скачать книгу бесплатно
– Что?
– Если мы не найдем людей на базе дальников, ты и твои люди помогут победить радикалов? Убить?
– Лучше бы нам их найти…
– А если нет?
– Ты умная девочка и должна понимать, что у нас не останется другого выбора.
– Мы древние, ваш конклав нас проклинает.
– Конклав – это кучка выживших из ума стариков. Из уважения к былым заслугам им разрешают нести всякую чушь. Все, на что хватает их власти, это сжигать бедолаг, соорудивших что-нибудь для облегчения своего труда. Реальная власть в церкви принадлежит совсем другим людям. О некоторых из них никто даже не слышал ни разу. Я говорю о мирянах, им ни к чему знать наши расклады.
– Эти, другие, люди более лояльны к нам?
– Они прагматики, а не фанатики. Хотя, если будет надо, могут превратиться в фанатиков тех еще. Но это, разумеется, внешне. Внутри они всегда мыслят здраво.
– Как ты?
– Нет, я иногда совершаю то, о чем потом жалею. Иду на поводу у чувств. Поэтому серьезной власти у меня никогда не будет.
– Но ты можешь говорить про других? От них?
– Скажем так: нам не помешают услуги древних. Грамотных древних. Таких, как ты, например. Девчонка, которая была с Владом, ничего полезного не может рассказать. А вот вы можете, я своими глазами уже много чего видел. И еще я понял, что те, кого ты хочешь найти, знают и умеют куда больше вас. Ищи, Тейя. Ищи. Вам нужна церковь как союзник? Я помогу в этом. Но мои действия перед тем, как я нашел Влада, привели к гибели братьев по ордену. Я ошибся – это моя вина. Мне надо вернуть себя в глазах ордена. Чем больше я им принесу полезного, тем проще это будет сделать.
– Меня и Влада будет мало?
– Не знаю. Но знаю, что чем больше вас придет, тем лучше. Власти у меня нет, но если все сделать правильно, то вам ничего не будет угро…
Шелестящий визг скорострельного кинетического орудия прервал церковника. Влад, обернувшись, увидел, что стальные шарики выбивают искры из брони все там же висевшего Эхнатона.
– В укрытие! – заорал он людям и добавил для дронов: – Всем переместиться под металлический объект слева от вас. За мной, туда, где я стоять буду.
Электронный мозг простеньких бытовых дронов нуждался в детальном разжевывании самых простеньких приказов.
Эхнатон недолго ловил чужие снаряды. Скользнул в сторону, резко изменил курс, сбивая прицел, и под прикрытием нагромождения обломков добрался до основных сил, деловито отрапортовав:
– Оперативный доклад: Эхнатон две тысячи сто четырнадцать дробь сорок три попал под обстрел. Получено восемь попаданий, поврежден левый манипулятор, вспомогательная визирная система нуждается в калибровке, разбито дополнительное крепление антенны дальней связи.
– Кто тебя?! Кто там?! – закричал Влад, продолжая возню с транспортными дронами.
– Противник не идентифицирован.
– Но ты его заметил, раз остановился?
– Была зафиксирована тепловая аномалия в обломках значительного сооружения. Анализ аномалии был прерван нападением.
– Напали из теплого пятна?
– Так точно, орудие располагается там.
– Это может быть машина радикалов? Вроде тебя?
– Нет данных. В случае если это так, машина располагается под обломками.
– И что все это значит?
– Не могу знать.
Сообщая все это, Эхнатон совершал хаотические перемещения, ни на секунду не оставаясь на месте. И крутился во все стороны. Навестись на него невидимому орудию будет непросто. К тому же просто выстрелить – полдела. Пробить корпус в лоб почти невозможно. Ну, по крайней мере, сравнительно маломощными пушками, которые устанавливают на подобных машинах.
Однако никто больше не пытался атаковать. Противник, выдав себя, не рискнул продолжать атаку. Уходить дальше, обойдя опасное место десятой дорогой? И при этом не выяснить, что же там такое? Глупо как-то…
– Эхнатон, ты уверен, что стреляли из-под обломков?
– Так точно.
– Сидите здесь, – приказал спутникам Влад.
– Куда ты?! – испуганно вскинулась Тейя.
– Гляну издали. Не бойтесь, лезть к ним не стану.
Пригнувшись, перебежал через открытое место, прячась за тем же валом из обломков, подобрался к подобию перекрестка среди руин, где Эхнатон поймал очередь из шариков-снарядов. Высовываться не стал: выстрел кинетического орудия ты слышишь уже после того, как снаряд пролетел мимо… или снес тебе голову.
Еще в самом начале пути, когда двигаться приходилось через места, кишащие монстрами, Влад подобрал кусочек зеркала, почти не попорченного временем, и закрепил его в грубой проволочной оправе с гибкой рукоятью. Сейчас он просто поднял свой «перископ» и начал рассматривать, что же за дела тут творятся.
Осмотр к успеху не привел: куда ни глянь, все те же руины и горы обломков.
А это что такое? Из кучи хлама торчат две на удивление ровные трубы, очень похожие на спаренную кинетическую пушку. Зеркальце маленькое, мутноватое, да и выщербин хватает, трудно разглядеть детали. Но если это и правда пушка, то наружу торчат лишь стволы, все остальное придавлено целой пачкой блоков сложившегося карточным домиком здания. Не похоже, что противник замаскировался. Скорее, угодил в ловушку и не может выбраться.
Влад не стал доверять первому впечатлению и ползал среди руин еще минут пятнадцать, изучая позицию противника с разных ракурсов. Тот за все это время ни разу не шелохнулся или иным образом не попытался проявить активность. Сделал пакость и затаился. Ждет, что мишень опять выберется на перекресток, прямиком под его пушки?
Пусть в другом месте поищет дураков.
* * *
– Ну что там? – дружно накинулись Тейя и Либерий на вернувшегося Влада.
– Там боевой дрон, его накрыло стопкой бетонных плит, он даже пошевелиться не может. Орудия, наверное, двигаются, вот и сумел навалять Эхнатону, но если не стоять перед ним, ничего сделать не сможет.
– Откуда здесь взялась боевая машина? – удивилась Тейя. – Радикалы засаду сделать пытались?
– Не знаю. Но не очень-то похоже на засаду радикалов. Здание, обломками которого накрыло дрона, рухнуло очень давно. Может, даже тогда, когда здесь взорвали энергетическую ячейку, еще в самом начале.
– Нет, – покачала головой девушка. – С этой стороны было большое здание, ударную волну оно на себя взяло, и все, что за ним стояло, не так сильно пострадало. Я видела кадры этого.
– Ну, все равно давно. Там плиты мхом затянуло, на них кусты растут. И вы будете смеяться, но то, что я видел, похоже на переднюю часть нашего Эхнатона. Точь-в-точь.
– Может, это один из тех дронов, которых в самом начале сюда послали? – предположила Тейя.
– Ему негде брать энергию, он в капкане. Давно бы перестал работать. Эхнатон, попробуй вызвать его.
– Докладываю: корреспонденты отсутствуют на всех каналах. Запрос «свой-чужой» не принимался.
– Он, наверное, сильно потрепан, вот и ответить не может и даже понять, кто мы, – в свою очередь, предположил Влад.
И тут неожиданно Эхнатон сказал:
– Позвольте доложить?
– Ну, давай.
– У кинетического орудия имеется автономный автомат наведения. Способен сопровождать движущуюся цель даже после повреждения центрального интеллектуального блока. Если такое произошло, заряда энергоячеек могло оказаться достаточно для частичного функционирования автомата наведения до этого времени.
Влад даже удивляться не стал. «Батарейка», которая парой движений отвертки превращается в атомную бомбу, по идее, не один век могла питать все запросы боевой машины. А если их у нее две, как у Эхнатона, то и дольше.
– Обойдем сбоку и посмотрим, что же там за дрон.
* * *
Это действительно оказался Эхнатон. Ранней модификации, из тех, которые хранились в запасниках Красной Сети. Изначально их планировалось применять против боевых биомеханических машин железной саранчи – загадочной агрессивной расы, флот которой появился непонятно откуда и был уничтожен в полном составе после кровопролитной войны, сильно подкосившей человечество. По сути, на его обломках была создана принципиально новая цивилизация с единой властью над всей планетой, сложным социальным и экономическим устройством, позволявшим практически каждому реализовать себя в деле, которое по душе. Не зря ее назвали Гармония.
Увы, но и она не была лишена недостатков. Иначе бы не оставила после себя руины и забвение.
К одному из мелких недостатков Гармонии можно было отнести и конструктивные недочеты первых Эхнатонов, принятых на вооружение в спокойные мирные времена. Конструкторы не догадались оснастить их оптикой или другими системами для надежного наблюдения за небом. Из-за этого практически все они были уничтожены в первую неделю боев атмосферными штурмовиками радикалов. Те их клепали тысячами, пока Красная Сеть не уничтожила производственные мощности. Перед воздушной атакой расконсервированные «крабы» были полностью бессильны. Они ее попросту не замечали до последнего, когда увернуться уже невозможно.
Этому дрону приговор вынес не штурмовик. Эхнатон занял позицию под стеной поврежденного здания и держал ее до тех пор, пока сооружение не обрушилось на него всем весом. Вероятно, бой был жарким, и он попросту не почуял неладного на фоне многочисленных сотрясений почвы и колебаний воздуха.
Дрон уловил приближение посторонних, блок стволов повернулся, но поймать людей в прицел не получилось: угол не позволил. Тейя, присев перед выглядывающим из руин «глазом» машины, заметила:
– Оптику заклинило, грязно все очень. Как он вообще что-то видит?
Влад не ответил, его удивило другое:
– Такая тяжесть свалилась, а корпус не раздавило.
– Форма и внутренний каркас взяты с глубоководных машин, – пояснила Тейя. – Они большое давление выдерживают, вот и он выдержал.
– Думаешь, его мозгу хана?
– Не могу такое сказать точно, но, наверное, да. Носитель искина и сам искин уязвимостью обладают повышенной очень.
– Хорошо бы вытащить его.
– Зачем?
– Корпус вроде целый, а у нашего весь в заплатках. Поменять можно.
– Ты умеешь менять корпуса боевых дронов?
– Я нет. Я вообще много чего не умею. Но быстро учусь, как ты, надеюсь, заметила.
– Не знаю, где такому можно научиться. В наших базах подобной информации совершенно нет. Эхнатон, у тебя есть инструкция выполнения замены корпуса?
– Никак нет. Отсутствует. Могу предложить краткую инструкцию по замене промывочной жидкости для чистки оптических систем и порядок сборки-разборки фокусирующей силовой системы для плазменного орудия.
– Спасибо, если понадобится, я к тебе обращусь непременно.
– Буду рад вам помочь, гражданка Тейя Наррис. Обращайтесь.
– Может, завалить его до конца, чтобы не стрелял больше? – предложил Либерий.
– Тогда уж лучше в стволы камней насыпать, их тогда разорвет при выстреле, – сделал Влад встречное предположение.
– И вас вместе с ними, – хмыкнула Тейя.
– Это почему?
– Потому что стрелять он начнет, как только увидит ваши руки перед орудием. Давайте просто его объедем, время ведь теряем зачем-то, не успеем до гор добраться при свете.
– Неудобно это признавать, но женщина права, – кивнул Либерий. – Или все же рискнем?
Влад покачал головой:
– Объедем его, и правда время зря теряем.
Глава 6
В горах они опять угодили в царство грязи. Но, к великому счастью, это была не та токсичная жижа, которая доставала их в северных степях. Здешняя жижа была обычной: глина и чернозем, после сильного вечернего дождя превратившиеся в липкую кашу. Двигаться было труднее, но ненамного. Гораздо сильнее доставала смена погоды: от теплых деньков к чуть ли не стуже. По ощущениям Влада, не выше четырех-пяти градусов температура держалась, что не лучшим образом могло сказаться на здоровье измотанных путешественников.
Потому утром после короткого марша он выбрал удобное место для долгого привала. Когда-то в этом ущелье стояло какое-то сооружение, но от него осталась лишь груда камней и исковерканных металлических конструкций. Именно среди них и расположились, не обращая внимания на чуть повышенный радиоактивный фон. В сравнении с тем, через что двигались в степях, это было просто благодатное место, призванное стать строительной площадкой для санатория, где оздоровляют самых тяжелых больных.
Жгли костер, варили мясо бизона, Либерий нарвал какой-то прошлогодней травы и приготовил что-то вроде чая, только гораздо отвратительнее самых гадких его сортов.
Болтали обо всем подряд. Влад вспомнил, что в его времена это место, если он не запутался в географии, называлось Ангарским перевалом. По нему в курортный сезон сплошным потоком тянулись машины отдыхающих, стремившихся к Черному морю или уже возвращавшихся.
Тейя возразила, что сам перевал находится гораздо выше, они до него еще не добрались, но насчет дороги соглашалась: в ее времени здесь тоже проходил оживленный путь для наземного транспорта.
В остальном ни он, ни она не вспомнили ничего схожего: разные названия населенных пунктов, располагавшихся примерно на одном месте; горы вряд ли поменяли расположение, но названия их звучали для Влада незнакомо. Грязь ни она, ни он никогда здесь не встречали, тем более в таких количествах. Или что-то изменилось, или им повезло нарваться на нечастое явление.
Либерий помалкивал: его соплеменники о Крыме знали не более, чем о других землях, располагавшихся южнее человеческого анклава.
В общем, время провели, может, и не очень весело, но зато познавательно. Да и отдых не помешал.
Путь продолжили на следующее утро.
Раньше, во времена Влада, а затем Тейи, за дорогой тщательно следили. Подсыпали где надо, строили стены от обвалов, укладывали в траншеи дренажные трубы, отводили подземные и поверхностные воды. Этим давно уже никто не занимался, как и расчистками. Все завалило осыпями и оползнями, между ними густо рос ломкий тростник, под ногами чавкала болотная жижа, там и сям выскакивали крошечные ручейки, чтобы нырнуть под землю через несколько метров.