимней улице, искрящейся инеем в свете фонарей, решила, что возможно мне следовало искать только одну ожидающую меня фигурку. Все оттого, что с Аллой мы были ближе, она считалась моей самой-самой подругой, а с другими девушками просто были в приятельских отношениях. Но и ее не смогла обнаружить. Расстроилась и принялась ломать голову, куда податься: к метро пешком или на остановку троллейбуса. Выбрала остановку. Прошла по скрипучей под ногами заиндевевшей дорожке к застекленному сооружению и в одиночестве принялась ожидать транспорта.

– Не догнала своих подруг? – Голос, ставший уже узнаваемым, снова раздался из-за спины.

Обернулась, скорее от неожиданности, и увидела того мужчину в синем костюме. Обвела его взглядом и заметила, что волосы успели припорошить мелкие снежинки. Воротник пиджака он поднял, защищая шею от ветра, а руки держал в карманах брюк. Мне подумалось, что ему должно быть холодно, но по его виду не могла бы так сказать. Мужчина смотрелся вполне довольным. Не сгибался и не сжимал плечи под ветром, и не спешил убраться назад в тепло помещения.

– Что ему от меня надо? – Задумалась, всматриваясь в его искрящиеся весельем глаза, а говорить ничего не стала.

– Ты здесь долго будешь стоять. Успеешь нос отморозить.

Про мой нос так сказал, подозревала, оттого, что он часто у меня краснел на улице, если был ветер и температура за минус пять. А в тот вечер было гораздо морознее. Так что, я не обманывалась на счет цвета кончика своего носа. Только наклонила лицо пониже и постаралась спрятать его в меховой воротник.

– Могу предложить тебе продолжить общение в тепле и комфорте. Ты как на это смотришь? – Кивнул в сторону огней кафе.

– Отрицательно. – Высунула снова нос на улицу, но чтобы только ответить.

– Если думаешь, что приведу тебя за стол своей компании, то ошибаешься. Только ты и я. Идет? Соглашайся!

Я скосила в его сторону глаза. Только они и оставались у меня в тот момент на морозе. И понаблюдала его широкую улыбку. Какое хорошее настроение, однако, было у гражданина. И мороз ему был нипочем, и ветер. Не иначе, как здорово разогрел свою кровь спиртным. Но на пьяного похож не был, на подвыпившего тоже.

– Не хочешь, значит. – Сделал он вывод за меня. – Ладно. Тогда довезу тебя до дома. Моя машина здесь рядом стоит. Вон она. Видишь?

Голова его качнулась в ту сторону, куда я не пожелала развернуться. Так и осталась стоять и хохлиться, и наблюдать отсутствие общественного транспорта в обозримом пространстве проспекта.

– Отказываться не советую. Посмотри на другую сторону улицы. Что ты там видишь? Правильно. Троллейбусы. Стоят, заметь, на приколе. У них там что-то с электричеством случилось. Поэтому я и сказал, что ждать долго придется. Пока они теперь туда тронутся, доедут до конечной остановки, развернутся. Одним словом, ждать замучаешься. Соглашайся, давай, с моим предложением.

Я вытянула лицо из тепла воротника и глянула на вереницу темных и понурых троллейбусов. Да, много их здесь собралось. Он был прав, ждать было нечего. Поэтому, наверное, и других ожидающих пассажиров на остановке не наблюдалось. Все пошли до метро пешком. Мне оставалось только вздохнуть и потопать в том же направлении.

Когда обходила наблюдающего за моими действиями мужчину, он не произнес ни слова. Только посторонился, давая мне пройти, не ступая на мостовую. Я думала, что на этом мы и расстанемся. Не тут-то было! Через десяток или два метров меня догнала машина. Она медленно катила рядом со мной, не отставая и не перегоняя ни на шаг. За рулем, конечно же, был тот самый тип.

– Не упрямься. Садись, давай. До метро здесь не близко. – Разговаривал он со мной через опущенное стекло окна.

– А ничего, что вы только что из-за стола вышли? – Не удержалась и посмотрела в его сторону.

– Ты намекаешь, что я за руль сел нетрезвым? – Скосил глаза в мою сторону. – Ошибаешься. Я не пил. И не пью вообще. Никогда.

– Меня это не касается. – Подняла воротник повыше, кутая в него лицо от обжигающего ветра.

– Тебе только так кажется, Люда.

– Откуда?! Откуда вы знаете мое имя? Насколько помню, мы не успели познакомиться. – От удивления немного сбилась с шага, но совсем чуть-чуть.

– Игорь. Это мое имя, Солнышко. Вот и познакомились. И не фыркай. Вполне приличное имя, между прочим.

Наверное, меня подкупила его улыбка. Или, все же, настойчивость. До сих пор не смогла бы ответить на этот вопрос. Почему я тогда села к нему в автомобиль? Но дело было сделано. Пока довез меня до дома, заболтал совершенно. Когда остановились перед подъездом, уже знал мой возраст, где училась, на каком курсе, по какой специальности, какую музыку предпочитала, что любила, а что нет. Данных ему хватило бы, чтобы заполнить самую обширную анкету про меня. Зачем я ему все это выболтала, не знала. Как-то само все получилось.

– Спасибо, что подвезли. – Склонилась к приоткрытой двери, которой еще не успела хлопнуть, чтобы с ним попрощаться.

А его уже в салоне не было. Оказывается, вышел из автомобиля вслед за мной, обошел его и взял меня за локоть.

– Пошли, Солнышко, провожу до квартиры.

– Не стоит. Сама могу. Нет, правда.

– Тогда до подъезда поведу.

Здесь уже с ним спорить было бесполезно. Просто взял за локоть жестче и повел. Когда подошли к парадному, остался стоять рядом, дождался пока достану из сумочки ключи и открою электронный замок. Я вошла в открывшуюся дверь, и он за мной. Подошла к лифту и нажала кнопку вызова, ощущая спиной его присутствие. Когда же уже уйдет, ведь договорились же, что проводит только до подъезда? К нему повернулась за тем, чтобы сказать «до свидания». А он упер руки в стену, справа и слева от моей головы, наклонился вперед и коснулся губами моих губ.

Целоваться с парнями мне к тому времени уже приходилось. Был такой опыт. С ним, как такового, поцелуя и не случилось в тот вечер. Он только лишь меня коснулся. Мне показалось, что чего-то ждал. Но не дождался. Отстранился, попрощался и твердо направился вон из подъезда. Думала, что больше и не увидимся. Оказалось, ошиблась. На следующий же день явился снова. Ждал меня у подъезда, когда возвращусь из института. Вот таким было наше знакомство.

Дальше события начали развиваться очень стремительно. В смысле, я оказалась в его постели за считанные дни. А как сделал меня женщиной, так уже ни на сутки не отпускал без присмотра. Шутки, шутками, а свои желания этот мужчина привык исполнять. И его постоянным желанием стала с тех пор я. Об этом узнала быстро. А потом научилась заранее распознавать в нем смену настроения. Для этого только и надо было, внимательнее смотреть в его лицо. Слегка раскосые, цвета серой клубящейся дымки глаза, часто искрящиеся от сдерживаемого смеха, но как только их хозяин начинал чего-то или кого-то хотеть по настоящему, так темнели и становились двумя омутами. Следом за ними заострялись скулы. А потом на губах начинала играть улыбка. Она бывала разной, от широкой, до легкой и сдержанной, иногда походила на ухмылку. Но меня уже потом было не обмануть. Всегда заранее знала, что от жизни ждать: похвалы или взбучки, душевного разговора или словесной пытки. А уж когда он желал секса…

Так вот, тогда в кафе. Оказывается, я ему приглянулась сразу, он мне так потом и рассказывал. Лежал в постели рядом, весь утомленный и расслабленный после любовной игры, поглаживал кожу у меня на бедре и посвящал в ту историю. Его счастье, что хватило ума, пуститься в подобные откровения уже после нашей свадьбы.

Оказалось, этот Змей Искуситель приметил меня за соседним с ними столом в тот вечер сразу. Посмотрел пристально и сказал друзьям, что увидел ту, с кем проведет ближайшую ночь. Как вам такое? Его друзья, в отличие от него самого, тем вечером спиртным набрались знатно. Их сразу потянуло на подвиги. От этого мужики и проявили к нашему с девчонками столу живейший интерес. Но на меня был уже наложен запрет. Я знать не знала, а сидела, как бы с табличкой на шее «занято». Дальше у него со мной не заладилось. И рано домой собралась, и оказалась устойчивой к его неотразимой, как сам свято верил, внешности. Я с ним могла бы над этим поспорить, имела в виду внешность. Шарм был, определенно. Уверенность в себе и своих действиях имел на десятерых. Еще обладал неким магнетизмом, или как это еще называлось, не знала. Нельзя было забывать и об опыте. Имел просто огромный и жизненный и сексуальный опыт. И, представьте, ухнул все это на меня бедную девственницу, что только к тому моменту и имела, как первый опыт поцелуев. Кто он был после этого?

Мне на этот вопрос ответить не удалось. И сколько брови не хмурила, а долго сердиться на него тоже не смогла. Он же Змей, то есть Искуситель. Какие могли быть с ним выяснения отношений? И потом, Игорь сам предложил мне замужество. И скоро. Через три месяца наших жарких встреч на его квартире. Если разобраться, то для такого, как он, это был подвиг. Что касалось меня… что с меня было взять? Дуреха, несмышленая, зачарованная и загипнотизированная дуреха. Не иначе, как ядом меня всю пропитал. Использовал, ласкал и себе подчинял. Когда очнулась, оказалось, что он весь так в меня проник, и в кровь, и в нервы, и в разум, что жить без него уже не могла.

А очнулась я, как раз, через семь лет после нашего знакомства. К тому времени мы уже имели четырехлетнюю дочь. О нашей Полинке я задумалась в первую очередь, как только принялась анализировать и взвешивать свои наблюдения за поведением супруга в последнее время. Как уже сказала, началось все с замеченной мной скуки в его глазах. Дело было в гостях у институтской подруги. Анна позвала нас, чтобы отметить ее двадцати девятилетие. В этом году всем нам: Анне, Алле, Галине и мне; исполнится по двадцать девять. Анютин день рождения был первым в списке. У нее мы в тот вечер и собрались.

Игорь накануне вернулся из командировки. Он у меня врач, хирург. Часто бывал в отъездах, а объяснял это обменом специалистов между разными госпиталями и клиниками страны. Еще говорил, что такие поездки ему просто необходимы, чтобы повышать свой профессиональный уровень. Я не спорила и с расспросами не лезла. Так он меня воспитал. Все, что касалось его работы, нами не обсуждалось. Это правило внушил мне с первых дней совместного проживания. Сказано мне было, чтобы этой темы не касалась, я и слушалась. За что муж частенько гладил меня по голове, прижимал к себе и, целуя в уголок губ, называл его послушной девочкой.

Почему была такой паинькой? Может оттого, что все в семье у нас ладилось. В те дни, что Игорь бывал дома, мне отдавалось сто процентов его заботы и внимания. Любви мне его тоже хватало. Он, вообще, по природе своей был мужчиной темпераментным. И от своей спутницы требовал не малого. Я, грешным делом, даже иногда задумывалась, что бы со мной было, если бы не его командировки. Пришлось бы тоже придумывать головную боль и прочее, чтобы иногда отдохнуть от исполнения супружеского долга. А так, все складывалось неплохо.

И вот, мы пошли с ним в гости. Надо сказать, что ему идти не хотелось. Начал мне рассказывать, что утомился от перелета и с удовольствием остался бы дома. Еле уговорила не рушить компании. Тем более что нас пригласили заранее, и подруга долго к своему празднику готовилась. Игорь повздыхал и дал себя уломать. Так мы и оказались у Анюты на квартире.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5