скачать книгу бесплатно
– Почему?!! – заорал он и застучал по полотну двери кулаками изо всех сил, будто хотел уничтожить дверь, стереть в пыль. А когда перестал, упёрся лбом в её гладкую, шлифованную поверхность и замучено повторил:
– Почему?..
– Потому что только рядом с тобой браслет становится больше и перестаёт давить мне руку, – будничным тоном пояснила Капитолина.
Глава девятая
Игорь вернулся в комнату и снова сел в кресло. Ему стало стыдно своей вспышки. Нельзя так вести себя, тем более, при незнакомом человеке. Она, чего доброго, подумает, что он безумный. Хотя, какая разница, что она подумает? Судя по всему, она и сама с головой не дружит.
– Хорошо, – спокойно произнёс Игорь. – Я так понимаю, браслет снимать ты не собираешься.
Капитолина опустила взгляд на браслет и осторожно, не задевая раны, попробовала сдвинуть его.
– Собираюсь. Но пока это невозможно.
Игорь с удивлением заметил, что браслет действительно стал свободнее, и Капе удалось поднять его чуть выше раны.
– У тебя есть антисептик? – спросила она.
Игорь молча встал, подошёл к высокому комоду и нашёл в одном из ящиков гостиничную аптечку. Он вернулся к пианистке и потянул ей чемоданчик с лекарствами. Она посмотрела на Игоря и удивлённо подняла бровь. Нет, это невозможно! Она что, хочет сделать из него медсестру? Игорь призывно потряс аптечкой. Капитолина продолжала смотреть на него, надув губы. Он раздражённо вздохнул, сел рядом с ней, достал антисептик с распылителем и, взяв девушку за руку, стал обрабатывать рану. Игорь постарался успокоиться. Что с ней спорить? Она странная, и браслет её странный. Главное, появилась возможность нанести лекарство, а значит, руку можно спасти.
– Когда я была маленькой, Иван Ильич говорил, что однажды, придут необычные люди и снимут браслет, – неожиданно промолвила Капа. – А до тех пор мне придётся его носить. Иван Ильич – это мой дядя, он работает коридорным в «Фэйрмонт Баттон», – тут взгляд её затуманился. – Вернее, работал… Его больше нет.
Игорю снова стало не по себе. Он вспомнил старика и то, с какой тревогой и любовью он смотрел на девушку.
– У тебя есть ещё кто-нибудь? – спросил он, доставая из аптечки бинт. Интересно, как им пользоваться?
– Нет, – Капитолина покачала головой. – Мы всегда были только вдвоём. Мы эмигранты из России. Дядя привёз меня оттуда совсем крошечной и говорил, что родственников у нас нет: ни в России, ни здесь, в Канаде, – и тут она жёстко сказала – Вы, трое, разрушили мою жизнь!
Игорь вздохнул. Ну, надо же, какое везение! Их было трое, а явилась она именно к нему. Почему она не поехала к Пашке – это понятно. Но могла бы выбрать Кайрата, чем он хуже? Так, нет же, она пришла сюда! И как теперь от неё избавиться?
– Капитолина! – он, наконец, справился с бинтом и завязал узел. – Давай не будем увлекаться фантастическими историями? Я не знаю, что тебе рассказывали, и во что ты сама веришь, но пойми: ни я, ни мои друзья – мы не имеем никакого отношения к тому, что делает с тобой браслет. В его устройстве есть какой-то секрет, и, благодаря ему, браслет то уменьшается, то увеличивается. Надо просто узнать, что это за секрет, и всё. И ты должна понять: ты не можешь остаться со мной…
– Не переживай! – перебила она его, поправляя повязку. – Я не испытываю никакого удовольствия от твоего присутствия, ясно? Это, к счастью, ненадолго.
– Неужели? – медленно произнёс Игорь.
Он снова начал заводиться. Вот ведь зараза! Он сделал всё, что мог: предложил ей денег – она не взяла, сказал, что оплатит лечение – она отказалась. Но оставалась сидеть на диване, как приклеенная! Может, вынести её отсюда вместе с диваном?
Капитолина взглянула на него с вызовом, словно услышала его мысли.
– Это всего на неделю! – заявила она. – Дядя сказал, что браслет, – она нахмурилась, пытаясь вспомнить. – не выносит страха. Я испугалась, когда твой друг напал на меня, и браслет начал сжиматься, а потом вдруг опять расслабился. А когда я уехала, совсем сдавил руку, – её лицо сделалось несчастным. – Дядя обещал, что браслет успокоится через семь дней. Он перестанет сжиматься, и я смогу жить, как прежде. Но для этого, я неделю должна быть рядом с тем, кого выбрал браслет.
– Да? – Игорь изо всех сил старался сдерживаться – И почему же это именно я? В отеле полно народа.
– Я не знаю!!! – она закричала на него, из глаз её брызнули слёзы.
Она снова горько плакала, прижав к избитому лицу кулачок здоровой руки. Игорю стало жаль её. Он очень хотел думать, что она просто ненормальная, но чем больше он слушал девушку, тем больше понимал: она сама стала жертвой странной мистификации. Если бы он только смог доказать, что браслет самый обычный! Но для этого надо разгадать его устройство…
– Дядя сказал, что это кто-то из вас троих, – всхлипывая, произнесла Капа. – К твоему другу-изуверу я не поехала, а твой второй приятель… Он ни при чём, я нашла его в аэропорту, когда он ждал вылета в Монреаль. Я долго стояла возле него, но браслет никак не реагировал… И только когда я пришла сюда, он начал отпускать руку. Господи! – она закрыла лицо руками. – Я ничего не понимаю! И меня тошнит от тебя! – она убрала ладони и с омерзением посмотрела на Игоря. – Но у меня нет другого выхода…
– Ладно… Успокойся, не плачь! – он неуверенно погладил её по плечу.
Капа дёрнулась, и переползла в противоположный конец дивана. Игорь предпочёл не обижаться. Что поделать, у неё обычная истерика.
– Что ещё сказал твой дядя? – спросил он, почти дружелюбно.
– Больше ничего. Он просто не успел. Утром я проснулась, а он… – Капа вдруг перестала рыдать и недобро взглянула на Игоря. – Это твой друг его убил! Я знаю!
– Неправда, – не слишком уверенно возразил Игорь. – Пашка, конечно, негодяй, но убить человека… это слишком!
– Человек – это чаша, у которой нет краёв, – изрекла Капа и устало шмыгнула носом. – У каждого своё «слишком». Я полагаю, твой друг способен и на большее, – она вытерла глаза кончиками пальцев и откинулась на спинку дивана.
Игорь задумался. Значит, она всё-таки сначала разыскала Кая… Но, Пашка! Неужели это правда? Игорь ведь и сам думал об этом….Нет, быть этого не может! Пашка спал, ему дали лекарство, он был не в состоянии… Бред! Что вообще происходит? Не надо было оставаться здесь… Улетел бы с Каем в Монреаль, глядишь, девица и не добралась бы до него. Игорь вздохнул и оглядел пол, усеянный порванными деньгами. Да… Пара тысяч превратилась в обычный мусор. Он поднял глаза на Капитолину и увидел, что она спит. Ну, красота! С минуты на минуту нагрянет мать с главнокомандующим канадской армии подмышкой, а у него в номере пианистка со следами жестоких побоев и браслетом стоимостью с канадскую армию в целом!
Игорь тяжело вздохнул, и отправился в спальню. Он взял с кровати плед, вернулся в гостиную и укрыл девушку. Она тихо постанывала во сне и хмурила брови. Игорь вдруг вспомнил красавицу в изящном чёрном платье, которая лёгкой походкой шла к роялю, чтобы исполнить на нём красивейшую музыку… И ощутил как его накрывает волна ненависти к Пашке. За всё: за ссадины на её лице, за спутанные волосы, за запекшуюся кровь на её губах, за её руку, изрезанную браслетом, и за то, что он теперь не знает, как её прогнать.
Глава десятая
Полуостров Сьюард был объят холодом. Ледяной, порывистый ветер гонял в пасмурном небе стаи альбатросов – птицы гневно кричали и сетовали на непогоду. Тёмные скалы стоически принимали удары громадных волн, и город Ном угрюмо затих под безжалостными потоками дождя. К его окраине застенчиво притулился небольшой посёлок. Хвойный лес, густой, почти чёрный в тусклом свете ненастного утра совсем поглотил деревеньку; одиноко разбросанные меж деревьев дома были темны и безмолвны, словно ни одна живая душа не пожелала поселиться здесь. И лишь в одном из них горел неяркий свет. Дом стоял на отшибе, окружённый большими пушистыми елями. Сколоченный из массивных брёвен, увитый плющом, он одной из своих сторон выходил к озеру – серому, стылому, исколотому острыми струями осеннего ливня. Во всём этом унынии чудилась особенная, мрачная красота, и, мерцающие тёплым светом, окна дома подчёркивали её, придавая тревожный оттенок…
Вверх по дороге, идущей мимо озера к посёлку, старательно карабкался автомобиль. Старенький, обшарпанный, он храбро боролся с дождём и ветром, натужно ревел мотором, чихал и фыркал, но всё же сумел без особых потерь подъехать к дому. Там он остановился, дрожа всем своим металлическим тельцем, и облегчённо заглох. Из автомобиля выбрался тучный мужчина и, вжав голову в плечи, побежал к дверям, кутаясь от дождя в тонкое пальто. Мужчина безуспешно подёргал ручку, заворчал и согнулся, рассматривая замок. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге показалась дама из адвокатской коллегии Санкт-Петербурга, которую посетивший её там мужчина называл «Исса».
– Тейвас! – воскликнула Исса. – Дверь открывается в другую сторону! Ты, как всегда, самый последний!
– Я, как всегда, самый голодный, – ответил Тейвас и распрямился. – Есть чего пожевать?
– Конечно, – ответила Исса и отступила, пропуская мужчину в дом.
Он зашёл внутрь и принялся стаскивать с себя насквозь промокшее пальто. Его встретил дружный, многоголосый смех. Большая комната, в которой оказался Тейвас была наполнена народом. Посередине комнаты красовался овальный дубовый стол внушительных размеров, вокруг стояли стулья с высокими спинками и плетёные кресла. В стене, напротив стола дышал теплом огромный каменный очаг, и его пламя отбрасывало блики света на лица мужчин и женщин, расположившихся в комнате. Все они были примерно одного возраста. Женщин вместе с Иссой было одиннадцать. Мужчин – двенадцать, считая Тейваса.
– Он снова копался в замке? – продолжая звонко смеяться, спросила рыжая женщина. Она вся была покрыта веснушками, в её синих глазах, от смеха, выступили слёзы.
– А ты сомневалась, Йера? – громогласно хохоча, произнёс высокий мужчина в тонком, бежевом свитере. – Он же, частный детектив! По его мнению, все замки в мире должны быть им взломаны…
– Нет, Дагас! – прыснула худенькая шатенка. – Он уверен, что все вокруг – преступники, и замки сломали до него!
– Держи, Райдо, – произнесла Исса, протягивая шатенке кружку с горячим, дымящимся напитком. – Это безобразие, Тейвас! – возмущённо добавила она и забрала у него пальто, с которого ручьями стекала вода. – У тебя что, нет другой одежды? Ты же схватишь воспаление лёгких!
Исса повесила пальто на спинку стула, подвинула его ближе к огню, а сама устроилась в плетёном кресле.
– Смейтесь, смейтесь… – пробурчал Тейвас. – Есть у меня одежда! Но мне её жалко… Дайте пожрать, в конце концов!
– Ты скупердяй и обжора! – молвила пышная блондинка, сидящая за столом, облокотившись на него красивыми, полными руками. – Так ни одна женщина не заинтересуется тобой.
– Тогда я отправлю их всех к тебе, Гебо. – огрызнулся Тейвас. – Ты сексопатолог, вот и объяснишь им, какой я на самом деле молодец! Я голоден! – нудно повторил он.
– Да пусть он поест! – сказал сухопарый мужчина с мечтательным выражением серых глаз, а затем, подошёл к дубовому столу и снял салфетку с большого блюда, на котором красовалась гора бутербродов. – А то мы никогда не начнём!
Тейвас, увидев бутерброды, издал радостный возглас и, выбрав самый большой из них, принялся уплетать.
– Я твой должник, Туризас… – с набитым ртом пробормотал Тейвас. – Я всегда говорил, что ты самый умный, не даром, ты… вирусолог, – с трудом выговорил он.
«Мечтатель» улыбнулся и подвинул к нему кружку с чаем.
– Вот объясни мне, почему ты приехал на такой развалине? – обратилась к Тейвасу жгучая брюнетка, в жилах которой явно текла восточная кровь. – Мог бы взять такси или выбрать в прокате машину, которая не при смерти.
– Потому, что я не такой транжира, как ты, Манас, – продолжая жевать, ответил Тейвас. – Знаю я вас! – он посмотрел на окружающих. – Сейчас погоните меня по всей Америке, топлива не напасёшься. А я экономный!
– И на что же ты экономишь? На старость? – спросил здоровяк в клетчатой рубашке. – Если мы протянем время, ты можешь до неё не дожить!
– Не паникуй, Ингус, – Тейвас шумно отхлебнул из кружки и ободряюще кивнул. – Машина – зверь! Она очень быстрая, можешь быть уверен.
– Оно и слышно! – произнесла крепкая, энергичная девушка с короткой стрижкой. – Она так рычала, пока ты ехал сюда, что я подумала – на нас нападают гризли!
– С гризли ты бы справилась, Урус, – усмехнулся широкоплечий парень в тёмно – вишнёвой толстовке и джинсах. – В твоих альпинистских похождениях гризли – не редкость. Куда страшней машина – убийца, которая, того и гляди, развалится под тобой.
– Ничего она не развалится, Одал! – возразил Тейвас, доедая последний бутерброд. – Нормальный автомобиль. И потом, мне же на нём ездить, что вы раскудахтались? – он заметно подобрел, насытившись. – Купите себе вертолёт. Вот Вунье, – он кивнул на спортивного вида мужчину в суконной, лётной куртке, – домчит вас на нём, куда хотите.
– Это точно, пилоты к вашим услугам! – заметил Вунье и подмигнул кудрявой, темноволосой женщине. – Хочешь полетать, Альгис?
– Налеталась уже, – сердито ответила та. – Через полмира сюда тащилась, три перелёта! А у меня работы – завал, еле отпустили…
– Я вообще не понимаю, Альгис, какая разница между тобой и Тейвасом, – протяжным голосом промолвил небольшого роста японец в сером джемпере. – Ты – полицейский, он – детектив…
– Да ты что! – Тейвас поперхнулся чаем. – Мы абсолютно разные…
– Фейху имел в виду, что вы оба копаетесь в человеческой натуре, – пояснила миловидная девушка в очках.
– Подумаешь! – фыркнул ей в ответ Тейвас. – Вон, – он указал на стройную женщину с роскошной косой, – Беркана гинеколог. Хочешь сказать, она не копается в человеческой натуре?
– Тейвас! – Беркана округлила глаза.
– Глупости! – запротестовала миловидная девушка, привычным жестом поправляя очки.
– В яблочко! – загрохотал огромный, богатырского телосложения мужчина в байкерской экипировке и сгрёб «миловидную» в охапку. – Не заблуждайся, очкарик! Сыщик дело говорит. Вот вы с Толстым тоже похожи. Вас и зовут одинаково: ты – Эвас, а он – Эйвас.
– И вовсе я не толстый, Хагалас! – добродушного вида толстячок смешно надулся. – На себя посмотри…
– Я мощный, а ты толстый, – категорично парировал Хагалас. – И не спорь! Чего разобиделся? Перт тоже толстый, он же не обижается, – Хагалас отпустил Эвас и потрепал по плечу плотного мужчину с круглым, довольным лицом. Тот улыбнулся.
– В казино я привык к таким шутникам, как ты, Хагалас, – насмешливо прищурил внимательные глаза, Перт. – Но больше всего мне нравится тот момент, когда они уходят от меня с пустыми карманами.
– В самом деле! – вступил в беседу жизнерадостный темнокожий парень. – Соулу – спортсменка, а Лагус – тренер йоги. Это тоже схожие профессии!
– Ошибаешься, Наутхис! – повела плечом Соулу, подтянутая и загорелая женщина, чьи светлые волосы были собраны на затылке в длинный хвост. – Я измываюсь над своим телом, а Лагус – над телами своих бедных клиентов.
– Не такие уж они и бедные! – заявила Лагус, сверкнув глазами из-под русой чёлки. – А от меня уходят ещё и здоровыми.
– По-крайней мере, гибкими! – хохотнул Дагас. – Ладно, что спорить? У каждого своё призвание. Моё дело – реклама, Йера – программист, Одал занимается недвижимостью, а Эвас – туризмом, Фейху – банковский работник, а Эйвас – учитель. Все по-своему необходимы…
– Я приношу больше пользы, чем Перт, – возразил Ингус. – Я фермер и даю людям пищу. А Перт – крупье, он поощряет человеческие страсти!
– Ничего я не поощряю, – спокойно парировал Перт. – Я избавляю людей от денег, а значит, борюсь с алчностью. И, потом, должны же люди в конце концов понять, что деньгам можно найти лучшее применение.
– Ничего они не поймут! – запальчиво воскликнула Райдо. – Я страховой агент, и прекрасно их изучила. Люди трясутся над своим имуществом, словно оно – это всё, что составляет их жизнь!
– Ты слишком строга к ним, – мягко произнёс Туризас. – Имущество это комфорт, люди зарабатывают его тяжёлым трудом и дорожат им, что в этом плохого?
– Не все такие трудолюбивые, – заметила Урус. – Райдо права, люди неблагодарны! Вот Хагалас, он – каскадёр, совершает для них удивительные трюки, а Манас – архитектор, придумывает замечательные дома, и что? Разве люди ценят это? Они вечно всем недовольны, к тому же жадны до невозможности: сколько не дай – всё мало!
– Самым нужным делом занимается Наутхис, – философски протянул сытый Тейвас и вздохнул. – Он вино делает!
– Это люди тоже умудрились испортить! – Беркана перекинула свою сказочную косу через плечо. – Они пьют, пока не потеряют разум, не думают даже о детях! Я вообще не уверена что нам нужно…
– Хватит! – громко перебила её Исса, до сих пор хранившая молчание. – Закончили митинг! – она, не торопясь, оглядела притихших спорщиков. – Обсуждение человеческих пороков – не наше дело. Мы все прекрасно знаем, для чего мы здесь! – она повернулась и воскликнула. – Анзус! Почему ты молчишь?!
Анзус сидел у пылающего камина и задумчиво перебирал кочергой раскалённые угли. Он поднял глаза на Иссу.
– Ничего… – тихо сказал он. – Пусть выговорятся, может легче станет, – он поднялся и взглянул на окружающих. – Исса права! Нам всем хорошо известно, что выбора нет. Ведь так?
Анзус внимательно смотрел на тех, кто собрался в пустом доме, на окраине ненастного города Ном, на заливаемом ледяным дождём полуострове Сьюард – самой крайней западной точке Северной Америки. Все молчали, и было слышно, как в тёмные окна стучится нескончаемый дождь. Наконец Одал опустил глаза.
– Да, – произнёс он. – Да, Анзус, всё так.
Остальные уныло закивали головами.
– Прости, Исса! – подхватила Гебо. – Мы затеяли пустую болтовню… – она поправила, упавшую на лоб, белокурую прядь. – Значит, они обнаружили себя?
– Да, – ответила Исса.
– Так поехали! Скорей! – Йера, тряхнув копной рыжих волос, резко вскочила и схватила куртку. – Чего же мы ждём?
– Дело в том, – с горечью взглянула на неё Исса, – что я не знаю точных координат.
– Почему? – недоумённо спросил Ингус. – Ты самая сильная из нас, и ты должна была услышать!
– Всё верно, – голос Иссы звенел отчаянием. – Но случилось что-то непредвиденное… Сигнал внезапно и резко погас, и я не успела услышать, где они!
– Что за ерунда? – Хагалас развёл ручищами. – Быть такого не может!
– Может! – Анзус сел на край стола и сложил на груди руки. – Если по роковому стечению обстоятельств рядом оказался тот, кто назначен.
Все замерли, ошарашено глядя друг на друга, а спустя мгновение загалдели все разом.
– И что теперь делать? – в отчаянии закричала Соулу.
– Всё пропало… – прошептала Эвас.