Шторм

Иван Корабелов

Шторм

Шторм накрыл нас в Норвежском море на третий день после выхода. Груз распределён как надо — с минимальными свободными поверхностями, балласт зачищен досуха, в ахтерпик взяли немного балласта, чтобы дифферент был чуть на корму: так и главный двигатель работает эффективнее, и управляемость лучше. Можно было идти спокойно, если б не май. Май в этих широтах — время, когда один циклон цепляется за другой, и море не успевает успокоиться между ними. Волны ещё не успевают разбежаться, как уже накатывает следующая полоса. Мы шли трое суток на средних оборотах, подворачивая то вправо, то влево, лишь бы не брать волну прямо в скулу. Качка была не резкая, а тяжёлая, долгая, такая, что в кают-компании тарелки ездили сами, а в машинном отделении механики ходили, держась за поручни даже на прямой.

Ночами над кормой горело северное сияние. Не то чтобы ярко — бледное, зеленоватое, как будто кто-то далеко за горизонтом водил слабым фонариком по небу. Оно то вспыхивало полосами, то расползалось пятнами, то почти гасло, оставляя только мутную зелень у горизонта. На мостике смотрели больше на радар, на карту погоды и на барограф, чем на это сияние, но всё равно отмечали: красиво. Барограф полз вниз уже третьи сутки, и каждый раз, когда стрелка чуть подпрыгивала, кто-нибудь из помощников смотрел на него дольше обычного. Радар показывал только сплошную полосу помех от брызг, и в этом шуме сияние казалось чем-то посторонним, почти неуместным.