скачать книгу бесплатно
Нолан наконец оторвался от телефона, и глаза его расширились:
– Господи, что случилось?
– Хоккей, – буркнул я на ходу, оставив его разбираться с девицей.
Войдя к себе в спальню, я свалил одежду на кровать и принялся шарить в карманах, пока не нашел обезболивающие. Я мечтал только об одном – принять горизонтальное положение и отсыпаться, пока мне не станет легче.
На тумбочке стоял стакан воды двухдневной давности. Сойдет… Стиви права, надо приложить к ноге лед, но для этого придется возвращаться в кухню. Я улегся поверх одеяла, ожидая, когда подействует лекарство и придет сон.
Через несколько секунд дверь распахнулась. Братец указал на мой пах, невольно прикрыв ладонью свой:
– Слушай, это ж прям жесть!
Я отвел взгляд от белого потолка.
– Ты даже не представляешь какая. Принеси, что ли, льда из морозильника.
– Сейчас, – Нолан скрылся в коридоре и вернулся с одним из моих охлаждающих гелевых пакетов и полотенцем.
Я накрыл ляжку и положил сверху лед, скривившись, когда холод проник в мошонку. Яйца немедленно съежились, отчего меня скрутила зверская боль. Я застонал и напрягся, отчего стало еще больнее на несколько долгих, мучительных секунд.
– Так что конкретно произошло? – Нолан с размаху уселся ко мне со своим контейнером. К счастью, матрас у меня амортизирующий и я не ощутил сотрясения.
Следом на кровать запрыгнул Дикен, наш черный с белым кот. Он потерся о ногу Нолана и улегся рядом со мной, положив лапу мне на руку. Вскоре он начал бодать меня и слегка выпускать когти, требуя ласки.
Почесывая Дикена за ушами, я рассказывал брату об ударе клюшкой на вчерашнем матче, о том, как я не вовремя расставил ноги, о поездке в больницу и о шестинедельном больничном. Напоследок я рассказал, как уронил в шахту лифта карту-ключ и ночевал на диване у соседки напротив.
– Что ж ты мне не написал из больницы? Я бы выставил свою даму в два счета.
– Я был малость занят, – я потер лицо ладонью и поморщился. Падая, я приложился щекой о стойку ворот, но боль в паху забивала остальные ощущения. – Ты в курсе, что я считал ее боуменовской подстилкой?
– Ты брюзжишь об этом с самого ее переезда, так что да, я в курсе.
– Оказывается, она его младшая сестра.
Теперь, кстати, многое встало на свои места.
– Да ладно? А она замужем?
Я чуть повернул голову – только чтобы глянуть на Нолана:
– Даже не думай.
Брат смотрел на меня в упор, приподняв бровь.
– А, вот теперь все понятно. Ты на нее запал.
– Нет, – отрезал я, снова уставившись в потолок. – Хотя у нее классные соски и очень крутая грудь.
– Я тебе не верю, – Нолан уколол палец и выдавил каплю крови на индикатор, чтобы знать, сколько инсулина колоть. Это первый укол из пяти, назначенных ему в день.
– Это почему?
– Потому что ты на нее гонишь с самого ее появления. Сперва потому, что она шумела посреди ночи, затем потому, что ты не одобрял ее распущенность. Ты бесился, что она студентка и обливается духами, а потом начал возмущаться, что она расхаживает по дому в обтягивающих майках и спортивных трусах, будто у нее нормальной одежды нет. Притом что сам ты ходишь по квартире и даже по этажу исключительно в нижнем белье. Я настолько хорошо изучил очертания твоего дружка, что узнал бы его из целой шеренги вернее, чем свой собственный.
– Не понимаю, как по моим словам можно заключить, будто она мне нравится, – я не стал комментировать шпильку насчет очертаний моего дружка, потому что квартира моя, буду ходить как хочу. Если Нолану тоже хочется разгуливать налегке, я не против, только он быстро замерзнет, у него кровообращение так себе.
– После Пенни ты ни об одной женщине столько не говорил.
– Это имя здесь под запретом. Не произноси его.
Пенни была моя последняя почти серьезная подружка. Я разорвал отношения, потому что Пенни больше заботило, сколько лайков соберут в соцсетях ее селфи со мной, а я как человек интересовал ее меньше.
– Я что, я ничего. Просто впервые за долгое время что-то помимо хоккея разожгло огонек под твоей задницей.
– Раздражение – это не огонек.
– Ну-ну, продолжай отрицать очевидное, Шиппи, – брат задрал рубашку, удерживая подол зубами, сжал двумя пальцами складку кожи – ему пришлось ссутулиться, потому что он довольно тощий, – и глубоко воткнул в тело иголку.
– Какое еще очевидное?
Нолан опустил рубашку и потер место укола.
– Я же видел, как ты подолгу смотришь в глазок по утрам, ожидая, когда она выйдет!
– Это не потому, что она мне нравится!
– Ну еще бы. Если тебе нужны советы по части личной жизни, я к твоим услугам, брат.
– Сдались мне твои советы, я и так склею кого надо. Была бы девица стоящая.
Чаще всего мне просто лень напрягаться.
– Только не забывай, что твое красивое лицо со временем подурнеет и шевелюра рано или поздно начнет редеть, – брат взъерошил мне волосы. Я хлопнул его по руке. – Повышай коммуникабельность и учись флиртовать, иначе так и будешь справляться вручную остаток жизни.
– Судя по всему, – я указал себе на пах, – я теперь долго не смогу кого-то ублажать. Даже сам себя.
– Это, конечно, хреново, – Нолан собрал свой инсулиновый набор и легко поднялся на ноги. – Тебе еще что-нибудь принести? Я сегодня работаю всего четыре часа, лекций нет, вернусь рано.
– Да нет, спасибо за заботу.
Я смотрел в потолок и думал о соседке, мелкой сестре Рука Боумена, которую изводил несколько недель – сперва из любопытства, а потом из злорадства при виде ее смущения. Потому что я считал ее… короче, той, кем она не являлась. Своим поведением она, как мне казалось, оскорбляла мои моральные принципы.
Нолан прав, я действительно поджидал ее по утрам, следя через глазок. Вот не думал, что брат все замечает… Мне стало немного неловко за странное соревнование по оголению – будто мы с ней старались вызвать друг у друга какую-то реакцию.
Последние недели предстали теперь в абсолютно ином свете, и я не знал, что со всем этим делать. А еще я не знал, как быть с тем, что у меня наступает эрекция при виде Стиви в ее спортивных тряпицах. Может, Нолан прав и я действительно неровно дышу в ее сторону? Там есть на что заглядеться – отличное тело и острый язычок в придачу. И пахнет от нее приятно. Я все это очень ценю в женщинах.
Да вот только она сестра капитана нашей команды, которого я терпеть не могу.
Будь я по натуре мстительным, ох и воспользовался бы ситуацией…
Глава 10. Извинения и одолжения
Стиви
На работу я приехала всего за десять минут до первой клиентки, а я не привыкла так начинать день. Я всегда на месте минимум за полчаса до начала, чтобы не спеша просмотреть свое расписание и вспомнить планы лечения, прежде чем пойдут пациенты. Еще я люблю поболтать с Патти, Джулс и другими коллегами – кроме Джоуи, которого всячески избегаю.
Ну и, разумеется, первым, с кем я столкнулась в тот день, оказался он. Я поспешно заталкивала вещи в шкафчик.
– Привет, – начал Джоуи и оперся локтем о соседнюю дверцу.
– Чего тебе надо? – бросила я, не глядя на него, потому что не желала видеть его заискивающую мину, да и подмышка Джоуи оказалась бы у меня прямо перед лицом. В перерывах между клиентами он всегда остается в майке. Раньше мне это нравилось, но теперь я нахожу эту привычку отталкивающей.
– Я записал нас волонтерами на подготовку благотворительного вечера. Пообещал, что мы возьмем на себя оформление зала, ты ведь такая рукастая и умелая… По-моему, вечер подвернулся как нельзя более кстати: ты новенькая, прекрасный случай хорошо себя зарекомендовать. А во время совместной работы сможем пообщаться.
Мне хотелось врезать ему по яйцам, чтобы он заорал, но я лишь процедила сквозь зубы:
– Обалдеть. Ну, спасибо.
Сказанное сочилось сарказмом и презрением, но Джоуи либо не расслышал, либо предпочел игнорировать.
– Стиви, я знаю, ты на меня еще сердишься, но это и в самом деле пойдет нам на пользу!
Я с грохотом захлопнула шкаф и несколько секунд смотрела на серую краску, глубоко дыша. Надо сказать Джоуи, чтоб проваливал ко всем чертям искать себе другую оформительницу вечеров и залов. Я бы скорее согласилась, чтобы мне вырвали ногти, чем стала бы работать с ним над любым проектом, но затеянный конфликт неминуемо повлек бы за собой проблемы.
Я медленно повернулась, забыв, что Джоуи задрал локоть выше головы. Заросли у него под мышкой напоминали голову косматого тролля, и на волосне кое-где виднелись белые следы дезодоранта, будто у тролля перхоть.
– Ты хотел сказать – тебе, это пойдет на пользу тебе, – сказала я подмышечному троллю. У Джоуи руки растут откуда угодно, только не из плеч, поэтому основной объем работы свалится на меня.
– Стиви, – начал он, опуская руку.
– У меня клиентка, – я обошла Джоуи и направилась к двери, боясь не удержаться и совершить такое, после чего у меня в личном деле появится запись о харассменте.
* * *
Перед ланчем Патти и Джулс подошли ко мне и увели из ординаторской.
– Мы должны тебе кое-что сказать, – начала Джулс, когда мы вышли в теплый сентябрьский день и побросали вещи на ближайший уличный стол.
– Джоуи уже поставил меня перед фактом.
– Это просто подстава, он вообще не приходит рано, а сегодня явился и записал тебя в присутствии Лоретты! Мы ничего не смогли поделать, – сказала Патти с такой же досадой, какую я ощутила утром, когда Джоуи материализовался около моего шкафчика.
Я ободряюще потрепала подругу по руке, разворачивая взятый с собой ланч.
– Ну ничего. Спасибо за попытку отразить бросок.
– Может, нам поговорить с Лореттой и все объяснить, чтобы она тебя освободила?
Это уже сущее детство. Жалоба начальнице, что мне неприятно работать с бывшим бойфрендом, создаст не совсем благоприятное впечатление прежде всего обо мне. К тому же я не готова вдаваться в детали своей личной жизни перед людьми, которые платят мне зарплату.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: