По ту сторону гор

Гесери Максул

По ту сторону гор

Глава 1. Право быть собой

Проводив Джонатана Аврора отправилась в свой рабочий кабинет. Ей никак не удавалось концентрироваться на работе с документами, которых на ее скопилось весьма не мало. Но она очень старалась. Прошло около двух часов, с тех пор как во дворе замка прозвучал горн, возвещавший о возвращении короля и его отряда. Мысли о том, что сегодня ей предстоит ужин в кругу семьи, совсем не радовали Аврору. Она уже даже не вспоминала о работе. В ее голове шла настоящая борьба между тем, что она узнала об отце за последние несколько дней и ее чувствами дочери к отцу. И как примирить эти две противоборствующие стороны своей души, Аврора не знала.

Предпринимая невероятные усилия над собой она заставляла себя концентрироваться на работе до самого ужина. Не так быстро, как хотелось бы, но стопки с бумагами уменьшались. Пора было заканчивать. Тяжесть бремени принадлежности к правящей королевской династии ощущалось как никогда, словно на ее плечи водрузили огромный камень. И тем не менее, ровно к началу ужина она была в зале, одета согласно церемонии, с королевской осанкой и гордо поднятой головой. Только Джонатан мог ощущать, каких усилий над собой это ей стоило. Она постоянно ощущала его присутствие и его поддержку не смотря на расстояние между ними.

Ужин проходил практически в полной тишине. Аврора периодически ловила на себе взгляды отца и матери. Помня о том, что сделал ее отец при его первой встрече с Джонатаном, Аврора все же применила заклинание защиты своего разума. И во взглядах ее отца она видела и чувствовала попытки прочитать ее мысли. Напряжение висело в воздухе. Этот самый обычный ужин королевской четы показался Авроре самый долгим в ее жизни. Хотя все шло как обычно, не дольше и не короче, чем положено по церемонии. Никто из них за весь ужин не произнес ни слова.

Едва только закончилась церемониальная часть ужина, Аврора поспешила удалиться из зала не сказав ни слова, лишь соблюдая церемонию. Сдерживать слезы у нее уже не было сил. Она почти бежала по коридорам и лестницам замка, подхватив подол платья руками. Слезы душили ее. Никогда ранее она не ощущала себя такой одинокой и чужой в кругу семьи.

— Джонни, — Аврора мысленно обратилась к нему, — покажи мне, где ты сейчас. — Ее голос в его голове дрожал от слез.

— Айнѐ, милая, — Джонатан вложил в ответ всю свою любовь и поддержку, — я с тобой, чтобы ни случилось. Но сбежать сейчас – не самое лучше решение проблемы.

Он ощущал ее страстное желание быть сейчас рядом с ним, вырваться из холода, который пробирал ее до глубины души в том месте, которое еще несколько недель назад было для нее таким родным, было ее домом. Аврора вошла в свою комнату и упала на кровать.

— Мы с тобой обязательно будем вместе, — он мысленно обнял ее, — не смотря на все препятствия.

— Я знаю, я все понимаю… — Аврора больше не сдерживала слез, — никто за меня не сделает то, что я должна сделать.

— Ты нужна своей семье сейчас, даже если тебе кажется, что между вами лед и стужа, — Джонатан старался утешить ее.

— Я для отца – вещь, собственность, средство достижения его целей. Я никогда не думала, что можно стать сиротой при живых родителях.

Джонатан вспомнил о своих приемных родителях, которые остались в другом мире и считают его погибшим.

— Айнѐ, не время предаваться тоске и унынию, — голос Джонатана прозвучал в ее голове как призыв, — он идет к тебе.

— Отец? — переспросила Аврора.

— Да. Не дай ему взять верх внутри тебя. Ты его дочь, но ты – не он. В каждом из нас есть свой дракон… Помни об этом. Ты главная, не он.

Слова Джонатана заставили Аврору задуматься. Никогда ранее она не смотрела на себя с этой точки зрения. Она буквально вскочила с кровати, словно какая-то внутренняя сила подбросила ее. В ее взгляде не осталось и следа тоски и отчаяния, которым была наполнено сердце буквально несколько мгновений назад. В отражении зеркала на нее смотрела дочь короля, уверенная в себе, готовая ко всему. Слезы высохли, в изумрудных глазах снова горел огонь. В этот момент в дверь постучали.

Аврора открыла дверь. Перед ней стоял отец.

— Я могу войти? — почти безэмоционально спросил он.

Аврора смотрела ему в глаза, пытаясь понять, с чем он пришел к ней, но не могла ничего прочитать ни по глазам ни по лицу.

— Конечно, папа, — она отошла в сторону, позволяя ему войти. Ее голос звучал тоже безэмоционально. Во всяком случае, Аврора постаралась говорить именно так.

Регрантс вошел в комнату дочери. Со стороны можно было бы сказать, что эти два человека только что познакомились.

— Присядем? — предложил отец, — Я хотел бы поговорить с тобой, моя Айноакѐ.

На этот раз в его голосе прозвучало немного тепла по отношению к Авроре. Он сел в кресло, которое стояло у камина, повернув его в сторону рабочего стола. Аврора села в кресло у стола, так же развернув его в сторону отца. Несколько секунд они смотрели друг на друга в полной тишине.

— Я хотел бы попросить у тебя прощения за то, что использовал тебя, — отец первым прервал молчание.

Аврора посмотрела на него с удивлением, слегка приподняв левую бровь.

— Пожалуйста, позволь мне сначала сказать, то, ради чего я пришел к тебе, — продолжил Регрантс, — и только потом делай выводы и заключения.

— Хорошо, папа.

— Я не должен был использовать тебя, скрывая многие обстоятельства и мотивы. Ты уже достаточно взрослая.

Он на мгновение опустил глаза. Аврора внимательно слушала, скрестив руки на груди. Ей очень хотелось ответить на слова отца, но она сдержалась.

— Я боялся, что ты не сможешь понять… — Регрантс замолчал, подбирая слова, — не сможешь понять политическое значение обстоятельств, заставляющих меня искать источники магической силы. И… если бы ты изначальна знала все, ты не смогла бы скрыть это от него.

Аврора отметила для себя, что отец говорил крайне неуверенно. Она не могла вспомнить, чтобы хоть раз видела его таким.

— Я видел, что между вами развивается нечто большее, — продолжил отец, — А потом я потерял возможность полностью управлять процессом. Я недооценил Джонатана. Но все же надеялся на тебя, что я достаточно хорошо обучил тебя, что ты владеешь ситуацией и собой и понимаешь все политические моменты…

Авроре показалось, что отец что-то не договаривает, но перебивать его на этой паузе она не стала.

— Да, мне нужна сила, — после долгой паузы выдавил из себя Регрантс, — я потратил слишком много своего ресурса. Это реально угрожает нашему королевству. Не в этом году, так в следующем, Аурмонт и компания прознают об этом. И тогда войны не избежать. Ты понимаешь? Этот артефакт был моей последней надеждой.

Может быть ты расскажешь мне, на что ты потратил почти весь свой ресурс мага? — Аврора не смогла больше молчать, но все же сдерживала закипающие эмоции, — Не на поиск ли этого «Жезла могущества» ты и потратил все, что тебе было дано свыше? И ничего не придумал лучше, как использовать меня «в темную»… А потом манипулировал мной, побуждая меня поступить так же с Джонатаном, чтобы он принес тебе на блюдечке твою безграничную власть.

— Ты не понимаешь! — с нескрываемым раздражением перебил ее Регрантс, — Иначе нельзя было. Ты говоришь, что стала взрослой, но до сих пор мыслишь как девочка. Все, чему я тебя учил столько лет, все наши беседы, все было впустую? Ты должна мыслить как политик, как будущий правитель. У меня нет другого наследника, кроме тебя. Твоя мать не может управлять страной, да и не хочет. Ты – моя единственная надежда! И ты совершенно не готова занять трон после меня!

Регрантс уже не сдерживал раздражения и досады.

— О да, все триста лет ты старательно делал из меня свою копию, говоря мне, что я должна делать, как я должна думать, кем я должна стать. И до недавнего времени я верила тебе и искренне считала, что так оно и должно быть. Пока ты не втянул меня в поиски того, кого жена Рианса спрятала от тебя, чтобы ты не нашел то, что с такой одержимостью ищешь уже пять сотен лет. Тебя никогда не интересовало, кто я. — Аврора больше не могла сдерживать эмоций. В ее глаза появились слезы. — Тебя не волновало, чем я живу, что я думаю, что чувствую. Ты перестал быть папой… Тебя больше не интересовала твоя дочь. Я стала проектом, твоим политическим проектом, твоим дипломатическим оружием.

— А как же иначе, Айнѐ? Ты же понимаешь, что по факту принадлежности королевскому роду, ты – политическая фигура. Ни ты ни я не можем себе позволить быть просто папой и дочкой всегда. Детство закончилось много лет назад. Это и есть взрослая жизнь принцессы, будущей королевы! Со всеми интригами, манипуляциями, закулисными сделками, блефом и стойкостью, хитростью и интеллектом игрока. Можно еще долго перечислять все благовидные и не очень качества правителя, политика, патриота своей страны, которыми должен обладать тот, кто облечен высшей властью.

— Когда мы в тронном зале или на официальном приеме или принимаем дипломатов или правителей соседних стран, конечно же мы – король и принцесса. И ты знаешь, я все умею и понимаю, как и что надо делать, говорить или умолчать. И могу быть хитрой и жесткой в переговорах, как было во время визита Шиелца из Йенкира. И это не единственный эпизод моей политической деятельности. А дипломатическая переписка?.. Ты все знаешь прекрасно!

— Айнѐ, дочь моя, я не умаляю твоих заслуг перед страной…

— Тогда почему «в темную»? — она почти закричала от обиды, — почему не посчитал нужным объяснить, зачем все это? Или все же Джонатан прав, и твои истинные цели охоты за «Жезлом могущества» совсем другие?

Аврора буквально сверлила отца глазами.

— Не смей! — вскричал Регрантс, — Не тебе судить мои намерения и мотивы.

— Я не собираюсь судить тебя. Но если ты хочешь по-взрослому, то, мне кажется, мы должны быть одной командой, без подковерных игр и манипуляций в отношении друг друга. Я не могу быть в одной команде с тем, кому не могу доверять. Прости, папа.

Между ними повисла тишина. Регрантс явно не ожидал подобных заявлений от своей дочери.

— Мне очень жаль, что, несмотря на все твои титанические усилия, я не стала твоей копией, твоим успешным проектом «Айноакѐ, принцесса королевства Эвендер, холодная и расчетливая, жестокая и подлая, как и сам король». Прости. Я стала той, кто я есть. Я не твоя копия, не твоя собственность. И если… И если надо, я готова отречься от права на престол. Мне не нужна власть ради самой власти. Но помни, я служу и буду служить Эвендеру и его народу до конца моих дней.

В этот момент присутствие Джонатана наполнило ее теплом – он мысленно взял ее за руку. Отчаяние, которое завладело ее сердцем ранее, начало отступать.

— Ты не понимаешь, что говоришь! — буквально прошипел Регрантс.

— Я-то как раз понимаю, что говорю, — Аврора встала с кресла, ее глаза сверкнули зеленым огнем, словно кто-то наполнил ее невиданной силой, — На сегодня достаточно разговоров.

Это было сказано настолько безапелляционно, а в голосе прозвучало столько власти и силы, что отец на мгновение опешил. Перед ним стояла не маленькая девочка, которой он считал свою дочь, а могущественная властительница-маг. Он впервые в жизни смотрел на нее снизу вверх и поймал себя на том, что готов подчиниться любому ее приказу. Его глаза наполнились страхом. На его лице читалось «да, моя королева», и страх от осознания этого факта леденящим холодом пробрал его до самых костей. Регрантс поспешил уйти как можно скорее.

— Джонни, что со мной было? — Аврора мысленно обратилась к Джонатану, серьезно испугавшись самой себя.

— Юная Айнѐ стала взрослой Айноакѐ, будущей правительницей Эвендера, — ответил Джонатан, — Не мне давать тебе советы… Но повторю еще раз. В каждом из нас живет свой дракон. И, похоже, ты только что познакомилась со своим.

— Я не хочу становиться такой же, как мой отец! — Аврора мысленно прижалась к Джонатану.

— Ты и не станешь. Нам обоим предстоит научиться правильно пользоваться той силой, что живет в нас. И я говорю не про магию. Это такая же часть тебя, как и то, что пробудилось во мне, когда я попал в ваш мир. И она будет на твоей стороне, как верный пес. Но ты должна командовать, не дракон.

Джонатан сам удивился своим словам. Он никогда не считал себя мудрым человеком. Но, похоже, насыщенные событиями несколько месяцев его жизни в новом для себя мире, многое изменили в его сознании и восприятии действительности. Солнце давно опустилось за горизонт. Он сидел в кресле перед камином в комнате небольшой гостиницы постоялого двора на южном тракте.

— Айнѐ, я горжусь тобой, — он мысленно обнимал ее, прижимая к себе, — придет время, и ты станешь мудрой и справедливой правительницей королевства Эвендер. Не бойся быть собой.

— Если честно, Джонни, то мне немного не по себе сейчас, — в ее словах, звучавших в его голове, слышалась некоторая растерянность, — Когда отец пришел ко мне в комнату, было ощущение, что мы не знаем друг друга, словно впервые встретились… В тот момент я не поняла, что это было реальным положением дел, и что и мне и ему только предстояло заново познакомиться. И знаешь, я только сейчас поняла, что истинную силу я обретаю только вместе с тобой. Когда ты взял меня за руку, я ощутила это, как и силу твоей поддержки.

— Я почти уверен, что это далеко не последний твой разговор с отцом о тебе, — ответил Джонатан, — В любом случае, ты нужна стране там, рядом с королем, как принцесса Эвендера. И ты нужна отцу, как его дочь, которая любит его.

Он мысленно прижал ее к себе, понимая, что ей сейчас нужна его поддержка и ощущение его присутствия в ее жизни не смотря на расстояния и обстоятельства. Она сидела в кресле, забравшись на него с ногами. Аврора в сотый раз прокручивала в голове разговор с отцом, свои эмоции и страх от того, что она позволила самой себе продемонстрировать силу перед отцом. Силу, которую она от себя не ожидала.

— Айнѐ, милая, — Джонатан видел ее терзания, — Не бойся того, кто ты есть. Но не дай этой силе завладеть тобой. Держи ее на коротком поводке. И она тебе не раз еще послужит во благо. Ты знаешь, о ком я говорю.

— Джонни, сначала я говорила тебе, что своего дракона надо держать в подчинении, — легкая улыбка появилась на ее лице, — а теперь ты говоришь мне то же самое. Но ты уже имеешь опыт.

— Опыт? — Джонатан слегка усмехнулся, потому что не считал себя опытным, но задумавшись на несколько секунд, понял, что уже успел пройти через какие-то испытания. Опыт… — повторил он и продолжил немного задумчиво. — Пожалуй, да. И у тебя все получится. Ты видела, как я знакомился со своим драконом. Пусть это поможет тебе в твоем знакомстве со своим драконом. Или драконихой.

Они оба засмеялись, представив белого дракона-девочку, как бы она могла выглядеть, и как бы их драконы могли встретиться друг с другом.

Ранним утром Джонатан покинул постоялый двор. Дорога была достаточно широкой, чтобы два конных экипажа могли разъехаться во встречном направлении без необходимости прижиматься к обочине. Полотно дороги было вымощено достаточно крупными прямоугольными булыжниками. Постоялые дворы с гостиницами, трактирами, пунктами смены лошадей и кузницами располагались на расстоянии не более трех-четырех часов пути верхом.

По расчетам Джонатана, в Карвест он должен был прибыть через пару дней, если не терять много времени на остановки и ночлег. Пейзаж вдоль дороги представлял из себя лоскутное одеяло из полей и фруктовых садов, большая часть которых были уже убраны, где-то сбор урожая еще продолжался. Между полями тянулись узкие полоски лесопосадок, окрашенных во все оттенки от желтого до бордового. Восходящее солнце еще сильнее раскрашивало пейзаж яркими красками осени.

Движение на тракте в столь ранний час почти отсутствовало. Так что не услышать цокот копыт лошади, догонявшей Джонатана, он не мог. Оглянувшись, Джонатан заметил всадника в темно-сером плаще с капюшоном, ехавшего верхом на вороном коне. Поравнявшись с Джонатаном он замедлил ход и скинул капюшон.

— Не часто встретишь здесь выходцев из дальних миров, — произнес незнакомец.

Джонатан повернул голову, чтобы рассмотреть неожиданного попутчика.

— Смотря что вы подразумеваете под термином «дальние миры», — ответил Джонатан, дипломатично улыбнувшись попутчику.