Ирина Соловьёва.

В потоке творчества: художник… Терентiй Травнiкъ в статьях, письмах, дневниках и диалогах современников



скачать книгу бесплатно


Анфилада дворов недалеко от Музея востока. Фото 1988 г.


Но время не стоит на месте. Терентий заканчивает Университет искусств и по иронии судьбы, его опять выгоняют из Музея Востока, и опять за прогулы. Теперь он становится в прямом смысле свободным художником.

Он вновь, с этюдником и красками, устремляется бродить по Подмосковью, по своим любимым местам. На этот раз художник едет в Верею, Наро-Фоминск, Можайск и пишет пейзажи с элементами храмовой архитектуры, а на обратном пути ненадолго останавливается на Клязьминском водохранилище, где создает серию лирических пейзажных полотен под общим названием «Весна на Клязьме». Добрую половину лета он проводит на пленэрах, ни на один день не оставляя любимого дела, и только к концу августа задумывается о будущей работе.

Вместе со своим «тассовским» другом Сергеем Гончаром, отчисленным из музея по той же причине, они снова уходят в поисках места приложения своих талантов. Именно тогда Терентий по-настоящему чувствует в себе жгучее желание стать профессиональным художником и посвятить живописи всю свою жизнь. Но, увы, его нигде не берут, поскольку он отчислен за прогулы, о чем в трудовой книжке имеется соответствующая запись. Это обстоятельство мучает его, но внутренняя, неистребимая потребность обрести желаемое, сметает все преграды, и он чудом попадает в Центр внешкольной работы «Ясенево», где его берут на работу и в трудовую книжку записывают долгожданное – художник-оформитель. Всё! Мечта сбылась!


Вадим Овсянников и дизайнер Сергей Гончар. Фото 2002 г.


Шел 1988 год. Судьба мягко вернула его «на круги своя», но теперь уже повзрослевшим и осознавшим себя художником. Вернула в юность, в ту самую – из детства – изостудию Дома пионеров на Плющихе, где он когда-то и начинал свою творческую биографию, постигая после уроков в школе азы так горячо им любимого художественного мастерства, но, увы, не принимая это увлечение всерьез. Именно с этого момента Терентий ощутил небывалый взлет в живописи, и в его сердце прозвучало победное заявление о себе, как о художнике: пошли полотна, полотна, полотна… Появилась своя мастерская и всё-всё-всё остальное…

Сентябрь. 2007

Художник-оформитель Травник в своей первой мастерской

в Доме творчества в Ясенево. Бабка-Ежка на заднем плане – его работа.


Есть в любой судьбе особо значимые моменты, особые точки переключения, когда жизнь круто меняет свое направление: взлеты и падения, остановки и повороты… Их много. Есть они и в судьбе Травника. Каждая встреча в его жизни и есть та самая взлетная, остановочная или же поворотная точка, можно сказать отправная, перезагрузочная в траектории его судьбы.

Встречи с людьми, имеющие для него первостепенное значение, нанесены мной на дорожную карту этой книги, собрав их в виде глав под общим названием «Из коллекции литературных портретов современников».

Из коллекции литературных портретов современников: Вадим Геннадьевич Овсянников

Они познакомились в апреле 1983 года. В дневнике Терентия сохранилось описание их первой встречи и дата – 30 апреля. В художественную студию при институте МЭИС, в котором в те годы учился студент Игорь Алексеев, его позвал однокурсник Саша Быков. Там же вскоре встретились – в будущем два преданных друга, два страстных служителя муз, два великолепных мастера своего дела – Вадим Овсянников и Игорь Алексеев, впоследствии ставший известным поэтом Терентием Травником. Почти ровесники, полные экспериментаторства и молодой дерзости (а им еще не было тогда и двадцати), они вместе занимались рисованием, позже музыкой, дальше поездками по стране; изучали историю, религию, философию, ходили на выставки и творческие вечера, участвовали в институтских выставках художественных картин. Сам Терентий считает, что именно после знакомства с Вадимом для него началась осмысленная творческая жизнь. Эта встреча воспринимается им, как знак, символ, как наиважнейший поворот в жизни. Интересно то, что живя рядом, в получасе ходьбы друг от друга, друзья переписывались, и эти письма сохранились. Вадим обыкновенно подписывался в них, как «Сельский художник». Слово «сельский» здесь имеет немаловажное значение, а почему объясню чуть позже.

Вообще в дневниках Травника много записей, посвященных Вадиму Овсянникову, настолько много, что, если их собрать вместе, то могла бы получиться целая книга, а если еще и с фотографиями, то это уже основательный, весомый труд. Вот одна из них, заслуживающая, на мой взгляд, самого высокого внимания, от сентября 1993 года:

«Скоро день рождения Вадима. А ведь в этом году десять лет нашей дружбы. Помню первый визит к нему домой. Одно то, что он жил в военном городке, в Царицыно, в лесопарке, вдали от всей этой городской суеты и шума, было само по себе уже необычным. А дальше – просто сказка: небольшая, уютная комната, очень чистая и аккуратная, со множеством деталей, явно имеющих определенный смысл. Пластинки, книги, кисти, этюдник, картины на стене, ваза с букетом осенних листьев, магнитофон, гитара, на которой он будет у меня брать потом уроки, свежий душистый чай с плюшками, а ещё замечательный вид из окна на яблоневые сады и неповторимые ежедневные закаты – всё это и создавало ту атмосферу жизни гения. Тогда я об этом только догадывался, но теперь я знаю, что не ошибся. Этот человек, мой друг, с солнечной улыбкой, мягкий и деликатный, свободный, аккуратный до мелочей и очень красивый во всем, чем бы он ни занимался, и оказался самым настоящим живым гением. Я уже сейчас могу догадаться, что, как бы ни сложилась его жизнь, но то, что она будет жизнью человека, прославляющего своими трудами Россию – это очевидно. Мы почти ровесники, но во всем, что он делает, уже сейчас видна рука, пусть и молодого, но основательного художника. Мастер Вадим, таким он и вошел в мою душу, в мое сердце, в мою любовь. 29 сентября 1993 года».

Забегая вперед, скажу, что через много лет сам Вадим возьмет себе псевдоним «мастер», и даже адрес его сайта и электронной почты будет писаться именно так. Вообще-то пророчества, предсказания, угадывания Терентия – это отдельная тема и, возможно, когда-нибудь я возьмусь об этом написать, но не сегодня, и не в этой книге.



В ранних дневниках Терентия есть такая запись: «Я начал погружаться в творческий мир с 1978 года. Это были музыка и рисование, но осознанный мой приход в него произошел в 1983 году, в 19 лет, и именно после встречи с Вадимом. Этот человек был, есть и точно будет крайне важен для меня. Мы с ним вместе пришли в творческий мир, правда он чуть пораньше, и живем в этом мире по сей день. 1986 г.».

Фраза Терентия о творческом мире, сказанная им тридцать лет назад, актуальна и сейчас. Друзья смогли не отдалиться и не потерять друг друга из вида в вихрях жизненных раскладов, хотя каждый из них сегодня следует своим путем, опираясь на собственные взгляды и принципы в мире творчества. Каждый на своем поприще добился успеха, общественного признания и жизненно важных высот своим служением творчеству, а их мужская дружба и уважение друг к другу с годами еще больше окрепла. В душе каждый гордится достижениями другого, понимая и зная высокую цену подобного успеха, зачастую оплаченную здоровьем, бессонными ночами, изматывающим трудом, а подчас и одиночеством в личной жизни. Терентий воспринимал Вадима, как старшего товарища, хотя разница в возрасте у них менее года. Овсянников всегда поддерживал Терентия. Два мастера – две отдельные, совершенно непохожие индивидуальности, накрепко связанные единой духовной пуповиной. Скажу больше: их дружба – это своеобразный кодекс честных и благородных отношений.

Когда-то Терентий познакомил меня со своим правилом трех «С»: Случайность, Совпадение, Система, которое многое объясняет в жизни. Например, если с человеком происходит что-то впервые, то случившееся можно отнести к случайности, если же оно повторяется – то здесь уже совпадение, но если при определенных обстоятельствах это происходит снова и снова, то здесь речь может идти о системе, и человеку представляется выбор принять ее в свою жизнь или отвергнуть.

Все сказанное хорошо работает на примере двух друзей. Итак попорядку, крестились они практически одновременно. Все случилось в 1990 году. Вадим крестился 1 июля, а Терентий – 4 июля и оба в храме Св. Николая в Бирюлёво, хотя Вадим жил тогда в районе Царицыно, где есть свой храм. При этом все произошло без предварительных договоренностей и обсуждений.

Однажды Вадим позвонил Терентию и в свойственной ему манере, коротко сказал, что идет креститься, позвав его с собой. На следующее утро друзья встретились у храма. Но по необъяснимой причине Терентий остался тогда ждать Вадима на улице около крестильного домика. Когда они шли обратно, то практически ни о чем не разговаривали, Вадим молчал, а Терентий и не спрашивал. И вдруг буквально через три дня в том же храме крестится Терентий.

Само решение о крещении каждый принял самостоятельно, независимо друг от друга, и не обсуждая между собой. Этот факт «параллельного» крещения можно вполне отнести к случайности. Вообще данное обстоятельство очень хорошо определяет характер их взаимоотношений: с одной стороны – полная автономность друг от друга, а с другой – крепкая взаимосвязь и родственность душ.

А теперь – внимание! Сразу после своего крещения Терентий начинает активную подвижническую деятельность в этом же храме. Дело в том, что стоящий здесь когда-то бревенчатый храм в свое время сгорел, и на его месте возвели небольшой временный домик для семьи священника, в котором тот жил до определенного момента. Потом домик перестроили в нынешний деревянный храм. Сегодня рядом с ним строится новый – каменный.

В жизни Вадима параллельно происходит очень похожая ситуация: после хиротонисана (31.12.1995), теперь уже отец Вадим получает благословение служить в селе Мелихово, где за полгода до этого сгорел сельский деревянный храм. Он живет в сторожке и с сельчанами переделывает ее в новый Крестовоздвиженский храм. Обращаю еще раз внимание, что именно из сторожки, так же, как и был построен Бирюлевский храм. Перестроенный храм находится в сотне метров от сгоревшей Христорождественской церкви. Закончив строительство церкви Воздвижения Креста Господня, он постепенно начинает восстанавливать и храм Рождества Христова. По окончанию работ отец Вадим утверждается настоятелем и этого храма, проводя богослужения теперь уже на постоянной основе.


Восстановление храма в Мелихово. Второй слева – Терентий Травник. В центре – отец Вадим (Овсянников). Фото 1996 г.


С 1996 года Терентий организует подвижническую деятельность со своими товарищами по восстановлению и возрождению духовной жизни села Мелихово, и главным образом, храма Рождества Христова, куда и был назначен ко служению отец Вадим. Такие похожие обстоятельства жизни двух людей указывают теперь уже не просто на случай, а на явное совпадение.

Есть еще обстоятельства, идущие бок о? бок в их жизнях. Например, травма левой ноги сначала у Вадима, а потом и у Терентия. Причины и происхождение этих травм различные, но последствие этих травм очень схожи – и отец Вадим, и Терентий, по независящим от них обстоятельствам, вынужденно отходят от активной деятельности при храме. Отца Вадима из-за реорганизации отправляют за штат, и он возвращается к творчеству, а Терентий, выполнив свою миссию по оформлению документации на строительство нового храма в Бирюлево и проделав большую работу, начиная от помощи по согласованию документации, до получения разрешения на собственноручное изготовление Свидетельства на именной кирпичик для активного привлечения денежных средств на строительство храма, также возвращается к творчеству. Безусловно, что такие совпадения в жизни двух людей имеют теперь уже самое прямое указание на систему. Они систематичны, и это совершенно очевидно без иных примеров, которые можно приводить ещё и ещё.

Сегодня каждый занимается своим видом творчества: у Вадима идет небывалый подъем и активность в живописи и дизайне, настоящий успех, а у Терентия – не менее интенсивное возрастание популярности его произведений в литературе. И это еще одно, и верно не последнее подтверждение того, что эти два человека, несмотря на независимость талантов и параллельное развитие каждого в своей области, находятся в единой системе под названием «Творчество – Овсянников – Травник». И что бы ни происходило в жизни одного мастера, подобное ему тут же, но на своих акцентах, происходит в жизни другого, и эта система имеет иную природу происхождения. Несомненно одно: Вадим Овсянников и Терентий Травник – яркие фигуры нашей эпохи. Как-то Вадим в доверительной беседе с Терентием сказал ему: «Игоряш, (так он всегда обращается к нему) ты держись, без тебя мне, ну никак». Что имел в виду этот всегда конкретный человек, он так и не пояснил.


Биографическая справка:


Вадим Геннадьевич Овсянников – родился 30 сентября 1963 г. в Москве, в семье военнослужащего. Окончив общеобразовательную среднюю школу №870 г. Москвы, в 1981 году поступил в Московский Электротехнический институт связи, где прошла первая выставка его картин. С 1985 по 1987 работал дизайнером в конструкторском бюро. В этот период посещал студию художественной ковки Вадима Зеленцова. Организовал музыкальный проект «Осенний погост». Высшее художественное образование получил в МВХПУ им. графа Строганова, класс профессора А. Крылова (1987—1994). Принимал участие в ежегодных археологических экспедициях по русским городам Валдай, Ярославль, Ростов, Владимир, Суздаль, Рязань и другие. В Германии и Польше изучал творчество В. Васнецова. Занимался росписью храмов: в Гаврилов Яме Ярославской области – храм Св. Николая, в г. Чехов Московской области – храм Зачатия праведной Анны, в Мелихово Московской области – храм Рождества Христова. 31 декабря 1995 года Вадим Овсянников был рукоположен в сан священника митрополитом Крутицким и Коломенским Ювеналием.


В творческом портфолио художника авторские архитектурные и интерьерные проекты, работы со скульптурой и художественным металлом, а также работы в станковой и монументальной живописи. Автор многочисленных памятников и художественных проектов44
  Интернет-ресурс http://vadimaster.com/portfolio/


[Закрыть]
. Одной из таких масштабных работ является памятник Русским Витязям, сражавшимся в рядах войска великого князя Дмитрия Донского и погибшим в этом сражении. Монумент выполнен в честь 630-й годовщины Куликовской битвы. Над этим проектом автор работал пять лет. В основе композиции – знаменитая чайка – символ чеховской земли, которая расположилась на церковном набате, и иллюстрация древнерусской книги с памятной надписью: «Русским витязям земли Лопасненской от благодарных потомков». Сей труд был освящен Благочинным церквей Чеховского округа отцом Александром (Сербским) и перевезен на Куликово поле. Расположен монумент на Аллее Памяти и Единства музейно-мемориального комплекса села Монастырщина Тульской области, среди подобных памятных композиций. 21 сентября 2012 года в День воинской Славы России состоялось его открытие.


Вадим Овсянников – Почетный член-корреспондент Международной Академии Культуры и Искусства. Член международной ассоциации «Союз дизайнеров». Член Московского Союза Художников. Член Московского Союза Кузнецов Художников. Награжден серебряным орденом «Служение Искусству». Участник различных международных выставок в Лондоне: в 1994 году – выставка архитектурного пейзажа, в 1999 – выставка религиозных картин и пейзажа. В 2000 году в рамках музыкального проекта «Погост» прошла выставка картин и древностей «Сотканное время». Постоянный участник в ежегодных фестивалях «Гармония Среды», проводимых в Высшей Школе Средового Дизайна МАРХИ. Участник Выставки современного дизайна «Грани большого города» (2011). На 19-ой международной выставке похоронного искусства и ритуальных принадлежностей «Некрополь 2011» в рамках авторского проекта Международной Ассоциации Союз Дизайнеров «Черное и белое» Изабеллы Рим представлен поклонный крест (художественный металл) – дизайн Вадима Овсянникова, кузнец Владимир Шагалов. Участвуя в выставке ЕвроЭкспоМебель 2011, Вадим Овсянников представил свой проект «Готический мотив».


Довелось и мне побывать на одной из таких выставок с потрясающим названием «Силы небесные», проходившей в Центральном Доме Художника на Крымском Валу в Москве в далеком уже 2006 году, где были представлены живопись и художественная ковка мастера. На память об этой незабываемой встрече с Вадимом Овсянниковым и его живописью остался Каталог картин той выставки с бесценной собственноручной подписью и пожеланием доброй памяти от знаменитого художника современности Вадима Геннадьевича Овсянникова.


Группа «Мастер» и Вадим Овсянников на его выставке в ЦДХ

«Силы небесные». 2005 г.

Т. Травник «Из дневников поэта»: Особое место для души

Более четверти века прошло, как я впервые посетил эти края, усадьбу А.П.Чехова в с. Мелихово. Случилось так, что с начала 90-х годов я стал частым гостем этих мест и сразу полюбил их всей душою, можно сказать прикипел. Все здесь было сердцу моему и мило, и желанно: и эти полные света леса, и поля, и святые родники села Талеж, и храм Рождества Христова, в восстановлении которого после пожара, мне довелось принимать непосредственное участие. Удивительно красивый, расписанный самим настоятелем о. Вадимом (Овсянниковым) храм Воздвиженья Креста Господня, внешне, да и внутренне чем-то напоминающий абрамцевский модерн. В этом храме, в январе 2002 года венчались мои родители.

Приезжая сюда, я останавливался и гостил у своего старинного, верного друга, настоятеля храма о. Вадима, который жил и столовался в то время у Марьи Михайловны – чудесной женщины, коренной мелиховчанке, в доме, что и по сию пору стоит недалеко от храма.

Помнится, как уходил я бродить по окрестностям, слушать тишину и певучесть этого края. Спокойная и простая красота местного пейзажа, будто с полотен самого Исаака Левитана, заново сходила в самую мою душу. Исаак Ильич был близким другом Антона Чехова и подолгу жил, и работал в Мелихово. Так сложилось, что и на Рождество, и на Крещение, и на Пасху именно на Богослужение я приезжал в Мелиховский храм поалтарничать, попономарить, а то и чтецом или звонарем побыть. Со многими сельчанами довелось мне познакомиться лично. Здесь мною было написано немало стихотворений.

Навсегда запомнилась случайная встреча с артистом Михаилом Кононовым, приехавшим в Мелихово в составе съемочной группы. Помню, как-то раз, мы вдвоем с ним беседовали, сидя на брёвнах, недалеко от храма. Почти час мы провели с Михаилом Ивановичем в задушевном разговоре.


Народный артист России (2000 г.) Михаил Иванович Кононов.


Я читал свои стихи, точнее даже стихи-песни, а он мне отрывки из классики вспоминал. Запомнилось, сказанное им при расставании: «Ты пиши, Терентий, пиши, это, скажу, дело такое…». Задумался, подбирая слово, но так и не закончил свою мысль, кто-то позвал его, он и поспешил. Уже после его смерти, бывая в селе, приходил я на это местечко. Бывало, встанешь, вспомнишь этот разговор с его последней фразой и всё думаешь: как же он должен был её закончить? Писать стихи… Какое все-таки это дело было для Михаила Ивановича? Может «нужное», «трудное», «важное»?

Много фотографий сделано мною в этих местах. Если честно, то с фотоаппаратом не расстаюсь с юности. Во всех путешествиях что-что, а он всегда со мной. О Мелихово целая фотолетопись получилась за двадцать лет. Иногда выберешь времечко, достанешь альбом, присядешь, смотришь фотографии и вспоминаешь… Нет-нет, да что-то и случится такое, необычное: то ли строка какая послышится, то ли мелодия. Тогда глаза закроешь и просто дышишь всем этим, просто дышишь. И так хорошо на душе становится…

Лето. 2011 год.

Коллаж Т. Травника усадьбы А.П.Чехова в селе Мелихово Московская область.

Дорогами живого письма

Терентий любил работать масляными красками и почти не рисовал акварелью. По его словам, он хоть и изобретал свои формы в искусстве, но ни у кого не копировал ни манеру, ни технику, рисовал легко так, как чувствовал. Как когда-то сказал о его живописи Митрофанов – «пишет правильно-неправильно». В какие-то моменты он старался уходить от школы рисования, от того, чему его учили, потому что берег свое видение, свои индивидуальную манеру и почерк.

В живописи Терентий увлеченно фантазировал и экспериментировал, рисуя кривые кувшины, склянки, улыбающиеся, плачущие и беседующие чашки и чайники…

Не секрет, что копирование полотен известных мастеров всегда занимает значительное место во всяком художественном образовании. На раннем этапе, еще до основного обучения, Терентий тоже увлеченно пробовал свои силы в копиистике, делая маломасштабные работы с картин Сальвадора Дали и Василия Перова. Ему хотелось понять – сумеет ли он уловить дух произведения, скопировать, срисовать, как можно точнее и, надо сказать, у него это получалось. Мне самой довелось видеть несколько очень удачных его копий. И все-таки он стал философом от живописи, но не живописцем в полном смысле этого понятия. Он не ушел глубоко в лабиринты живописи, а оставил её для себя только, как возможность иллюстрирования своего внутреннего пространства. Его пейзажи оставались в большинстве своем фантазийными, впрочем, как и натюрморты. Различные манеры письма были для него приемлемы, нравились многие техники, и он с энтузиазмом осваивал любую из них, оставляя за собой право собственной. Как начинающий спортсмен, упражняясь на каждой тренировке, нарабатывает опыт и мастерство в своем виде спорта, так и Терентий, желая добиться высочайшего уровня в живописи, досконально прорабатывал каждый новый прием, каждый новый метод, добиваясь наилучшего исполнения в любой интересующей его технике и манере, не теряя при этом собственной индивидуальности. Именно поэтому, открывая следующую страницу для наступившего 1995 года, Терентий сразу наметил для себя конкретные шаги на год для достижения цели – повышения личного мастерства в живописи и записал в своем дневнике:



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4