Игорь Хомечко.

Реквием для бемоля



скачать книгу бесплатно

© Игорь Хомечко, 2017


ISBN 978-5-4485-3875-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сборник «Среди рыдающих икон творю молебен»

Взлетная для русских полоса
 
Скрыл следы заснеженный покров
И пути отсюда не сыскать,
Спит в объятьях брошенных домов
Вековая черная тоска.
 
 
Впору ветру в поле зарыдать:
Как погосты после похорон
Кинуты поселки, города,
Иль война и все ушли на фронт?
 
 
Что стоишь, молчишь, сосновый бор,
Север кто повыкосил, ответь,
Смерч ли, ураган, голодомор,
Иль полярный бешеный медведь?
 
 
Или, может, суматошный век —
Взлетная для русских полоса:
Тихо, незаметно, человек
С Севера уходит в небеса.
 
07.02.15
В доме для престарелых
 
Завтра наступит зрелость
В доме для престарелых,
Жизнь, как свечу в ладонях,
Будет держать кровать,
Много ль найдется смелых —
На одеялах серых,
Слыша чужие стоны,
Медленно дотлевать.
 
 
Неотвратимость ката:
Солнце стрелой в закаты,
Лето с разлету в зимы,
Все ускоряют бег.
Сердце стучит стаккато:
Жизнь пустотой распята,
Мимо, все время мимо,
Мчится безумный век.
 
 
В прочных сетях оконных
Стынет душа-покойник,
Вся в ожиданье чуда,
Кажется, что вот-вот…
Тщетно вопят иконы
Средь полумглы бессонной,
Вечный озноб простуды
В сердце моем живет.
 
29.03.14
Зачем ты душу позабыл?
 
Моя душа осталась там,
За серой кромкой небосвода,
Среди капризов непогоды,
В тетрадных памяти листах.
 
 
Там Бог и мертвых и живых
Помянет тихим слезопадом,
То – город зыблется парадом
Каленых солнцем мостовых.
 
 
Я отряхнул чужбины прах,
Собрав с собою все земное,
И лишь душа забыта мною
Бесследно где-то, второпях.
 
 
Теперь есть Родина, но пыл
Зачах, как лилия в стакане,
И мутной серью плачут камни:
«Зачем ты душу позабыл?».
 
29.01.15
«Здесь нет календаря. Который год – пустябрь…»
 
Здесь нет календаря. Который год – пустябрь.
В бессмысленном строю чеканят шаг недели.
Здесь будущее – зря и прошлое – пустяк,
И душу обовьют тоскливые метели.
 
 
Как черная дыра, затянет мир печаль,
И как меня зовут, забуду я отныне.
И сумерки вчера, как мой с лимоном чай,
Внезапно обожгут горчинкою полыни.
 
 
Рассветы без тепла и зори без надежд,
И мы глотаем днем оттенки серой краски,
Тускнеют купола под солнцем цвета беж,
И даже перед сном здесь не снимают маски.
 
 
В руке держу билет, мне все равно, куда,
Но к пристани моей швартуются лишь годы,
А если не успеть – растаешь без следа
В безликом пустябре, среди тоски погоды.
 
10.10.13
Русским дождь не пули – слезы
 
Аккуратно, очень метко
Дождь расстреливает город:
Плоть нахохленных бульваров,
Кости дряхлых мостовых.
На стекле моем пометка,
Чтоб не тратить Богу порох:
Средь шкафов и простынь старых
Нет меня среди живых.
 
 
Я давно уже расстрелян
Тихим пением гармони,
Что украдкой только снится,
Разбивая чуждый быт.
Позабылся светлый терем,
Да стигматы жгут ладони,
И нерусская пшеница
На губах моих горчит.
 
 
А в окне моей кутузки,
Ой, пардон, мадам, квартиры,
Разбавляют мутью грозы
Темно-серое клише.
И, молясь иконам тусклым,
Плачут стекла – конвоиры,
Русским дождь не пули – слезы
По загубленной душе.
 
21.07.12
«Маяками застрою землю…»
 
Маяками застрою землю,
Чтобы счастье манить на пламя.
Мне равнины и горы внемлют,
Разгораясь зари кострами.
 
 
Сквозь туман осторожно, кротко,
Заплутав, потерявши берег,
Пробирается счастья лодка,
На огонь мой держа свой пеленг.
 
 
Злые волны назад относят,
Не справляются с ними весла:
Тяжела, видно, счастья ноша…
Жду уж вечность с душой промозглой.
 
 
Средь веселых огней столицы
Мой причал позабыт, заброшен.
Жизнь моя в небеса стучится,
Разбегаясь по веснам в осень.
 
 
Мне осталось чуть-чуть и амба,
Оттого и не сплю ночами,
Все пытаюсь настольной лампой
Свое счастье манить на пламя.
 
20.10.12
«Как лучше выпить ночь, со льдом иль безо льда…»
 
Как лучше выпить ночь, со льдом иль безо льда,
Как водку, залпом вмиг, глотком, как яд Сократа,
Цедить, как чай – невмочь.… Да, впрочем, ерунда,
Вот только бы испить навеки, без возврата.
 
 
Змеею темнота вползает мне в окно,
И каплет горький яд – за прошлое расплата.
И все-то ей не так, останется одно:
Стихом змею распять, чернилами истратить.
 
 
Рубить ее сплеча, с оттяжкой, от души,
Порвать на листопад тоскливый траур ночи,
Рассветы вновь встречать, чтоб саван ей пошить…
Но все длиннее ад, покой же – все короче.
 
02.11.13
«Город бьет копытами дождя…»
 
Город бьет копытами дождя
По сурьме пустынных мостовых,
Мертвым светом в поиске живых
Фонари потерянно глядят.
 
 
Тысячеоконно он распят
На Голгофе монотонных дней,
Не седлать ему своих коней
Средь аллей, что беспробудно спят.
 
 
Он растратил весь свой нежный пыл
На молитвы утренней звезде,
А теперь, суровый, на кресте,
Он своих любимых позабыл.
 
 
Он уже не различает лиц,
Беспризорный, брошенный, ничей.
И гнетут невольных палачей
Боль и страх его пустых глазниц.
 
15.04.12
«Речушка сжалась, обмелела…»
 
Речушка сжалась, обмелела
И – от отчаянья ушла,
Закрыв землей худое тело,
Как крышкой гроба, ото зла.
 
 
Тоскливо корчатся избушки
В щербинах тына костылей,
Как престарелые старушки
От хвори высохли своей.
 
 
Ракита стонет у дороги
Над ржавым остовом саней,
И призывает тихо Бога
Поплакать в поле вместе с ней.
 
01.11.11
«Уеду.
Уеду. Опутан гирляндой вокзалов…»
 
Уеду. Уеду. Опутан гирляндой вокзалов
Мой след на снегу, ну, а может – в весенней грязи.
Ворвусь в суету городов и огромных и малых,
Где уши ласкает целительный русский язык.
 
 
Где лягут на плечи мои куполов эполеты,
Как матушка, синь расцелует бездонных небес…
Гармошки вагонов споют мне частушек куплеты,
И – Родина встретит, неважно, с цветами иль без.
 
 
Приеду. Приеду. Сметя все барьеры таможен,
И тысячи верст разменяв, как последний пятак,
Под крик журавлей обрасту я березовой кожей,
И гривы косматых полей мне откликнутся в такт.
 
29.08.13
Где ж мессир, начинай скорее свой бал
 
И не можется, и не хочется,
В век безумного одиночества
Крик
Захлебнулся в ненужных истинах,
Болью выписан мой неистовый
Стих.
 
 
Заблудился он в междометиях
Равнодушного сна столетия —
Пусть,
Искалеченный, изувеченный
Он неверием в человечество,
С уст
 
 
Рвется птицей смертельно раненой,
Да с пустынных небес над храмами —
Вниз.
Камнем сгинет в пучине пропасти,
Эхом выбьет остатки кротости
Из,
 
 
Вечных льдов ослепляя бликами,
В бунте небу грозящих пиками
Скал.
Больше не на что мне надеяться,
Где ж мессир, начинай скорее свой
Бал.
 
08.01.14
Чернодырье
 
Бывают дни – глотает чернодырье
Оскалом злобным притворенного окна
Все звуки ставшей вдруг чужой квартиры,
Безмолвным осьминогом нависая над
Тобой, замшелым и покрытым пылью.
 
 
Здесь в сумраке скукожились иконы,
У чернодырья – прозорливые глаза,
Горят табло молчащих телефонов,
Тоскливым стоп-сигналом – нет пути назад,
И в горле крик застыл цементным комом.
 
 
Здесь в чернодырье заблудилось время,
И то, что – завтра, превратилось во вчера,
Гротескно перепутались мгновенья
В полуистлевших позаброшенных мирах,
Средь ангелов, стоящих на коленях.
 
 
Дымятся желчью кофе с сигаретой,
Увивши горечью стекло оконных рам,
И сотни лет до нового рассвета
Резвиться ядом будет черная дыра,
Глотая прах плененного поэта.
 
21.10.13
Современная зимняя ночь

«Мело, мело по всей земле

Во все пределы.

Свеча горела на столе,

Свеча горела…»

(Борис Пастернак «Зимняя ночь»)

 
Среди рыдающих икон
Творю молебен.
Луна алмазным башмачком
Распята в небе.
 
 
Деревья – схимники стоят,
Застыв крестами.
Бесснежно-хмурый мир распят
В оконной раме.
 
 
Он недостоин чистоты
Жемчужной снега,
И серо улицы пусты,
Не слышно смеха.
 
 
Иудин страшный смертный грех
Оброс бетоном,
Он поселился здесь навек
В бульварах сонных.
 
 
И, одинокие в толпе,
Тоскуют Храмы,
Дождем рыдает Бог за всех
В оконной раме.
 
 
Среди разгула торжества,
Лихого, злого,
Упрямо донесу до вас
Я Божье Слово.
 
07.01.12
А вдали – неубранное поле раздает Георгия кресты
 
Русь забыта, век уже распята
На лучах рубиновой звезды.
С колоколен Бог звенит набатом,
Русский витязь, что же медлишь ты?
 
 
Домики, ослепшие без стекол,
Да в грязи утопленный забор.
Где ты, финист – русский ясный сокол,
От стыда потупивший свой взор?
 
 
Схоронили Родину, отпели,
Поминаем ныне до сих пор,
Беспробудно пьянствуют Емели
В тесноте своих укромных нор.
 
 
Молча плачет ива у канавы,
Лик склонив на эшафот плетня…
Это ты ль, овеянная славой,
Дорогая русская земля?
 
 
И березка, поседев от горя,
Спросит тихо, жалостно: «Кто ты?».
А вдали – неубранное поле
Раздает Георгия кресты.
 
04.08.12
«Вот Родина с ружьем…»
 
Вот Родина с ружьем,
Ослепшая от тюрем:
Чем хуже мы живем —
Тем больше мы воюем.
 
 
Живем мы, как Бог даст,
Но с Путиным любимым
Пылающий Дамаск
Последовал за Крымом.
 
 
Ах, нету больше сил,
Не выжить на зарплату? —
Бомбим теперь ИГИЛ11
  организация, запрещенная на территории Российской Федерации


[Закрыть]
,
Мы все теперь солдаты,
 
 
Не на своей войне
Размахиваем флагом,
А в собственной стране
Покорно ждем ГУЛАГа.
 
 
Да, мы теперь сильны,
Снесем к чертям сто Сирий,
Взяв меч у Сатаны,
Мы править будем в мире!…
 
 
Конец всегда один,
Пусть Путин – новый Сталин:
Весь мир мы разбомбим,
Но лучше жить не станем.
 
19.07.16
Умеющая ждать
 
Распахнутыми рамами
Июль встречает он,
Фырчит – мурлычет транспортом,
Как верный кот Семен,
 
 
Что годы шел до города,
На Родину, домой,
Купив билет втридорога
Увидеть облик твой.
 
 
То – солнцем обэкраненный
В озерах голубых,
Зовущий в небо храмами
На улицах седых,
 
 
Впитавших соль столетия
Со счету сбившись дням.
И – вехами отметины
По скверам, площадям.
 
 
То – хмурою прохладою
Укутавшись в пальто,
С небес слезинки падают,
Стучатся в каждый дом.
 
 
Погода переменчива,
То жар, то холода,
Ведь Мурманск – это женщина,
Что вечно молода.
 
 
Судам на рейде грезится
Фигурка вдалеке,
Спасение от месяцев,
Исхоженных в тоске:
 
 
Форпост России в Арктике —
Невеста или мать,
Среди скамеек парковых
Умеющая ждать.
 
04.07.14
Полярная ночь
 
Яркий свет здесь больше не тревожит,
Как Спаситель, ночь явилась в мир,
Полумрак всех делает моложе,
Груз столетий – только краткий миг.
 
 
Не увидеть возраст нежных елей
В белоснежно-вычурных манто,
Отчего березки поседели,
Кто какой печалью угнетен.
 
 
Спасены заботливой метелью,
Нет отныне старых и больных,
Облака качают в колыбели
Нас, младенцев, что опять юны.
 
20.12.14
Невмоготу, совсем невмоготу
 
Укрою серой паутиной дня
Свою стихами кровоточащую душу,
Чтоб ваш покой случайно не нарушить
И ненароком счастье не отнять.
 
 
По переулкам, паркам, площадям,
Как в венах кровь, струится пыль столетий,
И алчно тянутся ко мне деревьев плети —
В своей тоске они не пощадят.
 
 
А в сероглазых выцветших домах,
Навек проглоченных невзрачными дворами,
Дождем отпетых по оконным рамам,
Кладбищенская угнездилась марь.
 
 
Невмоготу, совсем невмоготу
Здесь быть, стигматы прошлого оставив,
Запрыгну в двери уходящего состава,
Чтоб мой костер до срока не потух.
 
13.09.13
Царствие надежды
 
Зачем надежда, чтоб опять,
Среди вселенского коллапса,
Тысячелико умирать
И многократно возрождаться.
 
 
Зачем молиться небесам,
Надменным, выспренним, великим,
Зачем любовь травит сердца,
Как дыбой, чьим-то нежным ликом.
 
 
Мы все распяты на крестах
Своих несбывшихся желаний,
В глазах гнездится дикий страх,
Сердца частят быстрее лани.
 
 
Гвоздей не надо – мертвый свет
До капли высосет всю душу,
От солнца дня спасенья нет,
Нет воли разом все разрушить.
 
 
А ночью – ветер ледяной
Терзает рваные одежды…
Озноб и ужас, боль и зной
Таятся в царствии надежды.
 
23.04.13
Новый Данко
 
Под звуки басковской «Шарманки»,
Под улюлюканье калек
На свалку списан новый Данко,
Ненужный в наш безумный век.
 
 
Он одинок во всей Вселенной
Искрясь потоками фотон:
Любви статысячерентгенной
Не может выдержать никто.
 
 
Сердца в смятении и страхе
Бегут от нежности его,
Иль до короны, иль до плахи,
Оставив вечно одного.
 
 
За все горение Отчизне,
За свет, за роскошь новых благ
Одна ему награда в жизни —
Свинцовый сердца саркофаг.
 
09.02.13
Посвящение Булату Окуджаве
 
Не смогли мы сберечь. Не сумели понять. Не хотели.
Не расслышали в голосе нежном призывный набат.
Фейерверком витрин по Арбату бушуют метели,
Суетой запорошив твой ясный, задумчивый взгляд.
 
 
Бутики, казино здесь погрязли в неоновом чванстве.
Переделаны песни на новый, бессмысленный лад.
Ныне стало немодным твое дворовое дворянство,
Ты прости нас за все, совесть нашей эпохи – Булат.
 
 
Ты ушел в небеса подежурить за нас по апрелю,
Омывать запыленные души слезами дождей,
Чтобы мы, наконец, встрепенулись и стали добрее,
От морозной зимы отогревшись любовью твоей.
 
 
Ты ушел, чтоб в бульварах и парках навек раствориться,
Ты теперь и в росе, и в заливистом смехе ребят.
И все чаще и чаще на юных застенчивых лицах
Промелькнет, как спасенье, твой ясный, задумчивый взгляд.
 
22.02.12
«Истерта жизнь, как старое письмо…»
 
Истерта жизнь, как старое письмо,
Написанное юною рукою,
Где строки – возмутители покоя
Сонм бередят забывшихся имен.
 
 
И снова тень короткого «люблю»,
Лишь только тень забытого Амура,
Как свет смягчает ласка абажура,
Души на миг рассеет неуют.
 
 
Падет стотонный груз минувших лет,
Засну я, убаюканный любовью…
Но словно змей, струится к изголовью
Безжалостный, трезвяще-яркий свет.
 
 
А в зеркале предательском – старик
Смеется непонятною улыбкой,
Иль слезы льет он в полумраке зыбком,
Встряхнувшийся от дряхлости на миг?
 
01.01.15
«Век клонирует киллерский день…»
 
Век клонирует киллерский день,
Монотонности ржавое лезвие,
Чирк по горлу – и нету поэзии,
Лишь ее бездыханная тень.
 
 
Тучи ставят капканы на мысль
С оголтелым упорством охотника,
Триллионно распятый сын плотника
Не спасет одряхлевшую жизнь.
 
 
Солнце – кок, раскаливший балкон,
Чтобы в нем приготовить яичницу
Из того, кто когда-то был личностью,
Кто мечтами бывал упоен.
 
 
Эх, иметь бы проворство ужа,
А не грузность косматого филина,
Объявить бы охоту на киллеров,
Да невмочь, под наркозом душа.
 
 
Все короче и тоньше фитиль,
В небо он не взовьется пожарищем,
Догорит – похоронят товарищи
Под мертвящий, бессмысленный штиль.
 
26.07.14
«Жаворонком вниз… Да с обрыва…»
 
Жаворонком вниз… Да с обрыва.
Ветер вольной грудью вдохнуть.
Солнце разлилось чтоб по жилам,
Усмирив кипящую ртуть.
 
 
В небо мне взлететь… Да под выстрел,
Под разящий посвист свинца.
Лучше мне сгореть ярко, быстро,
Чем стреножить шаг до конца.
 
 
Соловьем взовьюсь я сквозь годы,
И – к родной любимой земле…
Мир вокруг исполнен свободы,
Да немое счастье во мне…
 
04.10.11
«Бьет копытами огнегривый…»
 
Бьет копытами огнегривый,
И напрасно святые молятся:
Нам за трусость воздастся сторицей
Разоренною русской нивою.
 
 
Все деревья теперь нагие,
В небо молча глядят, как палицы,
Видно, многое им не нравится
В исстрадавшей моей России.
 
 
Синь тоски занавесив серым,
Бог рыдает дождем над Родиной,
Слезы, мелкие, как смородина,
Омывают России тело.
 
 
Ветер рвет на груди рубаху,
Вся Россия – в листвы пожарищах,
Оккупанты – жиды – товарищи
Главы русским секут на плахах.
 
 
А народ, позабыв про Бога,
В полынье утопив Распутина,
Голосует теперь за Путина:
В никуда впереди дорога.
 
 
Ржет заливисто огнегривый,
Хоть святые по тюрьмам молятся,
Нам за глупость воздастся сторицей:
Рабством, болью души, могилой.
 
25.09.10
Исповедь «тридцатьчетверки»
 
Намертво врос в гранит,
Некуда мне бежать.
Душу терзает стыд,
Кожу разъела ржа.
 
 
В ярких огнях витрин
Краской блестят борта,
Затхлость и мрак внутри,
Башня моя пуста.
 
 
Хочется в небо выть,
Дула ощерив пасть:
«Прошлое – не забыть,
Прошлое – не украсть!»
 
 
Выстоял я в бою,
И перед Богом чист,
Только вот Русь мою
Топчет теперь фашист.
 
 
Русского больше нет:
Свастикой метит жид22
  Под термином «жид» понимается отнюдь не национальность, а агрессивная идеология расового превосходства. Автор абсолютно убежден, что все народы равны, в каждом народе есть свои гении и отщепенцы. Поэтому между евреями как представителями национальности и упоминаемыми автором жидами такая же разница, как между немцами и гитлеровцами – прим. автора


[Закрыть]

Старый и Новый свет —
Русь беспробудно спит.
 
 
Терпит позор земля
От шести лап звезды.
Может, Победа – зря,
Русский солдат, где ты?
 
 
Некому, знать, извлечь
Из глубины веков
На басурманов – меч,
Слышен лишь звон оков.
 
 
Витязей нет во мне,
Жалок теперь металл.
Выжил на той войне —
И бесполезным стал.
 
 
Хочется в небо выть,
Дула ощерив пасть:
«Прошлое – не забыть,
Прошлое – не украсть!»
 
08.05.10
«Снова красный бесовский рассвет…»
 
Снова красный бесовский рассвет,
Красный конь, как в пророчестве, скачет.
Тьма красна, снова выхода нет,
И душа от бессилия плачет.
 
 
Тучи черные кровью красны,
Солнце оком глядит красным беса,
Красным цветом наполнились сны,
Красны листья погибшие леса.
 
 
В небе красная всходит звезда,
Пентаграммой масонски оскалясь.
Больше нет ни норы, ни гнезда,
В стороне чтоб от бесов остались.
 
07.11.08
На сопках Маньчжурии
 
Дождь эполет
Струится в такт музыке вальса
Сквозь нежные взоры застенчивых дам,
Охваченных магией танца.
 
 
Так легок их шаг,
Пряма, горделива осанка…
И кружит их вальс, уводя в небытье
В чертоги небесного замка.
 
 
Злой бунт разметал
Твоих сыновей по чужбинам
А тех, кто остался, свирепо свинец
Хлестал по подставленным спинам.
 
 
Бег в никуда —
Век без Царя и без Бога.
Красные звезды на башнях Кремля —
Русской Голгофы дорога.
 
 
И души пусты,
Мы брошены, Богом забыты.
Вот кто-то покинул родную страну,
Спасаясь от жалкого быта.
 
 
Но вальс не погиб,
Иззябшую душу согреет
Печальный, давно позабытый мотив,
И новое племя взлелеет.
 
 
И русский народ
Одолеет все горести, беды.
«На сопках Маньчжурии» вновь зазвучит
Мелодией нашей победы.
 
02.07.09

Сборник «Реквием для бемоля»

Волосы березового цвета
 
Снова сон. Лазурь над головой.
Предвкушеньем встречи растревожен.
Машут мне приветливо листвой,
Как медсестры белые, березы.
 
 
Я бежал из города стремглав
От тоски оконных переплетов,
От объятий, цепких, как удав,
От ненужных встреч, друзей, работы.
 
 
Сажа буден измарала лед
В латы превратившихся привычек,
Черен я уже который год
Без моих березовых сестричек.
 
 
Я проснулся – чуждая страна
Машет мне листвою винограда.
Солнцем переполнена она,
Но здесь нет березовой отрады.
 
 
Я от них все так же вдалеке,
Все молитвы снова без ответа.
Стали в память о моей тоске —
Волосы березового цвета.
 
12.03.11
Реквием для бемоля
 
Ключ в тишине поверну на старт —
В небо, истошно воя,
Вжалится мощный ракет бекар —
Реквием для бемоля.
 
 
В грохоте яростном бомб и мин
Корчится пусть столетье,
Хватит подставленных молча спин
Под русофобов плети!
 
 
Так разгорись мировой пожар —
Жить, на коленях стоя,
Нам не позволит сердец бекар —
Реквием для бемоля.
 
 
Вместо деревьев – стволы мортир,
Целят прицелы в небо…
Порох, напалм ты возьми на пир
Вместо вина и хлеба.
 
 
Всех, кто душою не слаб, не стар,
Русь призывает к бою,
К воле ведет нас стальной бекар —
Реквием для бемоля.
 
17.01.11
Крещение
 
Ветер ласково треплет за щеку
И январь разухабисто-лих,
Позабывшую Бога Европу
Очищая огнем полыньи.
 
 
Проберет от макушки до пяток
И отмолится давнишний грех33
  Грех попущения убиению Государя и великой Смуте


[Закрыть]
,
Для России закончится Святок
Чернокнижный безудержный век.
 
 
Детвора понесется на санках
Под веселый ребячливый визг…
Истоплю-ка я русскую баньку
Хороводом языческих книг.
 
 
Пусть горят, больше нет для них места,
Будем жить не звездой, а с крестом,
Наша Русь – пресвятая невеста
Вновь повенчана Богом с Христом.
 
19.01.12
Еще не близко полная Победа
 
Зарубцевались раны у земли,
В оврагах спрятав без вести пропавших.
Уже души не тронет обелиск —
Забыв живых, не замечаем павших.
 
 
Зарубцевались раны у берез,
Не встретим мин мы под подошвой кеда,
Идем ко дну, не издавая «SOS»,
Раз в год вдруг вспомнив: «Вот она, Победа».
 
 
Зарубцевались раны у церквей,
Крестом безбожных осветив столетье,
А наших жен, отцов и сыновей
Теперь изящней истязают плетью.
 
 
Кнутом рекламы высекли рабов,
Подсунув пряник «дамского» романа…
А чьи-то мамы плачут у гробов
Очередного «Черного тюльпана».
 
 
И заграницей стала та страна,
Где прах потерян батиного деда…
Нет, братцы, не окончена война,
Еще не близко полная Победа.
 
28.04.11
«Не смейте загонять поэтов в строй…»
 
Не смейте загонять поэтов в строй,
Ранжир для них – Прокрустовое ложе.
Дантеса пистолет не дай Вам Боже,
Как жить в веках с такою-то виной?
 
 
Губить поэтов проще, чем других,
Их беззащитность за талант расплата,
Но как с грехом Иуды иль Пилата
Вам вечность созерцать их кроткий лик?
 
 
Не смейте их преследовать, делить,
Они едины, хоть неповторимы,
Сплетеньем рифм затейливым, незримым,
Сопрядшие божественную нить.
 
28.03.12
«Горькое наследие войны…»
 
Горькое наследие войны:
Похоронки – листики тетради
И – в квартире, и – в крестьянской хате
Снова мы читать обречены.
 
 
Черные, как стая воронья,
К нам на пир слетаются «тюльпаны»,
В каждом цинке – горе чьей-то маме
Посылает горная Чечня.
 
 
Разлюбил походы в русский лес
Парень тот с десантною наколкой —
Чудится ему, что с каждой елки
Целит в сердце снайпер винторез.
 
 
В восемнадцать жизнь так коротка —
На могиле мертвого героя
Девочки, оставшейся вдовою,
Крест обнимет тонкая рука…
 
06.01.11
Мама, мама, опять война!
Всем детям, пережившим ужасы войны посвящается
 
Волос русый, косая челка,
И затравленный взгляд зверька.
В белом сумраке будит елка
Детский ужас его мирка.
 
 
На войне умирают быстро
В суматошный безумный век:
Из-под елки вдруг щелкнет выстрел
И окрасится кровью снег.
 
 
Бьет в ознобе худое тело:
Передернут рывком затвор,
Разноцветьем гирлянд – прицелов
Елка – снайпер глядит в упор.
 
 
Разрывается в небе первый
Залп салюта, что ждет страна —
Детский крик обжигает нервы:
«Мама, мама, опять война!».
 
09.01.10
«Не поет соловушка…»
 
Не поет соловушка,
Плачут тополя,
Окропила кровушка
Русская поля.
 
 
То у Волги-матушки,
То под Ханкалой,
Встретили ребятушки
Свой последний бой.
 
 
У Герата, Вологды
Стала смерть кружить…
Как вы были молоды
Вам бы жить, да жить!
 
 
Снова на развилинах
Вздыбилась броня,
В мертвенных опалинах
Горная Чечня.
 
 
Снова он с сединами,
Русский ветеран,
Мечен не годинами,
А следами ран.
 
 
В майский день девятого
Мы стакан нальем
И войну проклятую
Молча вспомянем.
 
19.04.09


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2