скачать книгу бесплатно
Макс понятия не имел – съедобный он или ядовитый, да и не знал, как их ловить. Так что проигнорировал, продолжал обыскивать дно. И не зря: поднял увесистую витую раковину с выступами на краю. От Жоры он уже знал, что в пищу их употреблять не любят из-за жесткости и затхлого вкуса, но для собак сгодится. Размеры порадовали: самый крупный трофей на сегодня.
Вероятно, он был прав в своих предположениях: здесь живности явно больше и раковины крупнее.
Жора, увидев со своего мелководья, как Макс тащит к рифу добычу, закричал:
– И чего тебя вечно несет в глубину?! Давай ко мне! Я тут поднимать не успеваю!
Но Макс не соблазнился: он мечтал о великой добыче.
* * *
Мечты иногда сбываются – вот на этот раз Максу повезло. Он с переменным успехом нырял опять и опять, иногда вытаскивая достойные экземпляры, но чаще впустую или вылавливая стандартную мелочь. Корзина наполнялась, но это все не то – хотелось грандиозного свершения. Дело даже не в желании: ему надо постоянно выделяться из серой массы, если хочет добиться своей цели.
Достигнув дна в очередной раз, он оказался меж двух огромных коралловых колоний – причудливые побеги всех цветов радуги не хуже сигналов светофора предупреждали, что приближаться к ним нежелательно. От Жоры Макс уже знал, что прикосновение к некоторым разновидностям может вызвать очень болезненный ожог. Уже развернулся, чтобы привычно осмотреть ровный участок дна, но в сознании будто заноза засела: что-то не так; рядом с подводным рифом было странное; и почему-то он не понял этого сразу.
Подозревая, что если не проверит, то сам себе не простит, повернулся в прежнем направлении, осмотрелся. Все те же кораллы; стайка рыбок прошмыгнула; на сером камне ползает причудливое существо, похожее на морскую звезду с десятком ножек; над соседним камнем белым парашютом зависла небольшая медуза.
Камень?! Какой-то он странный…
Придвинувшись поближе, Макс едва не выпустил воздух от изумления. То, что он издали, в мутном мареве плохо просматриваемой зоны, принял за бесполезный обломок погибшей коралловой колонии, оказалось огромной двустворчатой раковиной. Черная, будто мхом поросшая, около полуметра в длину.
От прикосновения моллюск моментально спрятался, захлопнув створки. Больше Макс ничего не успел – время поджимало. Всплыв, поспешно отдышался, вернулся на дно. Находка никуда не делась, да и не умеют эти создания двигаться быстро. Ухватил, с трудом пошел наверх – добыча увесистая оказалась.
Поднявшись, устало поплыл к рифу, выбрался, присел, посмотрел на гигантскую ракушку, улыбнулся, крикнул Жоре:
– Гляди, что у меня есть!
Тот, рассмотрев добычу Макса, охнул, рванул поспешно, с брызгами и шумом, позабыв про собственные наставления насчет работы в тишине. Забрался на скалу, уселся рядом, погладил ракушку:
– Ну ты дал! Королевская мидия! Ох и здоровенная! Я такой не видел никогда! Они даже мелкие редко попадаются, а уж такие…
– Съедобная?
– Ага. Вкуснотища причем. Почти как мясо. А створки на посуду идут – считай, пару приличных тазиков добыл.
– Как нам сегодня – норму засчитают?
– Корзину обычными ракушками больше половины набили. Считается, что в полной восемь килограммов, значит, пять точно есть. И в этой тоже не меньше пяти. Конечно, зачтут: минимальная норма – это три четверти корзины, около шести килограммов. А у нас, наверное, все десять. Может, часть заныкаем?
– Как это?
– Ну сделаем на мелководье ограду из камней, высыпем килограмма два туда, самых тихоходных. Если завтра опять пошлют на ракушки, то будет откуда взять, если норму недоберем. Я так часто делал с ребятами.
Подумав, Макс покачал головой – в его планы это не входило. Ему надо, чтобы видели, какой он умелый добытчик, а для этого надо если не рекорды ставить, то хотя бы работать лучше среднего.
Жору отказ не огорчил:
– Ну как хочешь, я тебе же лучше хотел. Сегодня у нас удачно получилось, а кто его знает, что завтра будет.
– Завтра пошлют в другое место, и расползутся эти ракушки по всему морю – твоя ограда их надолго не задержит.
– И так бывает, – согласился приятель. – Слушай, не знаю, как ты, а я вымотался сильно. Дело к вечеру идет, а нам еще топать далеко. Пайку почему-то не принесли – косяк за девками теперь. Кишки уже завывают, да и пить охота – придется вечером разборки устраивать. Давай вернемся к рифу, на котором одежду оставили. Там еще надо будет по охапке водорослей прихватить, Рыжий говорил. На солнце и ветерке она мигом сохнет – свяжем мокрыми стеблями, и легко нести будет. Давай я понесу корзину, а ты эту суперракушку. А потом уже разберемся, кто что к поселку потащит.
К рифу возвращались по шею в воде, а иной раз и рот захлестывало. Хотя под вечер волнение стихло, но абсолютно спокойным море не бывает: уровень то повышался, то понижался – возможно, это отголоски далеких валов океанического прибоя или следствие приливных течений. Шагать было неудобно: стоит не туда наступить, и с головой уйдешь.
Даже в таком некомфортном положении Жора не переставал болтать:
– Макс – это где же ты такую надыбал огромную?
– Да случайно. Возле коралловых зарослей ползала. Еле заметил. Думаю, на глубине они часто бывают, но попробуй разгляди без маски.
– Может, что-нибудь придумать вместо маски?
После слов соседа Макс и в самом деле призадумался, да так крепко, что едва не свалился, ступив в яму. Тут же по ушам резанул крик Жоры:
– Акула!!! Анфиса!!! Назад!!!
Макс, обернувшись, увидел страшное: успокоившуюся морскую гладь разрезал уже знакомый черный плавник. Он быстро приближался – рыбина явно чуяла добычу и направлялась к ним не просто так.
Вспомнив рассказ про несчастного, сбрендившего от жажды на отрезанном от суши рифе, Макс ухватил за плечо уже дернувшегося назад Жору и заорал:
– Стоять!!! Вперед!!! Нельзя нам обратно!!! Бегом!!!
Жору можно было не подгонять – откуда только прыть взялась: помчался, позабыв про былую осторожность. Макс от него не отставал. Борясь с непреодолимым желанием обернуться, он забивал голову разной ерундой. То представлял, как потеряет шлепки и угодит в двойную кабалу; то перед глазами вставала картина, как нога застревает в трещине, кость ломается, протыкает мясо и кожу. В морскую воду устремляется поток крови, на который со всего моря собираются…
Нет, ему и одной Анфиски более чем достаточно!
Акула, наверное, уже рядом – за спиной пасть разевает! Нет! Жора потерял равновесие, но ухитрился удержаться на ногах, в отчаянном рывке достиг рифа, по-обезьяньи вскарабкался наверх. Макс ухитрился не отстать.
Внизу, почти вплотную к скале, разочарованно прошмыгнула акула. Не просто смутная тень – Макс ее до мельчайших деталей рассмотрел. Несимметричный хвост, уродливая выщерблина возле основания спинного плавника, смолисто-черное пятно на носу. Размеры впечатлили – от страха желудок до пяток провалился, вслед за спрятавшимся туда же сердцем.
– Видел?! – возбужденно выкрикнул Жора. – Чуть-чуть не подловила!!!
– Это Анфиса?!
– Ага. У нее плавник покалеченный. Эн говорит, потому она и не уходит: ей в других местах трудно добычу находить. А здесь сама в рот падает. Ну, Макс!.. Ну ты нас и завел!.. Больше я ни за что не пойду на дальние рифы за ракушками! Ну их в баню вместе с тобой!
– Сам шум поднял, вот и приплыла!
– Да ну! Что там того шума было! И вообще – на фига бежали?! А если бы не успели?!
– И что иначе?! Сидели бы на рифе до смерти?! Как тот пацан, которого она неделю караулила?!
– Его серьезная глубина окружала, а не такая, как здесь. Посидели бы до отлива и спокойно ушли потом. Оно, конечно, хреново, ждать столько и по темноте потом лазить, шарахаясь от каждого шороха, но лучше уж так, чем ей в зубы.
Макс чуть по голове себя не стукнул. Вот же кретин! Как мог забыть?! Ведь знает прекрасно, что в отлив такая рыбина здесь не пройдет, но без Жоры даже не вспомнил!
– Погляди – назад к бую уходит… сволочь, – угрюмо произнес Жора. – Злая небось: не обломилось ничего. На мель она выбраться не может, так что поняла – нечего здесь ловить. Умная…
Выдержке Жоры можно позавидовать: невзрачный и далеко не храбрый сосед к факту рыбьей агрессии отнесся стоически, рассуждает здраво, говорит почти спокойно. А Макса колотит, будто голым на мороз выскочил. Четвертый день он в этом море – и уже два раза ухитрился повстречаться с акулой. Причем с одной и той же.
Злясь на самого себя за постыдную трусость, поднялся, отчаянным усилием воли унял дрожь, поглядел вслед удаляющейся акуле. Когда-нибудь она заплатит за этот страх и вообще за все то, что ему противно в этом месте. Человек не должен быть слабее безмозглых рыб: это неправильно.
Глава 9
Рыжий, увидев в руке Макса гигантскую ракушку, позабыл даже корзину проверить, хотя направлялся к Жоре именно для этого. Присвистнув, со странной интонацией уточнил:
– Ты достал?
– Да.
– Глубоко нырял или повезло на мели найти?
– Наверное, глубоко: Жоре там не достать.
– Значит, умеешь, если захочешь; видать, и правда не врал, что пловец не последний. Завтра чтобы три таких принес. – Добавив это, Рыжий хохотнул, радуясь собственному остроумию.
– Ласты и маску дай – тогда принесу, – выдвинул Макс встречное требование.
– И все? Акваланг тебе не нужен с батискафом?!
– Можно. – Макс не стал скромничать. – У меня, кстати, мысль есть насчет маски и ласт. Их, думаю, сделать можно.
– Ты, что ли, сделаешь?
– Помощь нужна. Идея есть хорошая.
– Идея у него… Здесь у всех идеи, а вот работать никто не хочет…
– Будь у меня маска и ласты, я бы смог нырять очень глубоко и добывать много таких раковин. Всем от этого лучше будет.
Призадумавшись, Рыжий спросил:
– На сколько секунд ты можешь дыхание задерживать?
Макс пожал плечами:
– Если дома, лежа на диване, то очень много. А в воде, работая руками и ногами… Не знаю даже, но прилично. Там ведь не в задержке дыхания главный вопрос – там много тонкостей.
– Он долго может под водой плавать, – влез Жора. – Доставал ракушки в таких местах, где дно еле видно.
Рыжий задумался еще сильнее, даже затылок почесал для усиления процесса мышления. Наконец нехотя кивнул:
– Если не гонишь и путная мысль есть, то с Эном поговори. Похавай и беги к нему. Скажешь, что я послал.
– Нам обед не принесли сегодня, – наябедничал Жора.
Повернувшись к толстухе-раздатчице, Рыжий уточнил:
– Кто этим оглоедам должен был хавчик принести? Настя?
– Вроде Танюха – Настю никуда сегодня не посылали: у нее большой палец загноился на ноге.
– Хитрость у нее воспалилась, – буркнул Рыжий и добавил: – Тогда этим и за обед, и за ужин выдай. И даже сверху плесни маленько. Они сегодня заработали… стахановцы. И где Танюха? К этой толстозадой вопрос есть.
* * *
Личность Эна уже начала Макса интриговать – его поминали по поводу и без, но обычно в ситуациях, где надо было сослаться на чей-то непререкаемый авторитет. Опыт спортивных лагерей подсказывал, что если имеется агрессивный бугай, да еще и с компашкой, решивший всем показать, что круче него здесь никого не существует, то обычно показать удается – лишь бы при этом не нарваться на силу посерьезнее или на какие-нибудь форс-мажорные обстоятельства.
Если здесь имеет место нечто подобное и роль бугая играет Бизон, то почему его прозвище вспоминают гораздо реже, чем Эна? Непорядок – все должно быть наоборот, иначе нет у него настоящего авторитета.
Может, Макс и ошибался в своих предположениях, но все равно дело явно нечисто.
Но когда он увидел Эна, то понял, что был слишком скромен в своих предположениях.
С Бизоном сталкиваться пока что не доводилось – тот или спал в недоступном простым смертным холодке штаба, или делал вылазки на солнечный свет в отсутствие Макса. Но Бизон знал, что ему двадцать семь лет, и считал, что старше него здесь быть не может. Трясучка в исключительных случаях трогала тех, кому не исполнилось восемнадцать. Дальше появлялся небольшой риск превратиться в дикса. Начиная примерно с двадцати лет риск становился очень серьезным, а рубеж в двадцать четыре переходили редкие счастливчики, причем для них это зачастую оканчивалось неприятными последствиями – возникали серьезные проблемы со здоровьем физическим и психическим.
Получается, подавляющая часть тех, кто достиг совершеннолетия, превращалась в человекоподобных безумных тварей.
Эну на вид было не меньше сорока пяти, а то и все пятьдесят. Высохший, но не изнеможенный, а жилистый и крепкий в кости. Обликом и телосложением похож на классического индейца – такими их в фильмах показывают. И одеяние подходящее: двойной браслет из акульих клыков на руке, ожерелье из пестрых раковин на шее, жилетка из шнурков и ремешков со множеством открытых карманчиков, подобие юбки из размочаленных прядей явно самодельных веревочек, плетенные из жгутов застывшей «липучки» сандалии. На левой руке нет кисти, культя прикрыта черным колпачком из той же «липучки», из смолистой массы торчит тщательно оструганный деревянный крюк.
Эн обитал в маленькой аккуратной хижине позади «груши». От передней стены отходил крепкий навес, под ним стояли жердевой столик и две длинные лавки, тоже из жердей. На одной из них и сидел хозяин. Судя по сервировке – тем же кокосовым сосудам, – он ужинал. При этом использовал палочки, орудуя ими с ловкостью китайца.
Макс, опешив от внешнего вида Эна и его возраста, замер, не зная, что сказать. Тот, вероятно неправильно поняв причину его замешательства, спокойным, уверенным голосом, достойным вождя ирокезов, произнес:
– Юноша, если вы ко мне по делу, то присаживайтесь.
– Я подожду, пока вы поужинаете.
– Я уже поужинал. – Отставив опустошенный кокос в сторону, Эн облизал палочки, воткнул их в щель между камнями в стене хижины и добавил: – Если ваше дело требует времени, то проведем его за чашками с чаем. Это, конечно, не настоящий чай – я использую сбор местных трав. Учитывая их редкость и отсутствие выбора, вкус получился не слишком восхитительным. Увы, лишь я один пристрастился. В былые времена любил чай, и вот… Да вы присаживайтесь, присаживайтесь! Настя! Две чашки! Мне и моему гостю!
Устроившись на лавке, Макс с любопытством осмотрелся. Здесь было на что взглянуть: куда ни кинешь взгляд, везде натыкаешься на что-то интересное. На колышках, забитых в коралловую кладку, висело много чего: зубастые челюсти какой-то рыбы, ракетка для тенниса, огромная витая раковина, растрескавшийся череп непонятного создания и другие, не менее любопытные, вещи. Стол тоже не пустовал: по краям расставлены разной глубины чаши и блюдца из ореховой скорлупы – их было несметное количество, и каждая посудина чем-нибудь наполнена. Он смог опознать лишь коралловую крошку, птичий помет и сушеные водоросли.
Все это смахивало на примитивную лабораторию мага-алхимика или обиталище индейского шамана.
Не заметить естественного интереса Макса было невозможно, но Эн не стал ничего пояснять и прямо спросил:
– Так что за дело вас ко мне привело?
Макс начал рассказывать:
– Меня Рыжий прислал. Дело в том, что я неплохой пловец и ныряльщик – на Земле серьезно спортом занимался. Сегодня попробовал собирать раковины на большой глубине и достал гигантскую королевскую мидию. Думаю, что там их еще немало, а нам нужна еда. Но мне очень трудно там работать – было бы гораздо проще с маской и ластами.
Макс замолчал, а Эн с иронией уточнил:
– Вам сказали, что маску и ласты можно взять у меня?
– Нет, конечно, я знаю, что у вас их не может быть. У меня есть идея, как их сделать, и, как я понял, вы можете в этом помочь.