Карта ветров и пепла

Юлия Емшанова

Карта ветров и пепла

Глава первая. Девушка, которая украла рассвет

В тот год рассвет украли трижды.

Первый раз — у короля Севера, когда его младший брат запер солнце в серебряной шкатулке и потребовал за него половину королевства.

Второй — у города Лиор, где рассвет перепутали с закатом и целую неделю жители просыпались посреди ночи.

А третий раз — у Миры Вереск. Но это было нечаянно.

Мира вообще редко делала что-нибудь намеренно.

— Ты уверена, что заклинание должно выглядеть именно так? — спросила Ная.

Она сидела на краю крыши, болтая ногами над узкой улицей. В волосах у неё мерцали крошечные синие искры — верный признак того, что она волновалась. Или злилась. Или собиралась совершить что-нибудь, за что потом придётся извиняться перед городским магистратом. Ная не видела разницы между этими состояниями.

Мира посмотрела на мел, которым вывела круг на черепице. В центре круга лежал её медный компас — семейная вещь, упрямо показывающая не на север, а туда, где человеку меньше всего хотелось оказаться.

— Конечно, уверена, — сказала Мира.

— Ты сказала то же самое, когда превратила пекаря в стаю голубей.

— Он был против повышения цен.

— Он был против голубей.

— Ну вот, значит, у нас были разногласия.

Ная вздохнула и поднялась на ноги. На крыше тут же порывом ветра разметало несколько клочков бумаги.

— Мира, если твой отец узнает, что ты снова открываешь дверь между мирами…

— Он не узнает.

— Он узнаёт всё.

— Поэтому я делаю это ночью.

Внизу, за рядами тесных домов и рынком, погружённым в туман, раскинулся Лиор. Город стоял на берегу моря, которого никто никогда не видел: вода давно исчезла, оставив после себя только белые соляные равнины. Зато по ночам над ними проплывали корабли-призраки, и в их чёрных парусах отражались звёзды.

Мира смотрела на такие корабли с детства. Она мечтала попасть за горизонт — туда, где, как рассказывала мать, начинались другие миры.

Потом мать исчезла.

А отец запретил произносить слово «портал».

С тех пор Мира произносила его мысленно.

Она положила ладонь на компас. Стрелка дрогнула, повернулась и уткнулась в небо.

— Готова? — спросила Ная.

— Нет.

— Отлично. Значит, всё идёт по плану.

Мира начертила последний знак. Мел вспыхнул золотом. Воздух над крышей задрожал, будто невидимая ткань натянулась между двумя руками. Потом раздался звук, похожий на вздох огромного зверя.

В небе открылась трещина.

За ней виднелось другое место: лес с белыми стволами, река, текущая вверх, и луна, огромная, зелёная и расколотая надвое.

Мира невольно улыбнулась.

— Получилось.

В ту же секунду трещина расширилась и выдохнула на крышу ледяной ветер.

Улыбка исчезла.

Из разлома выпала птица.

Она была размером с лису, с длинным клювом и золотыми перьями. Птица ударилась о черепицу, прокатилась до ног Миры и оглушительно чихнула. Из клюва вырвалось пламя — маленькое, голубое, но очень сердитое.

Ная отступила.

— Это не рассвет.

— Я заметила.

Птица вскочила на ноги, расправила крылья и уставилась на Миру блестящими чёрными глазами. На её шее висела тонкая цепочка, а к цепочке был привязан клочок пергамента.

Мира осторожно протянула руку.

Птица клюнула её за палец.

— Ай!

Клочок пергамента вспыхнул. На нём проступили строки, написанные незнакомым почерком:

Той, кто откроет дорогу.

Когда погаснет последний маяк, три мира сольются в один.

Найди сердце шторма.

Не доверяй наследнику пепла.

Мира перечитала послание.

— Что такое сердце шторма? — спросила Ная.

— Не знаю.

— А наследник пепла?

— Тоже не знаю.

— Прекрасно. У нас есть таинственное послание, неизвестная птица и открытый портал. Я бы сказала, вечер удался.

Трещина над крышей вдруг задрожала. Из её глубины донёсся глухой удар — словно кто-то огромный колотил по двери с другой стороны.

Птица издала резкий крик.

А затем через портал шагнул человек.

Он упал на колено и упёрся рукой в черепицу. На нём был длинный тёмный плащ, рассечённый в нескольких местах, а на плече темнела кровь. Тёмные волосы прилипли ко лбу. За его спиной, в разломе, вспыхнули красные огни. Человек поднял голову и посмотрел прямо на Миру. Глаза у него были серые, как море перед бурей.

— Закрой дверь, — сказал он.

— Я не знаю как.

— Тогда научись быстрее.

Из портала высунулась рука — слишком длинная, с пальцами, похожими на обугленные ветви. Она ухватилась за край разлома. Ная выругалась и вскинула ладони. Синие искры сорвались с её волос, превратились в светящиеся нити и опутали незваного гостя. Тот дёрнулся, но не упал.

— Ная! — крикнула Мира.

— Я пытаюсь удержать его! — отозвалась та.

— Или портал! Пока не решила! Мира схватила компас. Его стрелка бешено вращалась, а потом замерла, указав на незнакомца. Не на портал. Не на чудовище. На него.

— Кто ты? — спросила она.

— Каэль.

— А что ты здесь делаешь, Каэль? Он взглянул на послание в её руке. В его лице что-то изменилось.

— Ты открыла путь.— Это уже не новость.

— Тогда слушай внимательно, Мира Вереск. Если не закроешь разлом, через него придёт армия. А если закроешь — я останусь по эту сторону.

— И это должно меня огорчить? На миг в его глазах мелькнула усмешка.

— Пока нет.

За его спиной раздался треск. Каменная черепица под ногами Миры поползла к краю крыши. Разлом распахнулся шире, и холодный ветер ударил так сильно, что Ная едва не сорвалась вниз. Мира ухватила подругу за запястье.

— Компас! — крикнул Каэль.

— Что?

— Разверни его!

— Он и так развёрнут!

— Не стрелку. Тебя!

Мира не поняла, но выбора не было. Она прижала компас к груди и закрыла глаза.Внутри неё что-то отозвалось. Золотой свет прорвался сквозь пальцы. Круг на черепице вспыхнул, знаки поднялись в воздух и закружились вокруг разлома. Птица закричала. Каэль выругался.А затем Мира увидела путь. Не глазами — сердцем, или тем местом внутри, где когда-то жила её последняя надежда на возвращение матери. Путь тянулся от крыши через звёздное небо, пересекал три мира и уходил к буре, сверкавшей над бескрайним тёмным морем. Она потянулась к нему.Разлом захлопнулся. Тишина упала на крышу. Мира разжала пальцы. Компас раскололся надвое. Каэль поднялся, поморщившись от боли. Ная всё ещё держала его в магических нитях.

— Можешь меня отпустить, — сказал он.

— Могу, — ответила Ная.

— Но пока не хочу. Птица забралась Мире на плечо и уткнулась клювом ей в щёку. Внизу ударил колокол городской стражи. Кто-то заметил вспышку.Каэль посмотрел на Миру:

— Теперь они будут искать тебя.

— Кто — они?

— Все, кто хочет найти сердце шторма.Мира перевела взгляд на расколотый компас. Его стрелка, отделившись от корпуса, продолжала указывать на неё саму.

— А если я хочу найти его первой?Впервые Каэль улыбнулся по-настоящему — устало, опасно и так, будто он уже знал, чем это закончится.