скачать книгу бесплатно
Или то, что на безымянном пальце правой руки, которой она схватилась за ручку двери, красовалось обручальное кольцо.
Как она его не заметила раньше?!
Глава 1
Три месяца спустя
– Заведующая бушует.
– Сильно?
– Конечно! Танюш, а как ты себе представляешь? Она на тебе последние месяцы только и выезжала! Ты же безотказная, нас подменяла, хотя и не должна была.
– Даша, не трави душу. Она на меня сегодня тааак посмотрела, что всё, думала, убегу раньше, чем разговор закончим.
– Она умеет. Но знаешь… Я её понимаю. Мы столько времени искали адекватного логопеда, который бы вписался в коллектив и любил бы малышариков, что ты оказалась именно в том месте и в то время. А сейчас что? Декрет?
– Даш, но я же не завтра ухожу.
– Угу. Ты давай об этом Тихоновой скажи. Или своему Аршавину.
– Аршавин не мой. Сколько раз говорить…
Таня не стала добавлять, что теперь точно. Кому нужна беременная девушка, когда у самого двое детей? Таня и не планировала с ним встречаться. Он оказывал недвусмысленные знаки внимания, на прошлой неделе предложил поужинать. Заведующая при приеме на работу сразу оговорилась: никаких романов с родителями подопечных. Иначе увольнение по статье. И грозно добавила: за аморальное поведение.
Тогда Таня посмеялась в душе. Кого в наше время увольняют по такой статье? Другое дело – быть уволенной из сада, который ей очень нравился. Он Тани идеально подходил по всем параметрам. Во-первых, близко к дому. Она могла ходить пешком. Пятнадцать минут – и она на работе. Во-вторых, приятный, сплоченный коллектив. В-третьих, детский сад был частным, что позволяло платить сотрудникам хорошую зарплату. Заведующая сразу оговорила момент с дополнительными занятиями. Если они будут проводиться вне стен сада – пожалуйста. Если на территории, то необходимо официально арендовать у них кабинет и платить с дохода налог.
Таню всё устраивало. Александра Степановна иногда, конечно, перегибала палку и могла устроить разнос без видимой причины, но своих сотрудников она в обиду никому не давала. Девочки рассказывали, что были случаи, когда родители катали на воспитателей жалобы. Так Зубина всегда на сторону воспитателей вставала. Долго беседовала с родителями и, несмотря на угрозы забрать ребенка в другой сад, стояла на своем.
Беременность Татьяны для Зубиной вышла шоком.
– Это что, Урсулова?
Таня вздохнула.
– Справка о постановлении на учет. Если встаешь на учет на раннем сроке, полагаются дополнительные выплаты от государства.
– Я вижу, что справка. Ты… Нет, ты что, беременна? – почему-то Александра Степановна отреагировала с запозданием. Таня думала, что смерч в кабинете начнется раньше.
– Угу.
– Ты мне тут не угукай, – бывало и такое, что Зубина переставала соблюдать субординацию. – То, что беременна – молодец! Молодая, красивая, но где мне теперь спеца на твоё место брать? И чтобы декрет не полтора года, а, как полагается, три сидела! А потом ребенка к нам в сад! И… Свадьба-то когда?
Таня громко вздохнула и, как есть, выпалила:
– Свадьбы не будет.
– Тааак…
– Нагуляла я, – улыбнулась Таня. Иногда улыбка всё-таки выступает лучшим оружием.
– Ты?
– Я.
– Нагуляла?
– Так точно.
– Урсулова, деточка, ты себя слышишь? Танечка, ты и «нагуляла» – несовместимые понятия!
– Вот так же мне и крестная сказала, – Таня ещё громче вздохнула.
– Так, а ну давай садись. И рассказывай: как, где, когда, с кем. Будем решать.
– Александра Степановна, а может, я всё-таки пойду? У меня занятие. Старшая группа, выпускники. Ждут.
Заведующая окинула её грозным взглядом, задержавшись на пока плоском животе, и отпустила.
Правда, потом ещё два раза приглашала поговорить, но Таня находила отмазки не являться «на ковер».
Расспрашивала Дашу. Они с ней сдружились почти сразу же, как только Таня пришла работать. Даша была старше на три года, разведена, искренне считала, что мужики – не то что нехорошие личности, но им периодически стоит напоминать, что они произошли от обезьян. Таня обычно отмалчивалась и в подобные диспуты не вступала.
Потому что ей сказать-то особо было нечего.
Мужчины её никогда не обижали. Наоборот, рюкзак к школе таскали, от хулиганов защищали. Цветы дарили. Всё, как полагается.
Разве виноваты они, что она оказалась такой невлюбчивой? А встречалась только ради того, чтобы у неё был парень, как у всех… Нет, так дело не пойдет. И опять же бабка с крестной по голове за такое не погладят.
– Не нравится – парню голову не дури, – всегда говорила бабка. Крестная отмалчивалась, но и её взгляда хватало.
Таня придерживалась такого же мнения и всегда честно говорила, что к чему. Самое интересное, парни не обижались, а только активировались в ухаживании.
Первый серьезный роман у Тани случился на втором курсе. Они встречались с мальчиком два года, потом разбежались. Отношения зашли в тупик. В один прекрасный вечер осознали, что сидят, молчат. Поговорить не о чем.
Второй роман мог сложиться… Но не судьба. Ей нравился брат Кэт, подруги по институту, Эдик. На неё он тоже поглядывал. Таня, собираясь на девичник в Вегас, рассчитывала, что у них начнется роман.
А получилось… что получилось. Теперь ни о каком романе не стоит и думать.
Честно – она и не думала. Тут такое началось в семье – вывезти бы без потерь.
Хотя бы на работе адекватно отреагировали, и то уже хорошо.
Сегодня Таня задерживалась. Поговорила с Дашей, выпила чай. Долго смотрела в окно на зажигающиеся огни. Снега ещё не было, но чувствовалось приближение зимы.
Зиму Таня любила. Ей нравились коньки, она с удовольствием каталась на лыжах. Дома, когда приезжала к бабушке, всегда с Инной лепили огромного снеговика. Почему бы и нет? Есть традиции, нарушать которые не стоит. Зимой ей спокойнее было, что ли. Нет летней суеты, беготни. Летом всё время куда-то бежишь, опаздываешь. Утром планируешь множество дел, день длинный, хочется многое успеть. И всё бегом.
Машину Таня пока не купила. Планировала, рассчитывала бюджет. Думала проработать полгода, взять кредит. У неё была небольшая сумма на счету. А сразу после школы начала подрабатывать. Опять же летом занималась репетиторством, будущих первоклашек готовила к школе, английским с учениками начальных классов занималась.
На десятилетнего «корейца» вскоре вполне могла рассчитывать.
Актуальность покупки машины, вернее, острая надобность, отпала, когда Таня устроилась в сад. Близко, ездить почти никуда не приходилось.
Но с беременностью вопрос о личном транспорте снова назревал. И вопрос «где взять деньги» – тоже. Инна, младшая сестра, намекала занять у бабушки. Таня не хотела. Бабка и без этого очень многое им дала, помогала всегда.
Ладно, разберется. До Нового года можно и без машины.
Интересно, а если она с большим животом придет в банк и заявится в кредитный отдел, на ней в анкете сразу черную метку поставят или всё же выслушают?
Таня улыбнулась своим мыслям и пошла одеваться.
На улице похолодало. Поднялся ветерок. Таня порадовалась, что оделась по погоде: теплое пальто, высокие сапоги, тонкая вязаная шапочка. Никаких легких курток и замшевых ботинок. Ей мечталось, что однажды она перейдет в разряд модниц и каждый сезон будет покупать себе обновочки. Почему бы и не помечтать? Обновочки она будет сейчас покупать и часто. Но не себе.
Мысль о ребенке грела.
Странно получилось. По всем исходным параметрам – начиная от того, что она переспала с мужчиной, секса с которым не помнила и которого больше ни разу не видела, и, заканчивая внеплановой беременностью, – она должна была пребывать в апатии. В смятении. Думать-размышлять, что ей делать дальше, например, рожать или нет.
Наверное, так и было бы, если бы Таня родилась в другой семье. В обычной. Где есть мама и папа. Где важные решения принимаются на семейном совете. У них тоже принимались на семейном совете. Только он состоял из одних женщин.
Да-да, настоящее бабское царство.
Таня искренне надеялась, что у неё будет мальчик.
У неё просто обязан быть мальчик!
Когда она поняла, что случилась задержка, то испугалась. Чего тут греха таить. Да и какая нормальная девушка не испугается? Смотрела на три теста – мелочиться Таня не стала – и не моргала с минуту, наверное.
Она беременна. Беременна…
Интересно, от кого…
Нет, от кого – она знала. Только не знала, как его зовут. И лица не помнила. Только чуб цвета спелой пшеницы.
Потому что из номера в Лас-Вегасе она всё-таки сиганула. Никакие «стоять» и прочее её не остановили. Улепетывала так, что пятки сверкали. А любовник за ней не погнался. И правильно сделал – ему ещё одеться надо было.
Правда, вечером того же дня Таню нашли. Один представительного вида мужчина и два очень серьезных парня. Сунули ей в руку лист, подтверждающий, что она согласна на развод. При этом фамилию мужа прикрыли рукой.
Таня находилась в таком ступоре, что подписала. Кольцо сняла с пальца заранее. Вернула его представительному мужчине и мысленно перекрестилась, когда все трое ушли.
Кэт, Соня и Лиза дружно воззрились на неё.
– Молчите, предательницы. И ничего мне не говорите, – так она остановила поток намечающихся вопросов.
Вечером намечалась пенная вечеринка, про Таню все забыли. И хорошо.
Но Судьба иногда любит напоминать о себе в самый неподходящий момент. Напомнила она о себе и Тане.
Конечно, была паника. Первые дни. А потом Таня резко успокоилась. Проснулась утром, посмотрела на слегка округлый от природы живот и улыбнулась.
Не справятся, что ли, они? Она, крестная, бабка, Инна? Ещё как справятся.
И поддержат.
Нет, сначала, конечно, скажут, что никто от неё ничего подобного не ожидал. Что гены взяли вверх, что материнская непутевость проявилась всё-таки. Потом угомонятся, и всё будет отлично.
На сегодняшний день они находились в стадии перехода от «непутевости» к спокойствию.
Уже хорошо.
Чужую машину Таня увидела сразу. Двор у них был маленький, две пятиэтажки каким-то чудом оставшиеся нетронутыми среди новых застроек. Местные бабки поговаривали, что скоро дойдет и до них очередь, и выстраивали план обороны. Пока же их два дома стояли особняком. Залетные редко бывали в этом дворе. Если кто-то приезжал к Катерине со второго подъезда, то бабка Люба точно знала, что это именно к Кате, а не к разведенке Ирине с пятого этажа.
Почему Татьяна сделала акцент на огромном черном внедорожнике, она не знала.
Интуиция? Возможно.
Девушка замедлила шаг. Рядом с двумя тополями припарковалась не машина, а настоящий танк. Только лейбл очень известный. Таня даже боялась подумать, сколько он стоит. Зато крестная точно знала. Она на таком прокатилась бы. Интересно, он рамный? Просвет во-он какой высокий.
Когда надвигается опасность, восприятие дает сбой. Замечаешь то, на что раньше не обратила бы внимания. Мысли скачут. Разумом понимаешь, что всё идет своим чередом, интуиция шепчет, что сейчас что-то будет.
Таня одернула себя. Она стала слишком мнительной. Рановато ещё для бушующих гормонов.
Но почему, когда задняя дверца распахнулась и на вязкую жижу ступили начищенные до блеска ботинки, Таня точно знала, что это по её душу.
И в голове пронеслась шальная мысль: «Крестная, ну, какого черта…»
Глава 2
Из внедорожника вышел мужчина. Крепкий. Темноволосый. Никакого светлого чуба. Но Татьяна не спешила радоваться.
Потому что мужчина направился к ней, негромко окликнув:
– Татьяна Игоревна, добрый вечер. Задержитесь на минутку.
Таня остановилась, сильнее вцепившись в кожаный рюкзак. У неё внутри имелся газовый баллончик. Если её попытаются насильно затащить внутрь внедорожника, какой шанс на его применение?
И смех, и грех, но в данной ситуации Татьяна больше рассчитывала на бабушек. Раиса Михайловна и бабка Люба были уже на посту, сидели на скамейке и без всякого стеснения смотрели в их сторону. Они и номер машины запомнили, и при необходимости марку, если не назовут, то опишут. Мужчину – тоже.
– Добрый вечер, – Таня остановилась на приличном расстоянии от мужчины.
Незнакомец также не стал сближаться. Распахнутое пальто и тонкая рубашка под ним не настраивали на долгую беседу.
– Меня зовут Анатолий, я доверенное лицо Павла Сергеевича Дольника.
Мужчина назвал фамилию, Таня свела брови на переносице, мысленно перебирая новых детей, которых к ней привели на индивидуальное обучение. Никого с аналогичной фамилией не было. Кого она обманывает? Ни один родитель не пошлет к ней доверенное лицо.
– Чем могу быть вам полезна? – Татьяна старалась говорить спокойно.
– Павел Сергеевич приглашает вас побеседовать. Желательно сегодня.