Уязвленные вестью

Хильда Бирка

Уязвленные вестью

«Челядь»:

Ожидание окончено родным бытием,

Выжидание нахлобучено чужеродным рытьём.

Попытки вразумить оказались гробом в рать.

По пытке в разум вбить казались горбом побирать!

Сплошь аванс сквозь декаданс,

Вошь, авось врозь преферанс?

Потихонечку, маленечку…

По, Тихон, нычку, маленечек!

Аккуратно подобирать!

АК, кур ратно по-добирать!

Водяной постомат,

Водя, Ной, пост, о, мат!

Оплошал, реверанс, юлозь перформанс…

Сплошь аванс сквозь декаданс,

Вошь, авось врозь преферанс?

Потихонечку, маленечку…

По, Тихон, нычку, маленечек!

Там бур, всё бесплатно!

Тамбур, всё — бес, платно!

Народно было видно,

Нар одно было, вид, но…

Эх, потец Владимира сошёл.

Эх, По, отец Влада и мира сошёл.

Да хоть и бывать им в здравии,

Да, коть, убывать и вздрагивать!

Убивцем пребывать желание…

Нечистым пробовать желанное!

Брось романс, трость и баланс…

Сплошь аванс сквозь декаданс,

Вошь, авось врозь преферанс?

Потихонечку, маленечку…

По, Тихон, нычку, маленечек!

«Землемер»:

«Это — земля нашей страны,

Что так едина для войны.

Очень странна наша страна,

За то, что добра светлость наша»

– Злой, недовольный землемер,

Доносил речь до гостей.

Использовал он свой манер,

Скрыто боясь своих костей.

Эээх!

Земле-землемер,

Столь нечестно обдурен,

Столь несчастно покорен,

Покинув он свой вольер!

Землемер наш непростой,

Облит он грязью с головой,

За то, что не был он густой

В своей покорности с главой!

Так, землемер горя не знал,

Землю мерил и белил.

Свою землю он любил,

Но в итоге упустил!

Эээх!

Земле-землемер,

Столь нечестно обдурен,

Столь несчастно покорен,

Покинув он свой вольер!

Государство не добро,

Оно очень обозлено,

Разливало горячо,

Тем, что оно разорено!

Так, землемер стал сиротой,

Горем видел он покой,

Свою землю он берег,

Но в итоге не сберег!

Эээх!

Земле-землемер,

Столь нечестно обдурен,

Столь несчастно покорен,

Покинув он свой вольер!

Свой он роковой чертеж,

Предоставил королю.

Тот открыл окно настежь

И промолвил: «Я горю!

«Это — дьявольский чертеж,

Что за выдумка и дрожь?

Это грех такое знать,

Ты — не знать, ты должен знать!»

Горемыкой становится?

Боже мой, лучше убиться…

Эээх!

Земле-землемер,

Столь нечестно обдурен,

Столь несчастно покорен,

Покинув он свой вольер!

«Дурачьё»:

Дурачьё уродилось наяву.

Дурачьё окликнуло гурьбу!

Дурачьё полезло умирать…

Дурачьё, мамку спасать!

Дурачьё, его мудачье!

Дурачьё, его судачье!

Дурачьё, его бычье!

Дурачьё сыскало пол…

Дурачьё, червонец, гол!

Дурачьё монеткой кичиться!

Дурачьё молвит: «Купиться!»

Дурачьё, его мудачьё!

Дурачьё, его судачьё!

Дурачьё, его ручьё!

Дурачьё грохнулось, понесло…

Дурачьё, свихнувшись, поползло!

Дурачьё: «Люд кряхтит:

«Дурачьё, оно свистит?»

Дурачьё, его мудачьё!

Дурачьё, его судачьё!

Дурачьё, его ручьё!

Дурачьё рубит плечом.

Дурачьё, житьё бом-бом!

Дурачьё лежит пластом,

Дурачьё ноет ромбом.

Дурачьё, его мудачьё!

Дурачьё, его судачьё!

Дурачьё, его ручьё!

Дурачьё любимое сгинуло…

Дурачьё, нежить ринула?

Дурачьё надгробие двинуло,

Дурачьё толкует: «Видимо»!

«Устойчивые выражения»:

Баклуши били на кобыле,

Вокруг пальца всех водили,

Пока кобылку не избили…

Ну а коли то кобылы,

Если били - то не была,

Коль кобыла - то не била,

Била - была, не кобыла!

Коли рак на горке свистнет,

Он-то сразу сдрыснет!

Смерть не придёт на блюдечке

С голубой каёмочкой!

Рубцу наказали бить,

Только бить, но не рубить!

Он грабаство колотить,

Да на нос не зарубить!

Не коли-то ты с плеча,

Иначе сглазишь сгоряча!

Греть-то змейку, уже ужа,

На груди только лишь, да!

Коли рак на горке свистнет,

Он-то сразу сдрыснет!

Смерть не придёт на блюдечке

С голубой каёмочкой!

Соизволите, хотели?

Ну, смелей, туда велели!

Ты на Камчатке не бредил,

Потому что лесть холил!

Эй, так ты же перепортишь!

«Кашу маслом не испортишь»

– Говорил мой дед, доставая

Баклажку машинного и убегая.

Коли рак на горке свистнет,

Он-то сразу сдрыснет!

Смерть не придёт на блюдечке

С голубой каёмочкой!

Ну не коли голубой,

То тогда уж в гробовой!