Irina Raymond.

Исповедь особенной мамы. А я до сих пор жива. Автостоп на два моря



скачать книгу бесплатно


Боже, я же замужем. Понимаю, что брак у нас с МАХ странный: муж далек от меня во всех смыслах. Любовь, которая должна цементировать семью, отсутствовала. Была ли она вообще? Или я просто сбежала из России, когда мне нужны были кардинальные перемены, вплоть до смены страны? Не изменяла мужу никогда. Может из благодарности к нему, когда в мой тяжёлый период, он сумел меня понять и принять. Может потому, что не появился в моей жизни тот, единственный. Я не знала. Я жила и жила, как жили многие, без любви. Удобно. Спокойно. Надёжно.


Приглашение Сергея поставило в тупик. Однако, минуту поколебавшись и закрыв мысленно, но крепко глаза, прилегла рядом. Некоторое время делали вид, что усиленно смотрим фильм.


Сергей положил мне на талию руку и тут же её убрал, потому что моё тело моментально пробила дрожь. Не понимала себя совсем. Не мой тип, но меня тянуло к нему, как магнитом. И я больше не хотела сопротивляться. После его сумасшедшего поцелуя отключила все чувства, кроме наслаждения. Невероятность происшедшего привела нас обоих в замешательство, но совсем ненадолго. И ночь оказалась слишком короткой для нашей ненасытности.


Утром мы были в шоке от всего, что случилось.


– Это любовь? – немой вопрос, глядя друг другу в глаза.


Но так не бывает. А у нас случилось. Оба боялись осознать, что наш «магнит» сильнее нас и нашей взрослой разумности. Сергей переживал: вдруг я жалею о том, что произошло между нами. Нет, нисколько. Мне с ним было хо-ро-шо. Так спокойно и надёжно было только с Дмитрием, когда он находился дома. В моей жизни был только один мужчина – мой старший сын, который давал такой душевный уют.


Наша случайная встреча с Сергеем обретала черты очень неслучайной закономерности. Кто так постарался, чтобы мы встретились? Вопрос, конечно, риторический. Ответа не будет. Всё уже произошло, что должно, а будет ли продолжение, зависело только от нас двоих.


Через несколько часов мы расстанемся. Сергей довезёт меня до Сызрани, и я поеду дальше по России. Думать о расставании совсем не хотелось. Нам было мало друг друга.


Позавтракали. Ехали дальше почти молча. Печаль от предстоящей разлуки повисла в кабине машины, как дамоклов меч. Так с грустинками и разговорами ни о чём мы проехали большую часть пути до нашей конечной остановки под названием «намнельзядругбездруга».


Наступило обеденное время. Сергей накормил меня ароматным борщом в домашнем кафе «Макс». Символично даже где-то. А я его фотографировала. Мне уже был не только приятен этот «нусовсемнемой» тип мужчины. Нравилась походка, фигура, рост, низкий голос. Его глаза цвета виски потухли, но он старался держаться бодрячком. Только меня этим обмануть уже было нельзя. Сергей стал родным и я его чувствовала на клеточном уровне. Мы оба искали повод, чтобы побыть вместе подольше. И, конечно, его нашли. Сергей сказал, что от Москвы, а он ехал на разгрузку в Подольск, трасса более оживлённая и мне будет проще найти попутку до Саратова или до Воронежа.

Решение принято, оба с облегчением выдохнули: полдня, ночь и утро – наши. И предстоящая ночь уже волновала наше воображение и наши тела.


Как Сергей мог справляться со своим «DAF» после бессонной ночи, не понимала. Его стожильность в управлении таким монстром поражала. Я могла поспать в кресле, а у него работа. Опасная и напряжённая. Восхищалась молча. Глаза Сергея опять ожили и его «прорвало». Он рассказывал мне про свою жизнь с женой подробно и детально.


– И почему я тебе всё это рассказываю? – произносил он иногда, и повествование продолжалось дальше.


Я смотрела на него, слушала и понимала: сколько нерастраченной мужской любви к женщине скопилось у Сергея за все годы его брака –«жили, как все» и за годы вдовствования, когда даже физически он был один.


Тоже знаю, что такое – одиночество вдвоём. Не единожды, к сожалению. Мужчина интересен, как личность, пока он немного, хоть на полголовы выше меня, не в плане высокого, а в плане внутреннего роста. И мне есть чему у него учиться. Заполучив меня в «моя жена», «моя женщина», мужья – мужчины радостно потирают руки: «моя» и… расслабляются.


Догоняю их быстро. Год-два и всё. Обогнала. О чём говорить, что обсуждать, зачем существовать вместе? Я себя уважаю и горжусь своими достижениями, которых добиваюсь сама и не вижу смысла тянуть сильный пол за уши до своего уровня. Вот и приходится подводить итог совместного пребывания в одном замкнутом пространстве самой, потому что становится неинтересно и скучно вместе. Это те случаи, когда нет любви. Когда есть любовь, тогда всё по-другому. Когда любовь, в любимом не видишь недостатков. Когда любовь, в любимом видишь одни достоинства. Когда любовь, два любимых и любящих человека, как сообщающиеся сосуды, наполняют друг друга. И любящие глаза по сторонам не смотрят в поисках глупых приключений. Им хватает любящих глаз напротив. Не знаю, откуда берётся любовь и как её охарактеризовать словами. Знаю, что только душой и сердцем можно определить: твой ли это человек.


Нам с Сергеем настолько было комфортно во всех отношениях, что он своими словами:


– Я с тобой будто сто лет знаком, – озвучил и мои чувства.


Устала. Беспредельно. Но я не могу определить: какими словами можно описать усталость водителя «DAF»– дикая, невозможная, нечеловеческая? Вероятно, всё вместе и сразу. Бессонная ночь, забитый трафик, взбесившееся солнце, температура была выше всех норм для этого региона России. Стресс, стресс и стресс. Я и теперь могла только предположить и то лишь немного: что такое – «романтика» дальних дорог, так как быть пассажиром и быть водителем многотонного грузовика – категорически несравнимые разности.


Заехали на территорию завода, где и должна была состояться выгрузка утром. На вечернюю опоздали из-за пробок на автобане. Кругом стояли грузовики со всех регионов страны. Не смотря ни на что, наша ночь была великолепной. Ощущения помню, всего остального – нет, как и прошлой ночью. Я будто проваливаюсь в какой-то колодец наслаждений. Сердце начинает бешено биться, дыхание перехватывает и реальность исчезает. Что это, не знаю. Всё впервые.


И Сергей себе удивлялся:


– Такого у меня даже в юности не было.


На сон осталось не больше двух часов. Не о себе. О Сергее. Вторая почти бессонная ночь. Невероятная выносливость организма. Наш «магнит» беспощадно кидал нас в объятия друг друга раз за разом. А нам было всё мало.


Всё же усталость взяла своё. Мы уснули. Я уже и забыла, как это сладко спать рядом с желанным мужчиной, который и во сне тебя не выпускает из своих объятий.


Час пробуждения наступил мгновенно. Проснулись. Я вышла из кабины. Солнце уже начало горячо ласкать своими лучами. Кругом травы по пояс. Блаженство от всего происходящего со мной и увиденного сейчас. И это на территории завода. Невероятность! Но не удивлялась уже. Наслаждалась.


Вспомнила стих, который написала ещё в 2011 году в марте месяце. Провидение? Предсказание?


Я так хочу отчаянно влюбиться,


Чтоб было всё, как есть, в последний раз.


Не знаю я: когда сиё случится…


Хочу, чтоб летом этим, в ранний час.



И соловьи пусть будут бессердечны.


             И солнца луч – шалун и озорник.


             В последний раз хочу любви беспечной.


             В последний раз, но не в последний миг.



             И травы пусть по пояс заплетутся.


             В венках пройду по полю и судьбе.


В последний раз пусть слёзы отольются.


             В последний раз пусть будет, как во сне.

И пальцы рук так трепетны и нежны.


И поцелуи – лёгких взмах стрекоз.


       И, окунувшись в счастье, стану прежней


В томленье ночи, в лепестках из роз.



Объятий кольца пусть не разомкнуться.


       Вздох в унисон и стук сердец – набат.


             К утру в плечо захочется уткнуться.


             Заснуть устало. Звёздочки шуршат.



Всё, что сейчас происходило, описала ещё пять лет назад.


Не знаю, сколько это будет длиться: пока мы едем вместе или всю нашу оставшуюся жизнь… Никто этого знать не может. Сергей и я. Наши с ним судьбы переплелись так, что пока нет возможности их не то, что распутать, нет возможности их даже разорвать. Не хочу ни о чём думать. Я не испытываю чувства вины перед МАХ. Я не хочу загадывать. Я хочу быть в этом моём счастье здесь и сейчас. И это всё!


Выгрузка происходила с небольшими проблемами. Кран сломался. Долго ждали электриков. Сергею надо загрузиться в другом месте до шестнадцати часов. Отправлять меня в ночь с незнакомым водителем он не хотел. По-другому не получалось. И опять судьба давала мне шанс: ехать дальше или остаться с Сергеем и вернуться обратно почти в то же место, откуда он меня и забрал. Сергей не уговаривал. Всё зависело от меня. Но я видела, как он ждал моего решения. И я выбрала ночь с ним. Это была последняя ночь, которую мы могли провести вместе.


Каким счастьем вспыхнули глаза Сергея, когда я сказала:


– Остаюсь с тобой.


А ведь это будет третья бессонная ночь.


Мы уже никуда не торопились, но Сергей старался как можно больше времени сохранить для нашего с ним общения. В очередной раз восхитившись его мастерством управлять таким монстром легко и непринуждённо: на маленьком «пяточке» он мастерски извернул свой грузовик под загрузку, ушла в свои мысли. Все они были о водителе «DAF» и обо мне. Если для себя уже всё решила: не хочу и не буду больше жить с мужем, то Сергей испугался своих чувств, которые ему дарила его судьба. Дочки-внучки. Он привык жить для них. Не для себя. Не собиралась ни на чём настаивать: у каждого свой выбор. У него он тоже был. Свой собственный.


«Задвинула» все проблемы на задний план. Впереди наше с ним время. Последняя наша ночь перед короткой разлукой или с расставанием навсегда. Сейчас это не имело никакого значения. Важно только настоящее.


До стоянки с душем, а он был крайне необходим, жара и пыль сделали своё «грязное» дело на наших телах, ещё не одна сотня километров, когда мы выехали из Подольска.


Вечер пятницы и, как выразился Сергей:


– Коренные москвичи выдвинулись на историческую родину.


Легковушек неисчислимое множество. Машины с московскими номерами «хамили» и «наглели» на автобане без предела. Было стыдно за такое поведение наполовину моих земляков.


В неадекватных случаях дальнобойщики объединялись и «дружили» против «москвичей», ставя им преграды – заслон из грузовиков на дороге. Такую взаимопомощь «вживую» созерцала впервые. Мощно и слаженно. Впечатляло.


Видела, что Сергей запредельно устал и ведёт машину на «автопилоте». А стоянки с душем всё не было. Стемнело. И, наконец, бегущая строка со словом «душ». Ура! Припарковав своего кормильца, Сергей и я отправились в душ. Вдвоём. В один. Рядом с Сергеем чувствую себя неимоверно защищённой. Он намного выше меня: я уютно умещаюсь к нему под мышку. Стекающая по обнажённым телам вода и нежные поцелуи – сцена из фильма, где главными героями были мы: мужчина и женщина, моментально теряющие голову, как только оказывались рядом. Мой очередной колодец наслаждений. Потом Сергей меня мыл, как маленькую девочку, вплоть до пальчиков на ногах. Фантастика. Я растворялась в его нежности.


Ужинали в кафе. Заказали «долму» разных видов и чешское пиво. И долго наслаждались беседой друг с другом и едой. Мужчины за соседними столиками и обслуживающий персонал завистливо поглядывали на нас: волнами счастья и любви мы невзначай накрывали всех, кто находился рядом с нами в радиусе десяти метров, не меньше.


Последняя ночь перед расставанием. Она была сказочной. Наши отношения за эти три дня и две ночи обрели какую-то определённость. Мы убрали все запреты для себя. Такая открытость – это, как шпага в руке другого, приставленная тобой же к твоему сердцу. Малейшее неверное движение стоящего напротив и шпага проткнёт тебя насквозь. Без права на жизнь. Не игра. Величайшее искусство – Любовь. Даётся не каждому. Избранным. Даётся в награду Всевышним. В этом свято уверена.


Конец мая этого года. Необычное исполнение «Лунной сонаты» Бетховена распяло мою душу. Сложился стих. Сразу. Волнующие аккорды рояля, страстность ударников, рвущее звуки соло гитары и нежность скрипки… Меня накрыло волной раздирающих и щемяще-счастливых ощущений одновременно. Дикий танец огня в груди рвал на куски моё сердце от странно-непонятного и невероятного предчувствия.



Когда чувства на грани, а мы и не вместе.


Когда солнце не светит. Слова « Вот бы… если…».


Когда звуки рояль издаёт так тревожно.

Когда сон на ресницах дрожит. Осторожно.


       Когда роза в бокале. Свеча догорает.

       Неизбежность любви между адом и раем.


Когда утро приходит нежданно-негаданно.

Когда, что загадал, исполняется заново.

Когда жизнь второпях. Сумрак ночи. По-быстрому.

Когда срок одиночества на исходе. Всё. Выстою.

Когда память вскрывает закрытости тайные.

Неизбежность любви для безумства свидания.


Когда краски палитры водой в одночасье.

Когда лучиком тонким тихонечко счастье.

Когда шёпот нежнейший – у бабочки крылья.

Когда жажда глотка: «Я с тобой». Ты любима.

Когда радужность света в роскошность одежды.

Неизбежность любви победит твою снежность.


Когда тело трепещет. Сознанье уходит.

Когда точно известно: не бывает, не вроде.


Когда руки и губы разнять невозможно.


Когда то, что легко, очень кажется сложным.

Когда разум – не сила, но, конечно, не слабость.

Неизбежность любви – это страстности сладость.


Когда хляби небесные рваными, грозными.

Когда только минор. Одиозность серьёзного.

Когда свежесть листвы забинтует. Затянутся.

Когда мелочь важна. И грустинки улягутся.

Когда ты все дороги с молитвами. Смелая.

Неизбежность любви уязвимою делает.


Когда миг в ожиданьи превращается в вечность.

Когда звёзды на небе мерцанием в Млечность.

Когда хочется выть в безнадёге томленья.

Когда мысль на разрыв. Взгляд в окно – не виденье.

Когда воля твоя заперта. Заточенье.

Неизбежность любви, как с собою сраженье.


Когда холод пронзает до кончиков пальцев.

Когда зной на дворе. Час пробит. Не расстаться.

Когда хочешь сдержать слёз солёных водицу.

Когда сердце о камни жестоко. Разбиться.

Когда знаешь об этом конце и в начале,

Неизбежность любви нас с тобой обвенчает.

Наш последний совместный завтрак. С моими слезами. Они непроизвольно текли по щекам, капая в чай и делая его деликатесным напитком любви– печали. Вся моя сущность протестовала против такого изуверского для нас обоих действа – расставания. Невыносимо было даже приближать к себе эту мысль. Мы тянули сначала часы, потом минуты изо всех сил, но у Сергея заказ на время. Пришлось-таки решиться и остановиться.


Сергей по рации озвучил просьбу – довезите женщину до Воронежа. Тишина в эфире. Никто не ехал в мою сторону. Вышла из кабины машины и побрела в лес у дороги, потому что там увидела вишни. Спелые и ароматные. Так объяснила Сергею. Сама просто хотела скрыть свои настроения от него и выдохнуть спазм, который опять петлёй по горлу, как тогда с Димкой… Не переношу расставаний.


Мы «с кровью» отрывали себя друг от друга. Еле справившись с собой, вернулась в машину. Теперь в лес пошёл Сергей. Вернулся он нескоро и, подойдя к кабине с моей стороны, протянул полную ладошку лесной клубники. Чудо – чудное, какая она была крупная. Как садовая. Но аромат от неё был лесной. И вкус тоже.


Целый час ещё был нашим. Наконец-то, откликнулся водитель « Scania» – скамеечка, как её называют водители. Он ехал через Тамбов на Воронеж. Всё сложилось, как надо. Сергей донёс мой рюкзак до нового попутного грузовика. Совсем молодой водитель удивился его тяжести. Сергей объяснил.


– О! Канадскую писательницу я ещё не возил, – белозубо улыбаясь, ответил он.


Сергей поцеловал меня в щёку, как мы и договаривались. Всё. Оторвались: я уехала в одну сторону, Сергей в другую.


Водитель оказался на удивление задорным, и звали его Роман, Рома, Ромка.


Роману тридцать лет. Выглядит намного моложе. Года на двадцать два. Свободен, как степной ветер. Девчонки постоянной нет. Наслаждается жизнью. Отслужил армию. Единственный сын у родителей, потомственный дальнобойщик. Живёт под Воронежем. Любит ездить на очень далёкие расстояния: Байкал, Дальний Восток. На буровых Севера был, на кораблях с машиной плавал. До полугода дома не бывает. Просто жуть! А ему интересно – познаёт мир.


Столько удивительных историй про себя и свою юность он мне рассказал, и про детство, конечно, тоже. За рулём чуть ли не с шести лет. Отец всегда брал его с собой в поездки, как только у сына появлялось свободное от учёбы время. Роман сам себе добывал деньги и на такие мелочи, как дискотеки и девчонки, они у него были всегда. Пацаны с улицы играли в этаких Робин Гудов, которые «выхлопывали» богатеньких и обнаглевших армян у них в городе.


Ромка и сейчас полностью обеспечивает себя сам. Строит свой дом и помогает перестраивать родительский. Достойный сын. Они гордятся им. Только вот маму его немного жалко: подолгу не видит единственного сына, который ещё не нагулялся, а потому не женился, а, значит, и внуков пока нет тоже.


Рома о маме с любовью и уважением:


– Мамуля…


Мне приятно это слышать.


Про папу и его дальнобойные похождения Рома этак весело подвёл итог:


– Отжигал папа в молодости по полной. Ох, отжигал…


Без осуждения, но и без снисхождения. Констатация факта.


Я не удержалась и спросила: «


– А мама-то знала?


Рома:


– А то!


Удивилась. Я бы так не смогла, как его мама – знать и прощать. Роман – привлекательный парень с шармом, в папу, как он сказал. Понимаю, что его папе женщины в поездках по стране встречались разные и с разными умыслами. Но я бы не смогла простить. Ни за что и никогда, если бы узнала про «подвиги» мужа. Знаю себя.


Мой Сергей знает теперь об этом тоже.


Ромка своей такой заразительной весёлость и белозубой улыбкой очень напоминал Димку. Не могла оторвать от него глаз. Много в поведении Романа от сына. Открытость улыбки и задоринка в глазах завораживали. Мой старший опять со мной. Без всяких сомнений.


В кабине у Романа идеальная чистота, как у всех дальнобойщиков, с которыми мне довелось ехать. «Ковры » на полу и занавески в стиле «Короля Людовика»: синие с «золотом». Всё радостное, как и сам водитель этой «Scania».


Ромка угощал меня орешками, читал отрывки из забавных поэм про дальнобойщиков и не только. «Сыпал» такими смешными словами, что я не могла сдержать смех. Балагур. Но всего и не запомнила.


Спросила у него и про «девочек» на дорогах. Перед моим автостопом, меня уверили, что они строем стоят вдоль автобанов. Проехав не одну сотню километров, никого не увидела.


Рома сказал, что у них есть свои определённые места, так называемые «точки». Он рассказал мне байку из своего личного опыта. На одной стоянке, где у «девочек» точка обслуживания клиентов, к нему «подкатила» уже в возрасте проститутка «Шлёпнога». Имя ей дали дальнобойщики, потому что она хромает на одну ногу. Рома снаружи мыл стёкла кабины. Она, увидев это, быстренько к нему прилипла с фирменным вопросом всех «девочек»:


– Не хочет ли он отдохнуть?


Ромка пошутил: сказал ей, что у него нет наличности, но на бартер есть тушёнка.


«Шлёпнога» отказалась от такой невыгодной для неё сделки, но… погуляв по стоянке, прихромала обратно с вопросом:


– А какая у тебя тушёнка?


Роман, как и все, уважающие себя водители дальнобоя, брезглив и никогда не подбирает «мусор», как он выразился.


Не могу упустить момент, чтобы не пофилософствовать на тему «девочек» на дорогах и не только на дорогах. Проституция, как заработок, для меня табу. Не понимаю и не принимаю, как можно торговать своим телом, когда всегда можно найти другие способы заработка. И не стоит меня убеждать в том, что в проститутки идут от безысходности. Не думаю, что это единственный выход. Сама прошла безденежье и голод с двумя сыновьями, но никогда не допускала даже мысли: пойти на «панель». За что себя уважаю.


Романа каждый раз, когда он возвращается из поездки, пытаются «окучить» девчонки. Только он ещё не готов. Не нашёл свою единственную, с кем можно рожать детей. Большая ответственность – семья, а потому он и не торопится.


Ромка, смакуя, описывал «потуги» всех своих знакомых девчонок, которые уверены в том, что его можно «сломать» и сделать под себя. Нереально. Даже я это увидела за наше короткое путешествие в один день.


Ещё ему не нравились девчонки-селфи, которые, фотографируя себя, так смешно «пучат» губы. Глупых «Барби» настоящие мужчины не признают: кроме внешности должна быть душа. Достойные рассуждения молодого, но уже такого зрелого мужчины.


С зажигательным юмором были все Ромкины рассказы и монологи. Наш длинный путь в шесть часов превратился в маленький спектакль театра одного актёра.


Ромка так веселил меня всю дорогу своими рассказами, что я и не заметила, как мы проехали Тамбов и уже подъезжали к Воронежу. Тут Ромка увидел машину с краснодарскими номерами. Спросил по рации куда «скамеечка» едет. Оказалось, нам абсолютно по пути. Водитель довезёт меня до Ростова-на-Дону.


Прощались с Ромкой душевно. Обнялись крепко. Обменялись номерами телефонов. На всякий случай. Мало ли что! Всякое в жизни бывает. Он меня тоже сдал с рук на руки.


Водителя следующей «скамеечки» зовут Василий. Это был серьёзный семьянин, который второй год, в буквальном смысле, не выходит из-за руля, потому что нужна квартира. Живёт он в Апшероне с женой, где снимают квартиру. Вторая жена. Про первую не хотел и вспоминать. Нынешняя жена таксует. Тоже зарабатывает денежку в общую копилку.


Когда Василий приезжает на место выгрузки, он не едет домой, ему некогда. Жена сама привозит домашнюю еду, свежее бельё и постиранную одежду. Его решимости жить в машине, пока не накопит средства на свою квартиру, поразилась. Не каждый на такое способен.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11