скачать книгу бесплатно
Академия Нави. Или лучше стыдно, чем никогда
Кристина Юрьевна Юраш
Никогда не думала, что буду учиться на нечисть и на меня положит глаз Огненный Змий. Как не повестись на ухаживания, сгубившие тысячи девушек? Змий не побрезгует ничем, лишь бы ты принадлежала ему. Он готов сжечь мир дотла, если это зажжет твое сердце.Любовь, которая чуть не разрушила Навь, еще никогда не заходила так далеко!В тексте есть:Мрачная эстетика славянских легенд, юмор, колоритные герои, веселая и настоящая нечисть, змей, дракон, долгие и интересные танцы вокруг кровати и хэппи энд.
Кристина Юраш
Академия Нави. Или лучше стыдно, чем никогда
Пролог. Я вас внимательно скушаю!
Не звезда то в небе падает… А Змий Огненный невесту ищет… На погибель ее….
Сквозь туманы болотные, сквозь леса дремучие, сквозь поля родючие я найду тебя на погибель твою.
Как об землю ударится, добрым молодцем обернется.
Ты меня, Змий, златом- серебром не искушай… Об землю не бейся. Добрым молодцем не оборачивайся! Кудрями да речами не смущай… Ядовиты речи твои сладкие. И в могилу ведет взор твой пламенный…. Выжигает сердце до тла и по ветру развеивает…
Не губи мое сердце ретивое, не губи мою душу мою проклятую… Не летай ко мне Змий Огненный. Не губи мое сердце девичье.
А иначе с тобой останусь я. Да иссохну я от тоски полюбовной, да не мил без тебя будет свет мне ясный. Сгину я от тоски и пламени… Как иные твои полюбовницы…
Потуши вода любовь окаянную, да разбей цепи, нас связавшие….
***
Если верить фильмам ужасов, перед смертью настоящая девушка должна:
– успеть поправить макияж.
– покричать писклявым голосом: «Помогите! Спасите!».
–убедиться, что ее точно не спасут.
– споткнуться и упасть в самую эротичную позу.
И под конец – выставить вперед руку и округлить глаза, как при оргазме, отдав на съедение чудовищу соблазнительные запасы холестерина.
А потом тихо пискнуть в ближайших кустах, символизируя «как бы все».
В каждом фильме ужасов есть пособие для красавиц «Как красиво умереть». Я честно пытаюсь соблюсти все эти пункты!
– П-п-помогите! С-с-спасите! – пискнула я. Исключительно ради приличия.
"Шып-шып-шып -хрусь", – бежала я, шурша травой и ломая ветки по древнему и страшному лесу.
Мне бы подошел смелый охотник. На худой конец отважный грибник!
Ветки цеплялись за одежду и волосы и беспощадно стегали по лицу.
Я уже убедилась, что спасать меня никто не спешит, поэтому бежала еще быстрее.
Я летела метеором, ломая кусты и задыхаясь.
За мной гнались те самые светящиеся глаза, которые я увидела в сумерках среди деревьев. У меня не было ни малейшего желания оглядываться, чтобы узнать, что прилагалось к жутким глазам! Подлая фантазия уже все нарисовала за меня, подгоняя меня изо всех сил.
Еще вчера я ныла по поводу животика и боков, вздыхала у зеркала, сравнивая свое телосложение с теловычитанием девиц с фотографий. Мне казалось, что они жили в мире обезжиренных йогуртов и тренажеров. Я же жила в мире вкусных гамбургеров и ночных дожоров.
– Кар-р-рма! Кар-р-рма! – кричали жуткие вороны, среди переплетенных ветвей.
Я проносилась мимо исполинских стволов деревьев, идя на мировой рекорд. Мне не хотелось думать, сколько таких безвестных героев так и не вошли в книгу рекордов, но прекрасно поместились в желудках у неведанных чудовищ!
Шум погони приближался. Он заставлял меня ставить все новые и новые рекорды. Поскользнувшись в болотистой грязи, я тут же подскочила, чувствуя, как намокли мои джинсы.
– Простите, не очень эротично упала! Попробую еще, – скрипнула зубами я, вытирая об себя грязные руки.
Я просто хотела себя утешить.
Босоножки порвались. Я начала спотыкаться. Скатившись кубарем в овраг, я попыталась встать. Ремешок босоножки зацепился за корягу. Сверху слышался шелест многочисленных лап, намекая, чтобы я пошевелилась.
– Давай, давай, – задыхалась я, дергая ремешок изо всех сил. Он с треском лопнул. Меня покачнуло. Я бросилась бежать вдоль оврага, чавкая грязью.
Срывая пучки трав, я карабкалась наверх. Приходилось прислушиваться к каждому шороху. Но я слышала только гул сердца и свой неспортивный кашель.
Я бросилась в наползающий сырой туман.
– Они где-то рядом, – всхлипнула я, размазывая грязные сопли и не сбавляя темпа.
– Угу! – послышался сверху жуткий голос. На меня повернула голову огромная сова. – Угу!
Сова слетела с дерева, исчезая в тумане.
На уставших деревянных ногах я плелась в сторону туманного просвета между деревьями. Сил бежать уже не было.
– Они почти меня догнали, – пролепетала я, задыхаясь.
– Угу! – послышалось жуткое вдалеке. – Угу!
Я увидела покрытую туманом черную реку. Вода в ней была цвета спелой черной смородины. А над темной водой клоками висел все дивный туман. Сквозь него виднелся мост.
Поднатужившись, я трусцой побежала к мосту. Если есть мост, то неподалеку должны быть люди!
– Помогите! – просипела я, слыша, что за мной снова ломится какая-то нечисть. – Спасите!
Я вбежала на мост, считая старые доски.
Туман становился все гуще и гуще, собираясь болотной сыростью.
Пахло стоялой водой, грибами и мокрым деревом.
Я мчалась, сбиваясь и спотыкаясь. Босоножки на левой ноге болтались на ремешках. Мост задрожал, словно по нему за мной бегут десятки ног.
Из последних сил я побежала, слетая с моста и падая на траву.
– Все! Приятного аппетита, сволочи! – приготовилась я, как вдруг послышался незнакомый голос.
– Не потешили меня, отроки…
Кто-то произнес эти слова так отчетливо, что я подняла голову. Характерное «о», смачное такое, сказочное.
– Ой, не потешили, – снова «окнул» голос.
Я пыталась отогнать мушек, которые мельтешили перед глазами.
– Уф! – послышался топот. Мимо меня пронесся огромный волчара. Следом за ним медведь и еще какое-то зверье… Последним бежал серый заяц с криком: «Растерзаю! Убью! И кости обглодаю!».
– Что? – послышался задыхающийся мужской голос. – Что вы сказали, господин Леший?
– Короче. Можете оборачиваться обратно. Экзамен не сдан! – снова произнес тот самый голос из тумана. Но уже обычно, вовсе не сказочно.
Я привстала на руках, сплевывая грязь и покачнулась, чтобы завалиться снова. Вокруг была молочная мгла, сквозь которую невозможно было что-то разглядеть. Было такое чувство, словно заблудилась в каком-то дремучем сне.
– Господин Леший, а у меня нож кто-то спер! – возмутился голос из тумана. – Нож верните! Ой, вот он! Отбой! Ложная тревога!
Я ничего не понимала. Какой экзамен? Какие ножи? О чем это они? И кто это? Куда делся этот жуткий зоопарк?
– Эй, здесь есть кто-нибудь? – спросила я, разгоняя грязной рукой туман. А он и сам потихоньку рассеивался. Мне удалось встать на ноги.
– Ааааа! – послышался душераздирающий вой. – Ооооо! Ууууу! Ааааа! Вытащите его из меня! Ыыыы!
– Не обращай внимания, красна девица, – послышался разочарованный тихий голос совсем близко.
– П-п-почему красна девица? – спросила я, пытаясь отдышаться.
– Ты свое лицо видела? – усмехнулся голос с неким оттенком меланхолии и разочарования.
Я приложила грязные руки к пылающим щекам.
– Помогите! – выл кто-то дурным голосом под дружный смех. – Не смешно-о-о! Как я теперь сидеть буду!
– Это – первокурсники. Кувыркаться через нож не умеют. Знаешь ли, чтобы обернуться зверем, нужно через нож кувыркнуться спиной. Только лезвие должно торчать из земли. А потом, когда хочешь снова стать человеком, найти нож и кувыркнуться обратно, – снова заунывно продолжил голос. Рядом стоял силуэт, но я не могла его разглядеть. Он сливался с сырой темной зеленью.
Пока что я не могла понять, зачем мне эта ценная информация. И что я с ней должна делать.
– Круто! – выразила равнодушное восхищение я. Я всегда так отвечаю, когда не слушаю или не знаю, что ответить.
Мне обычно, чтобы превратиться в зверя достаточно просто не выспаться. И я искренне не понимала, к чему такие сложности?
В дымке тумана я видела мельтешащие силуэты. Но не видела лиц. Они двигались, словно существуя и не существуя одновременно.
– А вы не подскажете, куда мне идти? – спросила я, радуясь, что все обошлось. – Мне нужно вызвать такси… Кстати, у вас нет телефона. А то я свой потеряла…
– Ну раз из-за тебя экзамен не сдан, красна девица, то… Иди прямо. Прямо. И не оборачивайся, – зловеще и слегка нараспев произнес голос.
– Почему не оборачиваться? – тихим голосом спросила я, глядя в туман. Вокруг выглядело странно и подозрительно. Мурашки по спине подтверждают!
– Если ты обернешься, то увидишь нечто страшное, – снова зловеще произнес голос. А у меня снова пробежали мурашки.
– А можно говорить нормальным голосом? – взмолилась я, пытаясь утихомирить разбушевавшиеся мурашки.
– Например, как мы нож из чьей-то задницы вытаскиваем! Иди сюда, горе луковое! – послышался обычный голос, отдаляясь. – Держите его семеро. Стой и не вертись! Знаешь, сколько я задниц с ножами видел в своей жизни? Думаешь, твой не вытащу?
– Ып! – всхлипнул кто-то в тумане. – Что? Все? Уже все?
– Вот и все! А визгу было! Визгу! – сокрушался тихий голос. Мне показалось, что в тумане пошевелился травяной холм.
Значит, прямо? Да? Ну, прямо, так прямо!
Я шла, чувствуя себя ежиком в тумане. Туман постепенно рассеивался.
Вокруг все было грязно-зеленым. Отовсюду веяло сырой прохладой, как из погреба. Остатки тумана скрывали что-то огромное, похожее на здание. Я подошла поближе и рассмотрела черную дверь, украшенную многообещающими черепами и листвой.
– Тук-тук! – вежливо постучала я в двери. – У вас все дома?
Еще бы! Кто в своем уме делает такие огромные страшные двери? И надпись над ними: «Добро пожаловать!».
Двери со скрипом отворились. Я вошла в сумрачный зал. Внутри пахло болотом, грибами, душицей и прелой листвой. Луч тусклого света падал на огромный дуб, который рос прямо из пола. Черной кроной он подпирал потолок. Могучие ветви словно пытались раздвинуть стены. Среди густой и темной зелени что-то поблескивало. Я подошла ближе и увидела цепи, толстыми золотыми змеями обвивавшие ветки и темный ствол. Там, где листва была особенно густой, царил жутковатый и интригующий до мурашек мрак.
– Ой! – прошептала я, видя, как на ветке что-то шевельнулось.
Из мрака вывалился огромный пушистый кошачий хвост. Он свисал вместе с задними лапами. Котики – это моя слабость. Поэтому знакомые прятали от меня своих нервных котишек. Так что не удивительно, что в таком странном сне нашлось место для пушистого котика.
– Ути бозецьки ты мой, – выдохнула я, удивляясь, как можно не любить сладких мурлык. – Кис-кис-кис… А можно я поглажу котика?
Я спросила негромко. Исключительно ради приличия. А сама тем временем подкралась к пушистой кошачьей попке. Ого, да он больше мейкуна!
– Тык-тык-тык, – почесала я пальчиком хвостик и окрестности. – Ты у нас мальчик или девочка?
Я осторожно задрала хвост, пытаясь рассмотреть, кто же это…
– Я – господин ректор! – внезапно послышался голос. Хвост черной пушистой змеей скользнул у меня сквозь пальцы, скрываясь в темноте.
Подскочив на месте от неожиданности, я почувствовала, как волосы на голове шевелятся.
– Итак, кто это у нас обнаглел до такой степени, что ректору под хвост заглядывает? – послышался убаюкивающий и мягкий гортанный голос.
Он говорил так, словно пел колыбельную. В темноте вспыхнули зловещие глаза.
Я шарахнулась, обещая больше никогда не трогать чужих котов. Даже во сне!