banner banner banner
Магическая невеста
Магическая невеста
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Магическая невеста

скачать книгу бесплатно

Хотя… можно ли считать первым поцелуй в щеку? Это же так, несерьезно. Брак понарошку, и поцелуй… тоже…

Вот только сердце стучало в груди так бешено, будто все было по-настоящему.

Звенящую тишину момента разбил грубый смех Лергена-младшего.

– Ну даешь, Крис! Точно заболел, – фыркнул модник. – Застеснялся жену поцеловать как полагается, с языком и всем таким? Ну повтори, что ли, а то зачахнет твой южный цветочек с таким-то поливом. О ребятах не парься, – он обвел взглядом любопытных студентов, преимущественно эйров, не желавших пропустить новую сплетню, – тут все свои.

Я честно приготовилась бежать, если Кристер Х. Росс хотя бы дернется в мою сторону. Но вместо настоящего поцелуя муж бросил короткий взгляд за спину Лергена и приложил палец к губам.

– Тихо! Выдра.

Слова Кристера произвели эффект почти магический – эйры, столпившиеся вокруг, мгновенно разбежались, заспешив по своим делам. Шелтон скорчил недовольную мину, но тоже влился в толпу.

– После пар, Ри, – шепотом напомнил Кристер. Секунда – и рыжая шевелюра потерялась в потоке студентов, спешащих на занятия.

Мимо процокали каблуки женщины-профессора – кажется, той самой, что принимала у меня вступительный экзамен. Мазнув по мне равнодушным взглядом, она прошла дальше, а я так и осталась стоять, недоумевая, что же только что произошло.

* * *

– Магоэлементы, – пожилой профессор основ техномагии, представившийся как эйр Юргенс, вышагивал взад-вперед вдоль доски со схематичным изображением магокристалла. – Это кристаллы вулканической породы, ограненные так, чтобы магические токи внутри выстраивались особым образом для преобразования и передачи энергии. Сотни тысяч лет назад, когда архипелаг Флайма еще находился в стадии формирования, происходили массовые извержения Флейде и других вулканов. Частицы лавы, насыщенные магической энергией, попадали в почву, формируя облик островов. Основная масса выброшенной материи не сумела стабилизироваться и стала магорудой, непригодной для выстраивания потоков, тогда как малая часть с самым мощным зарядом кристаллизировалась, аккумулировав силу внутри твердой оболочки.

Класс усиленно заскрипел перьями, конспектируя слова преподавателя. В сказанном не было ничего сложного и революционного – по крайней мере, пока – но это была первая лекция первого года обучения, и потому каждое слово казалось важным, словно божественное откровение. Не хотелось упустить ни единой буквочки.

– Силу магокристаллов – в особенности, ее тепловую составляющую – люди умели использовать испокон веков. Энергия, заключенная внутри кристаллизовавшейся лавы, высвобождалась при разрушении оболочки, провоцируя реакцию горения или взрыва. Маги, умевшие работать с кристаллами, – в основном, уроженцы центральных и южных островов архипелага – создавали оружие или примитивное топливо. Магическими камнями начиняли корабельные пушки и топили печи.

– Какая расточительность! – ляпнул кто-то с задней парты.

Раздались редкие смешки.

– Однако, – профессор сделал вид, что не услышал шутника, – вместе с ростом добычи и способов применения магоруды росло и число тех, кто искал иные, более технологичные и эффективные способы использования магической энергии. Что, в свою очередь, и привело к Первой техномагической революции и появлению техномагии как науки о потоках и магоэлементах.

Перья заскрипели с утроенной силой.

– Итак, – эйр Юргенс поднял вверх руку, демонстрируя зажатый в пальцах цилиндр, светящийся изнутри жидким золотом. – Рассмотрим простейший магоэлемент восьмого уровня. Первый его прототип был создан эйром Квинтом Дер-Эйком, известным промышленником, ученым и основателем Грифдейлского Университета Техномагии. В качестве исходного кристалла использовался местный магоминерал. Кто-нибудь знает, как он называется?

Сердце нервно дернулось в груди – какой легкий вопрос для дочери горняка – и, прежде чем кто-то из замешкавшихся на мгновение сокурсников успел ответить, я резко взметнула вверх руку.

– Студентка на третьем ряду, слушаю вас. Для начала представьтесь.

– Рианнон Фелтон…

– Как-как? – профессор нахмурился.

– Ох, простите, – я мысленно обругала себя за оплошность. «Ты замужем, Рианнон, пора бы запомнить это раз и навсегда!» – Я хотела сказать, Росс. Рианнон Росс.

– Слушаю вас, студентка Росс.

– Магоэлемент сделан из флейтита. Это один из самых распространенных магоминералов на юге Флайма.

– Все верно, – профессор благосклонно кивнул. – В настоящее время добыча ведется на южных островах архипелага, однако во времена эйра Дер-Эйка флейтит добывался и здесь, недалеко от Грифдейла. Данный магоминерал характеризуется прямыми, стабильными, но достаточно короткими магическими потоками, в силу чего используется только в маломощных механизмах.

Профессор задал еще несколько вопросов касательно добычи заряженных кристаллов и магоруды, и оба раза я ответила правильно и быстрее всех. Внутри теплым шаром разгоралась гордость – пусть я мало знала об огранке, классификации и использовании магоэлементов, кое в чем я разбиралась не хуже столичных заучек.

– Неплохо, студентка Росс, неплохо, – похвалил эйр Юргенс. – Увлекаетесь темой?

– Я родом из Тренси, профессор. Мой отец… э-э-э… работает с магоминералами.

– Теперь понятно. В таком случае, выходите к кафедре, студентка Росс. Если сумеете продемонстрировать классу использование флейтитового магоэлемента в простой энергетической цепи, получите первые баллы в этом году. Вы готовы?

Из ящика в столе профессор вытащил на свет устройство, состоявшее из проводов, лампочки и гнезда для цилиндрического кристалла.

Я тяжело сглотнула. Подобное устройство я видела только на картинке учебника по маготехнике, который тайком пыталась читать в городской библиотеке. Но он предназначался для продвинутых студентов и ничего не объяснял, а в курсе общей школы Тренсдейла не было магических предметов – только обязательные, продиктованные сверху, ежегодные замеры способностей. Хотел маг развивать свои задатки к управлению потоками или нет, каждый решал сам, а в случае южан – особенно девочек – последнее слово было за главой семейства.

Нетрудно догадаться, каким оно было в моем случае.

– Ну же, студентка Росс, не робейте, – поторопил профессор. – Если вы не готовы переходить к практике, просто скажите, и я попрошу другого студента.

Несколько рук тут же поднялись, сигнализируя о готовности заменить меня. Я почувствовала взгляды сокурсников – изучающие, колкие. Выскочек не любили нигде, а я на первом же занятии успела оказаться в центре внимания.

Бездна морская!

Но отказаться, выставив себя невеждой, было выше моих сил. Нет уж, раз заварила кашу, надо расхлебывать.

На негнущихся ногах я медленно спустилась к доске. Профессор Юргенс протянул мне магоэлемент.

– Прошу вас, студентка Росс.

Кристалл на ладони был теплый, почти живой. Магическое сияние, невидимое простому глазу, пробивалось из-под кристаллической оболочки, бросая на меня, стол и эйра Юргенса желтые блики.

– Ну же, студентка, – подбодрил меня профессор. – Это простейший магоэлемент восьмого уровня. Один восходящий поток, один нисходящий. Ничего трудного.

Я бы так не сказала. Я видела тонкие золотые нити энергии, но понятия не имела, с какой стороны был «верх». Мне никогда не приходило в голову, что есть разница.

Просто потоки. Просто нити, которые можно связывать, переплетать, чтобы усилить течение энергии, выпрямлять или скручивать, чтобы задавать скорость. Почти как вязание или вышивка – а здесь говорилось о каких-то полюсах…

– Помочь?

– Нет, – испугавшись насмешливых шепотков в аудитории, я шагнула к столу. – Я сейчас.

Вставила наугад. И – предсказуемо – ничего не получилось. Концы магоэлемента уперлись в проводящие трубки, но золотая сила не шла.

«Надо перевернуть». Эта мысль, максимально простая и естественная, должна была бы прийти мне в голову в ту же секунду, как я осознала, что система не работает. Но нет. На глазах у всей аудитории вот так просто признать ошибку – показать, что я, дремучая южанка, закрепила накопитель не той стороной… да еще и в первый же день – было немыслимо.

Как будто у цилиндра вообще могла быть «та» и «не та» сторона!

Всего-то дел – перенаправить потоки. Может, никто и не заметит…

Я привычно дернула золотые струны.

Бум!

Взрыв разорвал накопитель на части. Я едва успела отдернуть руки и запоздало подумать, что стоило прикрыть лицо от облака мелких осколков. Но высвобожденная энергия вместо того, чтобы ударить в нас с профессором, растеклась по столу золотой паутиной. Защитная сеть впитала ее без следа, оставив лишь почерневший след на столешнице.

«Повезло…»

Радовалась я меньше мгновения. В спину ударили смешки – сначала редкие, почти случайные, но в считаные секунды разросшиеся до настоящей лавины. Смеялись все, и это было жестко и ранило куда больнее тучи осколков, темными крошками усыпавших пол.

– Кажется, на юге только и могут, что копать да взрывать, да, Росс?

– Что с нее взять? Южанка!

И добило коронное:

– Что она забыла в техномагическом университете?

– Тихо! – прикрикнул профессор на разошедшихся студентов. – Студентка Росс совершила ошибку, неправильно замкнув цепь и создав перегрузку в энергетической сети. И на ее примере я хочу, чтобы каждый из вас усвоил одно главное правило, распространяющееся не только на мои занятия, но и на все другие университетские курсы. Студентка Росс, можете сказать сокурсникам, в чем заключалась ваша ошибка?

– Я… – Горло душил жгучий стыд, глаза щипало от обиды за насмешки от тех, кто должен был стать мне если не друзьями, то хотя бы приятелями и единомышленниками. Говорить было трудно, а повернуться к аудитории, показав пошедшее красными пятнами лицо, и вовсе невозможно. – Я вставила… не той стороной…

Кто-то гаденько хохотнул, но быстро умолк под строгим взглядом профессора Юргенса.

– Нет, студентка Росс, это не главная ваша ошибка, – неумолимо проговорил профессор. – Гораздо хуже, что вы изначально знали, что не сможете справиться с заданием, но все равно решили выйти к доске. И если защищенная университетская аудитория дает вам, студентам, право на ошибку, в жизни у вас может и не быть второго шанса. Запомните, нужно уметь признавать свою некомпетентность, а не лезть делать то, в чем вы не разбираетесь. Это всем понятно?

– Да, эйр Юргенс, – раздался нестройный хор голосов.

Я кивнула последней.

– Надеюсь, студентка Росс, это послужит вам хорошим уроком. Проанализируйте произошедшее и подготовьте к следующей лекции доклад о свойствах и применении магоэлементов восьмого уровня.

* * *

Тихое «да, профессор» утонуло в надсадном дребезжании звонка. Я слышала за спиной шуршание тетрадей, клацанье застежек и перестук шагов, но поворачиваться не спешила, не желая сталкиваться взглядом с сокурсниками.

Подождав, пока все уйдут, тихо побрела к своему месту, не глядя сгребла тетрадь и учебник, мельком порадовавшись предусмотрительно завинченной чернильнице. И вышла из аудитории.

Впереди был длинный, длинный, длинный день, а я уже успела все испортить. Окончательно и бесповоротно.

Не сдержавшись, шмыгнула носом.

– Студентка Росс?

Я удивленно подняла голову – и только сейчас заметила, что чуть было не столкнулась с профессором Кордом. Пробормотав сбивчивые извинения, попыталась обойти декана, но тот не позволил, преградив мне путь.

– Что-то случилось?

– Нет… все в порядке…

– Вы не очень-то искусно врете, студентка Росс, – проницательно заметил эйр Корд. – Если причина вашего расстройства связана с учебой, я как куратор направления обязан об этом знать.

– Я… – ничего не оставалось, кроме как сознаться, – испортила магоэлемент восьмого уровня. Перепутала полюса и… устроила взрыв.

– Удивительно, – темная бровь иронично выгнулась, – на что только может быть способен один из самых стабильных кристаллов в умелых руках.

– Не смейтесь! Это вышло случайно. И… мне очень стыдно, правда. Обещаю, в следующий раз я обязательно последую совету профессора Юргенса и не буду лезть к магоэлементам, пока как следует не изучу теорию.

– Юргенс – закостенелый ретроград, застрявший в лекторском кресле, потому что никогда не пытался выйти за рамки того, что написано в учебниках, – немного отрывисто произнес эйр Корд, чем окончательно ввел меня в ступор. Совсем не это я ожидала услышать от декана, которому вообще-то полагалось бы отчитать нерадивую студентку за подкопченный стол. – Таким, как Юргенс, кажется, будто любой кусок неограненного флейтита нужно с помощью стандартных манипуляций превратить в скучный цилиндр магоэлемента восьмого уровня. Но мы-то с вами знаем, студентка Росс, что каждый кристалл, как и каждый студент, уникален. И задача преподавателей – огранить его так, чтобы использовать заключенную в нем силу наилучшим образом. Так что, не слушайте старика Юргенса, студентка Росс. Точнее, слушайте, но не принимайте сказанное так близко к сердцу.

– Что вы хотите сказать?

– Научные прорывы, – эйр едва заметно улыбнулся, – совершаются не заслуженными профессорами в пыльных кабинетах, а энтузиастами. Теми, кто не боится мыслить нестандартно, искать новые подходы и не сдается после первой же неудачи. Разумеется, я ни в коем случае не призываю вас продолжать взрывоопасные эксперименты, хоть не отказался бы увидеть, как вам удалось дестабилизировать простейший двухпотоковый кристалл. Но я не хочу, чтобы из-за одной ошибки вы растеряли весь тот пыл, что я заметил на вступительном экзамене. Пообещайте, студентка Росс, что сохраните эту искру, и я уверяю, результат будет… просто магическим. Хорошо?

– Обещаю, – я улыбнулась в ответ.

Глава 7

Несмотря на крохотный лучик света, каким стала для меня встреча с профессором Кордом, первый учебный день можно было официально признать безвозвратно испорченным. Хотя остальные три лекции прошли без взрывов и каких-либо происшествий, колкие насмешки сокурсников преследовали меня и там. Инициатором выступала блондинка, вокруг которой с самого собрания факультета сбились в стайку остальные четыре девушки нашей группы. Наверное, они раньше учились вместе – иначе объяснить поразительное единодушие я не могла.

Не помогли ни модная прическа, ни перешитое платье – северянки, более образованные, богатые, не приняли меня в свой круг, четко очертив границу между ними и «взрывоопасной Росс». И, что хуже всего, отчуждение росло и ширилось, словно моровое поветрие, охватывая все больше и больше эйров и эйр.

Даже то, что одна из трех оставшихся лекций – по истории – была общей у всего первого курса и можно было сесть рядом с Авелинн, уже не радовало так, как раньше. Я просто не могла не замечать красноречивые взгляды и шепотки, которыми обменивались за моей спиной сокурсники и примкнувшие к ним приятели с других факультетов. И не хотела, чтобы это коснулось подруги-южанки или кого-либо еще.

Вот только как восстановить свою репутацию, у меня не было ни малейших идей.

Неудивительно, что про встречу, назначенную Кристером Х. Россом, к концу учебного дня я почти забыла. Почти – ровно настолько, чтобы выскочить из главного корпуса и чуть ли не бегом ринуться через двор, спрятав лицо за учебником по теории потоков в надежде, что муж или опоздает, или не придет, или не узнает меня в толпе студентов и студенток.

Но нет – Кристер ждал во дворе, и учебник не помешал ему перехватить меня на главной аллее и пойти рядом, подстроившись под мой быстрый шаг.

Я чувствовала, как он разглядывал мое лицо, подмечая мокрые пряди у висков, припухшие глаза и порозовевший кончик носа – результат непрошеных слез, которые я изо всех сил пыталась скрыть, особенно от сокурсников. Перед тем, как выйти во двор, пришлось провести добрых пятнадцать минут в уборной, остужая горящие щеки.

Судя по внимательному взгляду Кристера Х. Росса, не помогло.

Я скрипнула зубами, отвернувшись от мужа. Я с детства ненавидела, когда кто-то замечал, что я расстроена или недавно плакала. Любое проявление эмоций неизбежно порождало дома неприятные въедливые вопросы – что? когда? почему? – неизменно заканчивавшиеся назидательным: «А чего ты хотела, Рианнон, жизнь – не сказка».

И действительно, чего? Может, немного сочувствия вместо сквозящего между строк «сама виновата»? Или хотя бы того, чтобы меня просто оставили в покое?

Но от назойливого мужа, похоже, было не отделаться.

– Что? Что?!

– Чего ты такая злая? – в лоб спросил он. – Утром была довольная и сияющая.

– А чего ты так смотришь? – огрызнулась я, чувствуя, как щеки снова вспыхивают некрасивыми пятнами. – Вот в глаз дам – и сразу подобрею!

Он не обиделся – фыркнул насмешливо и, чуть ускорив шаг, обогнал меня и встал на пути, раскинув руки, точно пугало на поле.

– Давай, – согласился великодушно, наклоняя вихрастую голову. – Если тебе от этого полегчает, я готов поработать мальчиком для битья.

Вместо ответа я увернулась от попытки сгрести меня в объятия и попыталась сбежать, но вовремя заметила впереди клетчатые штаны модника Шелтона, стоявшего с фляжкой в руках в окружении приятелей. Пришлось резко изменить курс, наугад выбрав ближайшую боковую аллею. Гордо задрав подбородок, я зашагала прочь от Кристера Х. Росса… целых пять шагов. После чего на локте сомкнулись пальцы супруга и потянули в сторону.