И. Тихомирова.

От чтения – к творчеству жизни



скачать книгу бесплатно

Жизнь показывает, что дети, всерьез занимающиеся творчеством, не числятся среди правонарушителей. Творческая деятельность духовной направленности, к которой принадлежит чтение настоящей художественной литературы, гармонизирует мозговую деятельность ребёнка, выправляет личность оступившихся в жизни подростков не запретами и карами, а тем, что наполняет смыслом их повседневное существование. На страже жизни ребёнка стоят лучшие образцы художественной литературы, чтение которых утверждает ребёнка в мире, определяет самосознание, привлекает к реализации данных самой природой его жизненных возможностей, открывает перспективы его творческого развития.

Цель предлагаемых психолого-педагогических статей – помочь педагогу-библиотекарю в развитии его собственного читательского мастерства, на базе которого он сможет целенаправленно руководить чтением детей, направлять свою деятельность на познание ребёнком жизненных смыслов, на понимание им самого себя и окружающих людей, на поддержку способности жить в гармонии с миром, как подсказывает великая литература.

Слово к педагогу-библиотекарю

Проблема воспитания подрастающего поколения, поставленная самой жизнью, обострила необходимость возрождения руководства детским чтением. Эту педагогическую систему создавали наши великие учителя Ушинский, Толстой, Сухомлинский. Она выдержала проверку временем, обеспечила духовность России, воспитала поколение, победившее фашизм. Ныне эта система успешно осваивается во многих странах мира. Она отвечает на все основные вопросы воспитания детей средствами книги и чтения. Главные из них: как приохотить детей к печатному слову, какие книги следует рекомендовать в том или ином возрасте, как научить ребенка полноценному восприятию, как с помощью литературы развивать ум и сердце ребенка, а также познавательные интересы и способности. Наконец, как из читающей личности вырастить самостоятельно думающего, активного, творческого человека, направленного не на потребление, а на созидание, как помочь растущему человеку превратить идеалы великих писателей в идеалы его собственной жизни. Руководство детским чтением – это сердцевина библиотечной педагогики. Лишившись ее, библиотека из центра культуры превращается в нейтральный по отношению к воспитанию детей информационный центр, выполняющий лишь прикладную, технологическую, исполнительную по отношению к читательским запросам функцию.

В профессиональной среде вокруг термина «руководство чтением» идут неумолкающие споры. По мнению многих специалистов, термин дискредитировал себя. В нем видят возврат к модели авторитарной педагогики с доминантой воздействия на личность, лишающей ребенка права на свободу выбора. Считают, что позитивное влияние на детское чтение надо назвать иным термином. Кто-то предлагает «поощрение», кто-то – «стимулирование», кто-то – «поддержка». Выдвигается и термин «содействие». При всем уважении к этому ряду слов его нельзя признать идентичным понятию «руководство», ибо в нем нет направляющего вектора.

Существующее положение дел с детским чтением надо не поддерживать, не содействовать ему, не поощрять, а в корне менять. Искать пути выхода из кризисного состояния. Формировать отношение к чтению как к творчеству собственной жизни. Заражать интересом к высокохудожественным произведениям. Активизировать восприятие. Это и должно взять на себя руководство детским чтением. Руководить – значит вести за руку, то есть направлять, регулировать, корректировать, помогать ребёнку в выстраивании позитивного образа его собственной жизни. Это отвечает потребности самого ребенка в развитии, в восхождении к высотам культуры, что самостоятельно, без направляющей руки взрослого, он сделать не в силах. «Дитя, – говорил известный писатель и педагог В. Одоевский, – не может научиться из самих книг всему тому, что ему нужно знать. При книге необходимы объяснения и замечания искусного руководителя, который бы заставлял его беспрестанно вникать в смысл прочитанного и помог таким образом его разумению». Объяснения и замечания искусного руководителя необходимы ребенку и при выборе книг, чтобы в репертуар его чтения попадала доброкачественная, духовно наполняющая пища, а не суррогат, разрушающий психику. Объяснения нужны и для ответа на вопросы «Зачем читать?», «Что читать?», «Как читать?». Читать, чтобы читать – это одно, читать, чтобы достойно жить – это совсем другое.

Сегодня для возрождения и претворения в жизнь педагогической системы руководства детским чтением наступило благоприятное время. Идея поддержана самим президентом Путиным, предложившим превратить школьного библиотекаря в педагога-библиотекаря. Наша с вами задача – педагогическую функцию школьного библиотекаря поддержать снизу. Общими усилиями осваивать и развивать отечественные традиции, отвечающие велению времени. Руководство детским чтением – вклад России в копилку мировой педагогики, которым мы можем гордиться. Если каждый из нас влюбит в чтение хоть одного или нескольких школьников, привьет вкус к великой литературе и поможет соотнести ее с жизненными задачами ребенка, живущего здесь и сейчас и думающего о будущем, то круги разойдутся широко. В их орбиту попадут другие. Эстафета ценностей, создающих понятие уровня и нормы духовного состояния нового поколения, будет принята и передана дальше.

В предлагаемом вашему вниманию сборнике статей я делюсь с вами не только своими размышлениями о роли художественной литературы в жизни детей, но и пытаюсь помочь вам практически в руководстве чтением детей, рекомендуя вопросы для обсуждения литературных произведений в ракурсе тех проблем, какие ставятся мной в той или иной конкретной статье о создании ребенком образа жизни через творческое чтение.

Раздел 1. Творческое чтение и творчество жизни

«Жить полной, разносторонней жизнью – это значит жить так, чтобы все силы человека имели бы случай упражняться, проявляться и расцветать»

H. A. Рубакин

1. Читать – значит создавать образ собственной жизни и самого себя

(интегрированная статья, в состав которой вошло несколько ранее написанных статей на эту тему)


Профессор Ю. Н. Столяров, исследуя отражение в русских народных сказках письменности и чтения, обратил внимание на способность Елены Премудрой читать не только по «писаному», но и по «неписаному». Только во втором случае она справилась с поставленной перед ней трудной задачей. Как читать «по писаному», мы знаем – складывать из букв слова, из слов предложения, черпать из текста информацию. Чтобы чтение, как сказочной Елене, прибавляло не только знания, но и мудрости, надо уметь читать «по неписаному», то есть между строк, видеть не только реальный текст, а и воображаемый, догадываться, постигать смысл, создавать истину собственным умом. В наше время такое чтение и называют творческим. Чтобы разобраться в нем, начнём с понятия «творчество».

Творчеством, как известно, называют вид деятельности, порождающий как преобразование в сознании и поведении человека, так и создаваемые им продукты, отличающиеся оригинальностью, новизной и уникальностью. Творчество является одной из самых сильных мотиваций человека – потребности в самореализации. Его иногда называют синонимом жизни, сущностной характеристикой человека. Что касается социальной роли творчества, то оно является двигателем прогресса. «Рычагом преобразования мира» назвал его Даниил Андреев. Ведущую роль в творчестве играет активность субъекта творчества. Творческая энергия каждого человека в совокупности с творчеством миллионов людей составляет главный интеллектуально-энергетический ресурс страны. В отечественный психологии, в отличие от западной, творчеству, если речь идёт о детях, придавалось и придаётся духовно-нравственный, воспитательный смысл. В основе творчества лежит способность человека находить связи между не связывавшимися ранее явлениями, которые предстают в форме новых мыслей, новых моделей, новых образов, чувств и идей. Сходные усилия человек может проявить в разных видах деятельности: в решении жизненных проблем, учебных и иных задач, конструировании машин, в научных открытиях, в социальных преобразованиях.

В наше время используется близкое к понятию «творчество» слово «креативность» (от лат. creatio), означающее творческие способности. В отличие от творчества – реализованной способности – под креативностью понимают лишь потенциальную склонность к творчеству которой обладает каждый индивид и которая может проявиться в соответствующих условиях, а может остаться нереализованной, подавленной запретами, стереотипами поведения или неблагоприятными условиями. В творческих возможностях человека, в реализации их скрыты огромные интеллектуальные ресурсы, богатство будущего. Характерными признаками этой способности являются активность, свежесть восприятия, ассоциативное мышление, искренность и увлечённость.

Важное дополнение к определению творчества сделал психолог Л. С. Выготский в работе «Воображение и творчество в детском возрасте». Он считал творчеством не только осуществлённый результат, но и особое «построение ума и чувства, живущее и обнаруживающееся только в самом человеке». По его мнению, творчество мы наблюдаем там, где человек воображает, комбинирует, видоизменяет и создаёт что-либо новое в своём сознании. Учёный рассматривал творчество как процесс самореализации, удовлетворяющий внутренней потребности человека. В процессе творчества происходит мобилизация ассоциативных связей, воображения, памяти, изнутри формируется духовный мир личности. Об этом же говорил русский философ Н. Бердяев. Первичным в творчестве он считал не создание культурных ценностей, а подъем всего человеческого существа, направленного на преображение мира.

Исследования в области креативности показали многогранность творческих способностей. Они развиваются в процессе деятельности. Каждый вид деятельности определяет свой вид творчества. Не является исключением и читательская деятельность.

Как же творчество проявляет себя в чтении? На первый взгляд кажется, что читающий человек ничего не создаёт, а лишь воспринимает творчество писателя. Но это не так. Просто мало кто задумывается, какие творческие процессы совершаются в его сознании, когда он читает.

Простое и образное определение дал этому понятию Л. С. Выготский. Она назвал творческим чтением «воспроизведение чужого творения собственной душой». H. A. Рубакин определил его как «следовую реакцию на читаемый текст». Сходную по смыслу трактовку творческого чтения дал ленинградский учёный A. M. Левидов. С его точки зрения, творческое чтение – это «жизнь произведения в сознании читающего человека». Определяющей в характеристике творческого чтения методист С. А. Абакумов назвал «свободу мыслить своей собственной мыслью». Как бы по-разному ни определяли специалисты понятие «творческое чтение», все они говорят о способности человека реагировать на читаемый текст, активизировать по ходу чтения собственные мысли и чувства, оставлять след в душе от прочитанного произведения, развивать сознание, сравнивать изображенную писателем жизнь с реальной жизнью, наблюдаемой читателем, выстраивать свое отношение к тому образу жизни, какое избрал персонаж.

Антонимом данного понятия является репродуктивное или информационное чтение, направленное лишь на запоминание текста, на его механическое воспроизведение, на извлечение из текста нужных сведений.

Ответ на вопрос, какие же конкретные черты специфичны для творческого чтения, дают опыт и теория творческого чтения. Много проясняют, например, воспоминания известных в России людей о своём детском чтении. Из 42 авторов воспоминаний, собранных мной в хрестоматию «Школа чтения» (2015), большинство стали впоследствии писателями. Но есть среди них и художники, и актёры, и меценаты. Все они истоком своего творческого становления называют детское чтение. При всей разнице читательских откликов на прочитанные книги в них можно заметить общие черты. Они и высвечивают творческий характер чтения. Назовём некоторые из них:

– чуткость к слову его многозначности, свежесть и непосредственность восприятия;

– яркость воображения, создание собственных образов и представлений, способность дополнять написанное материалом из запаса полученных ранее жизненных впечатлений;

– способность эмоционально включаться в события, изображённые в книге, откликаться на мысли и чувства персонажей своими собственными мыслями и чувствами;

– возникновение аналогий и ассоциаций в ходе чтении, позволяющее сравнивать, вспоминать, устанавливать связи читаемого произведения с имеющимся опытом и реальной жизнью;

– работа самосознания: сравнение себя с персонажами, поиск общих и различных черт; формирование мировоззрения, рождение гражданской позиции;

– умение по немногим деталям воссоздавать целое, а целое видеть в деталях;

– интерес к судьбе автора и мысленное общение с ним в ходе чтения.

Внешними показателями творческого чтения является склонность к перечитыванию полюбившихся книг, открытость для передачи читательских впечатлений другим людям.

Перечисленными качествами, которые в каждом конкретном случае индивидуализированы, не исчерпывается творческий характер чтения, но и их достаточно для продумывания системы воспитания талантливого читателя. Важно иметь в виду, что именно наличием этих качеств определяется след книги в жизни читателя. Стоит прислушаться к словам Л. С. Выготского: «Не само по себе чтение влияет, а переживание ребёнка в процессе чтения влияет на его развитие». Добавим: не только переживание, но и мышление, фантазия, память – активность восприятия в целом.

Наглядный образец творческого чтения создал немецкий писатель М. Энде в своей «Бесконечной книге», удостоенной премии Г.-Х. Андерсена. Наглядность на страницах книги достигается выделением шрифта. Одним шрифтом напечатан текст читаемой подростком Бастианом книги. Другим – передан его внутренний мир, поток его сознания в процессе чтения. Каков этот поток, видно из следующей рефлексии на текст читаемой книги: Бастиан оторвался от книги. «Он вдруг вспомнил длинный коридор больницы, где оперировали его маму»; «Он подумал, как быстро летит время»; «Он увидел сходство себя с героем и задумался об этом сходстве»; «Он не мог сдержаться. Его глаза наполнились слезами»; «Он вообразил себя Атроем (герой читаемой книги), скачущим сквозь ночь»; «Он подумал – как бы я был рад помочь им»; «Крикнул от ужаса» и т. д. То Бастиан представлял себе лицо героини, то чувствовал, как колотится его сердце. То мысли его мешались, то упорядочивались, и ему открывалась нелегкая истина жизни.

Из писателей России наглядно представил творческий процесс чтения подростка на страницах свой повести «Чик и Пушкин» писатель Фазиль Искандер. С точки зрения изучения деятельности сознания читающего ребёнка этот пример многое раскрывает. Перед нами школьник, который без особого энтузиазма по заданию учителя взялся читать стихотворение Пушкина «Песнь о вещем Олеге». Когда он дошёл до места, где змея, выползшая из черепа коня, обвилась вокруг ног Олега и «вскрикнул внезапно ужаленный князь», что-то пронзило мальчика с незнакомой силой. В этой строчке замечательно то, что не уточняется, отчего вскрикнул князь. Конечно, и от боли, но и от страшной догадки: от судьбы никуда не уйдёшь. «И Чик как бы догадался об этом. И его пронзило. И дальше уже до конца стихотворения хлынул поток чего-то горестного и прекрасного». Если поискать ключевое слово в этом отрывке, выражающего суть происходящего, то им, скорее всего, будет слово «догадался». Догадаться – значит, напасть на правильную мысль, сделать определённое предположение, не взятое извне, а рожденное в самом человеке. Заметим, не столько сам текст изумил подростка, сколько идущий от него импульс к собственной работе мысли. Стоило ему появиться, как «хлынул поток чего-то горестного и прекрасного». И дальше: «Чик чувствует какую-то грустную бессердечность жизни, которая продолжается и после смерти Олега. И в то же время понимает, что так и должно быть, что даже мёртвому Олегу приятней, что там наверху, на земле, озаренной солнышком, жизнь продолжается, река журчит, трава зеленеет». Новым в этом кусочке является не только ход размышлений читателя, усиливающий его чувства, но и привнесение им в текст того, чего в нем нет: журчащей реки, зеленеющей травы, светящего солнышка. Добавление, сделанное Чиком, – плод его читательского воображения. Теперь он читает не только глазами, а всем существом: внутренним зрением, внутренним слухом, внутренним осязанием. Перед ним рождается новая реальность, автором которой становится он сам: «Он словно видит Игоря и Ольгу на зелёном холме, видит пирующую у берега дружину и с тихой улыбкой говорит: „Конечно, друзья, мне бы хотелось посидеть с вами на зелёном холме, попировать с дружиной, поговорить о битвах, где мы вместе рубились, но, видно, не судьба. И все же мне приятно видеть отсюда, что вы кушаете, пьете на зеленом холме. Пируйте! Пируйте!“». Как видим, Чик перевоплощается мысленно в князя Олега и от его имени говорит со своими потомками.

Предполагал ли мальчик до чтения стихотворения, что он может сочинить монолог, структурировать речь другого, неведомого ему человека, почувствовать и выразить его состояние? Эту способность открыл ему Пушкин. И не понимая, что с ним происходит, «обливаясь сладкими слезами», Чик несколько раз перечитал стихотворение, удивляясь, что пушкинские слова начинают с каждым разом «все больше и больше светиться, и зеленеть, как трава, на которой сидят Игорь и Ольга. В них стал приоткрываться какой-то милый дополнительный смысл. Последняя фраза очень важна. Самостоятельное открытие читателем дополнительного смысла в поэтическом слове – это, пожалуй, и есть ключ к разгадке эмоционального влияния художественного произведения, заставившего подростка прочитать еще и еще раз все стихотворение.

Если Чик не понял, что послужило причиной радостного волнения при чтении стихотворения Пушкина, то мы с вами, проследив весь ход его восприятия, может сделать определённый вывод. Именно творческий акт чтения, питаемый духовной энергией пушкинского слова и собственным воображением читателя, и обусловил наслаждение от этого процесса. Мальчик насладился открывшимся ему при чтении богатством собственной мысли, способностью в чужой текст вкладывать свой подтекст, проживанием особой реальности, созданной его фантазией. Можно с уверенностью сказать, что прочитанное таким образом произведение, ставшее событием внутренней жизни, не погаснет в его памяти, как десятки других, изучаемых в школе, и шлейф впечатлений от встречи со стихотворением Пушкина протянется на долгие годы. Такое состояние педагоги и называют самоактуализацией, обеспечивающее духовное развитие человека.

Нарисованная писателями М. Энде и Ф. Искандером сложная картина внутренней жизни читателя, в которой задействованы и мысль, и чувство, и воображение, и память, – конкретизированная модель творческого чтения. Эту активность и надо стимулировать, объективировать, должным образом оценить, поддержать. Взяв на себя это направление деятельности, библиотеки становятся не только центром информации, но и центром культуры чтения, растящим творческих личностей, в которых так нуждается сегодня Россия.

Когда мы ведём разговор о связи литературы с реальной жизнью, то особенно большое значение в развитии мозговой деятельности читателя приобретают аналогии и ассоциации. В обычном смысле слова аналогия (греч. analogia – соответствие, соразмерность) – это нахождение сходства между предметами и явлениями в каком-либо отношении. В литературном произведении, как и в реальной жизни, мы имеем дело с множеством явлений. Когда путём размышлений, сравнений мы приходим к установлению по каким-либо признакам сходства явлений, мы проводим аналогию. В этом плане большую роль играют персонажи классических произведений, ставшие нарицательными. Посредством их характеризуют реальных людей. Горький писал: «Всякого лгуна мы называем-Хлестаков, подхалима-Молчалин, лицемера-Тартюф, ревнивца – Отелло и т. д.» Но для того чтобы найти сходство, разумеется, надо знать объекты сравнений, суметь разглядеть в них схожие черты. В рамках своего читательского багажа уже трехлетние дети проявляют способность к нахождению параллелей. Одна мама рассказывала, что её малыш, увидев на книжной картинке Карлика Носа из сказки Гауфа, воскликнул: «Ой, смотри, нос как у Буратино!» А у отдельных детей, которым родители читают сказки, обнаружена способность к установлению аналогий уже на уровне характеров. Как рассказала доктор наук Н. Е. Добрынина, её внуки Анна и Кирилл, когда были маленькими, слушая сказку С. Михалкова «Три поросёнка», нашли сходство Нуф-Ну-фа с Анной, а Ниф-Нифа – с Кириллом. А когда бабушка спросила: «А я – волк?», они ответили: «Нет, ты Наф-Наф». Говоря об аналогиях как элементе творческого чтения, надо отметить, что существуют литературные жанры, специально рассчитанные на установление аналогий. К ним относятся басни, притчи, мифы – жанры, в основе которых лежат аллегории, то есть иносказания, содержащие намеки на что-либо другое. В баснях, например, под видом животных изображаются люди с их пороками – лицемерием, ханжеством, жадностью, тупостью. В притчах изображаются конкретные события, имеющие обобщающий характер, и каждый думающий читатель способен перенести их смысл на свою жизнь или жизнь окружающих людей. То же самое можно сказать и о греческих мифах, герои которых – боги, олицетворяющие определённые человеческие качества – мудрость, силу, воинственность, трудолюбие и т. д. Сравнивая реальных людей с теми или иными богами, читатели находят и в реальных людях аналогичные черты.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное