Лоретта. Лесная ведьма

Лоретта. Лесная ведьма

Содержание

Пролог

Глава 1. Элиза

Глава 2. Рыцарь

Глава 3. Коллекционер редкостей

Глава 4. Голем

Глава 5. Фея

Глава 6. Повар

Глава 7. Русалка

Глава. Тень

Глава. Коллекционер

Эпилог

Пролог

Утро медленно проступало сквозь сосновые ветви, и маленькая лесная хижина казалась частью самого леса. Старые ели теснились вокруг неё так близко, что одна половина крыши почти всегда оставалась в тени. На досках темнел мох, между камнями фундамента пробивались тонкие стебли травы, а на солнечной стороне стены дерево выгорело до тёплого медового оттенка. Дом стоял здесь давно. Достаточно давно, чтобы лес привык к нему, а дом — к лесу.

В конце лета по утрам всё было мокрым от росы. Крупные капли висели на паутине под крыльцом, трава цеплялась за подол ночного тумана, а ветви склонялись над крышей под тяжестью влаги. Обычно в это время просыпались птицы. Сначала одна, робкая, потом другая, и вскоре весь лес наполнялся перекличкой, шелестом и привычным шорохом маленькой жизни.

Сегодня птицы молчали.

Лоретта проснулась от тишины.

Она ещё не открыла глаза, но уже знала: день будет долгим. Не просто хлопотным, когда нужно успеть собрать травы до полудня или перебрать запасы в кладовой. В воздухе чувствовалось нечто другое — тяжёлое, настороженное, будто лес за ночь подобрался ближе к окнам и теперь стоял за стеклом, затаив дыхание.

Лоретта лежала неподвижно, прислушиваясь.

В доме потрескивала остывающая древесина. Где-то под крышей шуршала мышь. За стеной капала вода с карниза. Всё было знакомым, обычным — и всё же между этими звуками зияла странная пустота. Словно мир забыл, какую мелодию должен играть по утрам.

Полночь спал у неё в ногах, свернувшись чёрным клубком. Когда Лоретта села, он не поднял головы, только одно ухо дрогнуло. Кот слышал. Возможно, чувствовал то же, что и она. А возможно, просто не желал вставать раньше, чем посчитает нужным.

— Не притворяйся, — пробормотала Лоретта.

Полночь открыл один зелёный глаз, посмотрел на неё с оскорблённым достоинством и снова закрыл его.

Лоретта улыбнулась краешком губ. Улыбка продержалась недолго.

Она попыталась вспомнить сон, от которого проснулась, но в памяти остался только след — тёплый, щемящий, почти болезненный. Чьё-то присутствие. Маленькая ладонь, будто бы лежавшая в её руке. И голос, который она не смогла разобрать.

Лоретта нахмурилась и провела ладонью по лицу. Сон растаял, как снежинка на коже, оставив после себя ощущение утраты, слишком острое для того, чего она не могла вспомнить.

— Дурость, — сказала она вслух. — Просто сон.

Слова прозвучали убедительнее, чем она себя чувствовала.

Она спустила босые ноги на пол. Доски были холодными и шершавыми. Лоретта поёжилась, натянула шерстяные чулки и подошла к очагу. Вчерашние угли ещё хранили немного тепла. Она подложила сухих поленьев, раздула огонь и дождалась, пока по дереву побегут первые рыжие язычки пламени.

Огонь занялся охотно. Слишком охотно, подумала она, заметив, как быстро вспыхнула тонкая щепка. Но тут же отмахнулась от этой мысли. Когда ведьма начинает искать дурные знаки в каждой искре, значит, ей пора выпить чаю.

Она достала глиняную кружку с неровным зелёным узором, насыпала на дно зверобой, мяту и мелиссу, добавила щепотку сушёной липы. Травы были собраны ещё в начале лета, перебраны и развешаны под потолком. Их запах наполнил комнату, смешавшись с дымом и тёплой золой. Лоретта глубоко вдохнула, позволяя знакомому аромату немного унять беспокойство.

На полке рядом с чайником стояла маленькая деревянная лошадка. Игрушка была грубой работы, с неровно вырезанными ногами и стёртой краской на спине. Лоретта не помнила, когда принесла её в дом. Иногда она замечала лошадку, переставляла с места на место, собиралась убрать в ящик — и всякий раз оставляла там, где та оказывалась. Сегодня игрушка лежала на боку, хотя вечером стояла ровно.

Лоретта задержала на ней взгляд.

— Ветер, — сказала она, хотя окно было закрыто.

Полночь спрыгнул с кровати и бесшумно подошёл к столу. Он не посмотрел на игрушку. Вместо этого уставился на дверь.

— Что там? — спросила Лоретта.

Кот молчал. Он умел молчать так, что это казалось отдельным видом разговора.

За окном наконец шевельнулись ветви. Не от ветра — Лоретта знала, как движется лес, когда поднимается ветер. Сейчас сосны словно наклонились друг к другу, пропуская между стволами невидимую волну. На мгновение тропинка, ведущая к дому, показалась ей длиннее обычного. Там, где она изгибалась за старым пнём, темнела тень, хотя солнце уже поднялось достаточно высоко.

Лоретта моргнула. Тропинка снова стала прежней.

— Сегодня нас ждёт трудный день, — сказала она.

Полночь потёрся о её ногу, затем сел у двери и принялся умываться, будто разговор был окончен.

Лоретта повязала на голову пёструю косынку, затянула рабочий передник и проверила, хватает ли сухих поленьев у очага. Потом сняла с крючка корзину, пересыпала в неё последние пучки зверобоя и вышла на крыльцо.

Воздух пах мокрой корой, прелыми листьями и концом долгого лета. На перилах блестела роса. Лоретта поправила верёвку, на которой сушились травы, и посмотрела в сторону леса.

В глубине чащи что-то тихо хрустнуло.

Она не увидела ни зверя, ни человека. Только несколько ветвей, медленно возвращавшихся на место.

Лоретта знала этот лес лучше, чем многие люди знали собственный дом. Она могла пройти по нему в темноте, отличить след лисицы от следа молодой косули и найти дорогу даже в тумане. И всё же сегодня ей казалось, что лес смотрит на неё чужими глазами.

Она вернулась в дом и остановилась у окна. Полночь запрыгнул на подоконник, устроился рядом и устремил на тропинку свой немигающий зелёный взгляд.

— Будем ждать гостей, — тихо сказала Лоретта.

Кот не шелохнулся. Только кончик его хвоста один раз ударил по деревянному подоконнику.

Лоретта положила ладонь ему на спину. Под пальцами перекатились крепкие мышцы, шерсть оказалась тёплой и мягкой. Это было настоящее, знакомое, надёжное. Она задержала руку чуть дольше, чем требовалось.

Потом отняла её и пошла заниматься делами.

Лес за окном молчал.