Ирина Лебедева.

Звездная симфония



скачать книгу бесплатно

Двоюродный брат Юли был парень несколько отстраненный и довольно скрытный. Общение с ним никогда не давалось девушке легко, хотя она и умудрялась сохранять их отношения в относительно дружеском ключе. Она редко просила его о чём-нибудь, а он обращался к ней за помощью ещё реже, но когда речь заходила о музыке, Юра был готов на всё. Поэтому Юля была уверена, что двоюродный брат не поленится исследовать посланную ему симфонию. К тому же он как-то упоминал, что существуют программы, позволяющие создавать и воспроизводить любую музыку, так что, может быть, она скоро услышит космическую «Симфонию тысячи искр».

Остаток субботы и воскресенье прошли для Юли как в тумане, тумане безделья и нетерпеливого ожидания. Она ни о чём не могла думать, кроме невероятной истории дружбы неизвестной девушки и инопланетянина, отрывки которой загадочным образом попали к ней. Раз десять Юля за это время перечитывала страницы дневника, словно надеялась узнать из них нечто новое и совсем их измяла, но в итоге привело это лишь к одному – постепенно её отношение к содержавшемуся в них повествованию начало меняться. Когда Юля первый раз читала дневник, он показался ей чуть ли ни Граалем Божественным, содержащим священную тайну мироздания. Она искренне верила каждому слову в нём и все описанные события воспринимала как естественные и бесспорно адекватные действительности. Но к вечеру воскресенья её мнение стало другим. Всё больше ей казалось, что «дневник неизвестной», как называла Юля про себя те несколько листков записей, которые теперь постоянной хранились в среднем ящике её комода, – это, скорее всего, отрывки из кого-то любительского фантастического романа. В глубине её души зарождалось нехорошее чувство будто её одурачили, медленно перераставшее в разочарование. Конечно, Юля понимала, что сама виновата – не нужно быть столь легковерной.

Всего несколько часов назад она была переполнена восторгом от радужных перспектив, открытых перед ней чудесным подарком судьбы, а они оказались лишь миражом, иллюзией, которую её истосковавшееся по звёздному свету сердце с готовностью приняло за реальность. Сознание девушки резко рухнуло с вершин вдохновенной радости на дно обессиливающего уныния, к самым границам отчаяния – она слишком сильно поверила в то, что её омытая столькими слезами обжигающая мечта вот-вот станет реальностью.

Но от полного падения её удержала упорная, пусть и бессмысленная на первый взгляд уверенность в том, что история общения обычной земной девушки и прекрасного инопланетянина вовсе не выдумка. В конце концов, в ней же не было ничего невероятного: примеры телепатии и так называемого ясновидения давно известны миру, и даже официальная наука не может отрицать способностей таких людей, как Вольф Мессинг. Нет ничего невозможного в том, что создание из другого мира, чей разум, несомненно, превосходит своей силой и возможностью проникать сквозь пространство разум любого человека на Земле, вступило в контакт с жительницей нашей планеты. Нет также ничего нереального в том, что сознание обычной девушки, возможно чуть более чувствительное, чем у основной массы землян, оказавшись подхваченным неким энергетическим импульсом, сумело вырваться за пределы родной планеты и устремиться в космос.

Если вспомнить предания об индийских йогах и людях им подобных, становится очевидным, что такой опыт не является чем-то из ряда вон выходящим.

Такие мысли помогли Юле вновь обрести душевное равновесие. Если уж на то пошло, когда хочешь достичь недостижимой в стандартных условиях цели, будь готов применить нестандартный подход. К тому же, Юле было с кем обсудить этот нетрадиционный или, лучше сказать, «расширенный» взгляд на некоторые вопросы – любимая тетя никогда не скрывала своей симпатии к восточной философии и часто рассказывала племяннице довольно занимательные вещи.

Наступил понедельник. Новая учебно-рабочая неделя ознаменовалась десяти градусным морозом и жуткой метелью, но даже такая погода не вызвала в Юле желания ехать в город вместе с родителями. Как обычно бывало в будние дни, она поднялась раньше них, чтобы собравшись ускоренным темпом, в одиночестве выйти из дома. И всё было хорошо, пока девушка не окунулась с головой в густую снежную пургу, превратившую маленькую полутёмную улицу в сплошное белое облако. Идя в направлении автобусной остановки по заваленной сугробами дороге, как ей казалось, по самые уши в снегу, Юля почти жалела, что этим утром она не поехала с отцом и матерью на машине. Эта мысль снова вернулась к ней, когда девушка уже в городе, где мело ещё сильнее, пробиралась почти ощупью к зданию университета. К счастью, утомительный путь скоро закончился, и Юля с облегчением вошла вместе с толпой студентов в двери одного из его периферийных корпусов, в котором располагались аудитории юридического факультета. После перехода по заснеженной тундре даже подъём по непропорционально длинной и совершенно неудобной бетонной лестнице на четвёртый этаж показался ей легче обычного.

Первой парой в этот день стояли лекции по истории чего-то там связанного с гражданским правом в Англии восемнадцатого века. Точного названия этого предмета, как, впрочем, и большинства дисциплин, которые она проходила в университете, Юля – как и почти все её однокурсники – не помнила. Вместо того чтобы запоминать длинные, похожие друг на друга названия, студенты, когда говорили о тех или иных предметах, для простоты использовали фамилии преподавателей, их ведущих. Вот и сейчас только Юля успела войти в большую, недавно отремонтированную аудиторию с огромными окнами, занимавшими практически всю стену, напротив интерактивной – по последней моде – доски, как к ней тут же подскочил один из одногруппников. Прыгая на месте не то от радости, не то от возмущения, низкорослый плотненький паренёк, едва достававшей Юле до плеча, возвестил, что по Андреевой сегодня тестирование.

– Ах, замечательно! – Юля цокнула языком, – очень в её стиле – устроить тестирование без предупреждения, – сказала девушка, шагнув к ближайшей пустой парте, на ходу расстёгивая пальто.

Павлик – парень, сообщивший ей «радостную» весть, – скакал рядом, эмоционально выплёскивая своё, как теперь стало понятно, негодование по поводу столь нечестного, как он считал, поведения преподавательницы. Кроме него и Юли в аудитории была пока только Настя – миниатюрная молчаливая девушка с копной шикарных рыжих волос. По своему обыкновению она заняла дальний стол возле окна и, как всегда, никого не замечая, тихо сидела, погружённая в себя.

– И когда же она известила о том, что собирается нас сегодня осчастливить? Я так понимаю, тестирование будет проходить в библиотеке на компьютерах? – говоря, Юля сняла пальто и шарф и положила их на первый с краю парты стул, а на второй села сама.

– Да, на компьютерах, – кивнул Павлик, усевшись за соседний стол. – А сообщила она за две минуты до твоего прихода – засунула голову в дверь и, увидев нас с Настей, сказал, что решила устроить внеплановую проверку знаний нашей группе.

– Очаровательно, – скривилась Юля, достав из сумки расчёску, – больше никаких приятных известий нет?

– Нет, слава Богу, – покачал головой Павлик.

– Ну, и хорошо, – Юля убрала расчёску и зевнула. – Теперь главное на Витруке не уснуть. О, Дашка! Привет!

В аудиторию вошла высокая девушка с лицом, раскрасневшимся от холода и подъёма по лестнице и взлохмаченными чёрными волосами. Подойдя к парте, за которую временно сел Павлик, Даша небрежным жестом показала парню, чтобы он освободил ей место.

– И тебе доброе утро, – обиженно буркнул Павлик, неохотно уступая стол.

– Утро добрым не бывает, – угрюмо ответила Даша.

– Это точно, – усмехнулась Юля, – Андреева решила нам сегодня неожиданное тестирование устроить.

– Что?! – выдохнула Даша, кинув на второй от края парты стул свою верхнюю одежду, – И как это называется? По какой хоть теме?

Юля пожала плечами.

– Ладно, надо быстро что-нибудь повторить, – Даша вытащила из своей бесформенной коричневой сумки толстую тетрадь в клетчатом переплёте. – Хорошо хоть, что Андреева диктует лекции под запись, а не пользуется этими тупыми презентациями, – девушка открыла конспекты и погрузилась в его исследование, просматривая всё лекции подряд. Можно было ожидать, что тестирование, которому предстояло состояться на третьей паре, будет включать вопросы по всем пройденным темам.

Аудитория постепенно наполнялась студентами, и каждому из вновь прибывших, Павлик рассказывал о грядущем испытании в компьютерном классе. Реакция всегда была одна и та же: недовольство, зачастую сопровождаемое нелитературными выражениями в адрес преподавателя по соответствующему предмету, за которым следовало вынужденное обращение к единственному средству, сулившему шанс на спасение, – конспекту. Примерно к 8.45 большая часть группы была в сборе, остальные должны были подтянуться к началу второй пары. Без десяти девять появился и сам уважаемый профессор, едва слышно поприветствовав собравшихся, он включил заранее принесённый лаборантом ноутбук, запустил проектор и начал скучную, монотонную лекцию-презентацию.

Почти никто из Юлиной группы не поднимал глаз на прямоугольный белый экран, висевший возле доски в начале аудитории, куда проецировалась презентация, и не слушал преподавателя. Поскольку после занятий они всё равно получали учебный материал в электронном виде, не было особой необходимости напрягать внимание, чтобы уследить за ходом лекции, тем более что всех больше интересовала подготовка к проверке знаний у следующего преподавателя. Профессор же Витрук никак не реагировал на подобное отсутствие интереса к его предмету. Ему, очевидно, было совершенно безразлично, слушает его кто-нибудь или нет. Невозмутимый как гранитный столб оратор на протяжении почти трёх часов с одним десятиминутным перерывом механически тарабанил заученный текс лекции, а по истечении второй пары, не сказа ни единого лишнего слова, закрыл презентацию, выключил ноутбук и проектор и, не задерживаясь, покинул аудиторию.

Началась большая перемена. Основная часть Юлиной группы потянулась за едой в столовую на четвёртый этаж, а сама она вместе с Дашей сразу пошла в библиотеку, находившуюся на втором этаже здания, чтобы занять места за наиболее резвыми компьютерами. Техника в медиатеке юридического факультета была не самая новая, но недавно закупили несколько новых ноутбуков, на которых Интернет работал значительно быстрее (значит, они были удобнее для списывания, если в том возникнет острая необходимость). Однако в итоге Юле тест не показался особенно сложным, поскольку она достаточно серьёзно относилась к учёбе и имела полезную привычку прочитывать конспекты прошлых лекций перед новым занятием. Ответив на все вопросы за половину отведённого на них времени, она ошиблась лишь в одном из двадцати. Её подруга Даша и ещё человек десять одногруппников решали задания немного дольше, но тоже справились довольно скоро. А когда старший преподаватель Андреева – бесформенна шатенка с водянистыми маленьким глазками – зафиксировала их результаты в своём блокноте, передовая дюжина студентов получила возможность идти на все четыре стороны. Задание на следующую пару Андреева пообещала прислать на электронный ящик группы. Оставшиеся в классе менее оперативные студенты в количестве шестнадцати человек продолжали напряжённо глядеть в мониторы университетских компьютеров, решая, удастся ли им быстренько посмотреть тот или иной вопрос в Интернете или лучше не рисковать и выбрать ответ наугад.

Остаток пары, около сорока минут, Юля вместе с Дашей и несколькими другими одногруппниками провели в столовой. Последним в этот день проводил занятия доцент Меньшиков – по общему мнению, самый нормальный в этом семестре преподаватель, лекции которого было интересно слушать, а выполнение заданий к семинарам не требовало чрезмерных усилий. Его предметом было что-то из области «теоретических проблем международного права», но поскольку формой итогового контроля по «Меньшикову» был зачёт, а пары всегда стояли в расписании последними, их посещали не больше трети студентов группы. Увы, так всегда, некоторые студенты просто не в состоянии заставить себя посещать занятия, а особенно лекции, по тем дисциплинам, от результата сдачи которых не зависит, по крайней мере, размер стипендии. А если их ведёт ещё и более-менее лояльный преподаватель, то удачей можно считать присутствие в аудитории хотя бы половины списочного состава студентов.

Меньшиков Иван Николаевич, шестидесятилетний худощавый мужчина, кандидат юридических наук и, по совместительству, бывший судья, прибыл в аудиторию ровно в 13.10. Он приветливо поздоровался со студентами, заметив, что сегодня их непривычно много, и начал лекцию. Хорошо поставленная и легко воспринимаемая речь преподавателя, наполненная интересными живыми примерами и остроумными замечаниям, увлекла будущих юристов, заставив их внимать каждому слову и забыть о времени. Но сегодняшняя лекция оказалась не слишком длинной, поэтому окончание пары было посвящено всяческим вопросам со стороны студентов по её теме и не только. Так, в один из моментов кто-то из группы спросил об ограничениях, с которыми сталкиваются судьи в повседневной жизни.

– Если вы откроете закон о статусе судей, – начал Иван Николаевич свой ответ, по привычке прохаживаясь вдоль первых парт, – то увидите, что должность судьи обладает множеством преимуществ по сравнению с другими юридическими профессиями, такими как размер зарплаты, социальные гарантии, государственная защита. В целом, требования, предъявляемые к кандидатам на эту должность, сходны с требованиями к другим потенциальным государственным служащим, однако есть и определённые отличия. Кроме того, существует так называемый кодекс судейской этики, содержащий свод правил поведения, в том числе в повседневной жизни, которым судья обязан следовать. За их нарушение следует дисциплинарная ответственность вплоть до досрочного прекращения полномочий. Судья должен также тщательно выбирать себе окружение, избегать сомнительных знакомств… Вот пример из жизни: один человек – бывший судья – как-то летом поехал отдыхать на природу с друзьями. Уже непосредственно на месте они встретили знакомых, среди которых был человек, недавно вышедший из тюрьмы, но об этом тот судья узнал позже. Спустя некоторое время после злополучного выезда на природу он лишается своего судейского поста. Безусловно, свою роль в этой истории сыграли его злопыхатели, коих, к сожалению, почти у каждого служителя Фемиды наберётся достаточно.

– Решение о досрочном прекращении полномочий судьи ведь принимает коллегия судей? – подал голос кто-то из аудитории, – то есть они, по сути, решают, соответствует ли поведение судьи установленным требованием или нет?

– Верно. Причём когда дело не касается вопиющих нарушений, с которыми всё может быть вполне ясно, определение «этичности» поведения судей осуществляется на основе мнения, «внутреннего убеждения» членов коллегии… Такой вот судейский междусобойчик, где выживает тот, у кого, так сказать, «лучше отношения» с коллегами, – Иван Николаевич покачал головой и, остановившись напротив белой матовой стеклянной двери кабинета, устремил задумчивый взгляд поверх голов студентов в широченное окно в стене позади их спин.

– Извините, Иван Николаевич, – подала голос с дальней парты среднего ряда Настя, – а почему Вы ушли с должности судьи?

– Я? – оторвался от своих размышлений преподаватель, – Всё просто – чтобы поправить здоровье, – при этих словах он усмехнулся. – Видите ли, дело в том, что у меня, как и у всех моих знакомых судей, рак. Похоже, это своего рода профессиональная болезнь в судейском сообществе. Известно, что судья в отставке получает стопроцентное жалование и пользуется множеством других преференций, однако до отставки ещё нужно дожить. Некоторым из моих друзей это не удалось, так что я решил оставить свой пост, пока ещё не слишком поздно… Эта идея может показаться несколько метафизической, но мне кажется, что рак – это цена, которую приходится платить человеку, позволившему себе дерзость решать чужие судьбы. И причина здесь не только и не столько в ошибках правосудия, когда, допустим, наказанию подвергается невиновный человек. Нет, на мой взгляд, она состоит в том, что, скажем, Уголовный кодекс – это всё-таки не мера справедливости. Да, судить и подвергать заслуженному наказанию преступников необходимо, но как сделать так, чтобы оно было абсолютно адекватно тяжести проступка? И даже когда речь идёт о гражданских спорах, кто сказал, что выносимые судьёй решения всегда до конца справедливы? В общем, всякий, кто стремится занять должность судьи, должен быть готов принять все не только явные, прописанные в законе последствия этого выбора, но и немало его скрытых, порой довольно тёмных приложений.


К двум часам дня снеговые облака над городом поредели, и в образовавшихся голубых просветах периодически появлялось неяркое зимнее солнце. Щурясь от его лучей, отражавшихся от снега, Юля торопливо – насколько это было возможно на обледеневшем асфальте – шла-скользила в офис тётиной юридической фирмы. На ходу она думала о том, что её группе рассказал доцент Меньшиков о «цене судейства», а ещё о том, как он об этом рассказывал. Говоря о своей смертельно опасной болезни, преподаватель, казалось, не испытывал никаких негативных эмоций, наоборот, он поведал об этом так легко и естественно, будто говорил о погоде – ни печали, ни беспокойства в глазах. Быть может, он просто уже успел «перегореть» и смериться с неизбежным или был уверен, что скоро излечится, но в любом случае его спокойствие поражало Юлю, хотя, она и понимала, что он ведёт себя наиболее разумным в подобной ситуации образом. Так или иначе, бессмысленно переживать из-за того, с чем невозможно бороться – уныние ещё никому не помогло. Знают об этом все, но так редко приходится видеть человека, применяющего столь ценное знание на практике.

Офис «Юридического бюро Давыдовой В.М.» располагался в недавно построенном вычурном торговом центре, втиснутом в самом центре города между другими, чуть менее вычурными комплексами. Каждый раз, когда Юля заходила в фойе делового сектора этого торгового центра, особенно когда на улице шёл дождь или снег, у неё возникало сильное желание встретиться с тем, кто разработал его отделку. У девушки было такое чувство, что дизайнер намеренно выбрал самую гламурную и скользкую плитку в городе, чтобы максимально увеличить риск получения травм у будущих работников и посетителей этой части здания. Двигаясь ещё осторожнее и медленней, чем минуту назад по гололёду, она проползла от стеклянной входной двери по вытянутому бежевому коридорчику, мимо погружённого в чтение газеты охранника, к хромированному лифту. На шестом этаже, где находилась кантора, пол был выстлан серым ламинитом – не слишком практично для многолюдного помещения, но более безопасно для костей. Этот этаж делили несколько фирм, но «Юридическое бюро» места занимало больше остальных, арендуя всё правое крыло, то есть три кабинета. Выйдя из лифта, Юля попала в пастельных тонов прихожую площадью три на три метра, соединявшую два крыла здания. Для клиентов, ожидающих приёма, в ней поставили диван и несколько кресел, на низеньком кофейном столике между ними лежали глянцевые журналы. Сейчас в вестибюль был пуст.

Нужный Юле кабинет был ближайшим к лифту, на золотистой табличке, приклеенной к темно-коричневой двери, значилось «Юридического бюро Давыдовой В.М.» и чуть ниже «Специалисты». На двух соседних дверях висели аналогичные таблички, различавшиеся только вторыми строками надписей. Сразу за «Специалистами» находились «Консультанты», а ещё дальше «Директор» – кабинет Юлиной тети Виктории Михайловны. Как раз, когда Юля собиралась войти в офис, дверь в дальнем конце коридора открылась, и вышла Вика, одетая в чёрную каракулевую шубу.

– Привет, – улыбнулась она племяннице, – что, уже отпустили?

– Да, сегодня раньше закончили, – ответила Юля.

– Вот и хорошо, а то бы мы с тобой разминулись. Я сейчас еду на вокзал, чтобы встретить Юру, но вечером вернусь. Возможно, я немного задержусь – надо будет ещё в несколько мест заскочить – но ты без меня не уходи, я тебя домой отвезу.

– Не надо, я сама доберусь, – попыталась возразить Юля. Ей совсем не хотелось, чтобы Вика потом впотьмах выбиралась из деревни сквозь снежную пургу.

– Погода плохая, – ответила тётя, – а к вечеру ожидается усиление ветра и мороз до минус двадцати градусов. Ты же не хочешь, чтобы тебя по дороге засыпало снегом? К тому же, я давно собиралась к вам домой съездить, мне нужно кое о чём поговорить с твоим отцом.

Услышав эти слова, Юля удивлённо подняла брови, что значило: «О чём с ним можно говорить?». Вика словно поняла её мысли и, снова улыбнувшись, сказала:

– Да, есть одно дело.

– Как загадочно, – хмыкнула Юля.

Тётя редко от неё скрывала что-либо, а сейчас явно не хотела вдаваться в подробности. Но девушку это мало беспокоило, она знала, если речь заходит о ком-то из её родителей, можно не ждать ничего интересного. Кроме того, Юля была уверена, что необходимость поговорить с братом – это в большей степени предлог, который тётя использует, чтобы самой отвести её домой.

– В общем, дождись меня, – заключила Вика, достав из меховой сумочки ключи от машины.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23