скачать книгу бесплатно
На берег вышел местный участковый, Василий Андреевич Круглов – высокий, жилистый человек с редеющими каштановыми волосами и рыжеватыми усиками. Участковым Круглов, кажется, служил здесь вечно – даже старожилы Бережного никогда не упоминали никого другого, кто раньше работал бы на этом посту. А ведь лет Круглову было не так и много – примерно между сорока и пятьюдесятью.
– Чего это тебе не спится, Андреич? – продолжал Михаил радостно, успокоенный, что это не призрак и не кто-то из рыбоохраны.
С Кругловым у них давно сложилось взаимовыгодное сотрудничество: солидную долю прибыли они ежемесячно отстегивали участковому. Он отлично знал, чем они промышляют, но предпочитал делать вид, что не в курсе. Простоватый человек с незатейливым умом, он всегда вел себя как типичный житель глубинки. Но при этом наблюдательный человек бы распознал, что Круглов очень даже себе на уме: он всегда тщательно присматривался, все замечал, только не говорил напрямую, а умел приберегать свои знания и наблюдения на потом, дожидаясь удобного случая, чтобы ими воспользоваться. Сейчас он смотрел на троих мужчин, чуть прищурившись, долгим взглядом, и под этим взглядом все трое вдруг почувствовали себя неуютно.
– Чего не спишь-то? – глуповато повторил Михаил.
– Служба такая, – коротко ответил Круглов.
Он шагнул к лодке, достал фонарик, посветил. Потом нагнулся. Луч высветил огромное количество рыбы, большая часть которой была уложена в мешки из грубой, прочной серой ткани.
– Богатый улов, – заметил участковый, выпрямляясь.
– Ну да, – заискивающе улыбнувшись, подмигнул Михаил. – Поделимся, Андреич!
– Ты, Миша, видно, перепутал что-то, – усмехнулся Круглов. – Я вообще-то при исполнении.
– Да ты чего, Андреич? – заморгал Михаил. – Выпил, что ли, для сугрева?
Николай нахмурился. Сложившаяся ситуация ему совсем не нравилась, и он сделал шаг навстречу Круглову, выходя вперед.
– Какие проблемы, Андреич? – спросил он.
Круглов не торопясь достал новую пачку, выбил из нее сигарету, закурил и, выпуская дым в сторону, сказал скучным голосом:
– Протокол будем оформлять.
– Какой протокол? – оторопело спросил Михаил.
У Павла учащенно забилось сердце, ослабели колени, но он не подал вида, что явственно ощутил реальную угрозу.
– Протокол изъятия будем оформлять, – уже строго сказал участковый. – Изъятия контрафактной продукции. Незаконный вылов рыбы, вот так-то. А за это статья полагается. Так что дальше дело будем открывать. Уголовное.
Мрачный Николай вышел вперед, широкой спиной загородил подельников и, глядя в прищуренные глаза Круглова, спросил с плохо скрываемой злобой в голосе:
– Дело, говоришь? Уголовное? А на себя самого как? Тоже открывать будешь?
– Что-то ты не то говоришь, Коля, – произнес Круглов. – Наверное, на почве стресса заговариваться начал от расстройства, не иначе.
– Кто из нас заговаривается, это мы сейчас разберемся! – продолжал Николай, глядя на участкового без испуга, лишь прожигая его злобным взглядом. – Тебе что, мало стало? Жадность обуяла? Больше захотел? Так ты так и скажи! Чего понты наворачиваешь? «Слу-ужба, де-ело!» – передразнил он участкового.
– Андреич, ты если больше бабок хочешь, то все вопросы к Ашоту, – ощутив поддержку Николая, вернулся к своему обычному состоянию Михаил. – Он этими делами рулит, с ним и договаривайся.
– Я никакого Ашота не знаю и знать не хочу! – отрезал Круглов. – Я Ашота на месте не ловил. А вас взял с поличным, так что и отвечать вам. И ответите по полной! А если будете еще и клеветать на правоохранительные органы, я добьюсь, чтобы вам дополнительный срок впаяли!
Павел невольно отступил назад, поняв вдруг, что участковый не шутит. Николай же, напротив, напрягся и шагнул вперед, наливаясь яростью. Резким движением выхватив из-за спины ружье – отличный новенький карабин, коим был снабжен Ашотом, – он вскинул его и направил прямо на Круглова. Павел, побледнев, ухватил Николая за плечо, но тот резко, с силой скинул его руку.
– Места здесь уж больно запутанные, – негромко, но отчетливо проговорил он. – Сам теряюсь, хоть не первый год рыбачу. Тут лошадь с упряжкой пропадет – вовек не найдешь. А человек – вообще мелкая сошка…
– Коля, Коля, хорош, успокойся! – торопливо заговорил из-за спины Николая Павел, пытаясь образумить приятеля и не усугублять ситуацию.
– Не трожь! – сквозь зубы процедил Рыжов так, что Павел отшатнулся.
Заглянул в глаза Николаю – они налились кровью и сверкали очень нехорошим блеском. Видимо, участковый тоже почувствовал настроение Рыжова, потому что отклонился влево и крикнул:
– Сюда!
Из-за кустов быстро появились двое мужчин. Никто из троицы рыболовов их никогда не видел раньше. Мужчины были в форме, но из-за темноты было не разобрать, какого именно ведомства. У каждого в руках было ружье. Они быстро подошли к лодке. Николай, постояв немного, медленно опустил ствол.
– Браконьеров поймали, Василий Андреевич? – спросил один из них.
– Да вот, с поличным взял, – проговорил Круглов, с усмешкой глядя на Николая.
Тот, тяжело дыша, сжимал кулаки. На правой, той, что сжимала ружье, побелели костяшки.
– Ну что, забираем? – небрежно спросил один из мужчин.
– Подождите, – вмешался Михаил. – А вы, собственно, кто будете?
– Мы-то, собственно, из областного комитета рыбоохраны, – улыбнулся один из мужчин, доставая хрустящее удостоверение. – Так что давайте, ребята, без глупостей. Не стоит делать ситуацию еще серьезнее, чем она сложилась.
– Постойте, – Михаил улыбнулся, блеснул зелеными глазами, явно пытаясь решить вопрос миром. – Мужики, мы все понимаем и не спорим. Виноваты – да, признаем. И честно клянемся, что больше никогда незаконно ловить рыбу не будем. Ну зачем нам ехать куда-то? Давайте договоримся на месте, штраф оплатим как положено и квитанции не потребуем. И рыбу можете себе забирать, не пропадать же добру! А тут, между прочим, тысяч на двадцать будет только в сыром виде, без переработки. Про икру я вообще помалкиваю… Ну, дело же предлагаем! Обещаем: здесь вы нас больше не увидите! К чему вам лишние хлопоты-то?
Мужчины переглянулись и засмеялись.
– Ничего, – сказал один из них. – Мы уж похлопочем.
– В машину давайте! – холодно произнес второй, кивая в сторону.
За кустами послышалось фырчание автомобильного двигателя. Стало ясно, что их там дожидается служебная машина инспекторов. Деваться было некуда, спорить бесполезно. Их всерьез решили повязать. Видимо, у рыбнадзора и участкового был какой-то свой интерес, не касающийся денег, раз они наотрез отказались от вознаграждения.
Все трое – и Николай, и Михаил, и Павел – были в замешательстве. Подобная ситуация сложилась впервые и была совершенно нехарактерной для них. Они отлично знали, что и участковый, и вся местная полиция, и рыбоохрана прекрасно осведомлены о том, что браконьерская добыча рыбы в этих краях ведется, и весьма активно. Только бороться с этим всерьез никто не собирался, поскольку всем было выгодно. И участковый, и его начальство, и комитет – все кормились за счет рыбы, добываемой местной троицей, находившейся под патронажем Ашота. Во всей этой круговой поруке действовал негласный уговор: браконьеров не трогать. Они честно платили свою долю. Точнее, платил Ашот, а уж как он там договаривался с властями, ни Михаила, ни Николая, ни Павла не касалось. Они выполняли свою работу, добывали рыбу и переправляли ее Ашоту. Дальнейшее – документы, сбыт, договоры с чиновниками – не имело к ним отношения. В этой цепочке каждый занимался своим делом. Дело участкового Круглова заключалось в том, чтобы закрывать глаза на грехи браконьеров. И дело свое Круглов знал и выполнял на отлично. Ровно до сегодняшнего момента, который никому из троих попавшихся браконьеров был непонятен. То ли участковый решил таким образом выслужиться перед каким-то высоким начальством, то ли поменять штат на своих людей – неизвестно. Ясно одно: ехать с комитетчиками придется.
Михаил, видимо, первым понял и принял это. Глубоко вздохнув, он шагнул в направлении машины. Следом за ним пошел и Павел. Один Николай продолжал стоять, прожигая участкового Круглова насквозь ненавидящим взглядом. Потом медленно произнес:
– Ну и сука же ты, Андреич!
После чего сплюнул под ноги, попав на носок ботинка Круглова, и не спеша двинулся к автомобилю…
В машине они ехали долго. Всю дорогу молчали: во-первых, настроение у всех троих было ни к черту, так что говорить не хотелось. Во-вторых, были они не одни: впереди, в кабине, сидели оба инспектора плюс шофер. Машина – белая «Газель», салон которой был лишен окон. Николая, Павла и Михаила поместили в этот самый салон, отделенный от кабины лишь перегородками сидений. Так что любое слово отлично было слышно спереди.
Дорога была отвратительной, машину постоянно трясло, и казалось, что это путешествие никогда не закончится. В конце концов их все-таки привезли на место. Машина остановилась, один их инспекторов вышел из нее и, открыв дверцу, коротко приказал:
– На выход!
Все трое потянулись на улицу, спрыгивая из машины и потирая затекшие мышцы. Впереди маячила темно-красная стена какого-то здания, к которому их и повели. Когда подошли ближе, стала видна вывеска: «ОБЛАСТНАЯ ИНСПЕКЦИЯ РЫБООХРАНЫ».
Всех троих без разговоров провели в какую-то темную комнату, похожую на камеру, но все же отличавшуюся от нее. Здесь не было нар, только длинные сиденья вдоль стен. Решетки на окнах. Что это было за помещение и на какое время их сюда поместили, никто задержанным не сказал. Те двое, что их задержали, сразу куда-то ущли, передав их дежурному, который и препроводил их в эту комнату, после чего сразу исчез. Участкового Круглова тоже не было: он вообще не поехал в город. Видимо, его миссия в данном деле ограничилась тем, что он задержал браконьеров с поличным и опознал их личности.
Михаил первым сел на лавку и откинулся к стене. Павел примостился у самого края.
– Ничего себе инспекция рыбоохраны! – пробормотал он. – Да тут настоящая тюрьма!
Николай все еще топтался на месте, словно выражая таким образом протест. Потом, видимо, поняв, что никому своим стоянием ничего не докажет, подошел к лавке.
– Подвинься! – буркнул он, грубовато толкая Михаила в бок.
– Чего крысишься, Колян? – неодобрительно покосился на него Павел. – Нам всем тут несладко. Если мы еще между собой грызться станем, то все трое потонем. Вместе попали – вместе и держаться надо. Может, еще получится выбраться!
Павел ни на миг не терял надежду, что им все-таки удастся как-то отмазаться, как-то выбраться из истории, в которую они попали.
– Я сроду ни с кем вместе не был! – отрезал Николай. – Я всегда сам по себе!
– Зря, – пожал плечами Павел. – Вместе легче.
– Все из-за вас! – неожиданно зло проговорил Рыжов, поочередно обводя своих подельников мрачным взглядом.
– О как! – удивленно вскинул брови Павел. – Мы-то тут при чем?
– При том! – огрызнулся Николай. – Не связался бы с вами – сейчас не сидел бы тут!
– Ловко ты все повернул! – усмехнулся Павел. – А что бы без нас делал-то? Лодка моя, с Ашотом все терки Мишка разруливает. Один бы ловил, на удочку? Или сетки бы внаглую поставил, без крыши? Так тебя бы в тот же миг заластали под белы рученьки! Давно я за тобой наблюдаю, и настроение мне твое совсем не нравится! Вечно на нас волком смотришь, словно мы тебе дорогу в чем-то перешли!
Николай что-то пробурчал себе под нос. Павла же словно прорвало. Нервное напряжение последних часов выплескивалось из него обвинениями в адрес Николая.
– А может, это все ты, а? – выкрикивал он, сжимая кулаки. – Может, ты нарочно с Кругловым сговорился? А перед нами спектакль разыграл, а? Может, вы вместе все к рукам прибрать хотите?
– Думай, что говоришь! – рявкнул Николай, но Павла уже было не унять.
Он вскочил с лавки и, встав перед Рыжовым, запальчиво продолжал:
– Я-то как раз думаю! И думки мне всякие разные в голову приходят! И все они, как ни крути, тебя касаются! Ты все время воду мутишь! Тебе вечно все не так! И денег мало, и рыбы, и Ашот жадный, и мы не за дело получаем! Думаешь, я ничего не замечаю? Ясен пень – твоих это рук дело! Крыса! Иуда!
– Че-го? – взбеленился Николай, тоже поднимаясь со скамейки.
Драка казалась неизбежной. В этих стенах она была особенно неуместна, и Михаил, молчавший до этого, вмешался:
– Так, мужики, вы что, лишнюю статью хотите на себя повесить? Нам выбираться отсюда надо, а не собачиться! Выход искать!
– Какой выход? – заморгал ресницами из-под круглых совиных глаз Николай.
– Мозги включите, – спокойно произнес Михаил. – Круглов знал про нас? Знал. Рыбнадзор знал? Знал. И всех все устраивало! А теперь перестало. Значит, что-то поменялось, и у них появился другой интерес. Вот нам этот интерес и нужно выяснить и попытаться его удовлетворить.
– Че-го? – нахмурившись, снова спросил Рыжов. – Что значит – у-до-влет-во-рить? – с издевкой повторил он по слогам. – Я никого удовлетворять не собираюсь!
– Да включи ты мозги, Коля, в самом деле! – с досадой сказал Павел. – Михаил верно говорит. Им что-то надо. Что, если не деньги? Это нужно узнать обязательно!
Недалекий Николай переглянулся с Михаилом.
– Как узнавать-то? – спросил он.
– Как, как! Поговорить надо по душам! – пожал плечами тот. – Не зря же нас сюда привезли! Значит, разговор имеется. Кто-то же должен прийти по нашу душу!
Все невольно обратили взгляды на дверь. Она была плотно закрыта, за ней не слышалось ни звука. Складывалось впечатление, что в здании вообще никого не было.
– Когда за нами придут-то? – неуверенно спросил Павел.
– А шут его знает! – пробурчал Николай, снова опускаясь на лавку и ощущая на себе испытующий взгляд Павла. – Ну чего пялишься? – спросил он. – Ни с кем я ни в какой сговор не вступал! Я знаю, мужик я тяжелый, но хоть ты и обозвал меня Иудой, такими делами сроду не занимался!
– Ладно, Коля, – проговорил Павел. – Не злись. Это все от нервов.
– Пашка прав: нам вместе надо прикинуть, что там за расклад они нам готовят, – отозвался Михаил.
– А может, это Ашот? – высказал предположение Павел. – Решил от нас избавиться таким способом.
– На фига? – воззрился на него Михаил. – Ему какой прок новых людей набирать? Расценки устраивали обе стороны. Товар мы ему поставляли исправно, места знаем, свое дело тоже. Все налажено. А других в курс дела заново вводить надо. К тому же у нас уже доверие за это время установилось. А новых – кто их знает, что у них на уме? Кто угодно может подсадной уткой прикинуться!
– Дове-ерие! – презрительно процедил Николай. – Наивные вы! У меня к Ашоту сроду никакого доверия не было. Я никому не верю! Я…
– Ты сам за себя, слыхали, – спокойно прокомментировал Михаил. – Но я стараюсь оценивать объективно.
– Че-го? – снова спросил Николай, но Михаил лишь отмахнулся от него, явно думая о своем.
– А может, это участковый все замутил? – высказался Павел.
– Очень может быть! – с готовностью кивнул Николай: такая версия явно пришлась ему по вкусу.
– Участковый в этом деле – мелкая сошка, – задумчиво проговорил Михаил. – Он ничего не решает. Его держат здесь как марионетку, потому что он для этой роли очень удобно подходит. Не-ет, тут другие люди стоят. Повыше нашего старого доброго дяди Толика.
– И что же это за люди? – с интересом посмотрел на него Павел. – Рыбнадзор, что ли?
– Возможно, – неопределенно сказал Михаил, глядя в потолок.
– Но рыбнадзор и раньше знал про наши дела! Где мы им дорогу перешли? Мы не борзели, вели себя скромно, долю Ашот честно отстегивал!
– А может, он скурвился, Ашот-то? – прищурил глаз Рыжов. – Жадничать стал, вот ему и решили хвост прищучить! Через нас!
– Тогда бы его первого отсюда пинком под зад погнали.
– А ты откуда знаешь, что не погнали? Может, он за соседней стенкой сидит? – и Николай для наглядности даже постучал тяжелым кулаком по стене.
Павел с Михаилом невольно посмотрели туда же.
– Если бы какие-то терки у Ашота с полицией или чиновничьей братией начались, это бы уже давно известно было. И нас бы с бухты-барахты не дергали.
– А может быть… – начал было Павел, но Михаил устало перебил его:
– Что толку гадать – может быть, не может… Говорить надо прямо, тогда все ясно станет. Только что-то никто не торопится…