скачать книгу бесплатно
Все это она рассказала Дамиру, сбивчиво и эмоционально. Он не смеялся над ней, но и не разделял ее страх.
– Алиса, твою маму это больше не касается.
– Квартира, где я росла, теперь кровью залита!
– Это совпадение, – заметил Дамир. – Трагичное, да, и точно не нормальное. Но совпадение. Ты ведь не знала эту семью, не так ли?
– Нет…
– Вот видишь. Я понимаю, почему это тебя расстроило. Просто… отпусти ситуацию. Она не для тебя.
Если бы он сказал ей все это сразу после того, как она увидела сюжет, Алиса бы прислушалась к нему. Дамир был, пожалуй, единственным человеком, который имел на нее такое влияние. Она бы забыла.
Но теперь этому мешали часы, посвященные поиску дополнительных данных: она слишком много знала, чтобы поверить в трагическое совпадение.
– Дамир, это связано с квартирой… И связь появилась еще при жизни моей мамы, она тоже часть всего!
– Не уверен, что понимаю тебя…
– Я просмотрела историю квартиры! – Алиса указала на компьютерный монитор. – Почитала, что соседи говорят, какие версии есть… Сопоставила это с тем, что знаю я! Возможно, я была права с самого начала и мою маму убили!
Слезы снова обожгли глаза. Заметив это, Дамир привлек ее к себе.
– С чего ты взяла?
– Потому что в этой квартире только смерть теперь и живет, – всхлипнула Алиса. – Я посмотрела историю. Квартиру после мамы купил какой-то холостяк, но не прожил там и года. Его убили!
– В квартире?
– Нет, в баре каком-то, но это и неважно! Это связано с квартирой, я чувствую! После него квартиру купила эта семья… Самая обычная семья! Не бандиты, не авторитеты, не алкаши или наркоманы… Простые люди, пара с маленьким сыном! А теперь их убили, расстреляли в своей квартире… Три смены владельца за, считай, пять лет! Все, кто там жил, умерли неестественной смертью, начиная с моей мамы!
Она видела, что любимый не во всем согласен с ней. Да Алиса и сама понимала, что построила версию слишком быстро, многие факты связала кое-как. Однако это не останавливало ее, она чувствовала, что обнаружила нечто важное.
– Даже если ты права, тебе не стоит лезть в это. – Дамир осторожно провел рукой по ее животу. – Только не сейчас. Особенно если ты права! Что-то плохое там точно случилось, и не единожды. Мы не знаем, что именно. Понимаю, что тяжело, но придется забыть об этом.
– Нет, – покачала головой Алиса. – Я уже один раз забыла! А теперь я себя простить не в состоянии… Получается, маму действительно убили? А я приняла это, типа так и надо? Я так не могу!
– А как ты можешь? Вернее, как ты хочешь, чтобы обстояло дело?
Нельзя было откладывать это расследование на неопределенный срок после рождения ребенка. Семью убили только что, нужно ловить момент, пока любые улики еще хоть что-то значат! Ведь речь шла о массовом убийстве.
Казалось бы, ситуация уже была определена, но это в понимании Дамира. Алиса видела и третий вариант.
– Я предложу это дело Тронову! – решительно заявила она.
– Какое? Убийство семьи?
– Все, что связано с этой квартирой!
– Мы не знаем, одно это дело или нет, – заметил Дамир.
– Я просто расскажу все, что знаю, а он пусть разбирается. В этом и суть расследования!
– Почему ты решила, что он согласится?
Ничего подобного они еще не делали.
Обычно дела приходили от инвесторов и затрагивали их личные интересы. Но ведь все должно меняться!
– Я не знаю, согласится он или нет, – вздохнула Алиса. – Но никому не будет хуже, если я предложу ему этот вариант. Пускай решает.
Только так она могла сейчас достигнуть перемирия со своей совестью, не рискуя при этом ребенком. Может, она сейчас и бессильна – при всех своих детективных способностях Алиса умела четко расставлять приоритеты. Но ведь есть другие люди, те, кто готов рискнуть!
В глубине души она уже верила, что Тронов не подведет.
***
У нее не получалось открыть зонтик, потому что обе руки были заняты пакетами с продуктами. Это было не страшно, когда она выходила из магазина: в воздухе просто висела густая водяная дымка. Но пока Саша шла домой, дождь усилился и теперь струями стекал по лицу, размазывая косметику, и по сбившимся волосам.
Но все не так плохо. Много кто мокнет без зонтика, и под проливным дождем можно плакать на улице сколько угодно – никто не заметит и не пристанет к тебе с вопросами.
У Саши не было причины для слез, ничего особенного не произошло. Но многое накапливалось уже давно, и сегодня все навалилось сразу: на нее накричал начальник; на продукты она истратила все деньги и теперь плохо представляла, как дотянуть до зарплаты даже при жесткой экономии; автобус оказался забит под завязку, потому что дождь затруднил движение транспорта, и домой пришлось идти пешком. Ее туфли давно промокли насквозь, плащ – тоже, она чувствовала себя замерзшей, никому не нужной и уставшей, как загнанная лошадь. Тут только и оставалось, что плакать! Под это настроение в голову лезли мрачные, тяжелые мысли, лишь усугублявшие ситуацию.
Не о такой жизни она мечтала – и не такую ожидала. Ее родители не были богаты, но их вполне можно было назвать обеспеченными. С самого детства у Саши было все, в чем она нуждалась. Ее не баловали, однако это было и не нужно. Она чувствовала себя любимой и защищенной, и мир казался ей идеальным местом, в котором ее жизнь будет становиться лучше с каждым годом. Она, конечно, знала, что не у всех судьба складывается так радужно и мило, но верила, что многие ее подруги просто переоценивают свои проблемы. Если смотришь на завтрашний день с позитивом, все обязательно будет хорошо!
Саша с одинаковой силой мечтала о любви и карьере. Себя она представляла красивой улыбчивой молодой мамой, которая с обожаемой работы приходила к мужу и деткам-ангелочкам. Она хотела реализовать себя во всем, и у нее, круглой отличницы, были для этого все задатки.
После школы она легко поступила в университет. Несмотря на готовность родителей помочь, их деньги не понадобились – Сашу приняли на бюджет. Ею гордились. Она была рада. И почти сразу после того, как ей исполнилось восемнадцать, влюбилась.
Женя казался ей воплощением ее желаний. Симпатичный, подтянутый, длинноволосый, да еще и музыкант – именно в таких парней влюблялись киногероини, и у них все было хорошо. У Жени с Сашей – тоже, они начали встречаться, и буквально через пару месяцев он сделал предложение.
Тогда Саша впервые столкнулась с непониманием со стороны родителей. Отец рвал и метал, ни о каком благословении и речи не шло.
– Зачем тебе этот неудачник?!
– Он не неудачник, папа!
– У него ни работы, ни образования, ни планов на жизнь! Это якорь, который ты добровольно повесишь себе на шею!
Саша обижалась. В чем-то папа был прав: окончив школу, Женя не собирался нигде учиться. Так что с того? У Стива Джобса или Билла Гейтса тоже высшего образования не было, а вон сколького они добились! К тому же Женю не тянуло ни в офис, ни в бизнес. Он любил музыку и хотел посвятить ей всю жизнь. Саша верила, что у него получится – особенно когда он пел ей песни собственного сочинения.
Отец оказался непреклонен. Родители купили ей квартиру, но на этом их общение прекратилось. Саше четко дали понять: Жене в этой семье не рады и вернуться она сможет только тогда, когда сбросит этот балласт. Ей было грустно, однако она надеялась, что время и рождение внуков все изменят.
Оказалось, что время вовсе не на ее стороне. Пока она заканчивала обучение, Женя терпел провал за провалом. Скоро иссякли даже те скудные средства, которые он приносил с редких выступлений в кафе и ресторанах. Саша повторяла, что это еще не конец света. Она как раз нашла работу, и их маленькая семья могла жить так же, как и раньше.
Но дело было не только в деньгах. Под лавиной провалов что-то сломалось в самом Жене. До него наконец дошло, что музыкальной легендой он не станет, а никем больше он себя не видел. Вместо того чтобы искать выход, он подсел на наркотики.
Это должно было отпугнуть Сашу, доказать, что родители были правы, однако новая беда придала ей решительности. Она не сомневалась, что сможет вытащить любимого из этой ловушки, вместе они все преодолеют и обязательно будут счастливы.
Она работала за двоих, вела хозяйство и периодически таскала Женю по врачам. Он перешел на более серьезные наркотики и от реабилитации отказывался. Она перестала давать ему деньги. Он начал воровать – пока только у нее. Саша, в свою очередь, стала прятать деньги у подруг, и тогда муж понес вещи из дома.
Их квартира, и без того небогатая, постепенно пустела. В ней оставались только старые, дряхлые и сломанные вещи, которые у Жени никто не покупал. Обстановка накалялась, но о том, чтобы подать на развод и оставить мужа, Саша даже не думала. Кто она будет после этого? Предательница! Она не сомневалась, что не сможет жить с таким грузом на совести. Поэтому все уговоры подруг и родителей бросить его ни к чему не привели, она с гордостью несла крест, назначенный ею самой себе.
Даже когда он начал ее бить. Первый раз это произошло случайно: у него началась ломка, он вообще на человека похож не был, скорее на животное какое-то! Придя в себя, он долго извинялся, и Саша, конечно же, простила. Ей даже было приятно, что он на короткий период стал таким же нежным и внимательным, как прежде, на заре их отношений.
Но ситуация повторилась – и не раз. Его обещания ничего не значили. Женя никогда не нападал на нее, когда был трезв или сильно под кайфом. Но в периоды, когда ему хотелось уколоться, а было нечем, он был готов пойти на что угодно.
Саше начало казаться, что она живет в каком-то зачарованном мире. Жизнь снова была сказкой, но теперь совсем не веселой. От ее желаний не осталось и следа, она просто проживала день за днем по привычке, не позволяя себе задуматься о будущем. Она знала, что для глобальных перемен ей нужно бросить Женю. В глубине души она понимала, что он не вылечится, пока не захочет – а не захочет он никогда. И все-таки она несла этот груз, потому что боялась другой жизни, боялась своей совести.
– Он тебя убивает, – твердили подруги. – Остановись, а то умрете в один день, хотя до этого долго и счастливо не жили! Посмотри, в кого он тебя превратил!
Ей не нужно было смотреть, она и так знала. Каждый год жизни с Женей старил ее на пять лет. Она не растолстела, но ту идеальную форму, которой всегда гордилась, потеряла. Кожа стала портиться от плохого питания, появилась ранняя седина, залегли вечные круги под глазами. В двадцать семь лет она выглядела хуже, чем ее ухоженная, моложавая мать. Раньше мужчины пытались с ней знакомиться, теперь не подходили. Она и не хотела. Она твердо усвоила, что ее мир – это Женя. А как можно бросить свой мир?
Вот и теперь она шла к нему, плакала от усталости, зная, что никакой поддержки дома не получит. Благодарности – тоже. Самая большая радость – это если он не нашел ее последнюю заначку. Но поплакать можно, после этого становится легче, она уже усвоила.
Когда она наконец добралась до дома, ее тошнило от усталости. Но ведь она добралась! Завтра выходные, можно отдохнуть, чтобы с понедельника снова тянуть все и сразу. Пока же она дрожащими от перенапряжения и холода руками достала из сумочки ключи и открыла дверь.
В квартире было тихо и душно. В воздухе висел острый запах химии, который Саша научилась узнавать за долгие годы жизни рядом с наркоманом.
Она мгновенно поняла, что это значит. Под влиянием ломки Женя обзаводился просто феноменальными способностями ищейки! Он все-таки нашел ее заначку, а уж где покупать наркотики – он знал прекрасно. Теперь придется думать, у кого одолжить деньги, чтобы с голоду не умереть… Конечно, продуктов она принесла много, но недостаточно, не на такой срок.
Саша оставила покупки в коридоре, сбросила мокрые туфли и плащ.
– Рад теперь? – спросила она. Слезы обиды снова звенели в голосе. – Добился своего?
Он не ответил. Конечно, он не ответил! Он и не ответит в ближайшие несколько часов… У него как раз все хорошо, он сделал заветный укол. Его не беспокоят проблемы с деньгами, отсутствие еды в холодильнике, долги и уж тем более то, что она промокла под холодным дождем.
Пройдя в гостиную, Саша получила подтверждение всех своих догадок. Женя лежал на диване, рядом валялся пустой шприц с окровавленной иглой. Классика жанра! И как он только в вены попадает? Там же синяки сплошные!
Саша злилась на него, но больше жалела. Да и смысл устраивать скандал перед этим бесчувственным телом? Она справится, она же сильная! Она подошла ближе, чтобы накрыть его пледом, а потом проветрить комнату. Это было привычно, и Саша не ожидала обнаружить ничего подозрительного, а получилось иначе.
Его глаза оставались полуоткрытыми, взгляд застыл, остекленел, лицо стало каким-то серым. Догадка мелькнула сразу, но Саша отказалась верить ей. Она перевела взгляд на его грудь, стараясь уловить движение от вздохов, однако движения не было. Тело, застывшее на диване, не шевелилось.
Ей нужно было дотронуться до него. Она знала, что все поймет сразу. Но она не хотела! Сама мысль о том, что он может быть не жив, приводила ее в ужас. Ей казалось, что как только она получит подтверждение, мир рухнет.
Она не знала, сколько стояла там, в душной комнате, перед диваном. Наконец она пересилила себя, заставила прикоснуться к его шее – туда, где под кожей должен был биться пульс.
Пульса не было.
Кожа остыла.
Он умер задолго до того, как она вернулась домой.
Дальше все было как в тумане. Саша обрывками помнила, что кричала, пыталась привести его в себя, потом – звонила кому-то. Точно не в «Скорую». Кажется, отцу. Уже он организовал все остальное и появился в квартире вместе с медиками.
Врачи забрали Женю. Отец забрал Сашу. На следующий день ей сказали, что ее муж умер от некачественного наркотика.
Жизнь напоминала поезд, сошедший с рельсов. Вокруг себя Саша видела только руины того, к чему столько лет привыкала. Ей казалось, что она ненавидит эту рутину, но стоило рутине исчезнуть – и ее место заняла пустота. Саша не могла работать, она ничем не интересовалась, она либо спала, либо плакала, либо бесцельно бродила по дому, как зомби. Она во всем случившемся винила себя.
Родители, конечно, забеспокоились, отвели ее к психологу.
– Это созависимость в тяжелой форме, – вздохнул пожилой мужчина. – Так бывает с женами алкоголиков и наркоманов, даже если они сами ничего не принимают. Тяжелое расстройство… Дайте ей время, она поправится. Не травите медикаментами, ей и так досталось.
Саша тоже надеялась, что ситуация разрешится сама собой, но лучше не становилось. Она только и делала, что сидела в Интернете, смотрела какие-то ролики и фильмы, тут же забывала их, проходила бессмысленные тесты. Она убивала время, а время в отместку убивало ее.
А потом был звонок. С незнакомого номера на ее мобильный, который оплачивала и заряжала мама.
– Александра? Здравствуйте. Меня зовут Степан, я – ассистент доктора Алексея Тронова. Вы показали отличный результат в разработанном им тесте, и он приглашает вас к участию в своем проекте.
Глава 2.
На своем месте
Вероника была рада снова попасть в офис Тронова, хотя она была далека от того шального азарта, какой испытал бы Север. Вероника ко всему относилась спокойно и взвешенно.
Этому ее научила жизнь, что, впрочем, не означало, что у нее нет эмоций. Просто в любой ситуации Вероника руководствовалась собственной системой ценностей, только и всего. Когда она первый раз услышала о проекте Тронова, она решила принять участие не ради денег, с этим у нее проблем не было. Вероника хотела испытать себя, узнать с новой стороны – такое ведь не купишь.
Она научилась ценить собственную душу после многолетней борьбы с онкологией. Сначала она проиграла болезни все – планы на будущее, первую любовь, внешность и даже имя. В какой-то момент ей показалось, что она на дне и дальше падать некуда. Тогда она и оттолкнулась от этого дна, направилась вверх вместо того, чтобы поддаться отчаянию.
Лечение помогло. Вероника сменила имя, чтобы начать новую жизнь, переехала в США, стала успешным и известным специалистом по компьютерной безопасности. Но она не считала все это своим пределом. Она четко понимала, что сомнительные сокровища приходят и уходят, а душа остается, и именно ею нужно заниматься, не банковским счетом.
Соглашаясь на то первое расследование, она ожидала новых ощущений, а встретила человека из прошлого. Оказалось, что любовь не забывается и не стирается временем, она может разве что затаиться, дожидаясь своего часа. Так и случилось с ней и Георгием Северовым, которому привычней было отзываться на прозвище Север. Они много лет не могли пересечься, и раз уж этот проект соединил их, они готовы были возвращаться сюда снова и снова.
По крайней мере, пока могли. Три месяца назад Север по глупости попал в серьезную аварию и вынужден был беречь себя, пока срастались кости. После этого врачи настоятельно рекомендовали ему отправиться в реабилитационный центр для полного восстановления.
И тут Тронов объявил о шестом этапе проекта. Да еще каком – дело предоставлено Алисой, которую Вероника оправданно считала своей лучшей подругой. Естественно, Север, с его привычным энтузиазмом и взрывным характером, уже был на коне и, размахивая шашкой, рвался в бой.
Тут у них случилась первая с момента воссоединения крупная ссора. Вероника знала, что ему нужно завершить лечение, это была не прихоть врачей. Сейчас ему казалось, что все срослось и о падении с мотоцикла можно не вспоминать. Вероника понимала, что плохо залеченные травмы напомнят ему о себе болями через десять или двадцать лет. У Севера, как у малого ребенка, это называлось «еще не скоро». Вероника же не собиралась позволять ему испортить свою жизнь, даже ради Алисы.
В итоге он сдался. Она знала, что так будет. Объективно Вероника осознавала, что Север любит ее больше, чем она его. Она редко думала об этом и тем более использовала в корыстных целях, а тут – пришлось. Она умела расставлять приоритеты.
Он уехал в реабилитационный центр вчера, а сегодня она шла на главную встречу по шестому этапу проекта. Север добился от нее обещания о ежедневных отчетах по делу; Вероника согласилась, потому что ей было несложно.
Она не боялась участия. Во-первых, она не впервые стала частью проекта. Вероника не любила рисковать жизнью, старалась избегать этого, однако и не позволяла риску сдерживать себя и загонять в угол. Во-вторых, несмотря на отсутствие Севера, она не была одинока. Она уже знала, что Дамир дал согласие на участие в шестом этапе. Он к этому не рвался, но Алиса попросила его, потому что дело касалось ее матери. Они уже работали вместе на предыдущем этапе, и Вероника в нем не сомневалась.
Насколько ей было известно, больше никто из предыдущих участников в игру не вернулся. Может, оно и к лучшему. При участии в проекте каждый быстро понимает, на своем он месте или нет.
Она пришла не первой и не последней. Когда Степан проводил ее до конференц-зала, там уже сидели три человека, в том числе и Дамир. Вероника заняла место рядом с ним, улыбнулась.
– Алисы нет?
– Уговорил ее не ходить, – ответил он. – Она согласилась в знак благодарности за то, что я участвую. Ей не нужно снова все это выслушивать.
– Она все равно будет думать об этом, – заметила Вероника.
– Это понятно. Но одно дело – думать, другое – смотреть фотографии и слушать факты с перечислением имен и событий. Ей лучше сейчас дома.
С этим Вероника была согласна. Семимесячная беременность – не лучшее состояние для бурной детективной деятельности. По сути, присутствие Алисы здесь ничего бы не изменило, Тронов и сам справился бы с объявлением задания, всегда справлялся.