banner banner banner
Страх
Страх
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Страх

скачать книгу бесплатно

– Вот посмотрите. – Данилов протянул Кацу ресторанный счет.

– Наш.

– А вы этого человека раньше в ресторане видели?

– Точно нет. Возможно, официанты… А впрочем…

– Что «впрочем»?

– Есть один человек.

– Кто?

– Знаю, что его зовут Борек, в нашем кабаке почти каждый день. Он-то наверняка всех видит и помнит.

– Почему?

– Так я думаю.

– Опишите его.

– Всегда хорошо одет, лысый, высокий, денежный.

– Это не приметы.

– Ну худощавый, суетный такой.

– Спасибо, Григорий Давидович, вы идите отдыхайте, а как проснетесь, попрошу к нам на Петровку, пропуск будет заказан. Мы ваши показания на бумаге закрепим.

– Буду. – Кац встал.

Данилов поднялся в восьмую квартиру.

В комнате за столом сидел Чернышов и писал протокол обыска. На диване устроились понятые – дворник с женой.

– Нашли что-нибудь? – спросил Иван Александрович.

– Ничего.

– Я так и думал.

– Я тоже. – Чернышов аккуратно закрутил колпачок авторучки. – Как жить-то дальше будем?

– Что Мартынова показала?

– Обычное дело. Познакомились в кинотеатре. Пару раз в цирк сходили, один раз на джаз-оркестр Утесова. Потом он к ней пришел. Работает, сказал, в органах…

– Тоже мне, гинеколог, – зло прокомментировал Данилов.

Чернышов хохотнул и продолжал:

– Вчера выпили, закусили, легли. Поздно ночью звонок. Голос мужской, низкий. Наш «сыщик» сказал, мол, на работу вызывают, и ушел.

– Где живет, не говорил?

– Нет.

– История обычная, сколько мужиков на войне погибло-то. Застоялись бабы, любого дай. А здесь бугай из органов. Ну я на Петровку, связь держим постоянно.

Данилов и начальник

Секретарь начальника Паша Осетров принес чай и бутерброды с американским шпиком.

Данилов посмотрел на него и в который раз подивился, как ладно, словно на гвардейском поручике, сидит на нем форма.

– Ты ешь, Данилов, – начальник откусил сразу половину бутерброда, – ешь. Не завтракал небось.

– Небось да. С трупом возился.

– Ну что ты скажешь? – Начальник взял в руки туфтовую «мурку», лежащую на столе.

Данилов замотал головой.

– Невразумительно, Ваня. Дело-то хреновое, того и гляди, из госбезопасности приедут.

– Так уж сразу.

– Наш-то политорган уже заколотился. Сажин икру мечет. – Начальник нажал кнопку.

На пороге появился Осетров.

– Капитана Лялина ко мне. Ты его знаешь, Иван?

– Почти нет, он из отдела Муштакова.

– Да. Хороший парень. В МУРе с сорокового. В августе сорок первого ушел добровольцем, попал в диверсионную группу, работал в немецком тылу. Получил два «Красного Знамени» и партизанскую медаль второй степени, а вот видишь, – начальник подошел к сейфу, открыл, вынул коробочку и удостоверение, положил на стол, – прислали ему медаль партизанскую первой степени. Он в разных отрядах задания выполнял, так первую награду ему в одном дали, а в другом – следующую. Так вот суди сам, Ваня, как мне с этим Лялиным разговаривать. Кстати, твой Муравьев тоже партизанскую медаль получил.

– А он-то за что?

– Помнишь, в сорок втором он в партизанское соединение летал?

– Помню.

– Самолет подбили, он из немецкого тыла выходил.

– Но ведь он не партизан.

– Значит, тесть его подсуетился, как-никак, а он генерал и замнаркома.

– Непонятно.

– А чего непонятного: Муравьевым уже дважды из наркомата интересовались, спрашивали, какая у него перспектива роста.

– Что поделаешь…

Данилов не успел закончить фразу, в дверь заглянул Осетров:

– Капитан Лялин.

– Давай, – махнул рукой начальник.

В комнату вошли двое: замначальника Серебровский и Лялин.

– Товарищ полковник, капитан Лялин по вашему приказанию прибыл.

Начальник встал.

– Вот какое дело, Лялин. Начну с приятного. Указом Президиума Верховного Совета СССР № 116 от 6 января сего года ты награжден медалью «Партизан Отечественной войны» первой степени. Поздравляю.

– Служу Советскому Союзу.

Начальник подошел к Лялину и прикрепил медаль к его кителю.

– А теперь садись, Лялин, поговорим о неприятном.

Лялин сел, настороженно оглядел начальника, Серебровского, Данилова.

– Ты мне скажи, друг мой Лялин, как ты данное явление оцениваешь. – Начальник протянул ему фальшивое удостоверение.

Лялин взял красную книжку, раскрыл, посмотрел, и кровь отлила от его лица.

– Ну что скажешь? – Начальник забарабанил пальцами по столу.

– Не знаю, товарищ полковник.

– Скажите, капитан, где вам приходится снимать пиджак или китель, ну, к примеру, в гостях? – спросил Данилов.

– Если я, товарищ подполковник, где-то и снимаю одежду, то удостоверение в карман брюк перекладываю, – резко ответил Лялин.

– Вы не сердитесь, капитан, но дело мужское…

– Понял вас. Есть у меня подруга, работает в Советском райкоме комсомола, мы решили пожениться летом.

– А почему летом? – вмешался Серебровский.

– Она уехала уполномоченным в колхоз.

– Вы в баню ходите? – поинтересовался Данилов.

– Каждую среду идем вчетвером, трое моются, а один караулит, потом мы приходим, он моется.

– Если удостоверение всегда при вас, растолкуйте: как оно попало в чужие руки? – Данилов встал.

Лялин не успел ответить. Дверь распахнулась, и в кабинет вошел замначальника московской милиции, начальник политотдела полковник Сажин. Данилов его терпеть не мог, потому что в этом маленьком худом человеке уживалось столько злобы и подлости, что вполне бы хватило на население города средней руки.

– О чем беседуете? – не здороваясь, спросил он.

– О делах наших невеселых, – зло ответил начальник.

– А это ты, полковник, прав. Дела у вас из рук вон плохие. Городом овладели преступники, а начальник ОББ чаи гоняет. Так, что ли, Данилов?

Иван Александрович молчал.

– Ишь ты, какие костюмы-то носим в то время, как вся…

– Товарищ полковник, – лицо начальника налилось темно-багровым цветом, – попрошу по существу. А что касается костюма начальника ОББ, так отрезом его наградили за ликвидацию банды «докторов».

– Ты по существу хочешь? Изволь. Бдительность вы, дорогие товарищи, потеряли. Бдительность чекистскую. Поэтому и гуляют по Москве бандиты с вашими удостоверениями. Так что же, Лялин?

– Мое удостоверение при мне, товарищ полковник.

– Ишь, при мне, – передразнил Сажин и нехорошо покосился на колодку на кителе Лялина и новую медаль.

«Завидует. Он же завидует наградам Лялина», – понял Данилов.

Над карманом кителя всемосковского политрука скромно висели «Красная Звезда», «Знак Почета» и медаль «За трудовое отличие». Ее, кстати, в сороковом вручали обоим: Данилову и Сажину.

– Ты здесь партизанскими наградами не тряси, Лялин, – зло сказал Сажин. – Ты на нашей работе заслужи награды, тогда тебе честь и хвала. А пока ты, Лялин, утратил чекистскую бдительность. Ты знаешь, что такое красная книжечка работников органов? Это частичка нашего знамени. Понял?

Лялин молчал.

– А ты, значит, врагу это знамя отдал!

– Погодите-ка, товарищ полковник, – Серебровский вскочил, – это не разговор. Ты, Лялин, иди, делом занимайся, мы без тебя перетолкуем.

Капитан вышел из кабинета.

– Я смотрю, – продолжал Серебровский, – вы уже статью шьете боевому офицеру? – Он подошел к Сажину: – Ловко это у вас получается.

– А вы, товарищ Серебровский, не очень-то, не очень, – Сажин назидательно поднял палец, – у вас в личном деле тоже кое-что есть.

– За своих баб, товарищ Сажин, я готов отвечать на любом уровне, а вот офицеров наших марать не позволю.

– Все, – начальник хлопнул ладонью по столу, – товарищ полковник, у вас есть обоснованные претензии к руководству МУРа?

– Найдутся.

– Тогда давайте говорить об этом у руководства.